Peach Perfect

      Тэхён выпускает дым и предлагает сигарету Чимину.       — Нет, спасибо, — отвечает Пак. Он не знает, почему друг до сих пор предлагает ему закурить, когда он не курил уже последние три года, с тех пор, как окончил колледж.       — Дерьмовая смена, — говорит Тэхён и снова сжимает сигарету губами. Он прислоняется к стене и выдыхает ещё одну струю дыма в неподвижный воздух. Погода ужасно влажная, без ветра, который мог бы охладить их перегретые тела.       — Дерьмовая смена, дерьмовый день, дерьмовый год, — бормочет Чимин, уныло глядя на голубей на тротуаре. Даже птицы двигаются медленно, будто они ошеломлены удушающей жарой, прямо как Чимин.       — Бля, чувак, я знаю. Прости, — Тэхён вздыхает и тушит сигарету, прежде чем отбросить её.       — Не мог бы ты выкинуть её в урну? — мягко спрашивает Чимин.       Тэхён бросает на него взгляд, который Чимин знает слишком хорошо. Ты такой хороший, что тошно.       — Да, я выкину её, когда мы пойдём. Доволен?       Чимин только кивает в ответ.       — Окей, Чим. Мне нужно отвлечься, и на этот раз ты мне действительно нужен. Мы пойдём тусить.       — Пожалуйста, нет, — протестует Пак. Он очень хорошо знает, что значит тусоваться с Тэхёном. У него нет ни малейшего желания напиваться и заниматься сексом с такими же пьяными незнакомцами в общественном туалете.       Тэхён искоса смотрит на него, а затем поворачивается всем телом, пристально глядя на Чимина взглядом, который выглядит почти комично на его мальчишеском лице.       — Мне надоела твоя хандра. Я планирую избавиться от неё.       — Тэ, — стонет Чимин. — Ну хватит уже.       Попытки лучшего друга вытащить Пака из его панциря, как и ожидалось, связаны с одним и тем же.       — Сегодня пятница, Чим. Мы просто возьмём и заполучим какой-нибудь член.       Да, вот и оно. Как будто трах – это всё, что нужно Чимину для счастья. Что ж, для Тэхёна это именно так. Однако, когда дело доходит до серьёзных отношений между ними, они настолько разные, насколько могут отличаться два гея в свои двадцать.       Тэ нужны приключения, постоянные перемены и захватывающие события, и он требует мгновенного вознаграждения за каждое усилие. Чимин жаждет безопасности и комфорта в длительных отношениях. Сейчас больше, чем когда-либо. Он не ожидает, что счастье упадёт как снег на голову. Он считает, что для этого нужно работать. В противном случае это не может длиться вечно. А встреча с незнакомцем в клубе слишком легкомысленна.       — Может, не надо, — растягивает Пак.       — Чимини, прошло столько времени. Мне надоело нянчиться с тобой. Тебе нужно потрахаться.       — Не со случайным пьяным парнем.       — Да, да. Никаких клубов, никаких приложений для свиданий, ничего. Твоя задница скоро зарастёт, — Чимин бросает на друга раздражённый взгляд, чтобы выразить то, что он думает об этом абсурдном комментарии. — Ну брось. Я не собираюсь заставлять тебя трахаться с тем, кто тебе не нравится. Ты же знаешь, что на меня можно положиться. Просто проведём время вместе. Наш тандем, как раньше.       — Извини, что оставляю тебя в одиночестве так долго, но я не могу. Пока нет. Не знаю, захочу ли я когда-нибудь вернуться к этому.       После этих слов Тэхён какое-то время молчит, просто пинает пыль и смотрит на людей в парке через дорогу.       — Тогда просто пойдём ко мне. Я хочу трахаться, ты тоже. Мы можем посмотреть порно и выпустить пар вместе.       — И что мы будем делать? — Чимин прыскает от смеха. — Тереться друг о друга задницами, как эти голуби?       — Ты прелесть, Чим, — лепечет Тэхён, хихикая, и вытирает вспотевшее лицо, прежде чем продолжить. — Нет. У меня есть друг, который присоединится к нам.       — Ты хочешь свести меня с кем-то? — Чимин сразу настораживается. — Потому что… я скажу на твоём языке. Ни за что, даже если моя задница вот-вот зарастёт.       — Я ни с кем тебя не свожу, — тон Тэ заставляет Пака нервничать.       — Тогда что? — нетерпеливо спрашивает он.       — Ты хочешь трахаться? — Чимин закатывает глаза. — Хочешь? — снова спрашивает Тэхён.       Качая головой, Пак отказывается удостоить этот вопрос ответом. А что сказать? Он не удовлетворён, одинок и в отчаянии. Тем не менее, он ни за что не позволит своему распутному, хоть и очаровательному, другу свести его со случайным мужчиной, который может оказаться очередным нарциссическим психопатом, а может и не оказаться.       — У тебя не было секса с прошлого года, Чимин. Я понимаю. Да. Чону был тупицей, и он заморочил тебе голову, и я бы хотел, чтобы его яйца сгнили и отвалились, но тебе нужно это пережить, чувак. Тебе двадцать пять! Жизнь не станет лучше, и ты не станешь красивее. Итак, ответь на мой изначальный вопрос. Ты. Хочешь. Трахаться?       Господи, Тэ сегодня настойчив.       — Да, — бормочет Чимин. Его друг победно усмехается.       — Итак, я знаю одного великолепного топа с фантастическим членом, и я готов поделиться.       — Никакого секса с одним из твоих партнёров.       — Он не партнёр. Я ручаюсь за него.       — Прости, Тэ, я люблю тебя, но у тебя худший вкус в мужчинах.       — Он идеален!       — Тогда почему бы тебе самому не заполучить его?       — Потому что у меня худший вкус в мужчинах! Кроме того, я ещё не закончил трахаться со всеми подряд, а он слишком бойскаут для меня. Но теперь, когда я думаю об этом, он отлично подойдёт тебе.       — А почему я раньше не слышал об этом мистере Славном Парне с Фантастическим Членом?       — Его зовут Юнги, — Тэхён смотрит в сторону. — Потому что я хотел оставить этот член себе на какое-то время, окей? Но сегодня я сжалился над тобой и предлагаю тебе моего высококлассного приятеля по траху. Член класса А, привязанный к хорошему мужчине. Даже если он немного слишком ванильный для меня, тебе это понравится. Итак, что скажешь?       — Повторяю. Нет.       — Ой, ну брось! Секс втроём, как в старые добрые времена. Мы вернём тебя в игру. С Юнги-хёном безопасно. Если это поможет, я даже буду держать тебя за руку, пока он будет тебя трахать. Всё, что пожелаешь.       — Тэ… — теперь очередь Чимина смеяться.       — У него всё на месте. Семь с половиной дюймов добра с небольшим изгибом вроде этого, — Тэхён играет бровями и показывает в воздухе кривой палец, демонстрируя форму члена другого мужчины. Иногда Чимин задаётся вопросом, как это вообще возможно, что они до сих пор друзья. — И диаметр. Мужик! Когда в последний раз в твоей дырке было что-то, кроме силикона? — Тэ вытаскивает свой телефон, какое-то время листает его и тыкает им Паку в лицо. — Гляди!       Чимин собирается отбросить руку, ожидая фото члена, но останавливается на полпути. Тёплые карие кошачьи глаза смотрят на него с фотографии. Кажется, это было снято во внутреннем дворике возле кафе или ресторана. Тёмные волосы мужчины зачёсаны в сторону, обнажая идеальные брови. Его губы бантиком изогнуты в добрую, но застенчивую улыбку человека, которому явно не нравится, когда его фотографируют. Он одет в простую полосатую рубашку и держит пластиковый стаканчик с чем-то похожим на холодный американо. Он немного прищуривается на солнышке.       Нет, он совсем не тип Чимина. Он слишком прост. Не в плохом смысле. Он красивый. Просто слишком обыкновенный по сравнению с мужчинами, которых обычно предпочитает Чимин. Пак против своей воли зависает на картинке.       — Видишь! Сказал же, что он тебе понравится! — голос Тэхёна пресекает сомнительные мысли Чимина. Он быстро отворачивается. Однако давно забытая часть его мозга оживляется. Ты можешь заняться сексом сегодня вечером. Секс. Сегодня вечером. — В худшем случае, ты просто уйдёшь, — говорит Тэ, на этот раз совершенно серьёзно. — Чимин, я серьёзно. Тебе нужно вернуться в игру.       — Почему сегодня? Что за внезапное давление? — о боже, он обдумывает это. Нет. Да? Нет!       — Потому что сегодня у меня появилась идея, и я думаю, что она сработает. Потому что мой день был отстойным, и мне надоело наблюдать за твоим грустным лицом. И поскольку я думаю, что ты, наконец, готов оставить всё дерьмо с Чону, тебя просто нужно немного подтолкнуть. Ты со мной. Ты доверяешь мне, а я доверяю Юнги-хёну. Одно слово, и ты можешь уйти, или я вышвырну его. Без вопросов.       — Откуда ты его знаешь? — Тэхён делает паузу, его энтузиазм исчезает. Чимин хмурится. — Тэхён. Откуда ты знаешь этого парня?       — Гриндр, — тихо признаёт Тэ.       — Агх! Ты же не серьёзно?       — Но я уже встречался с ним несколько раз и гуглил его. Он легальный.       — Не думаю, что ты знаешь значение этого слова, Тэ.       — Он архитектор, работает в престижной фирме. Я нашёл его профиль на LinkedIn. В любом случае, он единорог, Чим. Серьёзно. Стабильная работа, собственная квартира, большой член. Идеальная тройка.       — Ты приглашаешь меня на секс втроём или устраиваешь свадьбу?       — Я пытаюсь сказать, что он безопасен, Чим, — умоляюще говорит Тэхён, совершенно серьёзно. — Тебе нужно потрахаться. Тебе нужно оставить это дерьмо позади.       Господи, Чимин действительно обдумывает это. Чёрт тебя побери, Тэхён! Да, ему нужно потрахаться. Но ещё ему хочется обниматься, целоваться и снова засыпать в чьих-то объятиях. И он слишком долго молчал.       — Я напишу ему прямо сейчас, Чимини. Тебя сегодня трахнут, а твоя больная задница поблагодарит меня завтра. Я жду коробку моти за это, малыш!       — Не надо. Пожалуйста, Тэ. Не пиши ему, — но Чимин слышит слабость в своём протесте. Дерьмо. Он собирается это сделать, не так ли?       — Написал!       — Иди на хер, Тэ!       — Нет. Пойдёшь на хер ты, Чимин. И тебе понравится!

***

      В душе, скользкий от смазки, что он использовал для растяжки, Чимин уже ругает себя за свои действия. Он действительно готовится к сексу с незнакомцем, которого Тэхён нашёл в Гриндре? Серьёзно? Но другой голос – подозрительно похожий на голос Тэхёна – возражает: Тебя не трахали девять месяцев, малыш.       Да, он сделает это. Если только этот чувак, Юнги, не даст ему мерзкие флюиды. В этом случае он выскочит оттуда так быстро, что он не успеет моргнуть.       Прогулка по городу – мучение. Улицы излучают удушающую жару после долгого дня, наполненного солнечным светом, и Чимин беспокоится, что ему может понадобиться ещё один душ, прежде чем он сможет подпустить кого-нибудь к своей заднице. Он приходит вовремя. В восемь он стучит в дверь своего друга трясущейся рукой.       Тэ не торопится открывать, Чимин начинает задыхаться. Его друг, кажется, замечает его беспокойство, поэтому сдавливает Пака в объятиях.       — Всё будет отлично. Не волнуйся. Я с тобой, — шепчет Тэ, и Чимин сжимается в ответ. Тэхён – кобель и бывает ёбнутым на всю голову, но он верный до мозга костей. — А теперь пойдём. Он уже здесь.       — Дерьмо, — бормочет Чимин. Почему он чувствует себя девственником на первом свидании? Раньше они уже делали это, тройнички, встречи просто для развлечения. Но это было раньше. Чимин ненавидит то, как его жизнь делится на до и после Чону.       Тэхён шагает в гостиную, тянет Чимина за руку, и Пак позволяет себе волочиться за ним. Не думай о Чону сейчас! Ему удаётся вырваться из хватки Тэ, и он замирает у открытой двери. Он чувствует, как его щёки вспыхивают.       Мужчина встаёт с помятой софы Тэхёна, и его глаза встречаются с Чимином. Они оба смотрят друг на друга, застыв на месте.       Юнги не слишком высокий. Вероятно, роста Чимина. Судя по морщинкам вокруг глаз, ему за тридцать. Без растительности на лице, тёмно-каштановые волосы, мягко падающие на лоб, он выглядит так солидно. Его простая чёрная футболка демонстрирует длинные бледные руки, а на запястье надето несколько тонких простых браслетов. Другая рука украшена более толстой чёрной полосой выше. Сначала Чимин думает, что это браслет, но на самом деле это татуировка – точная чернильная полоса вокруг предплечья мужчины.       Пак вытирает ладони о свои тёмные джинсы.       — Чимин, это Юнги-хён, — говорит Тэхён с самодовольным видом, который всегда действует Чимину на нервы. — Хён, мой лучший друг, Чимини.       — Привет, Чимин. Приятно познакомиться, — глубокий голос, застенчивая улыбка, искренние глаза. Чимин вздрагивает, несмотря на жару.       — Привет, — выдавливает он.       Юнги делает шаг ближе и пожимает его руку. Странное формальное приветствие, учитывая, что они оба знают, зачем они здесь. Чимин поражается, каким беспокойным и неуклюжим выглядит Юнги. Может быть, встречаться с двумя парнями для секса втроём в пятницу – не его типичный стиль?       Большая тёплая рука крепко сжимает меньшую руку Чимина. Чёрт, его пальцы почти вдвое длиннее, чем у Чимина!       — Итак, Чимин, виски для тебя. Хён, что насчёт тебя?       — Э-э… — Юнги улыбается и нервно облизывает губы. — Я бы тоже не отказался от виски, спасибо.       — Сейчас вернусь, — щебечет Тэ и ускользает на кухню, оставив их стоять посреди гостиной.       И что теперь? Проходит несколько секунд, прежде чем они оба заговаривают одновременно.       — Как ты…       — Как у тебя…       Они смеются, и в животе Чимина теплеет от смеха Юнги.       — Ты первый, — говорит Пак.       — Откуда ты знаешь Тэхёна?       — Мы познакомились в старшей школе. С тех пор дружим, — он почти задаёт Юнги тот же вопрос, прежде чем соображает, что он уже знает эту информацию и на самом деле не хочет слышать, как Юнги повторяет её.       — Он стихийное бедствие, — по-доброму говорит Юнги.       — С ним сложно справиться, — с улыбкой признаёт Чимин. — Но под всем этим язвительным тоном он добряк. Тебе просто нужно увидеть его с собакой или кошкой, чтобы полностью понять.       Юнги секунду молчит, неловко оглядываясь по сторонам, прежде чем указать на диван. Чимин опускается, а Юнги устраивается рядом с ним, не слишком близко, но и не в самом углу.       — Чем ты обычно занят по пятницам? — спрашивает Чимин. Это проверка, и Пак подозревает, что всё ясно, но какого чёрта? После предыдущих отношений у него есть все причины для беспокойства. И если Юнги относится к тому типу парней, которые каждые выходные проводят в клубах и трахаются, Чимин допьёт свой напиток и будет таков. Надо признать, Тэхён точно такой же, и Чимин безмерно его любит, но он никогда в жизни не будет встречаться с ним.       Встречаться? Это организованный перепих. О чём ты, чёрт возьми, думаешь?       Сделав ещё глоток, Юнги твёрдо смотрит на него и отвечает:       — На прошлой неделе у моего брата был день рождения. Две недели назад мы закончили грандиозный проект на работе и посидели после этого с клиентом, — он делает паузу и хмурится, словно пытается вспомнить. — За неделю до этого я ходил на игровой вечер в доме коллеги. С друзьями пили пиво и стреляли друг в друга со своих ноутбуков, — он печально улыбается. — Боюсь, ничего дикого или чрезмерно захватывающего.       Поскольку последние три пятницы Чимин смотрел дорамы на Netflix, социальная жизнь Юнги по сравнению с ним по-настоящему кипела.       — Чем ты занимаешься? Тэхён сказал, что ты архитектор.       — Я… эм… вообще я дизайнер архитектурного освещения, — он говорит это пренебрежительно, но Чимин впечатлён.       — Ты тот, кто планирует концепцию светового дизайна?       — Да, именно так, — глаза Юнги загораются, и Чимин догадывается, что этот человек привык к тому, что люди считают его работу скучной темой. — Архитектурное освещение должно работать в сотрудничестве с архитектурой. Они никогда не могут противоречить эстетически – они должны дополнять друг друга.       — Я знаком с одним дизайнером интерьеров. Поэтому я знаю, насколько важно освещение, — теперь очередь Чимина пренебрежительно бормотать. Упомянутый дизайнер интерьеров – это Чону. И Пак действительно не хочет думать о нём.       — И ты работаешь медбратом, как и Тэхён, верно? — спрашивает Юнги, к счастью меняя тему.       — Тэ ветеринарный медбрат. Я работаю с людьми. Пациенты больше говорят и обычно менее милы.       Юнги хихикает.       — Зато тебе не нужно их усыплять, Чим, — говорит Тэхён, входя в комнату с маленьким подносом.       — Прости, Тэ, — говорит Чимин, вспоминая причину дерьмовой смены Тэ.       — Неважно. У нас есть алкоголь. Ваше здоровье! — Тэхён поднимает свой стакан и ждёт, пока они возьмут свои, прежде чем поставить поднос на столик сбоку.       — Ага, — говорит Чимин и делает глоток. Заметив огромное количество алкоголя в своём стакане, он бросает взгляд на друга. Тэ усмехается.       Чимин должен признать, что ему нужна жидкая храбрость. Он глотает ещё обжигающей жидкости и подавляет дрожь.       Когда Юнги поднимает руку, взгляд Чимина останавливается на странной татуировке. Толстая полоса не так идеальна с геометрической точки зрения, как кажется на первый взгляд. Один край немного изгибается, сбивая с толку Пака и заставляя его наклонить голову. Линия выглядит так, будто она ползёт, когда Юнги двигает рукой. Чимин понимает, что пялится, и опускает взгляд.       — Татуировка неправильная, — говорит Тэ. — Долбоебизм.       — Да, ты не первый, кто жалуется, — говорит Юнги с улыбкой.       — Это что-то значит? — спрашивает Чимин. Алкоголь уже действует. Он чувствует себя храбрым и немного возбуждённым.       — Это напоминание, — Юнги пожимает плечами. — Вещи не всегда складываются так, как я планирую, они не должны быть чёткими, и иногда можно просто оставить всё как есть.       — Значит, ты перфекционист? — это привлекает внимание Чимина.       — Эм… да.       — Значит, у тебя на руке татуировка несовершенной формы, чтобы она могла раздражать тебя до чёртиков каждый день. Это ужасно по-мазохистски.       — Это немного помогает, — говорит Юнги, не сводя взгляда с Чимина.       — Хм. Почему полоса? Почему не прямая или квадрат?       Глаза Юнги прищуриваются, взгляд становится напряжённым.       — Потому что, если я позволю этому быть, мой перфекционизм скуёт меня.       Чимин обдумывает ответ.       — Это твоя худшая черта? Педантизм?       — Нет.       — Если бы ты сделал татуировку, напоминающую о твоей наихудшей личной черте, что бы это было?       — Холодный американо. А у тебя?       — Знак «стоп» у меня на лбу.       Тэхён наблюдает за ними, как за теннисным матчем.       — Ребята, я серьёзно не понимаю, спорите вы или веселитесь. Какого хрена?       Юнги усмехается, демонстрируя идеальные зубы и дёсны, и Чимин улыбается в ответ. Его живот наполняется теплом, и это не имеет никакого отношения к алкоголю.       Чимин ждал той единственной фразы, того слова или выражения лица, которое его оттолкнёт. Случайное сексистское замечание, недобрая шутка, пренебрежительный жест… Ожидал, что это не займёт много времени, и он потеряет интерес. Но Юнги только растёт в его глазах. Даже говоря о ненормальной летней погоде, он кажется интересным, умным и чертовски милым.       Прежде чем Чимин догадывается, как сюда попал, он оказывается в спальне Тэхёна лицом к Юнги, вероятно, отражая растерянную улыбку Тэхёна и задаваясь вопросом, что, чёрт возьми, делать дальше.       Однако у Тэ нет сомнений. Ухмыляясь, он снимает футболку и становится между ними на колени, ловко расстёгивая их штаны.       — Если я оставлю это на вас, мы не разденемся до Рождества, — ворчит он.       Чимин протестующе открывает рот, но губы друга быстро смыкаются вокруг его члена.       — Блять… — выдыхает он.       Он встречает взгляд Юнги неохотно. Глаза, пылающие настоящим жаром, смотрят на него, всё ещё немного застенчиво, но при этом голодно. Чимин облизывает губы.       — Могу я? — мягко спрашивает Юнги, поднимая руку к щеке Пака и прижимая её осторожно, как будто Чимин – нечто драгоценное.       — Да, — шепчет Чимин. После почти двух часов разговоров и смеха и ещё одного стакана виски у него появляется скользкое чувство, что он, кажется, уже знает этого человека.       Юнги медленно наклоняется, наблюдая за выражением лица Чимина, а затем мягко прижимается к его губам своими. Обхватывает верхнюю губу, мягко надавливает на нижнюю и касается кончика языка…       Ох, чёрт возьми!       Чимин открывает рот и углубляет поцелуй в тот момент, когда Тэхён всасывает член в свою глотку.       Блять.       И всё же поцелуй намного интимнее, чем то, что там делает Тэхён. Обе руки Юнги зарываются в волосы Чимина, он наклоняет голову, и их языки переплетаются.       Ух ты.       Они целуются крепко, затем снова нежно, потом ещё интенсивнее, грязнее… и опять мягко. У Чимина кружится голова от чувственного освоения. Поцелуй похож на разговор, обмен мнениями. Ему нравится каждая мелочь, которую он узнаёт об этом человеке в эти волнующие минуты.       Всё это время Тэхён отсасывает им, чередуя, и Чимин чувствует, как он плывёт в облаке возбуждения. Друг раздевает его, оставляя голым в объятиях незнакомца, но после этих поцелуев он больше не чувствует Юнги чужим.       — Вау, — шепчет Мин, и его рот достигает ямки под ухом Чимина. Влажно целует в шею, водит губами, следя ими вверх и вниз. Инстинктивно Чимин наклоняется в объятия Юнги, и внезапно они соприкасаются телами с ног до головы, оба обнажённые, твёрдый член Юнги прижимается к члену Чимина.       Где Тэхён?       Их губы снова встречаются, и на этот раз Пак стонет в поцелуй, хватаясь за широкие плечи Юнги. Большие руки скользят по его спине и мягко разминают ягодицы.       — Чёрт, ты красивый, — разве? Чимин чувствует себя маленьким и хрупким в руках Юнги.       Руки на его заднице уверены, что контрастирует с робкой улыбкой Юнги, и Чимин становится безрассудным. Он хочет, чтобы его трахнули. Ему нужна эта сила, это тёплое тело вокруг него и внутри него. Он хочет нежности вместе с грубостью, застенчивостью и желанием, жгучей наполненности и грубой невозможности сжаться.       Он обхватывает шею Юнги и шагает назад, пока его икры не касаются низкой кровати, мужчина следует за ним, и его большой член подпрыгивает между его ног.       Чимин хочет его в своей заднице. Великолепный, огромный член. Он смеётся над своими мыслями.       — Что? — спрашивает Юнги с улыбкой в голосе.       — Ничего. Поцелуй меня ещё.       Юнги приникает к его губам, перехватывая дыхание Чимина, и они опускаются на кровать, перекатываясь в клубок тел.       — У тебя восхитительный вкус, — бормочет Чимин, и Юнги начинает вылизывать его рот ещё глубже. Пак оказывается на спине и, не колеблясь, раздвигает ноги и позволяет Юнги исследовать свой пах горячей ладонью.       Пальцы Мина сжимают его член, и он мычит от этого ощущения. Когда Чимин слышит тихий стон, его глаза распахиваются. Он снова забыл о своём друге.       — Тэ?       И он, и Юнги поднимают головы в поисках Тэхёна, пока не замечают его сидящим в кресле в углу, голым, с раздвинутыми ногами.       — Продолжайте, джентльмены. Вы выглядите охереть как горячо. Я хочу посмотреть шоу в прямом эфире.       — Тэ… — говорит Чимин, но не понимает, против чего он протестует.       — Хочу посмотреть, как вы двое трахаетесь, — его друг улыбается, медленно поглаживая свой член. — Продолжайте.       Чувствуя пристальный взгляд Юнги на своём лице, Чимин поворачивается к нависающему над ним мужчине, его карие, почему-то уязвимые глаза озаряют сознание. Да, Тэхён всё это спланировал. Теперь они оба это понимают. Собираются ли они, несмотря на это, довести дело до конца?       — Ты согласен с этим? — мягко спрашивает Юнги.       Согласен ли он? Нет никаких сомнений в том, насколько сильно возбуждён Чимин и насколько его привлекает парень, который сейчас ласкает его бедро своей широкой ладонью. С Тэхёном в комнате он чувствует себя в безопасности. Чимин кивает.       — А ты?       — Да, — Юнги выдыхает ответ, его лицо превращается в раскрытую книгу. Чимин чувствует новую волну возбуждения. Головокружительно – быть желанным так честно и ярко. Он поднимает подбородок, и Юнги встречает его на полпути, чувственно целуя. Это обещание.       Много поцелуев. К груди, ключицам, соскам, животу. Юнги обхватывает его член, и Чимин улыбается. Горячий рот обхватывает его член, мягко опускаясь…       Да. Ниже. Пожалуйста, ниже.       Он слегка приподнимает ноги, и Юнги мгновенно понимает, чего он хочет, надавливая на заднюю часть его бёдер. Чимин складывается пополам, полностью обнажая задницу. Он наблюдает за нависающим над ним лицом Юнги и замирает от выражения нескрываемого желания на нём.       — Великолепно, — шепчет Юнги, не сводя глаз с распростёртой дырочки Чимина. Он наклоняется и нежно целует морщинистую кожу.       Чимин вздрагивает. Он ничего не может с собой поделать. Его не трогали так интимно уже давно, и он чувствует, как течёт его член только от этого прикосновения губ.       — Тебе нравится? — тихо спрашивает Юнги.       — Ага…       — Чёрт, твоя задница идеальна. Совершенство.       Ещё один поцелуй, долгий, с закрытым ртом, такой нежный, что Чимин хнычет. Затем Юнги прижимается губами к коже Пака и дразнит его тёплым влажным языком. Глаза Чимина закрываются.       Он бы даже не назвал это риммингом. Да, язык Юнги находится в его заднице, а его губы сжимают края. Мужчина почти болезненно посасывает его отверстие, прежде чем протолкнуть свой язык обратно внутрь, глубже, о да… глубже. Но это не похоже на то, что делали Чимину раньше. Это не «позволь мне подготовить тебя к моему члену». Нет. Юнги не торопится, словно он наслаждается процессом, и Чимин должен остановить его в какой-то момент, или впервые в жизни он кончит, только потому, что его вылизали.       — Хён! — он задыхается, ясно предупреждая его дрогнувшим голосом. Юнги поднимается на руках, а Чимин быстро переворачивается, приподнимая задницу.       — Блять, — бормочет Юнги и отодвигается, чтобы взять смазку и презервативы.       Чувствуя себя смелым, Чимин подбирает под себя колени и приподнимает бёдра, предлагая своё тело. Он так готов.       Однако Юнги не закончил с ним, потому что, как только Чимин опускается на колени и локти, его рот снова оказывается на его заднице. Он прижимает палец рядом со своим извивающимся языком и медленно, очень осторожно проталкивает внутрь, касаясь железы Чимина с первой попытки.       Пак стонет от восхитительного ощущения, звук выходит протяжно и гортанно. Его трахнут. Чёрт возьми, да.       Холодная смазка льётся на его дырочку, палец проникает внутрь, потом второй.       — Я готов, — говорит он с нетерпением в голосе, но не заботится о том, как это звучит.       Матрас опускается, и он чувствует резкое давление. Блять, он так сильно скучал по этому. Он не признавался даже самому себе, как сильно ему не хватало настоящего горячего члена в своей заднице.       Наконец-то. Наконец-то, блять!       Лёгкое жжение, тупая боль от растяжения, а после настоящий экстаз.       — Ах!       — Такой красивый, — чужой палец гладит его натянутые края.       Юнги медленно покачивает бёдрами, проталкивая свой чудесно толстый член в чувствительное нутро Чимина, и Пак задыхается от волны необузданного желания. Его яйца уже втянуты, и, если бы он сейчас задел головку, он бы кончил. Член в его заднице замирает. Юнги тяжело дышит, а Чимин хнычет. Член подёргивается, он немного отталкивается, заставляя мужчину выругаться.       Юнги снова двигается взад и вперёд длинными уверенными движениями, очень медленно увеличивая темп. Он осторожен, слишком осторожен. Чимину это не нужно. Он хочет, чтобы его брали жёстко и беспощадно. Он чертовски хочет это почувствовать. Таран этого большого члена ему в живот с безжалостной силой. — Глубже! — скулит он, не в силах сдержаться. Ноющая потребность внутри него становится невыносимой.       Юнги слушает. Он толкается сильнее, зарываясь в задницу Чимина до самого конца, и Пак стонет от великолепной наполненности.       — Боже, Чимин, — бормочет Юнги напряжённым от желания голосом.       — Трахни меня, — приказывает юноша. — Выеби меня жёстко!       Большие руки сжимают его бёдра, толстый член выскальзывает наружу и с силой толкается обратно. Опять и опять, быстрее. Грубее.       Пиздецки идеально.       — Идеально. Пиздецки, — он говорит это вслух. Ещё несколько толчков, и он полностью теряет контроль над своим языком. — Да! Здесь. Сильнее. Мне нравится твой член. Да. Блять, да!       Сильные руки поднимают его торс, и он стонет от изменения угла, из-за которого член Юнги ударяется о его простату с хирургической точностью. Мин держит его и толкается ещё быстрее, посылая фейерверки через тело Чимина.       — Тебе нравится? Вот так?       — Чертовски нравится.       — Кончи для меня, прекрасный, — хрипит Юнги.       — Ещё! Пожалуйста!       Юнги врезается в него, громко шлёпая кожей по коже, и Чимин с каждым толчком начинает громко стонать. Он бездумно подмахивает, выпячивая задницу, чтобы насадиться как можно глубже. А потом Юнги что-то делает своим тазом, качает бёдрами, и головка его члена ударяет переднюю стенку заднего прохода Чимина, и Пак кричит от экстремального удовольствия.       — Кончи для меня, Чимин. Покажи мне, как сильно тебе нравится мой член. Дай мне почувствовать, как твоя тугая дырка сжимается вокруг меня. Давай.       Низкий голос Юнги на ухо вызывает мурашки по шее и чрезмерную чувствительность кожи. Твёрдая рука ловит его член, и он выгибается в руках Юнги, запрокидывая голову назад.       Ещё несколько поворотов бёдрами Юнги, и ему конец. Его яйца почти болезненно сжимаются, и он сильно выстреливает, его член дёргается в руке мужчины. Его отверстие отчаянно пульсирует, в то время как остальная часть его тела становится совершенно безвольной, охваченной тёплыми покалываниями сокрушительного оргазма.       Мужчина позади него рычит, крепко прижимая тело Чимина к груди. Пак думает, что он мёртв, истощён и опустошён, но Юнги трахает его, как машина, снова и снова толкаясь в его сжимающую дырочку, и оргазм Чимина снова нарастает, разрастаясь, как приливная волна.       Движения Юнги сбиваются. Он глубоко проталкивает свой член и остаётся внутри. Чимин чувствует, как он пульсирует, и его глаза закатываются от этого ощущения. Ещё несколько томных толчков, роскошных стонов… Чимину кажется, что он в раю.       Юнги откидывается назад, забирая с собой Чимина, и его тёплые руки блуждают по всей коже юноши, по его животу и груди, по его оголённому горлу, размазывая его сперму по всему телу. Так восхитительно грязно. Губы Юнги покрывают его шею и плечи поцелуями. Сидя на коленях у Юнги, всё ещё насаженный на его член, услаждённый нежными прикосновениями, Чимин не может вспомнить, когда он был более доволен, чем сейчас.       Каким-то образом они перекатываются на бок, и Юнги избавляется от презерватива. Чимин поворачивает торс, ища губы Юнги. Они целуются целую вечность, но Пак не хочет останавливаться. Он поворачивается, и они оказываются лицом к лицу, грудь к груди, мужчина притягивает его ещё ближе, массируя его задницу и бедро, заставляя Чимина перекинуть ногу через него. Их мягкие промежности встречаются, и Юнги проводит пальцами вверх и вниз по расщелине Чимина, пока юноша исследует мягкую бледную кожу груди мужчины и его твёрдую задницу.       И всё это время они целуются. Иногда в губы, иногда мажут губами по щекам или мочкам ушей. Юнги проводит губами по скуле, облизывает угол челюсти Чимина и посасывает адамово яблоко. Чимин целует его в шею, прикасаясь к коже губами тут и там. Это похоже на танец, незапланированный, но плавно синхронизированный, гармоничный. Они снова становятся твёрдыми, их члены трутся друг о друга, но без прежней спешности.       Спустя долгие минуты рука Юнги обхватывает лицо Чимина, и он немного отстраняется, блуждая по лицу горящими глазами.       — Скажи мне, что ты настоящий.       Тихое бормотание Юнги могло стать рубежом, но его лицо полно эмоций, его прикосновения – благоговейны. Кажется, он в восторге, но грудь Чимина сжимается от беспокойства. Что они делают? Они только что познакомились. Переспали. Это не то, как работают перепихоны.       Большой палец Юнги касается его нижней губы, и Чимин понимает, что грыз её.       — Давай не будем говорить, — что бы это ни было, Пак хочет большего. К чёрту вопросы.       Юнги медленно моргает. Когда он снова открывает глаза, они мягкие и понимающие. Ласковые.       Чимин толкает Юнги в плечо, и мужчина перекатывается на спину, ложась на подушки. Пак ползёт вниз по живописному маршруту. Как прогулка по стране чудес. Широкие плечи, крепкие грудные мышцы, розовые соски, каждый из которых заслуживает поцелуя, несколько родинок, мягкий плоский живот и слабый след волос, который становится немного толще ниже, создавая чёткий путь к паху Юнги.       Наконец, Чимин берёт член Юнги в рот. Сначала он ощущается на языке как латекс, но затем вкус медленно меняется, и предъэякулят берёт верх. Чимину нравится это. Юнги фантастически пахнет, божественный на вкус, а его член – произведение искусства.       Пак наслаждается этим, медленно облизывая уздечку и проталкивая кончик языка в щель, качает головой, проверяя, насколько глубоко он может взять толстую головку и насколько широко его губы растягиваются вокруг основания.       Когда стоны Юнги становятся громче, Чимин тянется за презервативом. Он раскатывает его по длине мужчины, обильно смазывает лубрикантом и становится на колени над бёдрами Юнги. Он медленно опускается, его дырочка теперь чувствительная. Он тяжело насаживается и снова поднимается, растягивая себя. Через минуту он садится. Мягко покачивается, смакуя изменения давления внутри него, вперёд, назад и в стороны.       Боже, как ему это нравится. Как он так долго обходился без этого? Юноша приподнимает бёдра и позволяет гравитации опустить его вниз, задыхаясь от полноты.       — Ты потрясающий, Чимин. Ты просто взорвал мне голову, — голос Юнги охрип от желания. — Я близко.       — Можешь кончить, пока я седлаю тебя?       — Делай что хочешь.       Откинувшись назад, Чимин находит правильный угол и отпускает себя. Полностью контролируя себя, он использует член Юнги, подводя себя к краю, чередуя резкие движения, от которых его железа посылает завитки восторга по телу, и медленные, дразнящие скольжения, что дарят ему великолепную наполненность, которой он так жаждал.       Тем временем стоны удовольствия Юнги становятся всё более и более нуждающимися.       — Бля… Чимин, блять!       Сжалившись над ним, юноша хватает свой напряженный член и начинает скакать на Юнги, быстро и решительно.       Наблюдая, как Юнги плывёт от удовольствия под ним, как тело старшего мужчины изгибается на кровати в экстазе, Чимин кончает, брызгая спермой на живот Юнги. Мин хватает его, сжимая в потных объятиях, и впивается в его губы властным поцелуем.       Они лежат рядом, пальцы Юнги играют с волосами Чимина. Они оба сытые и уставшие, пятна от спермы начинают чесаться, но Пак не хочет двигаться.       — Тэхен ушёл, — тихо говорит Юнги.       — Да. Я думаю, он в гостиной, — юноша чувствует себя виноватым из-за того, что забыл про своего друга, но не может заставить себя ни о чём сожалеть. — Мы заняли его кровать.       — Я не хочу вставать, — шепчет Мин с напряжённым взглядом. Почти умоляющим.       — Хочешь спать? — спрашивает Чимин, хотя знает, что Юнги имеет в виду не это.       — Нет. Я не хочу переставать смотреть на тебя. Переставать прикасаться к тебе.       Это слишком быстро. Слишком быстро. Слова застревают у Чимина в горле.       — Поехали ко мне, Чимин-а. Проснёшься со мной, позавтракаешь со мной. Проведём вместе выходные.       Чимин хочет этого. И абсолютно не должен этого делать.       Юнги закрывает глаза медленным, терпеливым морганием, которое Чимин учится узнавать. Когда их взгляды снова встречаются, мужчина говорит не так напористо.       — Или просто позволь мне заказать тебе такси, спросить твой номер телефона и поужинать с тобой завтра, — говорит Юнги тихим голосом, восстановив дыхание.       Чимин может это сделать. Он мог бы пойти домой сейчас, он позвонит Юнги завтра, и они пойдут на нормальное свидание… и тогда он всё равно захочет пойти к нему и снова вставить этот член в себя, потому что, чёрт возьми, у него никогда не было такого отменного секса. Никогда и ни с кем.       Или он мог бы поехать с ним сейчас и избавить себя от ожидания.       — Поехали, — неуверенно говорит он. Юнги сразу же осознаёт его колебания.       — Ты уверен? — спрашивает мужчина. Вопрос не просто обязательный. Юнги очевидно не наплевать.       — Да, — твёрдо говорит Чимин. Да. И ему кажется, что он только что сказал жизни «да».       В этот момент дверь в спальню распахивается, и в комнату врывается Тэхён, одетый в низко висящие пижамные штаны.       — Простите, что прерываю фестиваль любви, ребята, но я хочу вернуть свою кровать.       — Я думаю, сначала мы должны поменять тебе простыни, — говорит Чимин.       — Да. Я тоже так думаю, — глаза Юнги весело блестят.