Peach Perfect

      Чимин просыпается рано, потный и с пересохшим горлом. Не желая беспокоить Юнги, он тихо встаёт и на цыпочках идёт к двери. Он бросает ещё один взгляд на старшего мужчину, растянувшегося на кровати.       Ночью они сбросили простыню, и Юнги лежит на животе, выставляя напоказ своё обнажённое тело. Он великолепен. Чимин задерживает взгляд на широкой спине, круглой заднице, ямочках на спине, красивых, бледных стройных ногах. Даже ступни Юнги сексуальны. Чимин моргает. Он безнадёжно очарован, так ведь? И возбуждён.       Он не помнит, чтобы был таким сексуально активным с подросткового возраста. Даже тогда. В те времена он ещё не знал, чего хотел. Но теперь... у всех демонов ада меньше сексуальной энергии, чем у него сейчас. Просто глядя на спящее тело Юнги, он становится твёрдым. Он скользит пальцами по нижней части своего члена. Он представляет, как лежит на Юнги и проводит членом между этих идеальных ягодиц.       Блять.       Закрыв глаза, он отпускает член и отворачивается. На кухне юноша наливает себе стакан воды. После он идёт в туалет и чистит зубы. Чимин находит свой телефон на столе в гостиной. Заряд батареи составляет всего девять процентов, но он почти уверен, что сможет одолжить зарядное устройство у Юнги.       Несколько непрочитанных сообщений со вчерашнего вечера, все от Тэхёна.       «Ну что, как это было? Ты должен мне коробку моти»       «Ты дома?»       «Эй, любовничек. Не бросай меня»       Сейчас всего восемь утра, так что Тэ наверняка ещё спит. Чимин всё равно ему пишет.       «Я до сих пор у Юнги. Это было здорово. Я должен тебе моти»       К удивлению юноши, в диалоге сразу появляются три мигающие точки.       «Оо, Чимини. Только посмотри, ты снова наслаждаешься членом. Я так горжусь тобой. Тебя забрать вечером или ты сможешь доковылять домой?»       Почему Чимин внезапно краснеет от стыда? Раньше ему не было стыдно за то, что он наслаждается сексом.       «Ты такая шлюха! Тебе нужен кто-то, кто будет держать тебя в узде. Детка, если бы не я, ты был бы развалиной с венерическим букетом. А теперь покажи мне свою выебанную дырку. Да, большую, распутную дырку.»       Чимин закатывает глаза при воспоминании. Идея прелюдии Чону заключалась в том, чтобы бросать унизительные комментарии и дрочить, наблюдая, как Чимин краснеет от смущения. Это происходило постепенно. Поначалу грязные разговоры были довольно горячими, но потом они становились лишь унизительнее. И Чимин позволил этому случиться. Он не сказал «нет». Следовательно, последние девять месяцев он тратил все свои лишние деньги на терапию. К чёрту Чону.       Он печатает, что справится сам, и отправляет.       Наконец-то он снова наслаждается. С Юнги он в безопасности и чувствует, что о нём заботятся. Он не позволит Чону испортить это. Секс с Юнги был необыкновенно потрясающим. То, как Юнги прикасался к нему, обнимал, то, как он говорил… будто Чимин был кем-то особенным. Он чувствовал, что его ценят и поклоняются. Да, именно так. Юнги поклонялся его телу. И сила нового опыта уже лечит его старые раны.       Снова взяв телефон, Чимин закусывает губу, печатая ещё одно сообщение своему другу.       «Он замечательный. Он мне очень нравится. Пожалуйста, скажи мне, есть ли у меня причина быть осторожным»       Он смотрит, как мигают точки, глубоко дышит, а в животе покалывает от нервов.       «Юнги-хён – настоящая находка. Я бы не стал подавать тебя ему на серебряном блюде, если бы не был уверен в нём. Он лучший парень, он полюбит тебя до смерти, только смотри, чтобы он не переедал ;)»       Чимин громко смеётся, прежде чем зажать рот рукой. Из спальни доносится скрип матраса в тихой квартире. Юноша кладёт телефон на стол и встаёт. В который раз он вспоминает, что он голый, и борется с необходимостью прикрыться.       Юнги появляется в дверном проёме, быстро моргая, с затуманенными глазами и складками подушки на лице. Грудь Чимина сжимается от нежности.       — Утро. Ты здесь, — губы Юнги растягиваются в широкой улыбке. Он расслабляется. Он подумал, что Чимин ушёл?       — Утро. Просто проверял сообщения. Моя батарея вот-вот разрядится. Можешь одолжить мне зарядку?       — Конечно, — он хмурится, выглядя очаровательно при этом.       — После того как проснёшься. Торопиться некуда.       — Я проснулся, — говорит он и зевает. Чимин хихикает, и Юнги тянется к нему. Он хватает юношу за руку и тянет его в объятия. Поглаживая шею Чимина, он игриво рычит. — Я думал, что ты ушёл, — бормочет он.       — И пропустил остаток наших выходных? Никогда.       — Хорошо.       Чимин трётся носом о щеку Юнги, а мужчина гладит его задницу, удовлетворённо мурлыча.       — Вчера я заказал доставку продуктов, — говорит он. — Доставят где-то через полчаса. Тогда я сделаю тебе лучший острый пибимпап с тунцом, который ты когда-либо пробовал. Тебе нравится пибимпап?       — Конечно. Звучит здорово.       — Но сначала кофе. Потом зарядка.       — Сначала кофе.

***

      Чимин не помнит, когда чувствовал себя таким расслабленным. Он лежит на полу рядом с Юнги, их обнажённые тела блестят от пота, и они едят ванильное мороженое с шоколадным топингом. Облизывая ложку, Чимин мычит. В углу крутится небольшой вентилятор. Юнги всё время перемещал его из комнаты в комнату с тех пор, как они встали.       — Здесь чертовски жарко, — бормочет Юнги.       — На улице ещё хуже. Город плавится. Единственное место, которое сейчас терпимо это торговый центр. И я ненавижу торговые центры.       — Фу. Там люди.       — Благодари вселенную за шопинг в интернете.       Отложив пустую миску, Юнги перекатывается на живот.       — К счастью, нам не нужно носить одежду, — говорит он.       — Нам повезло, — соглашается Чимин, серьёзно кивая. — Думаю, мне нужен ещё один душ.       — Мой дом – твой дом. Хочешь, я потру тебе спинку?       Конечно, это будет означать минет или римминг, и, хоть член Чимина и оживляется от этой идеи, у него другие планы.       — Нет. Но как насчёт того, чтобы перенести вентилятор в спальню, раз уж солнце больше не светит в окно, и подождать меня там?       — В постели? — с очаровательной надеждой спрашивает Юнги.       — Да.       — Это значит то, что я думаю?       — Это значит, что я хочу твой член.       — Я буду ждать, — Юнги вскакивает и собирает пустые миски.       — Я быстро.       Боль в заднице слабая. На самом деле это приятно. Чимин очищает себя массирующей насадкой для душа, его возбуждение кипит. Ещё раз. Он может поплатиться за это завтра, но он хочет, чтобы его трахнули ещё раз. Через несколько часов ему нужно будет уходить. Они встретятся вновь? Он не будет думать об этом сейчас. Сейчас он будет лишь представлять себе то, что они могли бы сделать в этой постели.       Освежившись, в спальне он находит Юнги листающим свой телефон. Он установил небольшую портативную колонку на низкую громкость, из которой льётся какой-то инструментальный, угрюмый трек, Чимин узнаёт его, но он не знает имени исполнителя. Он собирается спросить о музыке, но Юнги перебрасывает ноги через кровать и приближается к краю, притягивая Чимина ближе между своих разведённых бёдер.       Выражение его лица серьёзно, он на мгновение встречает взгляд Чимина, в его глазах явное желание. Он целует юношу в живот, следит медленными поцелуями от одного бедра к другому, вокруг пупка, вниз по животу. Чимин твердеет, но Юнги игнорирует его член. Руки гладят вверх и вниз по бёдрам Чимина, нежно касаясь ладонями, и юноша впивается пальцами в волосы Юнги.       Чимин седлает его, и их губы соединяются, языки скользят друг по другу. Грудь Юнги урчит от глубокого стона. Он легко тянет тело Чимина в сторону, так что юноша приземляется на спину посреди кровати.       — Ты великолепен, Чимин. Я смотрел на тебя два дня и, кажется, не могу насытиться, — он медленно поглаживает свой твёрдый член, его взгляд блуждает по Чимину с голодным выражением лица.       Юнги так странно и сильно влияет на Чимина. Его обычная сдержанность исчезла, юноша делает и говорит всё, что приходит в голову. Юнги заставляет его чувствовать себя в безопасности в сексе, что глупо, потому что они почти не знают друг друга, но Чимин решает просто согласиться с этим. Он чувствует себя сексуальным, возбуждённым и живым, словно он проснулся после долгого зимнего сна. Счастье бурлит в его жилах. Так что нет, он не станет в этом сомневаться. Вместо этого он спрашивает:       — Хочешь посмотреть ещё?       — Да. Покажи мне. Пожалуйста.       От желания в голосе и глазах Юнги у Чимина болят яйца. Он раздвигает ноги шире и продолжает гладить себя, медленно скользя рукой, а затем щекоча пальцами головку. Он хотел бы, чтобы у него сейчас был его фаллоимитатор, чтобы он действительно мог устроить шоу для Юнги, но он обойдётся руками. Облизывая указательный палец, он притягивает ноги к груди и легонько дразнит вход. Он уже чувствует, что это не займёт много времени.       — Я кончу для тебя, а потом ты меня трахнешь. Хочешь?       Юнги моргает, и его рука запинается на члене.       — Ты невероятный. Да. Я очень хочу этого.       Сначала глаза Юнги прикованы к члену и заднице Чимина. Он жадно наблюдает, облизывая губы, его адамово яблоко подпрыгивает. Дразнящими прикосновениями он водит пальцами вверх и вниз по своему длинному члену, очевидно, не желая заходить слишком далеко. Его глаза темнеют, зрачки расширяются, и Чимин чувствует, как его возбуждение усиливается.       Он входит в себя скользким пальцем и дрочит ещё сильнее, просто делая то, что делал бы в одиночестве, думая о Юнги. Вот только сейчас Юнги смотрит ему в лицо, и по какой-то причине в нижней части живота юноши собирается жар. Опираясь на руку, Юнги наклоняется ближе, глядя прямо в глаза Чимину.       — Покажи мне. Кончи для меня.       Чимин настолько ошеломлён выражением лица Юнги, что не знает, откуда берётся смазанный палец. Юнги проталкивается в его дырочку рядом с собственным пальцем Чимина и мастерски попадает в золотую точку, которую юноша никогда не может достичь сам.       Рот Чимина открывается. Он изо всех сил пытается поддерживать зрительный контакт, пока его оргазм набирает силу, но в конце концов он проигрывает битву. Его сперма брызгает ему на грудь, когда палец Юнги надавливает на его железу, продлевая его удовольствие, пока оно не становится слишком сильным, и Чимин скулит.       Юнги убирает палец. Несколько секунд юноша просто лежит, закрыв глаза, раскинув руки и ноги в стороны. Но затем скольжение кончика пальца по сперме на его груди заставляет его открыть глаза. Юнги набирает немного спермы и кружит по соску Чимина, размазывая жидкость.       Загипнотизированный, Чимин может только смотреть и тяжело дышать, пока Юнги сосредоточенно рисует спермой вокруг его сосков. Она щекочет и охлаждает кожу и, несомненно, оставит раздражающие корочки, но сейчас это не имеет значения. Юнги с ним не закончил. Он нависает над ним и обхватывает его грудь руками. Наклонившись ниже, он проводит языком по коже. Он собирает оставшуюся сперму с живота Чимина, а затем ловит его взгляд.       — Ты всё ещё хочешь, чтобы я трахнул тебя?       — Да, — отвечает Чимин.       — Хорошо. Потому что я так сильно хочу тебя, что это больно.       С этими словами он засасывает в рот один из покрытых спермой сосков Чимина. Юноша стонет. Юнги сосёт маленькие бусинки плоти, чередуя их. Он кусает, облизывает и сильно сосёт их, пока Чимин извивается под ним и скулит, хватаясь за простыню пальцами, его мозг плавится от смеси похоти и боли. Это длится час или пять минут. В конце концов, его соски покалывают и болят, как от стимулирования, так и от вожделения, и он снова становится твёрдым.       Юнги оставляет последний поцелуй на каждом соске и мягко улыбается.       — А теперь возьми их пальцами и сожми.       Чимин подчиняется. Шок удовольствия достигает его яиц, и он задыхается.       — Хороший мальчик. Не убирай руки. У меня нет зажимов, но ты сожмёшь их сам, ладно?       Кивнув, юноша пытается ущипнуть себя сильнее и снова расслабляет пальцы. Чёрт, как хорошо. Почему он не догадался об этом раньше?       Юнги устраивается между его ног и доводит его до безумия. Ближе к концу он чувствует себя таким расслабленным и пустым, что собирается умолять Юнги трахнуть его в кулак, чтобы облегчить боль.       — Пожалуйста, трахни меня. Пожалуйста.       Мужчина тянется за презервативом на тумбочке, и Чимин зашёл уже слишком далеко, чтобы быть разумным.       — Хочу тебя без него, — выпаливает он. — Я дважды проверялся после бывшего. С тех пор я ни с кем не был.       С презервативом в руке Юнги на секунду выглядит ошарашенным.       — Один случайный партнёр после Тэхёна, только минет. После этого я проверялся.       — Значит, всё хорошо?       — Господи. Да. Да, всё хорошо. Я хочу твою сперму внутри.       Юнги закрывает глаза и сжимает челюсти. Он снова встречает взгляд Чимина и бросает нераспечатанную упаковку на тумбочку. Юноша слышит, как она скользит по дереву и с шлепком приземляется на пол.       Прокручивая измученные соски между пальцами, Чимин наблюдает, как мужчина смазывает свой великолепный член.       Одна рука опирается на заднюю часть бедра Чимина, а другая – сжимает основание его твёрдого члена, и Юнги проталкивается внутрь.       Всё иначе, это действительно так. Обнажённая плоть напротив обнажённой плоти. Удовольствие мгновенное. Он проникает в кишечник Чимина, и юноша сжимает свои соски, пока Юнги погружается в него до упора. Это рай. Он на седьмом небе.       Чимин хнычет и стонет, и Юнги складывает его в маленький комок, прежде чем обнять его. Они целуются, двигаясь в унисон, юноша играет с ноющими горошинками между пальцев. Он быстро понимает, что нажим с определённой силой усиливает ощущения, будто нервные окончания в его сосках ведут прямо к его железе, яйцам и члену.       — Блять, Чимин, я уже близко, — бормочет Юнги ему в губы.       — Я тоже. Не останавливайся.       Мужчина встаёт на колени, меняя угол, и начинает быстрее толкаться.       — Ущипни их сильнее, до боли. Давай.       Не задумываясь, Чимин подчиняется. Он кричит от боли, но как только он ослабляет хватку, разряд чистого восторга распространяется от его груди к паху. Он делает это снова, сильнее, его голова выгибается, и Юнги чертыхается.       Чимин теряется. Из-за пульсирующей боли в сосках и давления на железу его мозг едва ли может обработать что-либо ещё. Твёрдость в его заднице – совершеннее совершенства, чудесно удовлетворяющая и одновременно недостаточная, и он слышит свои мольбы и стоны, обрывки слов, дикие звуки, гортанные и грубые.       — Да, вот так. Мой прекрасный мальчик. Ты хочешь мою сперму? Кончи для меня, и я дам тебе всё, что хочешь. Давай, Чимин. Позволь хёну увидеть, как ты кончаешь.       Тёплая рука сжимает его пульсирующую эрекцию, и огромный член в его заднице почти жестоко входит и выходит из него. Чимин отчаянно кричит, так близко, но ещё не совсем, ему нужно больше... просто ещё немного.       — Блять, от тебя захватывает дух. Кончи для меня, любимый.       Любимый. О, как он хочет, чтобы это было по-настоящему. Влюбиться в Юнги. Узнать его. Полюбить его.       Оргазм поглощает его и стирает его разум. Он кричит, его тело разрывают волны разрушительного удовольствия. Его зрение пропадает, он чувствует, как Юнги теряет ритм. Мужчина хватает его, обвивает руками и крепко сжимает, ещё несколько раз толкаясь бёдрами в трепещущую дырочку Чимина.       Его сперма во мне. Эта мысль вызывает у него восхитительный импульс внутри. Губы Юнги находят его, и они встречаются в небрежном поцелуе, тяжело дыша и пыхтя, пытаясь натолкнуться друг на друга и получить последние ощущения от своего единения.       Юнги отстраняется и отодвигается назад. Чимин сразу понимает, чего он хочет.       Он расслабляется на пробу и чувствует, как из натруженной дырочки вытекает немного жидкости.       — Чёрт, — бормочет Юнги, не сводя глаз с щели Чимина.       Кончиком пальца он обводит края и мягко скользит внутрь. Юноша снова расслабляет мышцы, и на палец Юнги вытекает ещё больше спермы.       — Это самая горячая вещь, которую я когда-либо видел, — голос мужчины вздрагивает к концу предложения.       Нежно лаская задницу Чимина, он проталкивает сперму обратно. Он покрывает лёгкими поцелуями яйца Чимина и его член. Юноша закрывает глаза.       Воскресенье, полдень. Скоро ему нужно будет уйти. Реальный мир ждёт его за этими четырьмя стенами. Но Юнги обхватывает его ягодицы заляпанными спермой руками и кладёт голову ему на живот, и Чимин с удовольствием притворяется, что внешнего мира не существует.

***

      Солнце исчезло, но жар поднимается от тротуара, прожигая тонкие кроссовки Чимина. Словно он идёт по раскалённым углям. Небо темнеет, тяжёлые облака нависают так низко, что кажется, будто они проглотят крыши. Обещанный летний шторм быстро надвигается.       Чимин принял душ перед тем, как покинуть квартиру Юнги. Несмотря на это, его задница чувствуется скользкой при движении. Он не слишком старался вымыть сперму. В его посторгазмической дымке ему это нравилось. Но сейчас…       Он отказался, когда Юнги предложил проводить его. Он не знает, почему. Ему нужно пространство, чтобы подумать? Ну, сейчас он не думает. Все его мысли перемешаны, перевёрнуты вверх ногами, перемежаются с изображениями последних нескольких дней и откликающимися впечатлениями.       Над его головой грохочет гром, и он ускоряется. Ощущение в его заднице становится гнетущим. Он понимает, что никто не заметит. Не похоже, что на его штанах мокрое пятно. Но он идёт по городу с остатками спермы Юнги, вытекающими из него, и он чувствует себя голым.       Дерьмо.       Он позволил Юнги трахнуть себя без презерватива. Он даже просил об этом. Господи. Мог ли он быть ещё глупее? Бога ради, он медбрат! А теперь он позорно возвращается домой в воскресенье вечером в пятничной одежде и со свежей спермой, капающей из его задницы. Его сердце колотится в груди.       Юнги был таким милым, таким добрым и заслуживающим доверия, и он чертовски горяч. Чимин провёл выходные в радужном пузыре похоти и блаженства. Ещё одна молния прорезает небо. Красивый пузырь юноши лопается. На этот раз гром гремит ближе, заставляя его вздрогнуть. Несколько тёплых капель дождя падают на перегретый асфальт и сразу высыхают.       Чимин бежит. Кажется, что целое небо падает на него. Струи воды обрушиваются на него за считанные секунды. Его ноги хлюпают в кроссовках при каждом шаге. Через пару минут дорога превращается в реку.       Он моргает, у него кружится голова. Дождь такой сильный, что тяжело дышать. Наконец, он налетает на свой дом, зацепившись за закрывающуюся дверь за собачником. Задыхаясь и слыша, как его пульс бьётся в ушах, он поднимается по четырём лестничным пролётам в свою квартиру. Он достаёт телефон из кармана и кладёт его на полку. Чудо, что он не промок. Чимин направляется прямо в душ и срывает с себя мокрую одежду.       Он устанавливает температуру воды и ступает под душ. Сразу же промывает между ягодиц. Он просовывает палец внутрь. Да, до сих пор скользко от спермы и смазки. Блять, чёрт возьми.       «“Грязная дырка. Тебе нравится это, маленькая шлюха. Я знаю, что тебе нравится.” Чимин не кончил, потому что угол был неправильным, а Чону прижал его руки к кровати, чтобы он не дотронулся до себя. Это должно быть возбуждающим, когда тебя держат и трахают, не так ли? Но это было не так. “Подрочи, если хочешь. Я устал.”»       Чимин отчаянно приводит себя в порядок.       «Чего ты ноешь, сука? Ты хотел член – я дал тебе член!»       Когда юноша был в объятиях Юнги, он вообще не думал о Чону. Но сейчас Юнги здесь нет.       Обернувшись полотенцем, он идёт на кухню и выпивает стакан воды. Он чуть не утонул на улице, но после бега хочется пить. После юноша сидит в своей комнате на кровати и смотрит на свой телефон. Теперь его задница болит, когда она чистая и сухая. Действительно чертовски болит. Боже, сколько раз он принял член с пятницы? Пять? Шесть?       Что он натворил?       Юнги – самый приятный парень, которого Чимин встречал… что ж, когда-либо? Они познакомились всего пару дней назад! А Чимин вёл себя как чёртова нимфоманка.       «Я отведу тебя в клуб и устрою групповуху, тупая шлюха. Может, тогда ты наконец-то насытишься членом».       Неа. Нет. Нетушки. Чону больше не властен над ним. Нет. Но Чимин медбрат, и он позволил парню, которого едва знает, кончить в себя. Он был глуп.       Блять. Блять. Блять!       Его телефон вибрирует в руке, когда снаружи сверкает ещё одна вспышка молнии, за которой следует гром, и он подпрыгивает, как будто его ударило током.       Юнги.       Он отвечает, поднося к уху трясущуюся руку.       — Привет.       — Привет! Ты нормально добрался до дома? Это долбаное наводнение, — Юнги звучит задушенно, но даже так его голос приносит с собой волну спокойствия. Безопасности.       — Да, — отвечает Чимин, удивлённый тем, насколько ровен его голос. — Я принял нежелательный душ на улице, но я в норме. Уже дома.       — Ладно, хорошо, — неловкая пауза. — Чимин, ты вроде как ушёл в спешке. Всё в порядке?       Чимин выдыхает. Блять. Может, он всё-таки не такой спокойный после замечания Юнги.       — Да. Я в порядке.       — Я прекрасно провёл время. С тобой. Я хотел убедиться, что тебе тоже было хорошо, — телефон потрескивает. Юнги снова кажется восхитительно неловким. — И что ты захочешь увидеть меня снова. Я бы хотел пригласить тебя куда-нибудь на ужин. Если хочешь.       — Я хочу, — Чимин не колеблется. Ещё один шелестящий выдох.       — Я слышу, что ты волнуешься. Что такое?       Проклятье. Они уже так хорошо знают друг друга?       — Я… не могу поверить, что попросил тебя взять меня без презерватива.       — Ах, — проходит несколько секунд. — Завтра я снова пройду анализ и покажу тебе результат. На бумаге. Прости, Чимин. Я снова проверюсь, обещаю. Я не хочу, чтобы ты волновался, — слова вылетают и звучат панически. Юнги действительно единорог, не так ли? И Тэхён ручался за него.       — Я не волнуюсь. Я доверяю тебе.       — Я тоже тебе доверяю. Тогда почему ты так обеспокоен?       — Думаю, я просто не могу поверить, что сделал это.       — Прости.       — Перестань извиняться! Это не твоя вина, — он проводит рукой по лицу. — Я не… делаю такие вещи. Я имею в виду, я никогда не пренебрегал защитой с кем-то, кого я едва знаю.       — Кем-то, кого ты едва знаешь, — Юнги тягуче повторяет слова.       — Я не имел в виду… Черт, хён. Мы познакомились в пятницу.       — Я знаю.       — Это слишком быстро.       — А теперь ты скажешь, что тебе нужно время, — он звучит разбито. О чёрт.       — Да! Мне нужно время! Мы познакомились в пятницу! — Чимин звучит немного истерично, даже для собственных ушей.       — Мне жаль. Мне очень жаль. Я понимаю. Ты хочешь, чтобы я… оставил тебя в покое?       — Нет! — страх сжимает его горло. — Нет, — тихо повторяет он.       — Спасибо, блять. Я скоро буду, ладно?       — Что? У меня?       — Да. Это всего лишь в пятнадцати минутах ходьбы.       — В грёбаную бурю, хён!       — Я сбрасываю. Приду через пятнадцать минут.       Чимин строго разговаривает с собой. Да, стыдливый путь до дома вернул некоторые неприятные воспоминания, но они не имеют ничего общего с Юнги. И Чимин больше не тот парень. Он не тонет в стыде и чувстве вины за то, в чём не виноват. Он не такой. Он перешагнул через это, он много работал, и он выбрался на другой стороне тёмного туннеля. Такой короткий рецидив – это нормально. Теперь у него есть прочная почва под ногами, и он, наконец, снова наслаждается жизнью. Всё время, пока он был с Юнги, он не думал о Чону. Ни разу. И это хороший знак. Очень хороший знак.       Дверной звонок звенит через двенадцать минут, и Чимин чуть не бежит, чтобы открыть дверь. На лестнице раздаются мокрые шаги, и вскоре в дверном проёме появляется Юнги, капая на пол водой.       — Боже. Ты промок.       — Ага.       Несмотря на это, Чимин раскрывает руки и падает вперёд. Через секунду он прилепляется к промокшей футболке Юнги, вдыхая аромат его плеча. Пахнет как дождь и земля. Юнги крепко его обнимает.       — Я намочу тебя всего, — бормочет он.       — Мне всё равно.       Юнги целует его в щёку, и глаза Чимина горят.       — Чёрт, — что за давление в его груди? Ком в горле? Почему ему хочется ругаться? — Чёрт тебя побери, хён.       — Я знаю, — Юнги сжимает его сильнее. — Это безумие, да? — шепчет он.       — Ты тоже это чувствуешь?       — Да, — мужчина прижимается носом к шее Чимина, глубоко вдыхает и целует это место. — И ты не представляешь, как я счастлив, что я не одинок в этом.       — Определённо не одинок.       Ещё больше поцелуев в шею и вдоль подбородка.       — Чёрт, Чимин-а. Ты напугал меня до смерти.       — Я хочу встречаться, — бормочет Чимин. — Вдвоём.       — Чёрт возьми, только ты и я.       — Хорошо.       — Могу я остаться на ночь?       — Мой будильник срабатывает в шесть сорок пять.       — Это всего на полчаса раньше, чем мой.       — Хорошо.       Юнги отстраняется и обнимает лицо юноши ладонями. Глядя в глаза Юнги, Чимин вдыхает и выдыхает. Значит, это его новая реальность. Этот мужчина и все эти запутанные, дикие, слишком новые чувства трепещут в его груди.       Они целуются, и Юнги дрожит.       — Давай всё это просушим, — говорит Чимин. Мужчина кивает, тянется за ещё одним поцелуем и позволяет провести себя в ванную.       Десять минут спустя они сидят рядом друг с другом в углу гостиной Чимина, каждый держит по стакану виски. Юнги позаимствовал у него спортивные штаны и футболку.       Сжимая стакан, юноша смотрит на тёмно-коричневую жидкость. Виски был подарком Тэхёна, и почти год он стоял нетронутым на кухонной полке. Сегодня пригодился. Он отпивает, глотает жидкий огонь и храбрится. Он должен дать Юнги объяснение. А может... он ему ничего не должен, но хочет объясниться. Он доверяет Юнги.       — Раньше Тэхён и я обычно веселились вместе, а иногда мы встречались с третьим. Думаю, я был немного диким. Ничего слишком рискованного, но… меня занесло.       — Что изменилось?       — Я встретил парня. Думал, что это любовь. Мы прожили вместе пару лет, а потом… разрыв был трудным. С тех пор я стал спокойнее. Сделал перерыв от встреч.       — Трудным? — конечно, Юнги цепляется за это слово. Чимину следовало бы сформулировать это по-другому, но он всё время забывает, что они только что познакомились.       — Жаловаться на бывших – дурной тон.       — Мы перешагнули через это, так ведь?       — Наверное, — о, что за чёрт. У Чимина есть багаж, а у кого его нет? — Он был абьюзером. Я никогда не думал об этом так, потому что он никогда не применял физическое насилие. Он манипулировал мной и контролировал меня. Я несколько раз пытался положить этому конец, но он угрожал мне или говорил, что покончит с собой. После каждого конфликта он всегда проявлял особую любовь, и я чувствовал себя виноватым. Это был замкнутый круг, и я оставался с ним намного дольше, чем следовало бы. Типичный случай домашнего насилия, сказал мой терапевт, — Чимин не смотрит на Юнги. Вместо этого он наблюдает за золотом в стакане.       — Как ты выбрался?       — Тэхён.       — Тэхён, — повторяет Юнги с улыбкой в голосе.       — Он связался с сестрой Чону, помог мне упаковать чемоданы, пока он был на работе, и буквально вытащил меня оттуда. Когда Чону пришёл домой, его сестра уже ждала его и следила, чтобы он не наделал глупостей. Тэ несколько недель проверял мой телефон и не позволял Чону добраться до меня. Он позволил мне остаться в своей квартире, пока я не нашёл собственное жильё.       Тепло от бедра Юнги покрывает ногу Чимина, пригвождая к себе.       — Он отличный друг, — говорит мужчина.       — Да.       — И поэтому… ты испугался? Из-за своего бывшего?       С чего начать? Стоит ли ему вообще говорить Юнги? Что, если Юнги посчитает его слабым и глупым? Не твоя вина. Это не твоя вина. Его психотерапевт заставлял его повторять это вслух ежедневно. Сначала это казалось глупым, но в конце концов помогло.       — Это немного тяжеловато, — говорит он наконец.       — Так ты думаешь, что я испугаюсь и сбегу, если узнаю, что у тебя проблемы? Я вроде как уже заметил, Чимин.       Юноша в ужасе смотрит вверх, почти проливая виски на шорты.       — Ты заметил?!       Юнги нежно улыбается и гладит Чимина по щеке.       — В этом нет ничего плохого. Я был просто заинтригован, наверное. Ты был так осторожен и иногда выглядел почти недоверчиво, а иногда я видел, что ты сдерживаешься. Потом, когда ты расслабился... Чёрт, ты такой сексуальный, когда отпускаешь себя, Чимин, — ладонь Юнги скользит по его шее, успокаивающе прикасаясь, и, прежде чем он успевает остановиться, Чимин льнёт к ней. — Мне было интересно, почему ты так осторожничаешь. Теперь это имеет смысл. Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти.       — Прошёл почти год. Я в порядке. Но иногда это всплывает снова. То, что он говорил и делал. Сейчас я лучше справляюсь с этим, — он делает глоток напитка, наслаждаясь жжением в горле. С таким же успехом можно покончить с этим и рассказать вообще всё. — Ему нравилось унижение в постели. А мне нет. Мне потребовалось время, чтобы понять это. Технически он не заставлял меня. Я имею в виду, всё это было по обоюдному согласию. Просто... он перемешал всё в моей голове. По-крупному.       — Боже, мне очень жаль, Чимини. Мне очень жаль. Я сказал что-то, что напомнило тебе о нём?       — Нет! Ничего такого. Ты был великолепен. Мне понравилось всё, что было между нами.       — Значит, дело просто в презервативе?       — Отчасти. Ты первый мужчина, с которым я переспал после расставания. Тэхён убедил меня. Думаю, я бы не сделал этого, если бы его не было в комнате. А потом, как будто шлюзы открылись, я просто окунулся в это, — ещё один глоток, только теперь он больше не обжигает, его рот привык к крепости. — Но с тобой я чувствовал себя в безопасности. Только когда я шёл домой, я немного переживал. Но я ни о чём не жалею. Секс с тобой был лучшим в моей жизни.       Тишина. Зачем он это сказал?       — Ты сейчас хорошо себя чувствуешь? — тихо спрашивает Юнги.       — Да, — Чимин поднимает глаза и встречает нежный взгляд мужчины. Юнги наклоняется и прижимается губами к губам юноши мягким поцелуем.       — Потому что ты самый очаровательный и красивый мужчина, которого я когда-либо касался. Я хочу снова заняться с тобой любовью. По крайней мере, тысячу раз.       Сердце Чимина мечется в груди.       — Это много.       — Думаю, это может занять несколько лет.       Юнги убирает их пустые стаканы на стол. Он тянет Чимина к себе на колени, усаживая его верхом. Он выводит круги на спине юноши.       — Если что-то не так, скажи мне. Я серьёзно. Я хочу видеть тебя как можно чаще. Я хочу узнать, к чему это приведет. Кем мы можем стать.       Следующий поцелуй на вкус как виски, и Чимину нравится вкус языка Юнги.       — Я рад, что ты пришёл. Спасибо, — он пробегает пальцами по влажным волосам мужчины.       — Прости, что намочил тебя, — Юнги прижимает его к груди, и Чимин вздыхает. Теперь его переживания кажутся немного глупыми, голос Чону забыт.       — Оно того стоит. Хочу поцеловать тебя ещё.       Они целуются вновь, разделяя вкус напитка, пока он не исчезает, и они пробуют только друг друга. Вой ветра и звук капель дождя по стеклу стихают очень медленно. Шторм смывает грязь и пыль с улиц и отступает. Свежий воздух поступает через открытое окно, охлаждая их кожу.       — Интересно… как Тэ убедил тебя приехать в пятницу? — спрашивает Чимин. — Ты не выглядел так, будто организованные тройнички твоя тема.       — И это правда так, — Юнги посмеивается. — На самом деле, это было бы моим первым разом.       — Серьёзно?       — Ага.       — Тогда почему?       — Ты хочешь всю историю? — Юнги вздыхает.       — Да. Я рассказал тебе свою.       — Хорошо. Мы с Тэхёном познакомились для секса. Я сказал ему, что ищу отношений, и он дал понять, что для него это не будет чем-то большим, чем просто развлечение. Я знал с самого начала, что он не хочет того же, что и я, и он был... слишком диким для меня, — Юнги мягко улыбается. — После первого вечера мы пошли выпить пива и поговорили. Он сказал мне, что хочет подружиться, и сначала я подумал, что это всего лишь дежурная фраза. Но он сказал, что у него достаточно приятелей по траху, и он хочет, чтобы в его жизни было больше людей, с которыми можно пообедать и посплетничать, не думая, как залезть друг другу в штаны. И я ему поверил.       — Мы несколько раз выпивали, и это было неплохо. Было ощущение, что мы действительно стали друзьями. Затем он поделился идеей секса втроём, и у меня возникли подозрения, потому что она не вписывается в нашу сделку. Было похоже, что он сам не хотел этого. Однако он продолжал настаивать. Ты лучше меня знаешь, какой он. И он играл нечестно.       — Что ты имеешь в виду?       — Ну, не только у тебя есть проблемы.       — Расскажи мне.       — Мои самые длительные отношения закончились из-за неверности как раз тогда, когда мы собирались вместе купить дом. Оказалось, что он постоянно спал со всеми подряд, позволяя своим друзьям трахать его в клубах, искал партнёров в сети. Каждый раз, когда я уезжал навестить свою семью или был в командировке, он трахал кого-то другого. Когда я поймал его, он рассказал всё в подробностях, даже то, чего я не знал и, честно говоря, предпочёл бы никогда не знать. По сути всё, что он сказал это то, что я отсталый заносчивый старик без либидо.       — Что? — ахает Чимин. — Ты секс-машина, хён. Моя больная задница тому подтверждение!       — Я предпочитаю секс-демона, — Юнги смеётся.       — Точно, — Чимин целует его в нос и запускает пальцы в волосы Юнги. — Но, наверное, это был удар.       — Я слишком поздно всё понял. Было стыдно и унизительно. Я должен был заметить раньше. Он утверждал, что устал, когда я хотел заняться сексом, а следующей ночью веселился со своими друзьями и давал другим парням в туалете клуба. Я задавался вопросом, что со мной не так.       — Ничего. С тобой всё в порядке. Хотя мне интересно, что не так с ним.       — Кихёну нравились острые ощущения от погони и флирта. Он не любил моногамию. Он просто забыл сказать мне об этом, — от самоуничижительной гримасы сердце юноши сжимается. Он берёт руку Юнги и целует его ладонь. Мужчина печально улыбается. — Неважно. Тэхён знал всё это, потому что, как я уже сказал, мы пили пиво и разговаривали, и я рассказал ему обо всём тогда. Когда он поделился идеей тройничка, он перевернул всё так, как будто я возвращаюсь к Кихёну. Он сказал, что я должен вернуть свою сексуальность и снова владеть своим членом.       Чимин представляет, как это говорит Тэ, и смеётся.       — Этот умный ублюдок.       — Он умён, определённо.       — И это убедило тебя?       — Нет. Не совсем. Кихён больше не должен иметь значения, верно? Сначала я сказал нет. Но это подорвало мою решимость.       — Что изменило твоё решение?       — Это будет плохо звучать, — Юнги смотрит на их руки и играет с пальцами Чимина.       — Скажи мне правду, хён. Пожалуйста.       — Он прислал мне твою фотографию, — Юнги тянется к своему телефону, прижимая к себе тело Чимина. Он нажимает пальцем на экран и поворачивает его юноше. — Это фото.       Это весна прошлого года. Чимин без рубашки, только в шортах, лежит в траве и смеётся над чем-то, чего он сейчас не помнит, прищурившись от солнца.       — И я спросил, действительно ли ты такой.       — Какой?       — Приятный, красивый, нежный. Тёплый, — от пристального взгляда Юнги Чимин краснеет. — И он сказал «да, с правильным человеком», — Юнги делает паузу. — Тэхён прислал мне кучу бессмысленных вещей. О том, как он хотел подбодрить тебя и прочую ерунду, но потом он начал говорить о тебе, будто он устраивал свидание вслепую. Я подумал, что, наверное, он хочет свести нас таким извращённым образом. По крайней мере, я надеялся, что это так.       Отложив телефон в сторону, Юнги проводит большим пальцем по губам Чимина таким нежным жестом, что у юноши снова начинает болеть грудь.       — Когда Тэ прислал тебе фотографию?       — Вторник?       — Этот мелкий засранец. В пятницу он притворился, что идея секса втроём пришла ему внезапно.       — Оказывается, нет.       Чимин слегка раздражён, но не на Юнги. Его беспокоит вмешательство Тэхёна. Бесит, что Тэ оказался прав. Удачная догадка? Чимин провёл все выходные смеясь, обнимаясь и занимаясь лучшим сексом в своей жизни. Час за часом фантастического, первоклассного секса. И теперь они говорят о прошлом и будущем. Он должен отправить Тэхёну моти.       — Он подлый мелкий говнюк, но я ему очень благодарен, — тихий шёпот шевелит волосы на лбу Чимина.       Юноша хихикает и снова льнёт своими губами к губам Юнги.

***

      Вторую пятницу подряд Чимин готовится к сексу. Но в этот раз нет ни страха, ни нервозности. Ну, может, он немного нервничает. Всё это так ново.       Он виделся с Юнги во вторник за ужином после работы, потом снова в четверг, они прогулялись и пропустили пару стаканчиков. Ни один из этих вечеров не закончился сексом. Чимин намеренно держится на расстоянии. Ему нужно было познакомиться поближе с этим человеком. Эротический туман, в который он погрузился в первые выходные вместе, был несколько опасен для него. Он мог слишком легко окунуться в чувственные наслаждения и на несколько недель забыть обо всём остальном.       Два невинных свидания были нужны для его хрупкого спокойствия, как и бесчисленные сообщения и ночные телефонные звонки. Пока одна часть его всё ещё ждёт, когда произойдёт неизбежное, он понимает, что медленно, но верно влюбляется в Юнги. Тэхён, конечно, продолжает его подбадривать, но Юнги не давал ему никаких поводов для беспокойства. Чимин надеется, что после Чону он распознает предупреждающие знаки, и в Юнги он их не находит.       Он выходит из душа и вытирается. Да, те свидания были прекрасными, но теперь он до крайности возбуждён. Он не может дождаться, когда Юнги появится на пороге. Чимин планирует сразу же беззастенчиво наброситься на него. Он хватает бутылку со смазкой и выливает немного на пальцы. Он уже немного скользкий после чистки, но недостаточно для проникновения. Он намерен это исправить. Его член ноет от возбуждения. Стоя у раковины и растягивая себя, он ловит собственный взгляд в зеркале. Проклятье. Он покраснел, зрачки у него огромные. Блять.       Сколько времени? Он ополаскивает руки, вытирает их и хватает телефон. Ещё десять минут. Он успел.       Он вздрагивает, когда в руке звонит телефон. Проведя пальцем по экрану, он подносит его к уху.       — Я уже еду, — торопливо говорит Юнги без предисловия. — Сегодня рабочий день был бесконечным. Я всё время думал о тебе. Может, нужно что-нибудь купить?       — Нет, — разумеется нет. Чимин больше не может ждать ни минуты. — Приезжай скорее. С едой разберёмся позже.       — Отлично. Не могу дождаться, чтобы прикоснуться к тебе.       — Я тоже. Поторопись.       — Боюсь, я не буду… очень терпеливым.       — Не надо.       — Пять минут.       — Я жду, — а потом он решает подразнить его: — Я уже трахаю себя пальцами.       — Чимин! Чёрт тебя побери! Я же на улице.       — Я смазан и готов для твоего члена.       — Блять. Ты знаешь, как тяжело бежать со стояком?       — Тяжело, — он смеётся. — Очень тяжело. Как будто камень в штанах.       — Ты злой! — смех Юнги звучит болезненно. — Я вешаю трубку. Тебе лучше быть голым, когда я приду.       — Да, сэр.       Громкий стон Юнги вибрирует в динамике, и звонок прекращается. Чимин усмехается. Он снова смотрит в зеркало. Он выглядит счастливым. Беспечным.       И он будет голым, когда придёт Юнги.       Он перегибает? Он… слишком напористый? Слишком возбуждён? Развратен? Но нет, этот голос в его голове звучит как Чону. К счастью, за последнюю неделю он ослаб.       Чимин выходит из ванной, оставляя дверь приоткрытой, чтобы вышел пар. Ночь снова будет жаркой, но не такой удушающей, как на прошлой неделе. Идеально для того, чтобы провести ещё один уикенд без одежды, за исключением того, что в этот раз они проведут пару часов на открытом воздухе. Они договорились о пикнике в парке. Чимина пригласил младший брат, чтобы отпраздновать его повышение до должности администратора в довольно хорошем ресторане города воскресным вечером, но он чувствует, что ещё слишком рано приводить Юнги. В следующий раз.       Он быстро проверяет гостиную и спальню на предмет посторонней посуды или грязного белья, но всё в порядке. Пиво в холодильнике, еда на вынос на столе. Смазка в спальне, ванной и гостиной. Презервативы в нижнем ящике спальни. Они им не понадобятся. Несмотря на то, что Чимин объяснил своё тогдашнее расстройство, Юнги снова сдал тест, поэтому юноша сделал то же самое. Результаты пришли вчера вечером, все отрицательные.       Звук дверного звонка заставляет его сердце колотиться в груди. Борясь с желанием прикрыть свою наготу, он идёт открывать.       Юнги врывается в квартиру, и дверь за ним закрывается. Через секунду его язык оказывается во рту Чимина, а руки на его заднице. В отчаянии он пытается стянуть одежду с Юнги во время поцелуя и с трудом отстраняется, чтобы снять футболку через его голову. Твёрдый член Чимина пульсирует, а яйца ломит от боли. Юнги разворачивает его и толкает к двери.       — Готов? — спрашивает он, хватая Чимина за бёдра и раздвигая его ноги.       — Да! Блять, да! — юноша выгибает спину и выставляет задницу назад.       А потом член Юнги скользит в него, всего через минуту после звонка в дверь. О да. Это приятно. Действительно прекрасно. Растяжение, трение, небольшое жжение внутренних мышц, помнящих, как это хорошо, и постепенно расслабляющихся. Бёдра Юнги прижимаются к его ягодицам, его член входит по самое основание. Рай.       — Чёрт, я так скучал по твоему члену.       — Я скучал по твоей заднице.       Первый толчок почти отрывает Чимина от пола. Наполненность ощущается невероятно. Он хватается за плоскую поверхность двери, пытаясь остаться на месте, когда Юнги набирает скорость. Его яйца касаются Чимина.       — Господи, Чимин, я долго не протяну. Блять!       — Не останавливайся. Я близко. Трахни меня! Сильнее!       Он хватает свой член и лихорадочно дрочит. Он истекает смазкой, быстрое движение его руки вместе с мощными толчками толстого члена Юнги по его простате вызывают покалывание во всей нижней части тела.       Ещё несколько фрикций, и он взрывается. С удивительной ясностью он видит, как его сперма летит по воздуху и брызгает на тёмное дерево входной двери. Одна, две, три, четыре струи, а затем ещё несколько капель, вылетающих мягкими пульсирующими толчками. Юнги врезается в него сзади, усиливая его удовольствие, и Чимин закрывает глаза. Блаженство.       Мужчина рычит, кончая следом спустя несколько толчков, пронзая Чимина всей длиной и почти болезненно сжимая его бёдра. Уткнувшись лбом в волосы Чимина, он громко вдыхает и выдыхает.       — Твою мать, — тихий стон, ещё один толчок, остаточная дрожь удовольствия. — Чёрт возьми, Чимин.       Юноша хихикает, у него кружится голова.       — Было хорошо?       — Чёрт, малыш. Чёрт! — его руки крепко сжимают Чимина, и он медленно отступает от него. — Можем делать это каждую пятницу?       — Я встречаю тебя голым? Конечно.       — И подготовленным? — с надеждой спрашивает Юнги.       — Если это означает, что ты выебешь меня до умопомрачения прямо у двери, я в деле.       Юнги подхватывает Чимина на руки, и юноша хватает его за плечи, удивлённо визжа. С трудом ему удаётся отнести Чимина в спальню и уложить его на простыни, он спускается по его телу и усаживается между раздвинутых ног Чимина. Глубоко целуя юношу, он поглаживает всю его кожу, ныряя одной рукой между ягодиц Чимина. Игра со спермой возбуждает их обоих, и вскоре Юнги ласкает дырочку Чимина, скользя внутри, в то время как юноша трогает полутвёрдый член Юнги.       Сегодня вечером они трахнутся ещё несколько раз. Потребность Чимина совсем не утолена, и он нуждается в Юнги.       — Останемся голыми на все выходные? — спрашивает Юнги.       — Даже во время прогулки?       — Я позволю тебе прогуляться, но ты снова снимешь одежду, как только мы вернёмся сюда.       — Хм. Что я получу взамен?       — Минет, римминг, секс, массаж… По сути, я буду твоей живой секс-игрушкой на всё это время, — он делает паузу, поднимает голову и рассматривает лицо Чимина. — И торт. Я приготовлю персиковый муссовый торт.       — Продано. Римминг и торт.       Улыбка, которую дарит ему Юнги, означает гораздо больше, чем просто весёлое подтрунивание. Уголки его губ и блеск в глазах выглядят нежными. Почти… любящими. Многообещающими.       Член Юнги снова твердеет в его руке, и Чимин наслаждается его формой и весом. Он поглаживает его, собственное желание становится острее.       Расставив ноги шире, Чимин приподнимает бёдра, а Юнги возвращает свой член на место, не говоря ни слова и не колеблясь. Они неторопливо двигаются, пока их языки переплетаются. Чимин занимается любовью с Юнги без каких-либо странных деталей или грязных слов, и это всё равно невероятно возбуждает. Он поражается тому, насколько лёгким и естественным может быть секс с правильным человеком.       Когда он кончает во второй раз, Юнги смотрит ему в глаза, выражение его лица полно изумления.       Чёрт, он забыл купить Тэхёну моти. Он сделает это первым делом в понедельник. Большая коробка лучших рисовых пирожков в ассортименте. Как минимум полкило.