Только не это...

       Леви потерял сознание и только через час, он смог открыть свои глаза. Увидев всю картину, он был ошарашен. Сама картина была такова : Леви был привязан в одной из игрушек, првязн он был к стене, ноги и руки были привязаны, сам он был в положении креста. Во рту кляп, который был в слюнях и не давал произнести хоть какой-то звук. Эрвин Смит стоял же прямо перед ним. В костюме с платью в руках. - Ох, проснулся? - Ехидно спросил Командующий. Леви кивнул в ответ, ему не хватало сил сопротивляться, он чувствовал себя подавленым. Как будто, проиграл в битве с титаном. Как будто, опять потерял своего товарища, друга. Эрвин уверенно подошёл, слегка приподнял голову Леви. На его глазах виделись слезы, именно этого, он и добивался. Он желал о том, что бы Леви плакал, что бы он нуждался в нем, что бы он - был спасением.

***

Удар. Живот горит, словно на него вылил и кипяток. Сжав кляп, он слегка просто над от боли. Он молил о том, что бы слезы не потекли, лишь бы не слезы. Мгновенье, ещё удар. Слезы накатывались все сильнее и сильнее, он стонал от боли, жгучая боль. Жар. Опять удар. Какой уже по счету, 3? Да, но боль не выносимая. Леви закрыл глаза и слезы потекли ручьём. Он плакал. Не от боли, а от ощущения подавлености, он опять потерял своего товарища. Эрвин, глядя на все это, лишь смеялся, ухмылка.. Ужасная ухмылка, от которой тошнило. Чертов извращенец. Леви открыл глаза. Эрвин все так же не принужденно стоял, но уже не с плетью, а ошейником и намордником. "я не собака" промелькнула мысль в голове Леви, перед ударом. Щелчек. На секунду показалось, что он на свободе. Руки и ноги свободны, но сил нет. Нет сил, что бы издать хоть звук, хоть пошевельнуться. Снова щелчок. Ошейник уже был на шее, Ушки, намордник. Всё это казалось безумным сном, будто это все не правда. - что должны произносить собаки? Спросил Эрвин, приподнимая голову Леви. - повторюсь, что должны произносить собаки? - Гав.. - дрожащим голосом еле произнёс Леви. Его взгляд был направлен в сторону стола. На столе стояла смазка. Он уже догадывался, для чего она, но все же, он надеялся, что этого не будет, что это все не правда, лишь кошмар. Как же он желал смерти, никогда он не говорил себе, что хочет умереть, он считал, что самоубийство - это действия слабых. Трусов, которые не могут найти выход, хотя он перед носом. Трусов, которые сбегают от проблем. Но в итоге, он сам стал этим трусом. Удар. Колющая боль, жар, который он уже чувствал прежде, но ни как не привык. Сознание помутнело, в глазах все плыло. Он потерял сознание, прямо перед ударом.