Жизнь, которую ты дал.

1 глава. [Повествование от лица Джона Ивса] Он был угрюм. Его лицо выказывало излишнюю для нынешнего него задумчивость. Мешки под глазами рьяно светили облик мыслей у него в голове, а безобразно лохматые, черные локоны волос давали понять что было за ее пределами. Я не понял его намерений на этот день, но он был как никогда задумчив и заинтригован. - На этой неделе мы поедем в Тибун, Вилл наконец одобрил заявку на размещение здания. Тибун. Тогда он решился на поездку в родной город. Я не знал что ответить, последние годы я только следовал его натуре, никак не препятствуя, но в тот момент мне стало тяжело внутри. ___ По прошествии времени мы уже сидели в салоне кабриолета ~ Нет, не потому что он любит выделиться или бахвалиться своим состоянием, просто, как он говорил - "Мне нужно больше воздуха и взора не небо". Мы проезжали вплоть некогда пустующих полей, ныне полностью застроенных многоэтажками. Мои мысли медленно вытягивали картины, в которых эти места были наполнены природным блаженством, в которых мне было теплее чем сейчас. Я пытался уловить каждый миг, что цеплял Эрнс, но так и не смог понять его услады. -Эрнс, мы почти приехали. -Прекрасно. В Тибун мы тогда приехали не только для посещения Онкологического центра для детей, но и для выступления на публику, которую радушно организовал мэр города. Все же Эрнс был выдающимся лицом, которое в свои 27 лет, успело потратить половину накопленных богатств, и не на абы что, а на поддержание жизни детей. Именно это ставило его выше напыщенных олигархов, кои уже в нынешнем времени чувствовали себя знатью. Мы проходили толпу за толпой, мимо нас пролетали давние знакомые, уже изрядно потрёпанные годами. - О-хо-хо. Эрс Фаворс, какие люди. Тогда я заметил, да, сначала заметил, потом уже до меня дошел этот гнусный и язвительный голосок мужчины, чуть выше меня, и чуть шире Эрнса. -Я смотрю у тебя жизнь так же тяжела, аж глаза почернели от недосыпа ~ Его презирающая "все" улыбка во весь рот, заставляла мои кулаки сжиматься все сильнее и сильнее. -Ну ты не переживай, дядя всегда поможет, сколько тебе дать, племяшка. Ха-ха. Сука. Единственное слово которое я хотел выкрикнуть в тот момент. Он подначивал издёвками Эрнса, а группа его подсосов явно наслаждались его превосходством. -Джон, пойдем. Он не стал вестись на провокацию, но его дядя позади ощущал мнимый вкус победы. Какие же мразотные люди. Мы поднялись на сцену, он пожал руку каждому из четырех чиновников, и приблизился к микрофону. Все взгляды устремились на его фигуру. Для них это был непонятный человек, в длинном, черном пальто, черезвычайно высокого, богатого генами телосложения, но лицом бедняка. -Позвольте представиться, Эрнс Фаворс - человек, который за свою короткую жизнь сделал больше благого, нежели вы. Что я хочу сказать, пожалуй начну с минимума. Я приехал для консультации, воспитании детей, в нашем новом Онкологическом центре. Он начал со стандартных фраз - "кто я, зачем приехал", от чего скопление людей потеряли интерес. Кто уже сидел в телефоне, кто перешептывался, кто ковырял в носу. Они показывали всю степень незаинтересованности, даже мэр только и мог что игриво сверкать глазами, совершенно не вникая в речь. -Кхм... Каждый из вас должно быть думает зачем я здесь? Почему стою и повествую о таком низменном для вас, как спасение детей. Ну да, ваша правда, вы зарыты. Зарыты в гробы своим возрастом, зарыты под землю своим образом. Для меня же, дети пережившие тревогу смерти, способны на большее, по крайней мере они пытаются изменить жизнь, а не вопрошать ее продления. Вы скот, который кормиться, трахается, и живет благодаря времени, что ещё не закончилось. Вы грязь, которая развеяла смог трухи и желчи по всему миру. Я здесь чтобы не допустить такого "взросления" для детей, я здесь чтобы дарить им истинную жизнь, а не давать причины для ее продления. Толпа просто разрывалась, у кого то скорчилось все лицо, кто-то открывал рот, но так и не смог что-то высказать против. В тот момент он колол их в сердце длинным копьём, в тот момент он душил этих змей Мы выходили из зала, как наспех прибежал его, уже угрюмый и угрожающе настроенный дядя. -Что за бред ты несёшь?! Приехал подзаработать на детишках, а при нас говоришь такую чушь?! Ты сука.. Я не успел к тому моменту как он ударил Эрса и прижал к стене. Однако как бы я зол в тот момент не был, это выглядело курьезно. Эрз был выше, от чего прижатый он, просто смотрел на мелкого задиру сверху вниз. Я в тот момент не долго думал, и сразу же ринулся к ним. Помню от моего удара ногой послышался хруст его ребер, помню как он через мгновение, после необдуманного насилия, уже валялся и сплевывал на пол. -Коли, твои манеры ни к черту, я знал. Кстати о твоих замечаниях, разве ты не прямое доказательство моих слов? Напыщенный ублюдок, отребье общества, мусор, никчемное насекомое. Оскорбления тогда продолжали оседать на Коли, его лицо мутнело, ну ещё бы, некогда бушующее в нем превосходство заставило его же пасть. Вокруг уже собирался народа, где-то даже затисались Друзья Коли. В тот момент он был похож на дворнягу, которой знатно пнули по морде. -Мэр Валли, его мать работает в коррупционном отделе, как вы думаете, способна ли она честно справляться с работой, если даже не может воспитать честность в своем чаде? -Господин Эрнс, конечно же, вы правы, но... -Тогда уволить. Увольте эту чушь с ее места. Увольте этот мусор за ней же. Я помню как он смотрел в глаза мэра в тот момент. Он прожигал его взглядом, на что тот скукожился и потерял дар речи. -Бб..-ббудет исполнено. Просто конец. Его дядя узрел просто кончину, к которой он всеэ привел своими действиями. Видели бы вы тогда его лицо! Оно просто судорожно искало место где нет взглядов, казалось он в любой момент сделает глубокий вздох и просто умрет от злости и жалости. ____'_________ 2 глава. [Повествование от лица Джона Ивса.] Он закинул новую дозу таблеток, и ринулся вперёд, по зданию в котором он даст надежды, в котором он подарит жизнь. -Здесь палата для больных находящихся на 4, заключительной стадии, там для тех кто проходит курс реабилитации, там комната отдыха... Работник Центра рассказывал Эрнсу все о месте, показал все что требуется. В диалог введения внезапно встряла маленькая девочка, лет 6-7, в тот момент Эрнс полностью проигнорировав своего "гида" наклонился к ней. -дядя, вы же тот дядя с телевизора, да! Ее глаза засверкали, как будто она увидела своего любимого персонажа из мультфильма вживую. -вы же пришли чтобы мы смогли жить, вы же пришли нам помочь, да? Она осыпала его вопросами, пожалуй не характерными для своего возраста, и искренне радовалась когда он одаривал ее надеждами на выздоровление. - Естественно, юное солнышко. Я пришел, теперь ты можешь не переживать, иди пока что в палату, солнце, а как тот дядя в халате покажет мне лекарства, я сразу же приду к вам, чтобы поскорее приступить к лечению. Он заставил ее ещё больше возрадоваться. Не понимаю, до сих пор не понимаю, но что-то было в его простых словах, что давало надежду детишкам. _________ Проходило время, с ним все больше детей резвились и радовались, радовались от того что рядом был Эрс, который всегда погружался в из проблемы, который всегда был их звездой, местной звездой. Детям будто всегда не хватало взрослого, который сможет играть с ними на протяжении всего дня, видимо сама натура Эрнса подходила для них. Кто-то из детей сразу узнавал его, - "Вы же дядя из телевизора" - говорили они. Конечно, тогда по телевизору крутили Эрнса Фаворса, его преподносили как надежду для обречённых, некогда обычный парень, потратил половину себя на повышение качества лечения Онкологии для детей, его центры были по всему миру, его центры вдохновляли весь мир. ____ Дети радовались, время шло, кто-то из них выписывался, и стал жить полноценной жизнью. Они всегда были серьезными при выписки, как и говорил Эрнс "Самое худшее это дети на пороге смерти. Худшее для нынешнего общества." И впрямь, тогда я сам наблюдал как взрослы они были несмотря на свой юный возраст, как яростно полыхал огонек жизни в их глазах, они были из тех, кто так же как Эрнс - отдавал себя всем, но не себе. Они были надеждой на изменение привычного нам общества, - мрачного и эгоистичного. 3 глава. [Повествование от лица Джона Ивса] Через пол месяца привезли его, юного сорванца и дебошира, но до треска в душе доброго мальчика. Помню как Эрнс схватился за лицо, когда увидел того кто шел рядом с ним... Эллис Найт. Это была его первая и последняя любовь. Эллис. __ [Повествование от лица Эрнса Фаворса] {Лагерь.} Она была изящна, добра, и вечно зияла позитивом. Я в то время был посредствннным подростком, юным и наглым, полной противоположностью ей. Как же мне тогда нравилось наблюдать за ней. Ее белоснежные, отражающие даже красоту солнца - волосы, янтарные глаза - взгляд которых всегда заставлял меня отвернуться, должно быть от смущения, ведь я боялся смотреть в девственную доброту, от чего вечно задирал ее, как бы получая эмоциональное спокойствие. Какой же я был дурак, ха-ха. Помню как мы смеялись, под мои остроты, которыми я отстреливал друга, да уж, я наслаждался ее смехом, таким чистым и наивным, но какой же я был дурак. Прошла половина месяца, и я понял что скоро возможно не увижу. Тогда я зациклился на ней, тогда я начал жить ей. _ -Ты совершенно не понимаешь как я тебя люблю! Я не могу скрывать своих чувств, я не могу потерять тебя. -Эрс, я.яя.... -Эллис... Как к мне тогда было стыдно... После произношения ее имени я наклонился, в ожидании поцелуя. блять. Какой же я был дурак. Она отклонилась, она забоялась, или была не готова. Не знаю. Блять. Я просто сгорел от стыда и убежал, слыша только последнее - Эрс. Лагерь кончился, а воспоминания о потери оставили прокол в душе навсегда. До сих пор вспоминаю ее радость от игры в салки, как она изворачивалась от моей руки, и как я оставался в дали от нее с каждой секундой. Мое поведение, мой характер, возможно именно это мешало нам тогда. Я любил ее доброту, ее отношение к каждому было однотипно, она помогла бы убийце сожалеть о содеянном, я уверен... Потому что она помогла мне измениться и сожалеть о своих поступках. Какой же я был дурак. ____ [Повествование от лица Джона Ивса] Он побежал на крышу. Он достал свои лекарства. После закинутой пилюли - закурил сигарету и застыл. Он застыл и смотрел вдаль. Было видно что его состояние в данный момент растерянное, я так хотел помочь, хоть чем-то, но с каждым сантиметром тления сигареты я понимал, понимал что в данный момент - бесполезен. Он сжал окурок в руке и засунул его в карман, стёр черноту с ладони и двинулся обратно. Эта его привычка, приносить себе боль, она была какой-то изюминкой, после каждой выкуренной сигареты, он вечно сжимал недогоревший пепел в кулак, обжигая себя. Ему так было легче. -Эрнс, это она? Я помню её образ, помню как он мне рассказывал о ней, это точно была она. -Джон... Я же все потерял... Я же хотел уйти без сожалений... Так почему сейчас я так хочу жить. Его лицо... Оно было изуродовано сожалениями. Я задыхался в тот момент, задыхался от безысходности, задыхался в поисках ответа. -Ладно, нечего страдать по пусту, мы не поможем детям горем, пойдем. 4 глава. [Повествование от лица Джона Ивса] Он зашёл в из палату. Минутой ранее он проглотил 2 пилюли, как он тогда сказал - для храбрости. И вот он тут, идёт к койке, наклоняется к мальчишке. -значит ты братишка Эллис, хмм... Как ты мог заболеть, это очень неправильно, такц. -Вы же тот самый! -Тише. Тот самый - тот самый, у тебя значится печень нужно немножечко подлечить. Не это не такие уж проблемы, мы значит... -Дяденька, мне говорили что тут меня смогу поднять на ноги, тоесть я смогу скоро снова играть в футбол?! Хех. Какая наивность. Детское пристрастие к простоте, как же оно было умилительно. -конечно, более того ты сможешь стать самым известным футболистом, к черту отчаяния, мы сделаем тебя Месси, или Аршавиным. -Месси и Аршавин уже давно не играют, дядя, я не хочу быть кем то, я хочу... -Конечно, это я сейчас так говорю, потом скажут - быть как Крис Найт! -ахаха. Их беседа была о таких простых, но в то к время больших вещах. Он не просто говорил, он дарил возможность, он сам вливался в мечту детей, от чего сие казалось не просто трепом, а возможным будущем. -дядя, а откуда вы знаете мою сестру, вы просто сказали Эллис. В тот момент я видел его опустившиеся глаз, но выражение лица давало понять - он ждал этого вопроса, ждал что кто-то спросит у него про нее, ждал, чтобы самому вспомнить. -Ну... Мы с твоей сестрой очень хорошие знакомые, она мне как то помогла.. -Правда!! Моя сестра знакома с дядей Эрнсем!!! - Ну мы, знаешь. С их разговорами я сам уже не заметил как в дверном проёме кто-то стоял. -Конечно, Крис, мы знакомы... -Эллис... Его взгляд затуманился. Он не знал что делать. Он просто сидел и смотрел. Он не мог ничего сказать. Я в первый раз увидел Эрнса таким растерянным. -Привет, Эрнс, давно не виделись. -Эллис... Они начали говорить, долго говорить, о старом и потерянном, о новом и наболевшем. Крис встревал в их диалоги со своей остринкой, от чего беседа переливалась от взрослой на детскую. -Эллис, я правда... Я. -Эрнс, стой. Он не смог выдавить из себя того заветного, того что так долго оседало в нем, он смог только убежать, опять. ____ Он рылся в бумагах, он постоянно курил и глотал пилюли, он что-то рьяно искал тогда. -Нужна пересадка, у меня же ещё не поражённая печень, у нас с ним совпадает и группа крови, да и часть печени должна подойти, времени мало, нельзя медлить. -Подождите, ваш организм не сможет справляться так же как и сейчас, пересадка опасна, если не смерть на операционном столе, то сильное сокращение жизни, вы... -я сказал сделать... В любом случае, больше - меньше, я хочу подарить ее брату надежду, я хочу оставить себя. Они все же согласились с ним, и подготовили все к операции. Я был тогда потерян, не знал что делать и что сказать, он был настроен серьезно как никогда. 5 глава. [Повествование от лица Эллис Найт] Он был мрачным, с уклоном в дебоширство и эгоцентризм, однако это было лишь его самообманом. Он был добрым и чутким, никогда не замечал этого в себе, всегда отрицал, но именно эта страсть перебороть себя, страсть отрицания и мнимого согласия меня в нем притягивала. В лагере он всегда сидел напротив меня в столовой, и вечно заваливал вопросами по типу - как дела, как еда, вкусно, да? Какой же он был... Он был мой. Я боялась что он уйдет, боялась что отдаст внимание другой, я не знала что такое любовь, но почему то видела ее в нем, и все равно смахивала из-за неосознанности. Я боялась не поцелуя, а того что я не умею, но он стал отвариваться от неудачи, а что могла сделать я в том возрасте... Я была очень стеснительная к таким моментам. Я помню как после операции врач ободрил нас с братом "Все отлично, часть печени усвоилась, парень, ты будешь жить ещё очень долго". Слова врача были прямыми и для кого-то колкими, но как же они грели, грели до одного момента... -Крис, подожди пока что. Все кричали, отделение окутала суматоха. Я вышла из палаты и моему взору предстала самая ужачная картина. Эрнс лежал на холодной плитке, а из его ноздрей сочилась свежая кровь, его тело скукожилось в комочек, насколько возможно, и безустанно дергалось. -Что случилось! Моя голова пошла кругом, я видела человека что дарил мне радость в печальном состояние. Я вспомнила все, все что было потеряно. Я не хотела, не хотела снова его отпускать, не хотела опять терять. _ Я сидела около его койки, облокотившись о плечо, и плакала, плакала и ждала. Прошло более 3 часов, перед тем как я почувствовала руку на своей щеке. -Эллис, ты должна плакать рядом с братом от радости, а не тратить слезы на такого как я... - Не смей! Не смей говорит это сейчас, прошу! Я был в не себе от его слов, даже сейчас он язвил, даже сейчас он врал самому себе. Самый больной удар был по приходе врача, с его мрачным заключением. Рак заключительной стадии. Жизнь максимум в месяц. Я упала. Упала в бездну. Все воспоминания воспроизведились и циклились на нем. Я не могла ничего. Встать, убежать. Не могла. Я просто лежала на нем и ревела, ревела от безысходности, ревела от осознания потери. Его рука постоянно гладила мою спину, его теплая рука... 6 глава. [Повествование от лица Эрнса Фаворса] Майя была трудным ребенком, трудным ребенком с большим сердцем. Ее завезли к нам осенью, помню её слова до сих пор -" я ненавижу осень... После нее всегда наступает холод. Холод после ее серости. Это самое неприятное время года" Она очень глубоко размышляла для своего возраста, в ней это меня и цепляла. Я всегда был рядом с ней, по началу она меня не принимала, как и других врачей, язвя что это бесполезно и она все равно умрет. 16 лет. Для меня было впервой наблюдать за таим ребенком. Опустошенным, принявшем смерть, она была как я раньше, она смирилась и приняла. Я вечно приносил ей игрушки, она из ненавидела, кричала что уже не маленькая, на что я начал таскать ей книжки, она конечно же снова возмутилась, мол, зачем ей перед смертью загружать голову ненужной информацией, я принес много сладостей, но она ответила что ей не понраву сладкое, я вечно пытался угодить ей, но всегда не получалось. -ты вечно носишься возле меня как угарелый, свыкни уже и исчезни, так будет проще нам обоим. -если я уйду ты останешься одна, разве тебе не будет одиноко? -я в любом случае буду одинока, под землей. -кха Я подавился своей же слюной. Почему, почему эти слова так глубоко ударили, и почему я не могу ответить. Я не перестал уходить, я не перестал ее подбадривать, так летели дни, и приближался тот злополучный миг. Она смотрела в окно, на то как оседают белые снежинки, на то как осень заменяет зима. -Наступили холода... Эрнс, почему? Почему ты так стараешься ради меня?! Я уйду так же как осень, я не вспомню тебя, себя, я просто растворюсь в снегу! Тогда почему?! Она плакала. С каждым словом слезы выступали все сильнее. -Ты сказала что будешь одинока и так... Сначала я принял твои слова, думал что они несут праведность, но потом осознал, что с уходом осени именно я буду встречать эту зиму в одиночестве. Майя, прошу, дай мне насладиться последними днями с тобой. -Эрнз... Я прошу, нет.. Я поцеловал ее в лобик, в ее теплый, несмотря на внутренний холод - лоб. Это была не любовь к девушке, это была любовь к зеркалу, она была моим отражением, одиноким, пустым. Я не хотел чтобы она ушла одна, не хотел чтобы расстаяла этой зимой в холодном снегу. -Майя, не думай сейчас ни о чем, давай просто насладимся, когда нибудь мы вновь встретимся, зимой, путь холодной, но я тебя уверяю, нам будет тепло. Я смотрел, каждый день смотрел с ней за окно. Как бушует метель, как покрываются гурьбой снега дороги... А после как все тает... Я смотрел и вспоминал, вспоминал как полюбил зиму и возненавидел весну... Она ушла. 7 глава. [Повествование от лица Эллис] Он дарил мне радость, даже несмотря на скорый уход, он дарил надежду. Мы катались по всей стране, мы развлекались как могли, играли в салки Крисом уповая в детстве, мы жили, и я была рада, поистине рада. Мы сидели на диване, и пребывали в молчании после его истории о Майе. Я не могла не понять его боль, я не могла скрыть слез. -Эллис, пока я тут, пока я жив, я хочу, хочу попросить тебя об одном. Эллис, я хочу ребенка, я не хочу уйти не оставив от себя ничего. Эти слова... Почему... Почему мне был так плохо, почему я задыхалась... Мы слились, от нежных поцелуев и объятий, до страстного соития, до прекрасного сотворения. Через 14 дней я сделала тест, и выбежала с радостными криками. -Мася, я беременна, беременна от тебя! Он чуть не захлебнувшись кофе, резко встал и схватил меня, схватил и произнес заветное - - Я стану папой, чёрт возьми, я стану папой. Мы долго разговаривали, было и тяжело, и спокойно, и до мурашек приятно, приятно осознавать что все хорошо, приятно было отпустить все мрачные мысли, приятно было насладиться с ним в первый раз чистотой, наивностью обычного бытия... __ - Я люблю тебя... Пожалуйста, не смей плакать, даже не думай грустить... Я ненавижу...хехе... Ненавижу весну, но как назло ухожу с таянием снега... Эллис, не забывай меня, и не вспоминай плохого. Его последние слова разбивали меня. Самое худшее для мамы, это смотреть на ребенка без отца. Как бы я хотела наблюдать за взрослением дочери с ним. Как мне его не хватало. Но даже так. Он сказал отбросить грусть, ведь ничего не закончилось. ___ Эрнс, я и Майа тебя очень сильно любим, твоя дочка самая прекрасная на свете, она ни за что не забудет тебя, она обязательно расскажет о тебе большему количеству людей, какой ты был. Ведь даже сейчас дети живут благодаря тебе, ты дал не надежду, ты дал жизнь. Заключение. [Повествование от Криса Найт] 7 лет спустя. Она прекрасна. Майя. Моя дорогая племянница, и частичка тебя, Эрнс. Она уже много знает в свои 6 лет, ещё бы, у нее такой умный дядя, и мама. Дядя Джон приходит по 2 раза в неделю, и всегда с подарками, он уже завалил ее с ног до головы, эх, если бы ты был тут, ты бы его точно остепенил. И все же, Эрнс, часть твоей печени во мне, часть тебя, и часть жизни Майи в твоей дочери, ты дал жизнь, Эрнс, ты дал нам жизнь... _ Автор: Напротив надгробий, в угрюмой тишине, над жемчужным снегом бесконечная история вашей с Майей Зимы. Покойся с миром, Эрнс Фаворс. "Ненавижу осень, после нее всегда наступает холод. Холод после ее серости"