the suburbs

Джей часто вспоминал свою жизнь в пригороде. Последние годы старшей школы, он тогда учился водить, а Хисын в шутку твердил, что с такими навыками на дороге Джею точно не выжить. Иногда Хисын говорил, что хочет сбежать. Он всегда вел себя так уверенно, спокойно, но в то же время безрассудно. Джей помнил, как однажды на какой-то глупой войнушке банд за территорию они оказались по разные стороны баррикад. Джей тогда смотрел на Хисына, стоящего напротив. Ветер трепал волосы старшего, а растянутая футболка Джея так идеально смотрелась на его худощавом теле. Хисын улыбался и выглядел даже каким-то воодушевленным, но стычка их группировок была настолько вялой, что его глаза вскоре затопило скукой. Всего лишь детские игры, никакого насилия. В тот вечер они оба сбежали на крышу дома, построенного еще в семидесятых. Джей аккуратно держал лицо хёна в своих руках, целовал его веки, а Хисын снимал с себя ту самую футболку. Бывало, что они хотели быть крутыми. Или хотя бы казаться такими. Но чуть что - тут же убегали от охранников стоянок через дворы, смеясь и крича ругательства на всех известных им языках. Хисын хотел изучать испанский, говорил, что этот язык как песня. Джей шептал ему на ухо, что голосом хёна любое слово казалось ему песней. На крыши из семидесятых они больше не сбегали. Тот дом вскоре снесли. Джей насмотрелся фильмов, ему казалось, что кадры из работ Гаса Ван Сента напоминают ему их жизнь. После залета старшеклассницы в местной школе Джей задумался о том, хотелось ли ему детей. В итоге решил, что хочет красивую дочку. Он бы показывал ей фотографии своей юности и пейзажи пригорода, где они с Хисыном выросли. Или ладно, пускай будет сын - наверное, он будет водить машину лучше своего отца. Джей вспоминал, как они оба стояли в сумерках под мостом, а затем выбегали на нагретый летним солнцем асфальт и кричали во все горло любимые песни. Как после они валялись на траве в парке. Какими смелыми были поцелуи Хисына и как уверенно он снимал с Джея куртку. Иногда ему это снится. Хисын приходит к Джею во сне, и они оба так красивы в своем юношеском бунтарстве. Они все так же бегают от охранников, обнимаются на крышах и в открытую презирают всех окружающих. В этих снах они все еще кричат любимые песни. Джей все еще отчаянно живой и улыбается. Хисын так же прекрасен.