strawberries & cigarettes

Эрен любил клубнику. Он мог есть ее каждый день, запивая молочным коктейлем и заедать клубничными пирожными. Несмотря на любовь к этой «детской» ягоде, Йегер пережил слишком многое для своих девятнадцати. Когда ему было десять — он спас девочку от насильника. В тот день он шел домой через какой-то двор, когда услышал крики и шум из-за кустов. Вспомнился охотничий нож отца, лежавший в рюкзаке. Мальчик подошёл ближе и увидел спину мужчины, который раздевал плачущую девочку. Недолго думая, Эрен вытащил оружие и нанёс несколько ножевых в спину. Пока насильник валялся на земле, дети убежали подальше оттуда. Эрен отвёл девочку к себе домой, где родители уже позвонили в полицию. Микаса, а так звали эту девочку, оказалась его одногодкой и они быстро подружились. Конечно, ни старшие Аккерманы, ни судья не верили в эту историю и продолжили искать виновного, пока кто-то не предоставил записи с камер видеонаблюдения. Мужика, который выжил, посадили, а семье Йегеров ничего не сделали. Родители Микасы чуть ли не на коленях благодарили мальчика, но тот был слишком смущен такому вниманию и не понимал что происходит, ведь был ещё слишком мал. Когда ему было пятнадцать — его маму убили на его глазах. Они вдвоем сидели дома, когда дверь выбили. Карла успела спрятать сына, а грабители ворвались в квартиру и избавились от женщины пулей в лоб. Эрен прятался в шкафу, пока преступники забирали технику и драгоценности. Карлу похоронили через неделю, а через месяц, Гриша пропал. Парня хотели забрать в приют, но семья Аккерманов узнала про это через Микасу и взяла к себе его на время. А когда труп отца нашли в лесу, изуродованный, они полностью оформили над ним опеку. Эрен был благодарен этим людям. Он быстро ужился с Аккерманами под одной крышей, к тому же, они с Микасой ходили в один класс и держались всегда вместе. Йегер попросил новоиспеченных родителей оставить ему старую фамилию, как напоминание о его семье. Парень был умным и понимал, что жизнь не стоит на месте. Конечно, для подростка смерть обоих родителей тяжела, но Эрен смог преодолеть это. К ним с Микасой присоединился Армин — новенький в их классе и по совместительству бывший сосед семейства Йегеров. В жизни Эрена было много дерьма, но через все он проходил с улыбкой и шрамами на сердце. Только вот он не железный, а вода со временем начинает переливаться за края чаши. Не осталось больше у парня счастья чтобы перекрыть очередную подножку от Судьбы. Когда ему было девятнадцать — Эрена изнасиловали. Два студента затащили его в подворотню и издевались над его телом, пока не удовлетворились достаточно. Когда они ушли, плюнув на него, как на дешёвую шлюху, парень еле поднялся и дрожащими руками натянул на себя одежду. Слезы продолжали катиться из глаз, и Йегер, находясь в шоковом состоянии, размазывал их по лицу, смешивая с грязью и спермой этих подонков. По пути домой ему никто не встретился и парень лишь благодарил Бога за то, что родители уехали по делам, а Микаса на соревнованиях по боксу. Эрен прошел до ванной, снимая одежду, и закинул ее в стиральную машинку. Включил воду и сразу же залез под холодные струи. Они хлестали его по телу, но юноша стоял и тер себя мочалкой, пытаясь смыть с себя эти противные ощущения чужих прикосновений. Эрен очнулся только тогда, когда кожу начало саднить от слишком сильного трения. Брюнет сполз по стенке вниз и обхватил свои ноги, обнимая. Йегер не сдержался и зарыдал. Ему было больно и физически и морально. Задница горела, кажется, его порвали. Но это не сравнится с болью на сердце. Парня трясло от осознания своей беспомощности и порочности. Он пришел в себя только когда голова начала раскалываться. Наспех вытеревшись, Эрен залез под одеяло и проспал до вечера следующего дня. Был выходной и никто даже не догадывался, что такого случилось, что буквально за два дня, из доброго и веселого парня, Эрен превратился в эгоистичного и безэмоционального ублюдка, как его называл Жан. Йегер был сломлен. Он чувствовал себя грязным, недостойным такой семьи и друзей. Как же больно было смотреть на злые и грустные лица его близких, которым не нравился новый Эрен. Но он отдергивал себя, говоря что он не должен портить этим людям жизнь своим присутствием. Его первая паническая атака произошла ночью, когда он спал. Эрену снова снился кошмар, где его насиловали. Он понял что что-то не так, когда начал задыхаться. Йегер не мог сделать нормальный вдох и судорожно метался по кровати. Кое-как сев, брюнет обхватил лицо ладонями, запоздало понимая, что плачет. Эрен открыл ящик комода и первое что он увидел — лезвие. Мысль что оно поможет прокралась в голову и заставила закатать рукав ночной рубашки. Острие прошлось по коже и парень почувствовал облегчение. Боль заставила его прийти в себя, и приведя себя в порядок, он лег обратно, пытаясь уснуть. С того дня лезвия и панические атаки стали верным спутником студента первого курса. Микаса и Армин решили поступать с ним в один универ, а Эрену пришлось лишь смириться с этим. Они не проводили время вместе как раньше. Обычно, Арлерт и Аккерман разговаривали, а Эрен просто был рядом, погруженный в свои мысли. Друзья перестали донимать его уже давно — сейчас, просто следили за его состоянием. *** В обычный осенний день, Эрен шел домой с занятий. Дожди были привычными для их города и парень еле успел забежать в небольшой магазинчик около универа, когда на улице громыхнуло и полил ливень. Посмотрев в окно и пожалев, что не взял утром зонт, Йегер двинулся к кассе. Кивнул знакомому продавцу и положил клубничную жвачку на ленту. Он заходил сюда только за ней. Вышел на улицу, попутно закидывая в рот сразу две пластинки. Эрен смотрел на карниз магазина, защищающий его от разбушевавшейся природы, поэтому не сразу заметил стоящего рядом с ним парня. Но дым от сигарет заставил его поморщится и развернутся в поисках источника этой гадости. Незнакомец изучающе смотрел на него своими серыми глазами, выпуская изо рта никотиновые облака. Эрен опешил и начал рассматривать парня перед ним. Тот был выше на голову, коротковатые волосы были красиво уложены, а эти глаза смотрели так безразлично, но что-то притягивало Йегера к нему. В отличии от других людей он не пугал, а наоборот, расслаблял своим присутствием. Но психологическая травма все равно не давала забыть о себе и заставляла Эрена глубоко дышать, сдерживая паническую атаку. — Ненавижу сигареты, — вырвалось прежде чем студент успел подумать. — А я клубнику, — хриплым голосом ответил незнакомец, ухмыляясь одним уголком губ, — Леви Аккерман. Эрен удивлённо посмотрел на него, вспоминая родственников своей приемной семьи. — Ты знаешь Микасу? — Да, она моя кузина. Только мы уже лет десять не виделись. А к чему вопрос? — Я Эрен Йегер и пять лет назад меня усыновили родители Микасы, — Леви вопросительно поднял бровь, — Не знаю, слышал ты или нет, но на твою кузину десять лет назад педофил напал. Вообщем, тогда я спас ее. — Так это был ты. Спасибо, тогда по всей нашей семье прошла новость, что какой-то мальчик отбил Микасу от мудака. Но я не знал что они усыновили тебя. — Мои родители умерли. А ты не здесь живёшь? — Приехал в местную больницу на практику. Ты, кстати, как домой добираться будешь? Эрен расстроенно посмотрел на лужи уже представляя каким мокрым придет домой. Леви только хмыкнул, наблюдая за эмоциями на красивом личике. — Могу тебя подвезти, — он кивнул на стоящий около тротуара серебряный Мерседес. Эрен пристально взглянул на своего нового знакомого, решаясь, ехать с ним или нет. То что тот был Аккерманом, придавало уверенности в этом человеке. Поэтому парень смущённо кивнул, отводя взгляд. Леви докурил сигарету и выкинул ее в ближайшую урну. — А сколько тебе лет? — поинтересовался Йегер. — Мне двадцать пять, — Аккерман тихо засмеялся, видя неподдельное изумление в глазах парня, — А тебе? — Мне двадцать. Я думал мы одногодки. — Думаю, что могу засчитать это за комплимент. Старший двинулся к машине, снимая сигнализацию. Эрен залез на пассажирское сидение и вытянулся в кресле. Леви уже завел машину и взглянул на Йегера. Тот стянул с головы капюшон, заправляя выбившиеся прядки из пучка за уши. И Аккерман подвис. Ярко-голубые глаза, отливающие зелёным, длинные волосы, которые так охрененно смотрелись собранными. Пухлые губы двигались каждый раз, когда юноша жевал свою клубничную жвачку. — Можешь, пожалуйста, включить печку? Мне холодно. Леви кивнул и настроил более теплый воздух. Младший заметно расслабился и растекся по сидению. Они сидели в тишине какое-то время, пока оба не посмотрели друг на друга. Эрен наклонил голову набок, смотря своими невероятными глазами на Аккермана. Тот поддался вперёд, раззадоривая парня. Йегер очаровательно захихикал и пристегнулся ремнем. — Ты знаешь куда ехать? — Нет, объяснишь? — Хорошо. Сейчас налево. Эрен руководил поездкой, изредка поглядывая на водителя. Накаченные руки крепко держали руль и младший залип на выпирающие вены. Рядом с Леви он чувствовал себя в безопасности, хотя рядом с другими мужчинами еле сдерживал приступы. Но доверия все же было мало и Йегер попросил остановить за пару поворотов к дому. Конечно, если семья Аккерманов знает о прибытии своего родственника, то сама пригласит его к себе. — Спасибо, Леви, — парень отстегнулся и дёрнул ручку двери, но та оказалась закрыта, — Эм, можешь открыть дверь? — Ну куда ты так торопишься? — спросил старший, а Эрен вздрогнул. Воспоминания о том роковом вечере начали всплывать в сознании. "Ну куда ты торопишься, малыш? Мы хотим повеселиться с тобой." Те ублюдки мало напоминали парня перед Йегером, но триггер сработал и паника начала подходить. Воздуха стало катастрофически не хватать и парень вжался в кресло, зажмурив глаза и вцепился в ручку двери. Судорожные вздохи превратились в всхлипы и Эрен не видел ничего вокруг. Ни испуганного Леви, ни собственных слез. Но руку на своей коленке он почувствовал отчетливо и начал трястись. — Нет... Не трогайте меня! — закричал Эрен, на что старшему пришлось закрыть ему рот рукой. — Эрен, повторяй за мной. Вдох, выдох... Голос звучал как через толщу воды, но Йегер все равно услышал. И начал дышать. Сначала было тяжело, тело не слушалось, но парень смог настроиться на дыхание Леви и паника начала отходить. Окончательно очнувшись, Эрен увидел перед собой взволнованного Аккермана. Тот до сих пор держал ладонь на лице младшего и Йегер смутился. Осторожно отодвинул от себя его руку, улавливая судорожный выдох старшего. — Эрен, я понимаю что у тебя травма, но пожалуйста... Расскажи что с тобой случилось. Я хочу помочь. Они были знакомы меньше часа, но Эрену хотелось ему довериться. И он сделал это. Рассказал о всем дерьме в его жизни, своих мыслях. Показал порезы и расплакался как ребенок. Леви осторожно прижал его к себе, поглаживая по спине и макушке, пока парень рыдал ему в плечо. Когда истерика закончилась, он протянул младшему пачку салфеток и нежно поцеловал в висок. Эрен мило покраснел и засмущался, на что Аккерман снова обнял его. — Леви, что ты... Что ты делаешь? — Я хочу быть рядом с тобой. Давай начнем общаться? — Ты серьезно? Но ведь я... Я грязный. Леви поднял его лицо и серьезно посмотрел в мокрые от слез глаза. — Не смей говорить это. Ты прекрасный человек, детка, и я тебе это докажу. Позволишь? Эрена хватило лишь на кивок и легкую улыбку. *** — А зачем ты тогда двери в машине закрыл? — спросил Эрен, лежа под боком у Леви, после тяжелого дня. — Просто подумал что мы заинтересовали друг друга. — Ну так и есть. Но сигареты твои я до сих пор ненавижу. — Так же как и я твою клубнику. С их первой встречи прошел год. Леви помог Эрену справиться с паническими атаками и забыть тот ужас. Конечно иногда воспоминания приходили в кошмарах, но Аккерман всегда был рядом. Йегер начал возвращаться к прежней жизни и через несколько месяцев полной ремиссии, смог рассказать своим близким о том, что с ним случилось. Друзья приняли обратно, родители долго извинялись за то что не увидели проблему. Жизнь шла своим чередом, а Леви предложил встречаться. Не долго думая, младший согласился и совсем скоро они съехались. Для всех это было полной неожиданностью. Родители были против этих отношений, но Эрен не слушал их. Леви вытащил его из пучины страха и боли, и расставаться с ним парень не собирался. Они будут счастливы, а остальным лучше промолчать.