Your's, mine, our's

«Кроваво-красное зарево. Этот закат такой красивый. Никогда раньше такого не видел. Или видел? Я в последнее время не обращал внимания на подобные вещи. Но сейчас. Истекая кровью, осматривая свои владения, и его… Этот человек давно на меня охотится. И вот, он добился своей цели. Все-таки люди меня восхищают. Настоящие люди. Они всегда достигают цели, какова бы она ни была, насколько бы тяжело не было преодолеть все препятствия на пути. Да. Они заслуживают уважения, определенно. Я восхищаюсь ими. Может оттого, что сам не смог стать человеком. Испугался, не нашел в себе сил. И вот я чудовище. Темная тварь, которая способна лишь завидовать и ненавидеть людей. Я стал монстром, но обрел силу, которой мне так не хватало при жизни. Но за это пришлось расплатиться своей душой, своей смертью. Я проклят навеки. Проклят вечной жизнью. Сколько же на мне крови и грехов? Я не помню. Слишком много, пожалуй, чтобы покаяться в них за одну исповедь. Но я и не собираюсь. Не пристало чудовищу каяться. Смерть есть мое искупление. Палач мой – этот человек. Хеллсинг. Абрахам Ван Хеллсинг». - Так значит, я побежден? - Да, граф. Все твои верные подданные мертвы. И печать слуги покинула ее тело. Она не будет твоей. Посмотри вокруг. У тебя больше ничего не осталось, граф. Ты несчастный король нежити! «Он делает последний удар. Боль. Какая боль. Его лицо меркнет перед глазами, и через мгновение исчезает». *** «Открыл глаза. Неожиданно. И странно. Я мертв? Или, по-прежнему, немертв? Не помню, где я был все это время. Ах да. На кладбище, с колом в груди. Но это не кладбище. И в сердце нет этой деревяшки, но я очень слаб. Где. Где же я? Это похоже на операционный стол. Похоже. Это он и есть. Вот только для чего я здесь. Кто-то отворил дверь. Сильный скрежет, похоже, подвал. Как мило, как раз для меня. Свет со входа слепит. Кто это подходит? А. Опять ты, человек. Улыбается. О чем же ты думаешь? Черт, не хватает сил прочитать его мысли». - Ну что, вампир. Проведем пару. Экспериментов – мужчина улыбался. Вампир сейчас не представлял угрозы. Слишком ослаб, да и ремни довольно крепкие, способны удержать даже такое чудовище, как это. Носферату ничего не ответил. Только нагло улыбнулся. Впрочем, как обычно *** Поместье Хеллсинг. Величественное богатое здание. Его жители, должно быть, настоящие дворяне. Высокоморальные люди, занимающие довольно высокий пост. Но в каждой семье есть свои тайны. И здешние обитатели не исключение. Холодное спокойствие поместья нарушают дикие вопли. Их не слышно на улице. Гуляя по саду, ни за что не подумаешь, что внутри здание содрогается от криков, раздающихся из подвала. Заходя внутрь дома, кажется, что попадаешь в камеру пыток. Если не знать хозяина поместья, можно подумать, что здесь живет какой-то палач или сумасшедший. У двери подвала душераздирающие крики становятся громче. Стоит только поднять тяжелый засов, и окажешься в самом сердце ада, где местный инквизитор терзает грешников, разрывая тела на куски. Но, открыв дверь, чувствуешь не жар пекла, а холод. Пронизывающий до костей холод. Широкий нож в очередной раз вскрывает затянувшуюся с последнего раза плоть. Лезвие из чистейшего освещенного серебра оставляет глубокую кровоточащую рану. Снова животный крик. Человек не торопится вытаскивать нож из тела носферату. Руки вампира дергаются в надежде ухватить стоящего рядом за горло, но ремни уверенно держат. Еще одна банка наполняется кровью чудовища. От этого сил все меньше. Ну да, всяко лучше, чем когда тебе отрезают конечность, и наблюдают, как она отрастает заново. Пожилой человек идет к столу и, кажется, уже в сотый раз проделывает одну и ту же операцию. Чего он пытается добиться? Известно лишь ему одному. В какой-то книжке рядом с колбами, в которую Абрахам то и дело что-то записывает, нарисована звезда. Она напоминает простую пентаграмму, только с какими-то непонятными символами внутри. Ухмылка ложится на губы Хеллсинга. Наконец, у него получилось что-то, чего он так долго добивался. Мужчина оборачивается к Дракуле и медленно подходит. Тело того напоминает не до конца разделанную тушу мяса. Раны заживают очень плохо. У вампира нет былого могущества, и это особенно хорошо видно сейчас. - Знаешь, любой другой, на твоем месте, уже давно бы сдох. А ты до сих пор жив. Жив. Истекаешь кровью. Поразительно – Хеллсинг склонился к немертвому - Если тебе нравится как течет кровь, то отвяжи меня. Я покажу тебе… зрелище – никакой инициативы в голосе. Никакого задора. Ничего. Он устал. Сильно - Все любезничаешь. Как тебе только сил хватает, чудовище – мужчина скрестил руки на груди - Дай мне умереть, человек – неожиданно произносит вампир - Умереть? По-твоему, ты заслуживаешь смерти? – с неким вызовом отвечает Абрахам - Я повержен. Ты победил, и победой вдоволь насладился. Теперь просто убей. Ты же человек. Тебе знакомо милосердие, неведомое мне. Убей своего врага, Хеллсинг. Мне незачем жить. У меня ничего больше не осталось… Кроме этого подвала - Вампир. Ты совсем не знаешь людей. Они могут быть гораздо хуже самых настоящих чудовищ, ибо нет пределов человеческой жестокости – мужчина ухмыльнулся - Я совсем забыл что это – быть человеком - Пойми, граф. Был бы ты просто чудовищем, я бы не задумываясь уничтожил тебя, не оставляя и следа. Но ты. Нечто иное. Ты – перворожденный вампир. Ты сознательно отвернулся от веры и отверг Бога. Ты сам избрал свой путь. Ты предал сам себя, свою душу, не отдав ее даже в ад. Ты уникальное создание. Убить того, кто является источником потока бесчисленных ночных тварей, было бы просто непростительной оплошностью с моей стороны. Поэтому, ты здесь - Интерес на грани безумия. Это так свойственно людям. Неудивительно, что вы так легко поддаетесь нам… тварям – прошипел вампир - Я вижу, ты устал. Поэтому, я кое-что придумал- Хеллсинг слегка нагнулся к носферату - Мы проведем еще один эксперимент. Последний. И если после него ты выживешь, то сможешь выйти из этого подвала. А там, кто знает, как сложится твоя дальнейшая судьба, Дракула – граф посмотрел на стол с колбами и книжкой, затем на лицо Абрахама, и скривился в наглой ухмылке