Мои соседи

POV Luhan - Парни, а у нас под окнами лошадь, - как-то отстраненно замечает Тао, будто подчеркивая, что он к этому факту не имеет никакого отношения. Я даже не отрываюсь от ноутбука. Лошадь под окнами – это нормально, если ваши соседи – безумная парочка влюбленных китайцев. Я не хочу сказать, будто кому-то из них взбрело в голову притащить несчастное животное в центр Сеула и разместить его под окнами одной конкретной квартиры. Я имею в виду, что Таорисы, как я их иногда называю, притягивают к себе странные ситуации. Такое ощущение, что когда они приближаются друг к другу на расстояние меньше пятидесяти метров, замыкаются клеммы, Вселенную бьет током, и она выдает рандомную хрень. По-моему, Космос просто нервничает, когда эти двое слишком близко друг к другу. - Какая еще лошадь? – с наигранной сварливостью бурчит Крис. – Что ты там такое увидел? И Крис решительно, я бы даже сказал, отважно мчится к Тао. Готов поспорить, в потаенной глубине воображения он представляет опасную ситуацию, от которой его сокровище надо спасти, оградить, уберечь. Крис вообще очень любит чувствовать себя сильным и мужественным, ему жизненно необходимо заботиться о своем «малыше», в чем оный ему весьма предусмотрительно потакает. Хандрящий Крис – это жалкое зрелище. Воодушевленный Крис, напротив, вполне сносен, с ним, вдохновенным, можно иметь дело. Ему повезло, у него прекрасная умная муза, способная дозированно подпитывать его эго и держать в тонусе. - Нихрена себе, и правда, лошадь, - удивленно выдает Крис, таращась из окна на улицу. Да неужели. А что ты собирался там увидеть? Если Тао говорит, что видит лошадь, значит, там лошадь. У него нет обыкновения разыгрывать столь дурацким образом, у Тао для этого слишком тонкое чувство юмора. Я все же поднимаюсь со стула и иду к этим двоим. Должен же я поучаствовать в сцене! Во-первых, да, мне любопытно, а во-вторых, пусть помнят, что я еще здесь, - им периодически нужно напоминать: они не одни на белом свете. А то в какой-то момент люди становятся для них сюрпризом. Деликатно раздвигаю эти башни в стороны и выглядываю наружу. Лошадь. Серая в яблоках, черт возьми! Жрет нашу герань. - Симпатяга, - восторженно тянет Тао и пытается открыть заклинившую раму. Конечно же, ему хочется ее погладить. Потрогать похожий на плотную угольную губку нос с подвижными ноздрями, провести по белой полосе, идущей через всю морду, пощекотать торчащие уши… Тао всегда очевиден в желании пожамкать что-нибудь. Звучит грубо, но да, ему только дай потискать. - Лошади кусаются, и челюсти у них сильные, - немного напряженно информирует Крис. Ой, да перестань!.. Твоя воля, ты бы вообще запустил Тао в безопасный стерильный куб и хранил там, не забывая томно дышать на стекло и протирать его тряпочкой. Уймись. Дай ребенку поиграться. Пока Крис паниковал и прикидывал, как защитить свое сокровище в случае опасности, Тао уже распахнул створки и теперь тянет руки к фыркающей морде. - Парни, знаете что… - задумчиво произносит Тао, поглаживая пальцами меж ушей, - эта лошадь… Она жрет. Нашу герань. Чуете? О да, я чую. Прям дрожу, как чую. Вопрос в том, что с этим делать. Из нас троих теплых чувств к этому растению не испытывает никто. Эта адская штука портит нам жизнь и вечным немым укором является лично мне во сне. Дело в том, что хозяйка, сдающая нам в аренду квартиру, очень трепетно относится к этому растению. И вместо того, чтобы забрать герань к себе, оставила ее нам на попечение, заявляя, что, мол, у нас сторона солнечная, а в ее квартире растение так пышно цвести не будет. Вот и висит это чахлое создание в кадке у нас за окном и морально давит. Серьезно давит. Мы периодически забываем ее поливать. Когда, наконец, спохватываемся, проходит дождь, и герань буквально захлебывается в своем влагонепроницаемом горшке. Солнечные лучи выжигают нежные листья. Недостаток солнца губит несчастное растение. Эта герань просто мученик, честное слово! Но мне не так уж и жаль ее. У нее вредный характер. Даже когда мы с Тао за ней исправно следили, эта дрянь отказывалась жить. Растение-декадент. Оно не видит смысла в пышном цветении. Отказываясь расти, эта дрянь, тем не менее, не дохнет. Цель ее существования – действовать нам на нервы, вот и все. Мы втайне лелеем планы по избавлению от нее, но воплотить их в жизнь не решаемся – не хотим лишиться отличной квартиры в центре города за минимальную плату. - Хм. Можем попытаться спасти цветы, а можем сделать вид, будто ничего не видели. А Крис уловил суть. Так приятно чувствовать единение, знать, что мысли на троих общие… Я люблю своих соседей, честное слово. - Есть только один недостаток, - говорит Тао, и мы с Крисом тут же замираем, потому что знаем о нем, - хоть и не мы явимся причиной гибели герани, доказать хозяйке это не сможем. И тут меня осеняет идея, отстойная, на самом деле. Даже не спрашивайте, как мне вообще такое в голову пришло, - это все из-за Таорисов, это из-за них происходит сбой программы в моих рациональных мозгах. - Давайте подождем, пока лошадь не уничтожит цветок почти целиком, а потом сфотографируем ее на месте преступления. Типа мы пришли, но увидели уже самый конец злодейства, и нам достались лишь жалкие останки, которые реанимировать невозможно, - говорю я, почти не чувствуя нелепости предложения. Мгновение мои соседи обдумывают предложение. - Я принесу фотоаппарат, - хладнокровно заявляет Крис и покидает нас. Тао с легкой светлой улыбкой пялится на животное. - Жри, солнышко, - ласково упрашивает он лошадь. - Кушай, детка, - поддакиваю я. У нас сейчас напряженный момент: боимся, как бы лошадь не передумала и не сбежала до того, как мы успеем задокументировать факт преступления. Господи… Что за хрень… Мне уже давным-давно пора свалить подальше от этой парочки и поля поражения. Я каждый божий день нахожусь в аномальной зоне, виной которой является атмосфера, возникающая из-за реакции среды на такой потрясающий энергетический раздражитель, как Таорисы. Наверное, я уже так привык к ним, что попав в нормальные условия, буду долго удивляться обычной жизни. Мне давно пора обзавестись собственной квартирой. Чтобы можно было в любой момент привести девушку домой, не волнуясь за раскиданные штаны и подозрительные звуки из соседней комнаты. Чтобы дать этим двоим обустроить свою личную жизнь. Чтобы… Очень много «чтобы». Но я почему-то до сих пор снимаю одну из трех комнат. И я могу оправдываться тем, что, мол, вместе жить удобнее, всегда есть у кого попросить помощи, да и плата за жилье куда меньше… Но если быть честным с самим собой… Меня просто уже катастрофически глубоко затащило в водоворот. Их торнадо замело меня с концами. Придется долго размагничиваться, чтобы после ухода не тянуло к ним обратно. Эти двое… Да я в последнее время сам себя воспринимаю как их домовенка. Они меня любят, кормят (когда у меня заканчиваются деньги), а я за ними наблюдаю и слежу, чтобы все было в порядке. Хотя, если совсем честно, просто слежу. Потому что у них и так все в порядке. А наблюдение за ними, знаете ли, увлекательное занятие… - Вот, - довольный Крис сует мне в руки фотоаппарат. Тао сахарком (когда только успел взять?!) подманивает потерявшую интерес лошадь обратно к герани. А я, видимо, должен качественно заснять подставу. Почему фотоаппарат в руках именно у меня? На каких вообще ветрах добралась до нас мысль свалить вину на лошадь? И почему мы не можем просто любить декадентское растение и принимать его таким, какое оно есть? А-а-а, это все муть какая-то!.. Я не хочу в этом участвовать! Я нормальный парень, у меня есть девушка и работа. Я вполне адекватен и сдвигов в психике не наблюдается. Хотя… Дядюшка Фрейд еще задал бы мне пару каверзных вопросов… Не судите меня строго. Я бы посмотрел на вас на моем месте. Вам просто нужно погрузиться в мои мысли и увидеть то, что вижу я. А-а, это чертовски забавно и мило!.. Мой зоопарк меня несказанно радует. Настолько, что я готов постоянно, каждую минуту, радовать их. В общем, просто переживите со мной с самого начала некоторые моменты соседской жизни.