Как положено

      Лишь уже оказавшись дома ближе к ночи в объятиях постели, Нортон вернулся к произошедшему в кафе. Он не мог поверить в то, что случилось — это правда был его Майк? Или же всего лишь шутка воображения? Он потер собственные виски, удрученно вздыхая. Светловолосый едва ли изменился, от него по-прежнему излучалась та яркая атмосфера безудержного веселья, которая заражала практически всех, так и подначивая на какую-либо шутку; но вместе с тем, когда он говорил с ним, в разноцветных глазах плескалось безразличие к нему. Вероятно, Мортон ненавидел его, и он вполне понимал почему — хоть и их расставанию было уже больше двух лет, едва ли они могли что-то забыть. Ему было жаль, но уже поздно извиняться, ведь брюнет даже письма ни разу ему не отослал, лишь оставив в позабытой квартире, где они когда-то жили вместе в надежде открыть собственный бизнес, быть может кондитерскую, а может и кафе какое. И что-то болезненно затянулось изнутри от мысли, что светловолосый не предал собственную мечту, несмотря на то, что он ощущал в то время. А чем занимался Кэмпбелл все это время? Проводил свои годы в поисках самого себя, находясь на родине и подрабатывая на отца? И по итогу едва ли это принесло ему что-то, кроме как стандартного успеха в виде денег. Что же до счастья — никто из его родственников не мог вспомнить, когда он в последний раз искренне улыбался. Даже он сам уже позабыл, каково это — действительно ощущать то теплое и знойное чувство под грудью, от которого все тает, и увы, но даже деньги не могли заставить его ощутить хоть приблизительно то же самое.       Он перевернулся на бок, только стараясь заглушить собственные мысли — нет смысла размышлять об этом, потому что он не желал отныне как-либо вмешиваться в чужую жизнь, особенно если это касается когда-то ему любимых людей.       Выпивая уже вторую кружку чая с молоком, светловолосый то и дело поглядывал на часы, задумчиво хмыкая время от времени. В голове бурилось самое разное — он до сих пор продолжал восхищаться самим собой за то, как смог вывести очередного дотошного клиента, который желал получить самую малейшую выгоду исключительно для себя. Но вместе с этим, что-то там, в уголку мыслей, продолжало нервно дергаться и копошиться, как бы он не старался запрятать это как можно дальше, дабы подобное не смело его беспокоить. Однако, едва ли от подобного можно убежать. Майк только отпил еще немного чая, выдвинувшись в гостиную, где на диванчике отдыхала его соседка по квартире и подруга — Маргарет Зелле. — Ты сюда выходишь уже третий раз, постоишь и уходишь обратно в кухню. — сообщила она, оторвавшись от телевизора. — Ты все думаешь об этом придурке? — Я не могу назвать его придурком, Марги, ты же знаешь меня. Просто до сих пор как-то не верится в то, что я действительно встретил его спустя столько времени... Да и еще в своем же кафе, а не где-то на улице. Он знал о том, что я здесь работаю? — Не думаю, хотя... — Мы вместе выучились здесь, конечно же он запомнил этот город. — Ну знаешь, все же это совсем другая часть города, что он забыл именно тут? В любом случае, забей на это, Майки, ты ведь знаешь, что он только снова разобьет тебе сердце. — она недовольно хмыкнула, натянув одеяло повыше. — Я тебе и близко ничего не говорил про это! — он рефлекторно поднял свои руки, чуть повысив голос. — Извини... — Ладно, что бы там ни было — это исключительно твое дело, просто запомни мои слова. А теперь дай мне поспать, раз сам бродишь. Уже первый час ночи, если ты не заметил.       Мортон тихо ругнулся в пустоту, глубоко вздыхая. Как бы сильно ему не хотелось видеть Нортона вновь, что-то внутри желало вернуть его обратно, посмотреть на него еще раз и нормально поговорить, просто чтобы узнать, как он. Он закрыл свое лицо руками, чувствуя, что ему становится дурно. Ему давно стоит преодолеть эти воспоминания, забыть о них и жить обычной жизнью — в конце концов, он только год назад смог открыть собственное кафе, о котором столько лет мечтал, и только спустя полгода все наконец было улажено — он нашел преданных сотрудников, определился с поставщиками, и многим иным. Конечно же не обошлось и без сотрудничества, которое было практически необходимым для того, чтобы начать с чего-то хорошего — и забегаловка "Последний танец" распростерто приняла его идею, чему он не мог не радоваться, ведь благодаря довольно частым коллабам меж ними, его собственное кафе и прославилось.       Наконец выпив весь чай, он помыл кружку, задумчиво хмыкая в темноту улиц. Где-то в зале мирно сопела девушка, оставив Майка полностью наедине с собственными мыслями. В конце концов, за все эти два года он так и не смог полюбить снова, отдавая себя полностью исключительно работе. Он и сам не знает, действительно ли на это повлиял брюнет или же эта проблема была в нем изначально. Не ощущалось какой-то неправильности, когда он думал об отношениях, даже с Маргарет, чего греха таить, но и так, его сердце никоим образом не отвечало, не замирало при виде женственной фигуры и не млело от ласкового шепота. Девушка какое-то время даже смеялась с него, говоря, что быть может ему нравятся парни; но сходив на пару подобных свиданий, он только вежливо извинялся, в надежде больше никогда их не встретить из-за неловкости. И сейчас, судьба словно дала ему знак — светловолосый не мог так просто отказаться от этого, искренне веря в то, что все не бывает просто так, а значит они обязательно встретятся вновь. Что-то из этого заставило его улыбнуться самому себе.       Прошло чуть больше недели с того момента, как Нортон решил устроиться в забегаловку "Последний танец". Работа за кассовым аппаратом была на удивление легкой, особенно в обнимку с калькулятором, который всегда находился под рукой. По большей части он только передавал заказы на кухню от официанток, которых уже встречал до этого, а также сосчитывал общую сумму самого заказа. Помимо этого радовало достаточно близкое местоположение от дома, так как ему не приходилось вставать особенно рано. Конечно же, эта работа не будет у него на постоянной основе и он определенно подыщет себе нечто более престижное и достойное, дабы похвастать родственникам о собственном успехе, но сейчас, еще только знакомясь с городом, он хотел бы не нагружать себя.       Потому, не поднимая глаз, он уже по привычке схватил листок из рук Фионы и собирался передать его на кухню, как она неожиданно хлопнула его по макушке, потянувшись через стойку. — Нортон, это записка тебе, а не заказ. — она посмеялась с сонной, но при этом уже выработанной реакции брюнета. — Упс. Но зачем записка, мы же и так можем поговорить? — Сейчас хоть и начало дня, я не хочу напрягать Патрицию, она подумывает скоро взять отпуск ненадолго, нервы уже сдают. — Ладно-ладно, занимайтесь, сейчас почитаю, что ты тут наскребла.       Он развернул записку, приподняв брови в удивлении. "Так ты нашел свою родственную душу?"       Черт, он совсем про это забыл. Неожиданно задумавшись, Кэмпбелл стал вспоминать предсказание Гилман, задумчиво смотря пустым взглядом в стену. В голову толком ничего не шло кроме единственного варианта, но его он решил прибрать на самый крайний случай. Он уже давно дал себе табу на влезание в чужую жизнь спустя столько лет. Быть может был еще какой-то случай, о котором он попросту забыл? Брюнет ощущал себя загнанным в угол и оттого внутри него явилась ярость на самого себя — почему он так беспокоится об этих родственных душах? Как будто бы они так связаны, что не смогут и жизнь прожить друг без друга. Отчего-то раньше это ему совсем не мешало жить, а теперь назойливым червячком выедало былое безразличие. — Ну так что? — официантка вернулась довольно неожиданно, выдергивая из собственных мыслей. — Не думаю, что еще встречал ее. — Мистер, да Вы лжете среди белого дня! — Фиона с укором посмотрела на него, качая головой. — Я не заслуживаю твоего доверия, м-м? — Ты и без меня неплохо знаешь обо мне, как я погляжу. — Масло масляное. — закатила она глаза. — Так значит ты все же нашел? — Родственные души ведь могут жить и по одиночке? — Все так плохо? — он только кивнул; девушка насупилась. — Ну, это возможно, Нортон, в конце концов, вы не умрете друг без друга и можете даже завести семью, но все равно... Навряд ли ты будешь счастлив после этого. — Без разницы. — Нортон пробормотал себе под нос, выдохнув. — Спасибо, больше не буду тебя задерживать, иначе Патриция в нас дыры просверлит.       Рыжеволосая хихикнула, обернувшись и помахав темнокожей. Та, в ответ, только кивнула на посетителей, которые нуждались в обслуживании.       Жить, не ощущая счастья, ему было отнюдь не впервой, два года он вполне сносно существовал, работая для самого себя и думая только о себе, и это более, чем устраивает его даже сейчас. В конце концов, ничего плохого в одиночестве он не находил, скорее наоборот — никто не будет мешать или осуждать, а тепло можно найти и среди первых встречных, хоть и за определенную сумму. Конечно, он никогда не прибегал к подобным мерам, но даже так — порой такая забота о себе совсем не помешает. Но сейчас едва ли он хотел думать об этом. Продолжая задумчиво смотреть пустым взглядом в монитор компьютера, он сперва не ощутил легкого хлопка по плечу, а на второй наконец обернулся. — Хочешь выйти покурить? Фиона подменит. — Пойдем.       Кэмпбелл последовал за Кларком, махнув девушке рукой и намекая на то, что на ближайшие десять минут перекура он мертв для всего мира. Второй мужчина же даже не обернулся, выйдя вперед и уже стоя под козырьком у черного входа, пока с того медленно стекали последние капли дождя. Он чиркнул зажигалкой, позволяя огонькам охватить кончик сигареты; наконец появился небольшой тонкий дымок и Илай протянул ту же самую пачку брюнету. — Спасибо, у меня свои. — однако, от зажигалки он не отказался, поблагодарив. В ответ же Кларк только кивнул, с пустым взглядом затягиваясь. — Мрачные взгляды у всех в последнее время, и ты не исключение. Знаешь, работать с таким настроем — самому себе вредить. Что ты так пытаешься скрыть? — Спасибо за заботу, но не нужно копаться в моих мыслях. Я сам разберусь с тем, что меня беспокоит. — Я бы тебя не спрашивал, не будь это просьба Мари. Знаешь, она старается больше всех для нас и тебе, наверное, стоит все же это ценить. Скоро корпоратив и я не хочу, чтобы ее сердце было разбито в случае, если вы все придете в таком духе. Она тоже скрывает многое, чтобы не нагружать нас, поэтому было бы неплохо, если ты— — Как бы ты отнесся к тому, что недавно тебе пророчили встречу с родственной душой и ею оказался твой бывший? — Я бы поговорил с ним, в конце концов, что ты потеряешь, если вы просто обсудите происходящее? — он неожиданно стал тише, задумавшись. — Я ничего не потеряю, но я не уверен в том, что нам обоим это нужно. Знаешь, когда я увидел его, счастливого, в своем кафе с работниками, которые ему как семья, я понял, что мне уже там места точно не будет. Я не хочу вмешиваться в это и разрушать то, к чему он так долго стремился. — А если он сам этого хочет? — Кларк усмехнулся, потушив бычок. — Я имею в виду, ты мучаешь самого себя этим, потому что считаешь себя лишним, но откуда тебе это действительно знать? — Я и не хочу это знать. Ворвусь в его жизнь снова, просто чтобы в очередной раз выставить себя полнейшим мудаком? — А ты постарайся не выставить себя таковым, Нортон. Ты-то, что бы там ты себе не говорил, хочешь его вернуть, иначе бы даже близко себе этим голову не забивал, поверь мне. Все люди расстаются, некоторые сходятся снова и затем расстаются, а какие-то единицы так и остаются вместе вплоть до самой смерти даже спустя множество ссор. В этом и заключается понятие родственных душ — никто не сможет понять тебя лучше, чем ты сам и этот человек, избранный тебе судьбой. — Вы все поголовно в этот бред верите, а?       Илай утомленно хохотнул, покачивая головой. — Бред или не бред, а люди верят и я не исключение. Но это решение каждого, извини, что так навязываюсь.       Нортон только кивнул ему, махнув рукой в стиле "забудь", после чего ушел наконец обратно в здание за рабочее место. Ему действительно стоит поднять свой дух, особенно если скоро предстоит корпоратив — показать себя тошным и мрачным в новом коллективе определенно не хотелось, как и расстраивать Мари.