Чуть больше праздника для «лучшего друга»

То божественное пиршество в честь дня Середины осени обещало закончиться так же, как и всегда. Небожители со всех сторон шутили, смеялись, поздравляли и подначивали друг друга, играли и смотрели спектакли… Хэ Сюаня всё это нимало не интересовало. Он сидел среди всеобщего веселья молчаливой чёрной фигурой и усердно налегал на еду. Вкуснейший суп, как по заказу, поданный в больших и глубоких мисках, умело нарезанный и превосходно приправленный овощной салат, изысканная выпечка с разнообразными начинками, от одного аромата которой у любого нормального едока разыгрался бы нешуточный аппетит… Кормили в чертогах Верхних Небес всегда прекрасно, и пренебречь такими яствами для вечно голодного демона было бы куда большим упущением, нежели пренебречь общением с богами, большинство из которых частенько хотелось как следует прибить. Один из кандидатов на «как следует прибить», впрочем, на протяжении всего праздника сидел прямо под боком у Хэ Сюаня и ежесекундно напоминал о себе. Ши Цинсюань, Повелитель ветров, всеобщий любимец и вечная головная боль, если не сказать заноза в заднице. В начале пиршества Хэ Сюань ещё попробовал усесться подальше от него, особо ни на что при этом не надеясь, однако когда его всё-таки затащили на более «выгодное» место, едва заметно скривился, недовольно хмыкнул и — уткнулся в тарелки и бокалы. Стоило прозвучать удачной шутке — и Цинсюань, заливисто хохоча, толкал демона локтем в бок, призывая посмеяться вместе с ним. Стоило Повелителю ветров сострить самому — и реакции Хэ Сюаня требовали ещё интенсивнее. Какой-то небожитель поспорил с другим, Цинсюань тотчас же ввязался в этот спор со своим, несомненно, авторитетным мнением, Хэ Сюань уж было сдержанно порадовался, что тот отвлёкся, но нет — спустя несколько минут неугомонный «товарищ» вспомнил о его существовании и попросил высказать мнение… Откровенно говоря, сложно поддерживать диалог, когда рот до отказа набит едой. Черновод с трудом проглотил очередной кусок, пробурчал в ответ что-то максимально короткое и бессодержательное и приложился к бокалу, всем своим видом демонстрируя, что очень занят. После его реплики ненадолго наступила неловкая пауза, но затем спор продолжился с новой силой — без него. Облегчение длилось недолго. Снова завязалась дурацкая игра с пьесками про небожителей, злополучная чарка вина пошла по рукам… Цинсюань, заполучив её, помедлил пару секунд и сунул Хэ Сюаню, но тот заранее заготовленным движением быстро и плавно передал её дальше по цепочке. Успел. Жертвой в итоге стал небожитель, сидевший через одного от демона. — Мин-сюн!!! Возмущённый вопль прозвучал так громко, что на них заинтересованно обернулись соседи поблизости. Хэ Сюань невозмутимо сделал вид, что ничего не слышал. Повелитель ветров распахнул рот, чтобы сказать что-то ещё, но тут поднялся занавес, и Черновода опять на некоторое время оставили в покое… Стоит ли говорить, что эти «качели» со вниманием со стороны к концу пиршества уже порядком утомили? Хэ Сюань едва дождался, пока в воздух поднимутся фонари, ради которых всё и затевалось, сквозь зубы поздравил Цинсюаня с очередным достижением и, улучив момент, когда тот обратит всё внимание на старшего брата, незаметно скрылся. Вообще-то назойливый небожитель должен быть благодарен ему за поздравление. Хэ Сюань мог вообще ничего не говорить. Но незадолго до запуска фонарей Повелитель ветров на некоторое время задержал на нём взгляд, выпалил что-то вроде: «Горазд же ты лопать, Мин-сюн!», куда-то быстренько отлучился, а вернулся с огромным персиком, разрезанным на несколько долек, таким сочным и сладким, что иначе как «божественным» его нельзя было и назвать. Не то чтобы Хэ Сюаня подкупили этим несчастным персиком. Просто он посчитал, что проще буркнуть «Поздравляю», чем слушать очередную порцию пространных выяснений, почему он промолчал. В любом случае, после плотного ужина и бесконечного галдежа над ухом по-настоящему хотелось лишь одного: скрыться как можно дальше от всех и завалиться спать. Что Хэ Сюань и сделал. Достигнув дворца Мин И, он тотчас прошествовал в спальню, забрался в кровать, укрылся одеялом до самого носа и закрыл глаза. Едва ли сон был для Черновода желанным расслабляющим отдыхом. Просто так проще переваривать пищу и накапливать силы. А будь дворец Мин И полностью уединённым и безопасным убежищем, сон был бы и способом на какое-то время отключиться от ненавистной реальности. Но увы. Пока ты фактически в стане врага, мертвецки дрыхнуть не вариант. Именно поэтому даже сквозь охватившую всё тело тяжёлую дремоту Хэ Сюань моментально услышал звук шагов. Поступь донельзя знакомая, хотя и несколько более шаткая, чем обычно. Цинсюань. Демон подавил подступившее к горлу раздражение и решил до последнего притворяться спящим. Гость, конечно, персона назойливая, но всё-таки не настолько, чтобы внаглую будить «друга». Черновод сомкнул веки поплотнее и задышал максимально спокойно, мерно и глубоко. Шаги затихли на пару мгновений. Похоже, Повелитель ветров всё-таки увидел, что «Повелитель земли» спит. По логике вещей, сейчас он разочарованно развернётся и уйдёт. Однако… — Мин-сююююн!.. Лицо Хэ Сюаня моментально перекосило, его выражение с трудом поддавалось описанию. Позови его Цинсюань оттуда, где стоял, беды бы не было, но Повелитель ветров совершенно неожиданно рухнул прямо в его постель, и теперь его голос звучал аккурат у демона над ухом! От такой непредвиденной наглости «сонное» дыхание Черновода на краткий миг сбилось, но он тотчас взял себя в руки. Нет уж. Так просто его не взять. Цинсюань, очевидно, немного пьян — обоняние улавливало исходящий от него лёгкий винный запах — есть надежда, что попристаёт (хотя лучше б даже не пытался) и, не получив отклика, надуется и уберётся восвояси. — Мин-сюююн, ты с ума сошёл? Какой небожитель станет спать в собственном дворце?! «Задолбавшийся», — подумал про себя Хэ Сюань. На то, что бессмертные небожители предпочитают не почивать в собственных хоромах (и вообще максимально долго не почивать), ему, естественно, было решительно наплевать. Неловкая пауза. — Мин-сююююн! — завопили над ухом ещё жалобнее и протяжнее. Драматическая пауза. Пальцы Повелителя ветров коснулись плеча «Повелителя земли» и осторожно потрясли. Ноль реакции. Потормошили сильнее. По-прежнему ноль. — Мин-сюн, что ты за небожитель такой? Только ешь и спишь! Страшно представить, что с тобой стало бы, если бы в твоей жизни не было такого лучшего друга, как я! «Жил бы ещё получше тебя», — ядовито подумал демон в ответ. — Корни бы пустил! — не унимался Цинсюань. — Я, конечно, понимаю, что земля — твоя стихия, но не до такой же степени! Одинокая пауза. Настолько долгая, что демон успел понадеяться, что его вот-вот оставят в покое. Но… — Мин-сююююн! — на сей раз прозвучало так близко, бархатисто и интимно, да ещё и женским голосом, что даже Хэ Сюаня невольно передёрнуло. Деликатная и удивлённая пауза — на доли секунды. — Да ты всё-таки не спишь! — радостно воскликнул небожитель. «С тобой уснё…» — начал думать Хэ Сюань, но тут же подскочил с постели, с силой отпихивая от себя Цинсюаня — тот явно перегнул палку, когда полез к нему прижиматься едва не с объятиями. — Какого чёрта?! Дивная, конечно, картина. Ночь, почти предрассветный час — и на шее у Повелителя земли в постели виснет «прекрасная» заклинательница в белых одеждах… Увидь это Ши Уду — его хватил бы удар, увидь это Пэй Мин — и насмешек на Небесах не оберёшься до скончания века. — Ты что себе позволяешь?! Взгляд Хэ Сюаня полыхал неподдельной яростью. Он уже полностью слез с кровати на пол и стоял, выпрямившись и сложив руки на груди. Выражение его лица не предвещало для Цинсюаня ничего хорошего. Но тот, видимо, давно уже привык. — Так и знал, что это самый действенный способ тебя поднять! Подумать только, ничего ведь не имеешь против женского облика, даже сам со мной превращался, а шарахнулся, словно Фэн Синь! — рассмеялся небожитель. Ну вот и толку разговаривать с этим «проливающим вино прямо в себя»? Доводы здравого смысла, похоже, сейчас ещё более бесполезны, чем обычно. Хэ Сюань вздохнул, злоба в глазах поугасла, лицо приняло скорее надменное, чем злое выражение. — Что ж, цели ты добился. А теперь потрудись объяснить, на кой чёрт тебя принесло в мой дворец посреди ночи. Пиршество уже закончилось, разве нет? Мне всё равно, с кем ты там пил почти до утра, но я-то здесь, интересно, при чём? — Ты слишком быстро ушёл, Мин-сюн, — отозвался Цинсюань, тоже поубавив задора. — По-моему, я ушёл, как обычно. — Я не об этом. Дело совершенно в другом! Я-то сразу приметил, что ты уходишь, просто не погнался следом сразу. Меня позвали отпраздновать мой успех, и я никак не мог отказать! Это прекрасно, когда порядочные небожители искренне радуются твоему росту и желают выпить за твоё здоровье! Хэ Сюань едва заметно скептически покачал головой. — Но в итоге это лишь сильнее заставило меня задуматься. Мин-сюн, я не мог не заметить, насколько сильно ты отличаешься от других небожителей. Ты совсем не любишь хорошие развлечения. Это нормально, если тебе не очень нравятся шумные сборища, застолья или представления. Но ты же совсем никак не веселишься! И меня это напрягает. Поэтому я пришёл это исправить! Прямо сейчас! Демон не успел даже съязвить в ответ на внезапное стремление не совсем трезвого Цинсюаня облагодетельствовать его «очень уместной» заботой. Несколько взмахов веером — и дворец Мин И оказался охвачен изнутри сильными порывами ветра. Ши Цинсюань, конечно, был не настолько не в себе, чтобы разрушить здание, однако Хэ Сюань от греха подальше тотчас же выпихнул его на улицу, пока он ненароком не сорвал крышу. Хотя крыша, сказать по правде, была давно уже сорвана. Только не у демона, а у самого Повелителя ветров. Последний, похоже, только и ждал подобного поворота событий. Миг — и его рука обхватила Хэ Сюаня за талию, а сам он, разбежавшись, спрыгнул с Небес вниз и, подхваченный потоками воздуха, полетел куда-то прочь. Ветер засвистел у демона в ушах. Не имея возможности и не видя смысла вырываться, он изловчился, придерживая развевающиеся полы ханьфу. Полёт закончился так же стремительно, как и начался. Почувствовав под ногами твёрдую землю, Хэ Сюань сделал пару глубоких вздохов, стиснул зубы и вперился тяжёлым взглядом в Ши Цинсюаня, попутно поправляя растрепавшиеся волосы. — Ну чего ты так смотришь, Мин-сюн, будто я тебя куда-нибудь в преисподнюю затащил? — поднял брови небожитель. — Я, между прочим, учёл твои предпочтения! Смотри, где мы! Хэ Сюань наконец огляделся по сторонам. Его взору предстала маленькая, если не сказать крошечная полянка на вершине поросшего лесом холма. Деревьев на этом клочке земли было мало, внизу, у подножия достаточно крутого склона, разливалось небольшое озерцо, а наверху… в небесной вышине, кое-где подёрнутой тонкой дымкой сероватых облачков, всё ещё отлично просматривалось прекрасное зрелище из тысяч фонарей. Если бы только у Хэ Сюаня хоть что-то шевелилось в душе при виде божественной картины. Ши Цинсюань, впрочем, истолковал его неподвижную позу и немигающий взгляд по-своему. — Ну вот, наконец-то ты любуешься! Я уж думал, ты проешь всё на свете и потеряешь последний шанс на нормальный праздник! Давай присядем. Я тут уже бывал пару раз, вот на этом месте чистенько. Небожитель уселся наземь, утягивая за собой демона. Хэ Сюань не протестовал и устроился рядом, подперев подбородок кулаком. — Я бы принёс что-нибудь вкусное, но подумал, что не успею, да и потом, даже в тебя вряд ли влезет столько, ты же просто лопнешь! — продолжал трещать Цинсюань. — И кроме того… Я грешным делом подумал, что ты так усердно ешь, чтобы отгородиться от шума и гама наверху. Поэтому и притащил тебя сюда. Это же день Середины осени, ты не можешь вот так просто его пропустить без единой положительной эмоции! Сколько можно наблюдать, как ты каждый год уходишь с пиршества с постным лицом! Я… — Помолчи, — оборвал его Хэ Сюань. И, слегка приподняв уголки рта, добавил: — Спасибо. А теперь, раз уж ты ради этого так усердствовал, дай спокойно полюбоваться. И наступила желанная тишина. Черновод для приличия несколько долгих минут добросовестно созерцал парящие в воздухе огни, после чего совершенно естественно начал моргать глазами и клевать носом. Ещё некоторое время — и его голова как бы безвольно опустилась Ши Цинсюаню на плечо. Послышалось ровное дыхание. — Мин-сюн! — воскликнул тот, к счастью, шёпотом, но, сделав паузу, вздохнул: — Ну, возможно, это тоже такой своеобразный способ наслаждаться жизнью — спать в праздничную ночь?.. Сквозь нахлынувшую дремоту Хэ Сюань ощутил, как рука Повелителя ветров крепко обняла его за плечи. И пусть. Он наконец-то выспится, как и хотел, поскольку днём хлопоты Повелителя земли и обязанности разведчика в чертогах Верхних Небес не дадут ему нормально отдохнуть, а Ши Цинсюань… пусть потешится этим жестом «глубокого доверия» со стороны «лучшего друга». В конце концов, небожитель не представляет для него угрозы, а случись что из ряда вон — он первый подскочит и раскричится, лучше будильника в критический момент не придумать. Проснулся Хэ Сюань у себя в постели во дворце Мин И. Чувствовал себя, надо сказать, лучше, чем вчера. А спустя пару часов после пробуждения в его голове раздался голос Ши Цинсюаня. — Доброе утро, Мин-сюн! Прости, что пришлось перенести тебя без предупреждения! Просто мы сидели долго, очень долго, уже занимался рассвет, и… — Повелитель ветров чуть запнулся. — Всё это начинало выглядеть подозрительно. Я как-то запамятовал, что всё ещё сижу в женском обличье, а ты спал у меня на плече, и тут эта заря… Вообще-то это очень весело, если подумать, ха-ха! Но… — Что?.. — Ну как что? — почти растерялся тот. — Мы же вчера вместе любовались на холме фонарями, ты уснул, я тебя обнял… — Что-то не помню такого. Видимо, тебе приснилось, — серьёзно ответил Хэ Сюань. — Что-о-о?! — возмутился Ши Цинсюань. — То есть уснул ты, а приснилось мне?! Это как так?! Или… Или это я что-то неправильно помню. Озадаченная пауза. Казалось, демон вот-вот услышит по сети духовного общения звук напряжённого скрипа мозгов. — Да нет, у меня же нет проблем с памятью! Я даже столько не пил, это факт! Ну точно же! Мин-сюн, это же… Мин-сюн, я понял, ты пошутил! Ха-ха-ха-ха! Хэ Сюань поморщился от зазвучавшего в его голове заливистого хохота и одновременно ощутил, что не может удержать проступающую на его лице неширокую и отчасти саркастическую улыбку. День обещал быть долгим.