— А ведь мы могли бы стать отличными колдунами…

— Андрюш, я дома! Тишина. — Ты это, извини, что задержался. Темнота. — Я правда не хотел… понимаешь, да?.. Тишина и темнота. — Андрей? –… понимаю, понимаю!.. — из черноты квартиры появился знакомый силуэт. — Привет, — Князь наклонился к разувающемуся Горшку и по-обыденному нежно чмокнул того в щёку. — Да вроде здоровкались уже, — наконец, со шнурками тяжёлых берцев было покончено, и они отлетели в дальний угол. — А ты чего в темноте сидишь? Я, конечно, понимаю — экономия и всё такое, — но этой парой копеек на пиво явно не накопить… — А я смотрю, ты в этом эксперт, — Андрей улыбнулся, опираясь плечом о стену. — Но вот знаешь ли ты, какой сегодня день, а? Миша явно впал в ступор — так и замер на мгновение с косухой в руке, не донеся её до вешалки. Однако правила игры принял. Князев же наблюдал за этим с явным удовольствием. — До дней Рождений ещё далеко, — Горшок начал загибать пальцы. — Годовщина нашего знакомства… через пятьдесят два дня только… День, когда Балу нас застукал… Не, это вообще зимой было… — Чего-чего?.. — Пить нужно меньше, Андрюш… — всё тем же задумчивым голосом продолжал музыкант. — Хм… — Ага! А ещё курить бросить, спортом заниматься и бабушек через дорогу переводить, — вокалист ухмыльнулся. — Знаешь, вот перед тем, как женщин пожилых мучать, нужно и на тебе потренироваться. Буду сейчас переводить тебя через коридор в комнату, чего ж в прихожей топтаться. — Сразу бы так, — ехидно отчеканил Миша. — Эй, стой! Я что, так на пенсионерочку похож? — А это с какой стороны посмотреть!.. Следующие пару метров они шагали молча, но звук продолжающих усердно работать шестерёнок в голове Горшка доносился даже до Андрея. Как только они достигли цели, Князь остановился у двери и таинственно улыбнулся, а Горшенёв и бровь поднять не успел. — Та-да-а-ам! — блондин торжественно открыл дверцу и протолкнул вперёд слегка опешевшего Мишу. Вся комната была усеяна свечами на любой вкус. Каких только не было! Даже (а)рома (н)тические нашли своё место. Все они разместились и на столе, и на двуспальной кровати и даже на полу, оставляя лишь небольшой проход. Диковинную картину дополняли плотно задёрнутые шторы и дешёвая безделушка в виде светящегося шара, аккуратно поставленная прямо посередине ковра. — Хо-хо… Вот, чем вокалист наш занимается, пока репу прогуливает… Если честно, список всех возможных «мероприятий», которые могут быть сегодня, у меня иссяк, — прошёл к свободному месту на полу и неспеша сел, все ещё оглядывая спальню. — Дай подсказку: это романтический вечер или спиритический сеанс? — Два в одном, Миш. Два в одном, — Князь усмехнулся. — Я сегодня, между прочим, уборку генеральную делал, потому что давно тут никто не прибирался, и… — Вообще-то, я месяц назад… — …помнишь, мы с переездом всю твою библиотеку притащили? Я сразу тогда вот эту книжечку заприметил, — Андрей указал на один из предметов незамысловатого декора. — Видишь, она красная такая, в бархате, и, судя по всему, из поколения в поколение у вас там переходила… — Пф-ф, в нашей семье как раз такой хлам и доставался друг другу по наследству, — Мишка закатил глаза. — Для тебя, похоже, берегли. — А ты открой на тридцать шестой странице и поймёшь, как ошибся, — Князь придвинулся поближе. Горшок пустил недоверчивый взгляд, но всё же стал ворошить книгу.  — Глянь! — вокалист указал на одну из строчек на той самой пятьдесят шестой. — Обрати внимание на дату. — Ну… Девятнадцатое июля… Девяносто четвёртого года. Это сегодня, получается. И?.. — Миш, ты придурок? — больше звучало, как всем известный факт. — Написано же, что именно в этот день все планеты как бы в ряд построятся. А это бывает раз в тыщу лет! И вот, смотри, — Князь взял палец Горшка и указал им на следующую строчку. — «Именно этот день является наиболее благоприятным для проведения гаданий на картах Таро…» — Но ты ж не хочешь сказать, что… — Именно! Глаза Андрея наполнились ребяческим озорством. Глаза Миши наполнились старческим скептицизмом. — Но где ж ты их возьм… — Во! — и блондин потряс небольшой коробочкой. Что ж, ладно. Горшенёв вновь принимает правила. В игру!

***

Время неумолимо двигалось вперёд. Они так и сидели — в темноте, освещаемые лишь пламенем нескольких свечей. Остальные решили потушить до нужного момента, иначе те протянули бы недолго. Андрей тихо посвящал «ничего не смыслящего» Мишку во все тонкости, которым сам научился несколько часов назад. Теперь они оба загорелись, словно те самые свечи, желанием попробовать на вкус то самое, настоящее «колдовство», о котором сочиняли песни. Сомнение в темнющих очах Горшка пропало. А ждать как было написано на потускневшей бумажке, предстояло аж до самой полуночи. К тому времени на Князева напала сонливость, но на предложения Горшка «всё же отдохнуть и выспаться» тот лишь отрицательно мотал головой. Да, Андрей устал. Вместо репетиции, на которой, к слову, тренировали только гитаристов, он полностью отдраил (насколько умел) дом, а потом украсил комнату и успел прочитать целую стопку книг, повествующих о разного рода мистике. И Мишка устал не меньше — все дела, в том числе и «семейные», разделялись поровну. Определённо, их совместная, неспокойная, но всё же прекрасная жизнь поменяла обоих до неузнаваемости — парни стали намного серьёзнее, ответственнее, осторожнее. Как только стрелка указала на двенадцать, блондин немного оживился. — Ну… Что, давай сначала это… Вопрос придумаем. Горшок звонко хлопнул себя по лбу: — Мы с тобой точно придурки — вроде как подготовились, а про самое главное забыли! — Для начала что-нибудь «на разогрев». Ну… Например! Станем ли мы знамениты настолько, что наши песни будут петь целые поколения, а название группы никогда не сползёт с афиш самых известных фестивалей? Миша лишь утвердительно кивнул. — Гм… Хорошо, — Князев скрестил ноги и немного неуверенно взял в руки колоду. — Так, карты мы уже перемешали… Сейчас свечки зажгу… Надеюсь, квартиру не спалим. — Одной надежды мало… Давай попробуем самый простой расклад, для начала… — Горшок заскользил вглядом по странице книги. — О, «расклад для придурков». Тут всего одну карту вытянуть нужно! Андрей подул на последнюю некогда горящую спичку и придвинул карты. — Вместе вытянем? И две руки с одинаковыми кольцами на тонких пальцах синхронно поймали одну карту, которая так и наровилась выскользнуть к своим товарищам. А после перевернули, заставив показать истинное лицо негодяйки, прячущейся за неинформативной «рубашкой».

Шут.

Иронично. — М-м-м, ты и не говорил, что здесь карта такая может быть! Что там она значит?.. — Так… — Князь искал нужную страницу. — Во! «Шут энергичен, оптимистичен, ощущает силу и радость, ведь его впереди ожидает столько интересных и увлекательных приключений. Возможно, ему предстоят неожиданности и незапланированные события, но это не страшит Шута». Миша зевнул: — Этого, собственно, и следовало ожидать… И так понятно было! Может, что-нибудь посложней… Во, расклад из трёх карт есть. — Слушай, я придумал. Давай нашу теорию проверим! — на этот раз Горшок всё же успел поднять бровь. — Ну, ту, в прошлое воскресенье придуманную, когда пили. Мы тогда размышляли о смысле жизни (хотя, это не точно), и ты предложил, мол, чтобы долго жить, нужно пить качественный алкоголь… — Ах да, как же я мог забыть насто-о-олько мудрые мысли… Итак, как мы, алкашами, жизнь просуществуем? — брюнет специально опустил голову, чтобы карты смогли «услышать» его. Колода вновь перемешана. Князь взял одну, Горшок — вторую, а третью они уже по-старинке решили взять вместе. — Вскрываемся! — Миш, такое чувство, что ты играешь в покер. — Тогда ты — мой главный выигрыш.

Отшельник.

Звезда.

Смерть.

Торопливое копошение в книжке и вуаля — будущее предсказано. — Всё правильно, в принципе: сначала мы искали себя, в нашем случае — изысканный план пьянки; теперь более-менее устаканились в своём выборе пива и портвейна; а потом сопьёмся и умрём мы с тобой в один день, наверное, — вокалист многообещающе потёр руки. Андрей просиял в ответ — толкование «прогноза» Горшком поднимало настроение: — М-м-м, звучит интересно. Уважаемый Михаил, согласны ли вы быть моим… соседом по гробу? — С удовольствием-с. Но, — Миша сделал суровое лицо, насколько смог. — Не могу обещать, что приставать к вам не стану. — Ладно, мне придётся смириться, — Князь невозмутимо взял колоду в руки. — Ну что, последний разок, чтобы уже точно убедиться в нашей «одарённости»? Давай спросим про наши отношения, чтоб уж наверняка!.. — Тебе нужен взгляд со стороны? Для этого у нас вон, Шура есть, — Горшок закатил глаза. — Но если ты так хочешь, то теперь из пяти карт расклад составим. — С нашим-то подходом больше мы не потянем…

Колесница

Перевёрнутая позиция. Беспорядочные половые связи, склонность к гомосексуализму.

Башня

Перевёрнутое положение. Резкие, мгновенные, сильные перемены в любовных отношениях.

Луна

Перевёрнутая позиция. Непостоянство, нестабильность в отношениях с партнёром.

Влюблённые

Перевёрнутая позиция. Неудачи в любви, несбыточные мечты.

Солнце

Перевёрнутая позиция. Дисбаланс, отсутствие доверия, равновесия. Наступило молчание. Теперь звук до сих пор трудящихся шестерёнок доносился уже из двух голов. — Ну чё, полный букет собрали! — М-да уж, — Андрей почесал голову. — И почему все карты перевёрнутые? Мы ж нормально мешали, равномерно… Из-за этого и значения не в нашу пользу исказились… Секунду подумав, Миша молча встал, сделал пару шагов и сел напротив Андрея. В таком положении «перевёрнутые» карты с его стороны предстали в обычном положении. — А это с какой стороны смотреть! — Горшенёв передразнил Князя. — Вот теперь с моей стороны они все «перевернулись» и находятся в благоприятном положении со значением, о котором мечтать можно только. Двигайся сюда! И Князев, пожав плечами и улыбнувшись, присел к брюнету и положил голову на его плечо, прикрыв глаза. — Ну вот, другое дело! Теперь мы с тобой благословлены самой судьбой и двадцатью двумя картонками. Чего лучше пожелать, а? Андрей посмотрел на Мишку. На его Мишку, — родного и любимого. На Мишку, который находил выход абсолютно из любой ситуации, параллельно смеясь и заряжая своей энергией всех вокруг. На взаимно по уши влюблённого в него Мишку. — Знаешь, я думаю, теперь мы обязаны их сжечь. Чтоб наверняка, — Князь перешёл на шёпот, будто боясь, что карты их подслушивают. — Согласен. При мягком освещении, исходящем от свечей, Андрей выглядел, пожалуй, самым красивым человечком в мире. Что там статистика говорит? Что у каждого по шесть, а то и по семь «двойников» с одинаковой внешностью? Пф-ф-ф, нет, это точно не про блондина. Горшок ни за что не поверит. Тот уникален, таких больше не найдёшь, хоть каждый уголок обыщи. Да и вообще, существуют ли люди с такими глазами? Губами? Волосами? Телосложением? Самое главное – душой, внутренним миром? Музыкант уже было засомневался, но вполне ожидаемо запущенные в каштановые волосы пальцы и мягкий поцелуй сразу откинули идею с иллюзией Андрея. Якобы его несуществованием. Пухлые губы то прикасались, то на секунду отстранялись с характерным, еле слышным, чмоканьем. Из-за покусываний чувствовались солоноватые нотки, однако сразу же перебиваемые всей сладостью происходящего. Они соскучились. Донельзя соскучились. Миша уже повалил Князя на ковёр, предусмотрительно отодвинув пару свеч от шелковистых волос, — так было удобнее. Ровная колода превратилась в непонятную мешанину из-за чьей-то ноги, зайдевшей её. Но сейчас было не до этого. Ненадолго отстранившись, Горшок вновь заглянул в омут глаз и обжёг дыханием уста Князя: — Я люблю тебя. И никто — ни общество, ни предрассудки, ни жалкие картишки — не смогут меня переубедить, Андрюш. — Неужели ты думаешь, что я реально верю в этот бред? Я тоже тебя люблю. По-настоящему люблю.

***

Держась за руки, они стояли на балконе в светлую летнюю ночь и поджигали по одной карте зажигалкой, наблюдая за яркими искрами, которые улетали в тёмное небо. — А ведь мы могли бы стать отличными колдунами… — Мишка!