Hey, Stevie, I remember your name.

Солнечный свет бьет прямо в лицо, отчего под веками все заливает красным. Баки недовольно вздыхает. Просыпаться совсем не хочется. В кровати слишком хорошо и тепло. Даже удивительно, учитывая, что он укрыт совсем легкой простыней. Но ощущение такое, будто рядом лежит мягкая и горячая грелка. Баки чуть ворочается, но когда свет становится ещё ярче, все же открывает глаза. «Грелка» лежит на спине прямо перед ним, тихо посапывая. Мысли сразу состыкуются между собой и Барнса будто мешком по голове бьет. Неужели он провёл так всю ночь, уткнувшись Сэму в плечо и положив ему на живот железную руку, которую тот заботливо накрыл своей? Черт. Баки убирает протез с напарника и отодвигается дальше, не переставая смотреть на него. Это стоило больших усилий, потому что тело отчаянно желало обнять Уилсона. Да какого хрена?! Баки любит только Стива! Сокол тут никаким боком не вписался. Но тогда почему гребанное сердце так реагирует, отдавая ударами ему в виски? —Я чувствую как ты пялишься.—хрипло усмехается Уилсон, все ещё не открывая глаза. —Я в пустоту смотрел.—бурчит Баки, зарываясь лицом в подушку. —Слушай, я уже подсознательно понимаю, когда ты смотришь на меня. —Тогда ты для меня пустое место! —Дебилоид,—фыркает Сэм, наконец-то разворачиваясь к Барнсу и глядя на него.—Что ж, оскорблениями обменялись, теперь точно доброе утро. Баки слабо улыбается. —Кто первый в душ? —Я. Ты потом часа три будешь свои сальные патлы намывать.—язвит Сэм, вставая с кровати. Баки всеми силами ловит остатки его тепла. —И когда это я так делал? —Да постоянно в Ваканде. Как зайдёшь в ванную, хоть клешнями тебя оттуда вытаскивай. Я быстро, минут пять. Уилсон скрывается в дверях ванной, а Баки снова падает обратно в постель. Она все ещё тёплая. Сторона, на которой спал Сокол по-прежнему сохраняет его запах. Баки перекатывается на неё и снова закрывает глаза. Фантазия без проблем подкидывает ощущение, что он в объятиях Сэма. Барнс со стоном ведёт рукой по обнаженной груди, задевая заострившиеся соски и чувствуя как член в трусах начинает твердеть. Ноги, кажется, раздвигаются сами. —Сэм...—тихо произносит Баки, запуская руку в боксеры и обхватывая ею напряженный член. Дыхание сбивается. Ему становится все жарче с каждой секундой. Кажется, что запах Сэма только усиливается. Рука сама начинает двигаться быстрее. —Ох!—Баки стонет слишком громко, когда его неожиданно бросает в жар, а из члена брызгают струи спермы, пачкая трусы. Его трясёт от оргазма. Перед глазами пелена. Ему с трудом удаётся успокоить дыхание и прийти в себя, когда Уилсон выходит из ванной весь мокрый, в одном только полотенце на бёдрах. Баки судорожно сглатывает, изо всех сил отводя взгляд от накаченного торса. —Вставай давай, соня! На самолёт опоздаем.—усмехается Сэм. —Говорил, что пять минут, а сам проторчал там по меньшей мере полчаса.—фыркает в ответ Баки и пулей рвётся в ванную в надежде, что Сокол не поймёт, чем он тут занимался. На вылет они без проблем успевают. Даже находят время позавтракать в Макдональдсе. Как только самолёт взлетает, Баки надевает наушники, врубая себе Queen на всю громкость, и обдумывает все происходящее с ним. Ему страшно. Страшно от всех этих непонятных чувств к Сэму. Почему не проходит ни дня, чтобы Баки не думал о нем? Когда это вообще началось? С его внезапного приезда с Альпиной? Или раньше? Но ведь не во время отношений со Стивом. Тогда Баки был по уши влюблён в Роджерса и не замечал вообще никого кроме него. Стив... Баки листает его фотографии на телефоне. Вот селфи, на котором они целуются на фоне заката. А вот фото Роджерса с фильтром в виде собачьих ушек и языка из Снепчата. А вот фотография с пляжа, на которой Стив стоит по пояс в воде, держа тогда ещё однорукого Баки на спине. Вот их селфи втроём с Сэмом в машине. А вот они уже вчетвером с Наташей перед битвой с Таносом на фоне королевского дворца. Баки грустно улыбается счастливым воспоминаниям. Нет, он все ещё любит Стива и будет любить его всегда. Но откуда тогда взялся Сэм в его сердце? Почему у него такое ощущение, что он изменяет Роджерсу? — Too much love will kill you, if you can’t make up your mind. Torn between the lover and the love you leave behind...—слышится красивый голос Фредди Меркьюри в наушниках. Такое ощущение, будто он предсказал будущее и написал эту песню, основываясь именно на чувствах Баки (это была бы огромная честь, если бы Queen посвятили ему песню. Ах фанатские мечты). — You’re headed for disaster 'cos you never read the signs. Too much love will kill you — every time. По щеке медленно ползёт слеза. Только блять не это. Сопли развозить — дело последнее, особенно сейчас на глазах у всех, когда ещё и Сэм рядом. Баки старается как можно более незаметно стереть ее, когда чувствует прикосновение к своему плечу. —Бак. —Что?—он поворачивается к Сэму, снимая наушники. Тот выглядит крайне обеспокоенным. —Что с тобой? —Ничего. Я в порядке. —Ты плачешь? —Что за бред, Уилсон? У тебя уже глюки?—пытается свести все в шутку Барнс. Но Сэм все ещё выглядит слишком серьёзным. —Баки, это не смешно. Я же вижу, что тебе плохо. Мы можем поговорить об этом? Баки уже собирается снова опровергнуть слова напарника, когда пилот вдруг объявляет, что самолёт приземляется и просит всех пассажиров отключить гаджеты. —Слушай, Сэм, давай потом. —Хорошо. Земо соглашается помочь им. А ещё оказывается неприлично богат. Но теперь по крайней мере понятно, почему он мог себе позволить спокойно потратить целый год на изучение биографии каждого из Мстителей и подготовку плана их раскола. Баки с напряжением смотрит на бывшего врага, листающего его блокнот и попивающего дорогое шампанское, когда они летят в частном самолете барона. —Вижу список тут немаленький,—оценивает Земо, лениво листая страницы.—А кто такой Накадзима? Баки подрывается с места, хватая того на горло. —Тронешь блокнот и ты труп! —Бак, не надо.—успокаивает его Сэм. Барнс все же отпускает Гельмута, садясь обратно. —О да тут ещё и список Роджерса.—Земо с интересом потирает ладони.—Марвин Гэй. Что ж у него был отличный вкус. —Я рассказывал ему про «Troubleman». Стив обожал этот альбом. Ты ведь его слышал?—снова обращается Уилсон к Баки. —Ну вообще мне нравится музыка сороковых... —Он тебе не понравился?! —Понравился. —Все любят Марвина Гэя! —Да, мне нравится Марвин Гэй! —Стив его обожал. —«Troubleman» это настоящий шедевр американской классики, Джеймс.—снова встревает в разговор Земо. —Он конечно слегка оборзел, но он прав.—подтверждает Сэм. —О Господи! Да мне вообще Queen нравится!—признается Баки. —Они не пели в сороковых. —Плевать. Марвин Гэй тоже не пел в сороковых. Но Queen лучшие! —Что ж, я ожидал, что твой музыкальный вкус куда хуже.—смеётся Сэм. —Идите нахер. По прилёте в Мадрипур они как ни странно сначала идут на шоппинг, потому что, чтобы разузнать все о сыворотке нужно замаскироваться и проникнуть в бар к какой-то влиятельной знакомой Земо. Баки приходится снова притворяться Зимним Солдатом (ладно, не худший вариант). Сэм вообще вынужден разодеться в полукамуфляжный смокинг с золотой цепью из-за чего он всю дорогу жалуется, что выглядит как сутенер (впрочем на сутенера он на самом деле похож). Один только Земо остаётся собой, напялив лишь свою фирменную шубу. В баре у Селби изначально все идёт хорошо. Уилсон выпивает жуткую водку из змеиной крови, Баки как и планировалось устраивает драку и раскидывает всех посетителей как щенков, а Земо умело заговаривает зубы Селби. Но куда хуже становится, когда барон заходит дальше предлагая «Зимнего Солдата» в обмен на информацию о сыворотке и Разрушителях Флагов. Баки с трудом удаётся сохранять покерфейс, когда Зело гладит его по лицу со словами: «Он сделает все, что вы хотите». На задворках сознания мелькают страшные воспоминания о том, что примерно так же когда-то делал Пирс, сдавая его «в аренду» своим «партнерам по бизнесу», а те на самом деле делали с ним все, что хотели. Чаще всего его использовали для удовлетворения своих сексуальных потребностей. А Баки, будучи под действием кода, не мог сопротивляться насилию. Внутренности сжимаются. Он не выдержит этого снова. Сейчас он, конечно, сможет дать отпор Селби, которая видимо уже предвкушает, как реализует на нем все свои грязные фантазии, но тогда миссия провалится. А он должен ее завершить во что бы то ни стало. Он же Зимний Солдат. Баки на самом деле даже благодарен Саре за то, что она звонит Сэму в самый неподходящий момент. Да, им приходится бежать от снайперов Селби, но зато он не попадёт снова в сексуальное рабство. Но похоже удача на их стороне, потому что их спасает Шерон, и ведёт в свой пентхаус. Увидев эти хоромы, Баки приходит к выводу, что она здесь не просто перепродаёт подделку картин за более крупные деньги, а является полноценным криминальным авторитетом. Ему даже хочется спросить, не является ли она тем самым Пауэр Брокером, о котором все говорят, но решает не задавать лишних вопросов. —Кстати, как вам новый Кэп?—спрашивает Картер, плюхаясь на диван со стаканом какого-то алкогольного коктейля. —Не спрашивай.—бросает Баки, все ещё пытаясь отойти от той шоковой терапии, устроенной Земо. —Да ладно, не ты ли был у нас парнем Капитана Америка?—смеется она. —Он был парнем Стива, а не Капитана Америка.—вступается за него Сэм, выбирая себе нормальные шмотки из гардероба Шерон. —А разве есть разница? —Блять, конечно есть!—срывается Баки.—Я не собираюсь спать с каждым, кто держит этот щит. —Ну это мы ещё посмотрим.—ухмыляется Земо, вальяжно делая глоток виски. Следующего действия от Сэма Баки никак не мог ожидать. Уилсон подрывается с места и хватает Земо за ворот его водолазки, чуть ли не разрывая его. —Слышь ты, уголовник,—шипит он в лицо барону.—Ты не имеешь права даже смотреть Баки в глаза, не говоря уж о том, чтобы так похабно шутить! Поэтому, быстро извинись перед ним, пока я тебя не порвал на заковианский флаг! —Вообще-то... —Извинись, я тебе сказал, сволочь! Земо раздраженно выдыхает. —Так, мальчики,—строго начинает Шерон.—Давайте не будем устраивать здесь баталии. Ко мне сейчас придёт клиент и я не горю желанием объяснять, почему вместо вечеринки у меня полный разгром. —Извини, Джеймс.—спокойно произносит Земо, после чего Уилсон его благополучно отпускает. —Решил поиграть в благородного рыцаря?—спрашивает Баки у Сэма как можно громче, потому что музыка орет так, что разговаривать в нормальном тоне не представляется возможным. —Нет, просто не позволяю никому оскорблять моих друзей. Тем более таким ублюдкам, как Земо. —Ну да, своих друзей ты оскорбляешь сам. Кстати, мы разве друзья? Сэм делает глоток пива, серьезно смотря на него. —Не знаю, ты бы этого хотел? —Чего? —Барнс, ну не тупи! Ты хотел бы, чтобы мы были друзьями? Баки честно не знает, что на это ответить. Он хочет этого. Или не хочет. Его отчаянно тянет к Сэму, но разве друзья спят в одной кровати? На друзей дрочат, пока те в душе? На друзей пялятся, когда они переодеваются? Вроде нет. До Барнса вдруг доходит, что то же самое было и со Стивом в далеких сороковых. Но тогда, несмотря на то, что однополые отношения презирались в обществе, все было как-то проще. С Роджерсом все решил тот злополучный вечер в австрийском баре. Баки отчетливо помнит, как в нем кипела ревность при виде неловкого разговора Стива с Пегги Картер, потом разговор по душам, долгая пьянка и в конце вечера — поцелуй в подворотне. Баки тогда был вусмерть пьян, оттого было и не страшно. Но он страшно удивился тому, что Стив его не оттолкнул, а наоборот ответил со всей пылкостью чувств. А как теперь быть с Сэмом? Стив из его сердца никуда не делся, но к Уилсону Баки тянет как магнитом. Он и не замечает как их губы оказываются в опасной близости друг от друга. —Бак.—зовёт его Сэм, поглаживая по плечу.—Ты в порядке? —Я...—он облизывает губы, всматриваясь в лицо Сокола в попытке найти хоть что-то намекающее на взаимность, но не находит ничего. Либо же он слишком слеп.—Давай...эээ...поищем Земо. Проследим, чтобы он точно никуда не сбежал. —Давай.—растерянно соглашается Уилсон. Они спускаются с балкона вниз и практически сразу видят вышеупомянутого преступника. Тот похоже прекрасно проводит время, отплясывая в толпе светских львов Мадрипура. Баки прыскает в кулак. Зрелище то ещё. Сэм достаёт телефон и снимает все это на видео. —Жаль, что выложить это в Инстаграм не получится.—усмехается он. —Ты сидишь в Инстаграме? —Сидел до того, как стал Мстителем. Тут уж нужно больше приватности. —Да, интереса-то становится больше. —Баки,—неожиданно Сэм переводит тему.—Ты расскажешь мне, что с тобой было в самолете? —Господи, ты ещё помнишь об этом? —Конечно, помню. —Тогда задам тебе твой же вопрос.—Баки разворачивается к нему, смотря прямо к глаза.—Почему тебе так интересно то, что тебя даже не касается? —Потому что мне не все равно на тебя, придурок! Сердце пропускает удар. —Что ты сказал? —Мне не все равно, что с тобой происходит.—повторяет Сэм абсолютно искренне.—Иначе я бы не закидывал тебя сообщениями. —Значит мы всё-таки друзья? —Как ты хочешь.—побеждённо бросает Уилсон.—Но знаешь, на самом деле ты... —Народ,—их прерывает неожиданно подошедшая Шерон.—Я нашла Найджела.