Шелк и сталь.

- Как же мне херово…-прохрипела я, по уши укрытая одеялом. Мое горло горело, словно в него лили кипяток, а голову долбили не меньше дюжины дятлов. Мой отец в этот момент носился по дому в мамином халате, который я сшила в пятом классе на уроке труда. Он, кстати, очень ему шел, даже больше, чем маме. А искал он аптечку, которую моя родительница куда-то заныкала. Одновременно он бегал на кухню, пытаясь вскипятить молоко, которое, судя по запаху, убежало минимум в Китай. Одним ухом Джей говорил по телефону со своим менеджером, у которого, якобы, были дети, но и он не умеет их лечить. - Кажется, пятое шоколадное мороженое было лишним,- сказал он, на миг мелькнув в дверях моей комнаты. Да, отдохнули мы вчера просто отлично, но последствия… Вдруг по дому пронеслись звуки пожарной тревоги, хотя на самом деле - это рингтон, который стоит на вызове Кристин. - А... – попыталась я выговорить приветствие, но не успела, так как на мою больную голову посыпался град вопросов. - Ты где? Что случилось? Почему ты была недоступна? Я тебе весь вечер звонила! Почему ты молчишь? Тебе плохо? Что он с тобой сделал? Ты дома? Он где? Эли??? - Я заболела,- прошипела я на языке, больше похожим на парсултанг*. - Заболела???- Закричала она.- Я еду.- Бросила трубку Крис. Еще и она. За что? - Пожар?- Влетел в комнату замученный папа в испачканном халате и руками в муке. - Нет, Кристин. - Это хуже.- Потом он снова занялся поджиганием моей кухни и переводом продуктов. Знаменитый музыкант сейчас был похож на многодетную мамашу: он бегал туда-сюда, пытался готовить, в итоге пережарил курицу, взорвал яйца в микроволновке, поджёг мамино любимое полотенце, разлил томатный сок, разбил три тарелки, чуть не убил соседского кота сковородкой, упал с лестницы, порезал палец, расплавил чайник, рассыпал перец, начал чихать и перекувыркнулся через стул. Потом он сел на пол около моей кровати и схватился за голову. - Я плохая ма… то есть отец. Ты там еще живая?- Он обнадеживающе взглянул на меня. В ответ я что-то снова прошипела. Я змейка. Я маленькая шоколадная змейка, которая ползет по сахарной травке к большому молочному озеру… Блин, Нет! У меня уже крыша едет от жара. Тополиный пух, жара, июль! - Поберегись!- Моя дверь резко распахнулась, ударившись об стену так, что посыпалась штукатурка. С ложкой в руке, словно истребитель, влетела Кристин и направилась ко мне. Резко запихнув ложку мне в рот, она другой рукой положила грелку мне на лоб. Решив, что миссия выполнена, подруга начала орать и на без того несчастного папу. Вскоре я с ужасом заметила, что гадость на ложке, которую запихнула мне Кристи, оказалась на вкус как чили, а грелка на лбу и вовсе ледяной. Из-за контраста с моим жаром и ледяной водой моя голова начала трескаться изнутри. Из моих легких стал вырываться кашель, с бесполезной попыткой вытолкнуть эту дрянь из горла, но она уже растеклась, устроив во мне адское пламя. Мои крики о помощи услышаны не были, так как отец и Крис были в самом разгаре своих разборок и, естественно, не слышали моего шипения. Я тянула руку, кашляла, задыхалась и представляла, как откручу им обоим головы, если выживу. *- Змеиный язык.