Легенда десятого Б

Софию разбудил звонок телефона, и ей отчаянно захотелось разбить эту мерзкую штуку. Ну, кто додумался позвонить человеку рано утром в воскресенье после похмелья? Трубку пришлось взять. — Твою ж мать, дозвонилась! — раздался голос Анники. — Я тебе звонила девятнадцать раз! Девятнадцать! — Зачем так рано? — сонно пробормотала София, параллельно пытаясь открыть глаза. — Рано? Десятый час вечера. Вечера! Воскресенье к концу подходит, а ты там валяешься с похмельем! Зайди в «Подслушано», там такое! — Да зайду, зайду… Только сперва пойму, где я вообще. Анника бросила трубку, а София наконец-то смогла приоткрыть один глаз. Судя по обстановке, она находилась в квартире Ксандра. Судя по ботинку Артура на люстре и бутылкой вина в руке, они втроём решили выпить. Судя по времени и ужасной головной боли, переборщили… Благо в сумке было что-то от похмелья. По совету подруги девушка всё же зашла в «Подслушано» школы и обомлела. Первый попавшийся пост гласил: «Организатор тусовки Итан Вуд изменяет своей девушке! Весь вечер около него крутилась некая Моника, явно желая обратить на себя внимание самого крутого парня школы. Судя по этой фотографии, она своего добилась. Кто же такая таинственная разлучница, какой шаг предпримет София фон Гельц и как будет выкручиваться Итан Вуд, узнаем чуть позже!» К посту прилагалась фотография, на которой были изображены целующиеся Итан и Моника. Вчера вечером ей скинули эту фотку раз двести, наверное. Ну ещё бы, всем интересно посмотреть чью-то реакцию на измену. Желая развеяться после токсичных отношений, София неизвестно зачем согласилась встречаться с Вудом и попала в ещё одни токсичные отношения. Она постоянно обещала себе бросить этого придурка при случае… Что ж, случай представился. Мало того, что он сам по себе не очень ответственный и сообразительный, так ещё и изменяет. Фон Гельц забыла бы о нём через секунду, если бы эта Моника не подошла к ней поиздеваться буквально спустя минуту после того, как целовалась с её парнем. Заявила что-то по типу "не так уж ты и могущественна, раз даже мальчика не удержала", прибавила парочку оскорблений и получила лишь ехидный смешок в ответ. Могущество? Серьёзно? Это определённо не та ситуация, где нужно использовать власть и связи. Станет она пытаться удержать какого-то паренька, ага, заняться ей больше нечем. Не ценит — скатертью дорожка. Чёрт с ним, с Вудом, он ещё своё получит, а вот с Моники сбить спесь точно надо. Она регулярно пыталась самоутвердиться за счёт других, периодически травила тех, кто слабее, несколько раз крупно подставляла Мию, чтобы увести у неё Виктора... В общем, мерзость. Девушка пролистала все посты с того вечера, но больше ничего любопытного для неё не было. Ну, разве что пост о том, как пьяная Азуми кинулась с ножом на её знакомую Мэй из-за какого-то Кадзу, но сейчас это точно не её дело. — Доброе утро, — услышала София чей-то хриплый голос и обернулась. С балкона на неё смотрел Артур с почему-то фиолетовыми волосами. — Ты как туда попал? — поинтересовалась она, открывая дверь и выпуская друга. — И что у тебя с причёской? — Да кто ж знает, — он лишь пожал плечами. — От головы что-нибудь есть? — В сумке моей поищи. Меня больше волнует то, что мы находимся в квартире Ксандра, а его самого я что-то не вижу. — Он в шкафу. — И что он там забыл? — Соф, ты серьёзно думаешь, что я помню? У меня к тебе тоже много вопросов! — возмутился друг, уперев руки в бока. — К примеру, откуда у тебя в сумке пистолет, половина кочерги и кирпич, зачем тебе столько одинаковых красных тюбиков и где тут таблетки?! — Эти одинаковые красные тюбики называются помадами, умник. А насчёт пистолета скажу так: разумная девушка всегда должна носить с собой помаду, презервативы и дамский револьвер. — Носи на здоровье, только скажи, где тут таблетки от головы? — Держи, сыщик, — усмехнулась София и одним уверенным движением вытащила пачку лекарств. Артур хотел что-то ответить, но тут из шкафа выпал спящий Ксандр. На нём почему-то был белый костюм, который выглядел так, словно он стащил его у Анхеля Мора (чокнутый из параллели; прибила б его, да нельзя) и пошёл в этом костюме переплывать Тихий океан. Впрочем, могло быть и хуже, есть проблемы посерьёзнее внешнего вида. Почти час друзья пытались отойти от похмелья, после чего решили посовещаться на тему того, что вообще теперь делать. — Итак, что мы имеем… Мы напились в хлам на той вечеринке, нас все потеряли, а очнулись мы в квартире Ксандра. Кто-то хоть что-нибудь помнит? — поинтересовался Артур. — Лично я помню только то, как Вуд целовался с какой-то белобрысой девкой, после чего Соф решила напиться. — Ну, уж простите, мне парень изменил, имею право! А я помню, как ты сказал, что хочешь перемен и, судя по всему, мы покрасили тебя в фиолетовый, — хмыкнула фон Гельц. На самом деле, ей просто хотелось напиться ещё с начала учебного года, уж слишком дурацким он казался, а эта ситуация с Вудом стала прекрасным поводом. — Это даже не фиолетовый, это серо-буро-малиновый какой-то. Причём красили Артура мы вдвоём, — пробормотал Ксандр, пытаясь вернуть воспоминания. — Я тут посмотрел посты в подслушке с вечеринки… В целом — ничего страшного, мы всякой ерунды не творили, жить можно. — Это вы не творили, а мне как завтра в школу идти?! Кто-нибудь вообще помнит, какой у меня был цвет волос? Я лично — нет! — У меня есть краска для волос, не паникуй, — София достала из сумки пачку краски, купленной очень давно в каком-то дешёвом магазинчике. Интересно, в каком. — Не буду даже спрашивать, откуда у тебя краска для блондинок… Так, стоп, я точно блондином не был! Или всё же был?.. — Артур задумчиво почесал голову. — Определённо надо меньше пить! — Полностью с тобой согласна, напомни нам об этом в следующий раз. Давай просто покрасим тебя в блондина, тебе пойдёт, — она попыталась представить друга со светлыми волосами. Получалась забавная и немного странная картина, но это точно будет весело. Спустя полчаса Артур сидел и с лёгким испугом рассматривал себя в зеркале. Девушка даже представить не могла, что будет, когда он смоет краску и как долго будет материться. Идея оказалась далеко не такой уж хорошей, как она себе представляла, не то, чтобы что-то пошло не по плану, просто интуиция подсказывала — получится что-то нехорошее. Зато пока она его красила, успела напридумывать кучу способов отомстить Монике. Сначала Монике, а там уже она посмотрит по ситуации. Если Итан будет сидеть тихо, то София вообще про него забудет… Наверное. — Ребят, вы же помните про ту сволочь, которая с Вудом целовалась? — аккуратно начала она. — Так, узнаю эту интонацию… И насколько же мучительная смерть её ждёт? — Ксандр чуть наклонил голову, изучая подругу. — Я так понимаю, ты уже придумала план мести? — Какой ты догадливый. Изначально я хотела «случайно» скинуть ей на голову кирпич, закопать заживо или сжечь на костре, но потом решила, что труп будет спрятать слишком проблематично. — А если без твоих шуточек? — спросил Артур, параллельно пытаясь почесать шею и не залезть рукой в покрашенные волосы. — Кстати, эта адская смесь ужасно жжётся! — Терпи, не надо было столько пить! А придумала я вот что: помните, Падла обещала нам опыты с серной кислотой? Так вот, там явно будет не одна колба, в параллели шесть классов и на всех одной не хватит, там их минимум три. Мы просто стащим одну из них и чуть-чуть плеснём на Монику… — Ты как себе это представляешь? Пробраться в кабинет Падлы и стащить пробирку? Как?! Мимо охранника и камер? — Ксандр обеспокоенно глянул на Софию и покачал головой. — Хотя... видеонаблюдение у нас откровенно хромает, половина школы с улицы даже не просматривается, в кабинетах камер нет совсем, а этот дяденька, зовущийся сторожем, сидит и пялится в свой кроссворд столько, сколько я себя помню. Даже если школу начнут бомбить, не встанет. — Ну, смотри: у Падлы есть привычка открывать окна на время перемены нараспашку и уходить в учительскую, чтобы проветрить кабинет. Рядом с одним из окон расположена пожарная лестница, по которой вполне реально спуститься с крыши, залезть в кабинет, стащить колбу и точно так же уйти назад, а уж как облить Монику, разберёмся на месте. Что думаете? — София знала: они не одобрят, но помогут. Просто потому, что ничего лучше не придумают, отговорить не смогут, а отпускать одну побоятся. — План неплохой, но сама идея мне не нравится. Впрочем, если ты так сильно этого хочешь, я с тобой, — Ксандр сел ближе и приобнял её за плечи, давая понять, что рядом. — Только меня смущает вот что: там может быть разная концентрация серной кислоты. Не получится ли так, что вместо лёгкого ожога мы организуем ей реанимацию? А если кислота прожжёт кожу так, что попадёт в кровь, и что тогда? — Бред какой-то, — уже не так уверенно пробормотала София. — В чистом виде нам такое вещество никто не даст, не прожжём же мы ей руку насквозь… А если и прожжём, то так ей и надо! Представляете, злорадствовать вздумала! И вообще, помните, как она над Мией издевалась? Виктор тогда с ней сколько по-хорошему разговаривал, а ей хоть бы хны! — Короче, Соф, делай что хочешь, а мы прикроем, — подвёл итоги Артур, почёсывая шею. — Ладно, я пошёл смывать это всё…

***

Трое друзей стояли за углом школы, один недовольнее другого. Всю оставшуюся ночь они продумывали план мести Монике и пытались разобраться с волосами Артура, которые к утру напоминали мочалку и покрасились очень странным образом: примерно половина волос стали светло-фиолетовыми, причём располагались эти пряди неравномерно по всей голове, местами виднелись серо-буро-малиновые проплешины и, в качестве вишенки на торте, часть волос стала тёмно-болотного оттенка. В итоге Артур стоял в дурацкой зелёной кепке и порой бросал злобные взгляды на Софию, которая за эту ночь поняла, что быть парикмахером — точно не её. Длинной матерная проповедь от друга оказалась очень доходчивой. Ксандр в это дело вообще не вмешивался и мастерски сливался со стеной ровно до того момента, как мать пришла домой и заставила именно его убирать последствия дружеских посиделок. Разумеется, никто не выспался и домашнее задание не сделал, но кого это волновало, когда сейчас компанию ждала настоящая преступная афера? Сегодня им было ко второму уроку, так что они решили не тянуть и стащить колбу с серной кислотой непосредственно перед началом занятий. Открыто облить Монику кислотой было опасно и неразумно, так что в итоге решили подкинуть открытую колбу ей в вещи, а уж прольётся кислота там или Моника обольётся ей, без разницы. В любом случае, месть будет осуществлена. София начинала сомневаться в том, правильно ли она поступает, но ей вспоминались обидные слова Моники и сомнения тут же развеивались. Какая-то дрянь посмела унизить её перед всей школой, показать, что Итан Вуд предпочёл своей девушке чёрт знает кого, так пускай получает теперь по заслугам. По заслугам ведь?... — Ну, что, я пошла, — пробормотала фон Гельц, неуверенно оглядывая лестницу. Интересно, какова вероятность, что она оттуда не упадёт и останется незамеченной? А сможет ли наступить на ступеньку, будучи на каблуках? — Вот ещё, ты ж шлёпнешься оттуда, альпинистка… Сам залезу, — возразил Артур, взяв подругу за предплечье и мягко отодвинув. — Кепку держи крепче, — усмехнулась она, но всё же позволила ему сделать это за неё, не забыв вручить перчатки, а то ещё отпечатки останутся. Отпускать его было страшно, но разумно — он уже имел опыт в подобных мероприятиях и в прошлые разы никаких следов не нашли. В восьмом классе он стащил пачку тетрадей с итоговыми контрольными работами из квартире преподавательницы и потом вернул их так, что учительница не заметила ничего, поэтому София была уверена в друге. Всё будет хорошо, лишь бы с улицы никто не заметил… Артур вернулся через две минуты и с гордой улыбкой протянул ей колбу. Девушка натянула целых два слоя медицинских резиновых перчаток и лишь потом взяла вещицу. — Спасибо, — искренне улыбнулась фон Гельц, с благодарностью глядя на друга. — И что же ты за это хочешь? — Да брось, сочтёмся, — Артур отмахнулся и посмотрел наверх. Никого не было, школа ещё будто не проснулась — Что-то мне подсказывает, что пора валить. — До начала урока семь минут, если мы хотим успеть подкинуть это Монике, надо поторопиться, — выдал до сих пор молчавший Ксандр. — И переодеться. — Успеем, успеем! Сейчас физкультура, я просто дождусь, пока большая часть переоденется и уйдёт, а потом положу колбу ей куда-нибудь, — София начинала нервничать. Что, если не получится? И ладно бы просто не получилось, но вдруг кто-то заметит? Что же тогда будет? Они втроём специально купили какие-то непонятные худи с капюшонами и огромные безразмерные штаны, чтобы натянуть это поверх обычной одежды, а потом без сожаления сжечь. А то ещё увидит кто-нибудь с улицы, даст показания, но никто из компании оверсайз вещи не носил, так что на них могут не выйти. А могут выйти, особенно, если она напортачит сейчас. Но всё прошло на удивление гладко: София просто дождалась, пока аж двое оставшихся одноклассниц отвернутся, приоткрыла колбу так, чтобы кислота не вытекла сразу, но чтобы пролилась, как только кто-то коснётся сумки Моники, чуть раздвинула вещи, засунула колбу и прикрыла конструкцию носком. Проворачивать это пришлось меньше чем за полминуты, ведь поймать её могли в любой момент, да и задерживаться было опасно — надо позаботиться об алиби. А так же о том, чтобы алиби не оказалось у Моники. София планировала распустить слух о том, что Моника сама стащила колбу с серной кислотой, но по неосторожности пролила её, а для этого нужно было куда-то сплавить потенциальную преступницу хотя бы минут на пять. Возможно, химичка уже заметила пропажу колбы… А, возможно, и нет, как повезёт. Вариантов, как именно убрать Монику на некоторое время, было не так много, так что в итоге София просто «случайно» толкнула её так, что они обе упали на землю. Ради такой аферы она даже на физкультуру пришла. — Аккуратнее надо быть! — с презрением протянула белобрысая девица. — Такая неуклюжая, просто ужас! Схожу-ка я к врачу на всякий случай, вдруг перелом! Ужасно хотелось врезать нахалке, но сейчас вступать в открытый конфликт было категорически нельзя. Если полиция начнёт расспрашивать, есть ли у Моники враги, все могут назвать её — и что тогда? И без того ситуация не самая хорошая, ведь мотив у неё есть. В лучшем случае полиции вообще не будет, а в худшем… За намеренное причинение вреда здоровью могут посадить. Не посадят, конечно, её отец заплатит столько, сколько потребуется, но лучше не доводить до такого. Шло время, а Моника не возвращалась. Прогуливает, или уже нашла «подарок» от Софии? Она нервничала всё сильнее, пусть и не показывала этого, но тут на руку сыграл весьма неприятный фактор — её проблемы с давлением. После пробежки в один круг чертовски закружилась голова. После десяти приседаний пошла кровь из носа, а до игры в волейбол дело даже не дошло. Физрук даже предложил отпустить её в медпункт, но фон Гельц отказалась. Тогда все её старания по поводу алиби коту под хвост. А болезненную, чуть ли не падающую в обморок одноклассницу точно не заподозрят, она ведь чисто физически не смогла бы что-то сделать. Моника пришла лишь под конец урока. На ней не было никаких следов ожога, значит, всё впереди. На всякий случай София чуть отстала от девчонок и прибилась к друзьям, чтобы не попасть в раздевалку раньше всех, это может оказаться подозрительно. — Ой, ребят, я так не хочу на эту геометрию! — нарочито громко протянула она, прижимая к носу платок. — Не представляю, как сейчас живётся нашим бывшим одноклассникам! — Да плохо им живётся, кто вообще понимает эту математику? — Ксандр подыграл ей, но в его глазах читалась тревога. Он взял её под руку и неспешно повёл в школу. — Давайте заглянем к ним после геометрии! — А давайте! Я соскучилась по Аннике, жаль, что она не перевелась с нами, — пробормотала София, пытаясь разглядеть то, что происходит в раздевалке, и при этом не упасть. Несколько девчонок уже зашли туда, и волнение лишь нарастало. — Ой, это та твоя подружка, которая работает в подслушке? Ты бы с ней болтала все уроки напролёт, и села бы тоже с ней! Нет уж, пусть торчит в своём физмате, нам такого не надо, — проворчал Артур, видимо, вспомнив их "прекрасный" восьмой класс. И тут из женской раздевалки донёсся истошный вопль. Фон Гельц переглянулась с друзьями и побрела туда, стараясь не бежать. Её взгляду предстала страшная картина: все девчонки стояли, вжимаясь в стены, а посередине помещения стояла захлёбывающаяся слезами Моника. Её руку нещадно разъедала серная кислота. Как именно кислота пролилась и что вообще случилось, непонятно, но думать было некогда. София чуть было не кинулась помочь пострадавшей, но вспомнила, что виновата в этом сама и осталась на месте. Было довольно сложно заставлять себя ничего не делать и напоминать себе, что Моника заслужила, что так ей и надо… А заслужила ли? А стоило ли это того? Скоро на крики сбежались учителя, и в итоге пострадавшую увезли в больницу. Всё, что осталось сделать — убедительно замести следы. За отпечатки пальцев на колбе можно не беспокоиться, ведь они брали колбу исключительно в перчатках, а вот по школе могут разойтись ненужные слухи… Что ж, пусть лучше расходятся нужные. — Анника, привет, — София отыскала подругу на той же перемене. — Слышала, что произошло? Моя одноклассница обожгла руку кислотой! — Привет, слышала, — кивнула заинтригованная Анника с учебником физики в руках. — Это та самая, которая с Вудом целовалась? Моника? — Угу, она. Говорят, украла колбу с серной кислотой у химички, представляешь? — фон Гельц старалась лгать как можно убедительней. Даже если подруга сейчас не поверит, ей будет всё равно. Анника далеко не моралистка и не увидит в этом поступке чего-то такого. Захотела — сделала, подумаешь. — Наверняка меня облить ей хотела! — С чего ты взяла? — поинтересовалась кудрявая девчонка, открывая заметки в телефоне. — Да она ни перед чем не остановится, лишь бы этот придурок Итан согласился с ней встречаться, а я ж его бывшая… Это, конечно, просто догадка, причём не моя, там девчонки стояли и шушукались, как будто я не слышу, — ох, лишь бы не запутаться в собственном вранье. Не запутается. Актриса из неё неплохая, если что, выкрутится. — Сейчас все эти слухи поползут, ты держи ухо востро, столько материала наберёшь. — Вы официально расстались? Он тебя что, бросил? Выкладывай, напишу статью в подслушку! — Это я его бросила. Пиши, пусть все знают, — было немного неприятно из-за того, что подруга намерена рассказать всей школе об её личной жизни, но если это поможет замести следы — пускай. — Вот, здорово, — кивнула Анника, со скоростью света набирая текст. — Напишу, что ты бросила Вуда, что он козёл и что Моника собиралась облить тебя кислотой, но по неосторожности обожглась сама! Как тебе? — Отлично, — усмехнулась София, особенно довольная предложением "он козёл". — Встретимся чуть позже, а то я опоздаю на геометрию. Всё, работа выполнена, Моника получила по заслугам, нужные слухи точно разойдутся по школе… Теперь можно спокойно учиться. Если совесть позволит, конечно.