Легенда десятого Б

— Тридцать восемь и семь. Кошмар, Соф, — вздохнул Ксандр, глядя на показания градусника. — Ты как умудрилась? — Без понятия, — слабо пробормотала девушка и приложила ладонь ко лбу. Это, конечно, не поможет, никогда не помогало, так что парень лишь укутал подругу в плед и побрёл на кухню. За аптечкой лезть нужды не было, она давно стояла на столе, уже наполовину пустая. Ксандр наугад вытащил какое-то жаропонижающее, но потом решил, что проще взять всю аптечку сразу, а не бегать туда-сюда. Пожалуй, стоило бы заварить чай... София его не любила, пила лишь тот, который заваривал Виктор и то скорее из вежливости, но давать подруге кофе вместе с таблетками Ксандр побаивался, на врача он не тянул и рисковать не хотел. Ну к чёрту... В итоге парень просто плеснул тёплой воды в кружку и пошёл обратно к подруге. Он не видел, но знал — она сейчас улеглась на бок и уткнулась взглядом в стену. Возможно, даже попыталась уснуть или захотела открыть окно, но пришла к выводу, что ей слишком плохо и устроилась поудобнее. Будто сейчас ей вообще может быть удобно, тело наверняка ломит. В принципе, Ксандр был совершенно прав: когда он вернулся, фон Гельц лежала и равнодушно смотрела на обои. Чего она там, собственно, не видела... — Я принес жаропонижающее. Выпей и поспи, тебе станет легче, — но тут подруга мельком глянула на него и тут же отвела глаза. — Ну что такое? — Не хочу, — заявила София, перебирая собственные волосы. — Не хочу и не буду. — Надо, моя хорошая, надо, — терпеливо произнёс Ксандр и легонько погладил её по голове. Девушка расслабилась и прикрыла глаза, даже чуть улыбнулась, а после всё же позволила напоить себя лекарством. — Как там наши? — поинтересовалась она после недолгого молчания. — Артур последний раз писал два часа назад, Виктор вообще звонил только утром. Половина первого уже... — Да ты не волнуйся, у них сейчас физкультура, наверняка телефоны в раздевалке оставили, — их друзья постоянно так делали и это было жутко неудобно. — Они сказали, завтра зайдут. Сегодня не могут: у Виктора сначала заседание в чайном клубе, потом какой-то литературный вечер. В общем, он опять ужасно занят. — Зато Артур разбил окно в кабинете труда и его посадили под домашний арест на три дня, знаю, — хмыкнула София и тут же согнулась чуть ли не пополам от приступа кашля. Ксандр подсел ближе, положил ладонь ей на плечо и покачал головой. Он сто раз просил её поберечь себя, пока к проблемам с давлением не добавилось что-то ещё, но, конечно, слушать его никто не собирался. Фон Гельц потянулась к стакану с водой, сделала пару небольших глотков и поморщилась. — Что такое? — Ничего, просто глотать больно, — прошептала она и откинулась на подушку. — Я попробую поспать, ладно? — Конечно, отдохни, — кивнул он и замолчал, не желая её тревожить. София прикрыла глаза и через пару секунд провалилась в глубокий сон, а Ксандр лишь вздохнул. В последнее время на его подругу свалилось слишком многое, неудивительно, что она заболела. По крайней мере, наконец-то выспится. Теперь, когда она наконец заснула, он мог спокойно заняться делами (не отходя слишком далеко, разумеется). Вообще-то Ксандр был совершенно не обязан поднимать трубку в семь утра, идти к фон Гельц два километра пешком и прогуливать таким образом уроки. Он прекрасно знал, что мать потом устроит ему выговор, что если он хочет занять хоть какое-то место на шахматном турнире — который планировался уже через две недели — то ему нужно работать и работать, ни в коем случае не пропускать занятия в секции... За минуту парень подумал об этом семь раз и столько же раз глянул на Софию. Она казалась ему такой маленькой и хрупкой, такой слабой и в какой-то степени трогательной, что желание быть рядом с ней перевешивало возможность закончить четверть на отлично и победить в турнире. За окном началась метель и Ксандр прикрыл форточку. В этом году погода решила поиздеваться над городом: бураны сменялись резкими потеплениями и такими же резкими похолоданиями, в результате чего дороги превратились в каток. Казалось, что после октября наступил сразу февраль, а после — апрель с его ливнями, сменившийся декабрём. Одним словом, кошмар. Погода раздражала всех, разве что Макс Фолл как-то раз пошутил, что месяцы сменяются как-то быстро, ещё и не по порядку. А на самом деле было двадцать девятое ноября. Ксандр потянулся за телефоном и зашёл в чат класса. Ещё вчера он спросил, как нужно оформлять доклад по культуре, и с тех пор в беседе наступила гробовая тишина, хотя до этого все активно общались. Закон подлости или одноклассники просто падлы, никто не знал. Ну и ладно, разберётся как-нибудь сам. Вообще он собирался начать с алгебры, а потом вспомнил, что у них была контрольная — точнее, у его одноклассников, наверняка двоек нахватались — и с чистой совестью принялся за доклад. Парень знал, что его подруга вовсе не обидится, если он воспользуется её ноутбуком, так что позволил себе туда влезть. Ксандр уже и не помнил, когда они с Софией и Артуром перестали делить вещи на личные и общие. Возможно, это было не совсем правильно, но казалось таким естественным, будто так всегда и было. Какое-то время парень честно делал доклад, но потом его внимание привлекла статья про какой-то незнакомый ему памятник. После неё в рекомендациях высветилось что-то про исторические сериалы, затем — о психологии подростков... Ксандр понял, что прошла уйма времени, спустя два часа, когда поймал себя на чтении статьи про размножение бобров. Как именно он умудрился перейти от мировой культуры к бобрам, было совершено непонятно. — Доброе утро, — парень вздрогнул и обернулся. София валялась на диване и любопытно поглядывала на него. — У тебя сейчас лицо такое смешное. — Я смотрю, тебе уже лучше? — вздохнул он и подошёл к ней, после чего коснулся её лба сперва ладонью, а затем губами. Кажется, температура немного спала, но то, как фон Гельц вздрогнула от его прикосновений, заставило напрячься. — Не трогай, у тебя руки холодные, — заявила она и обняла себя за плечи. Ксандр лишь покачал головой и протянул ей градусник, а после всё же продолжил делать доклад, так и не дочитав про размножение бобров. А хотелось. Он проверил писанину на грамотность, после чего сохранил и на несколько раз проверил, точно ли всё сохранилось — как-то раз трое друзей сели делать вместе презентацию и почти доделали, но Артур случайно сел на клавиатуру, что-то там нажал и удалил вместе с презентацией половину установленных программ, благо это был библиотечный компьютер и никто ничего не заметил. С тех пор Ксандр обзавёлся привычкой сохранять каждое своё действие, чтобы в случае чего не потерять кучу всего. Когда парень вернулся к подруге, та увлечённо строчила кому-то сообщения, время от времени тихонько вздыхая. — Что там? — тихонько поинтересовался он, когда девушка отложила телефон. — Отец спросил, почему меня не было на уроках, — хмыкнула София и потёрла виски. — Я ему всё объяснила, он сказал, что уезжает на несколько дней и что я знаю, где деньги. Ну и чтобы в случае чего звонила. — А можно я не буду это комментировать? — Ксандр отобрал у неё градусник и мельком глянул на него. 37,9. Уже не такой кошмар, но всё же. — Чёрт возьми, Софи... У него дочь болеет, а его это вообще не волнует? — Я же ему всё объяснила, — несколько недоуменно пробормотала фон Гельц. — Сказала, что за мной есть, кому приглядеть, и... — И ничего. Понятно всё, классика, — он крайне редко перебивал её, но сейчас поспешил перевести тему. Друзья вообще старались особо не заговаривать о семье — у Ксандра отец ушёл за хлебом и не вернулся, а у Софии мать в могиле уже лет десять как. Какое-то время они просто молчали, а потом парень очень осторожно приобнял её за талию. Фон Гельц не сопротивлялась, наоборот, прижалась к другу и положила голову ему на плечо. Он провёл ладонью по её слегка спутанным волосам и замер, наслаждаясь мгновением. В последнее время Ксандр постоянно задумывался, кто они друг для друга, или по крайней мере она для него, и не находил ответа на этот вопрос. Однажды парень обязательно поймёт это, а пока не стоит мучить такой ерундой ни себя, ни её. — Как себя чувствуешь? — шёпотом поинтересовался Ксандр и подождал пару секунд. — Софи? Она, кажется, снова уснула, чему брюнет тихонько порадовался. Может, хотя бы выспится к окончанию своего больничного. Парень бережно уложил её на диван и уже собирался отойти, дабы не разбудить ненароком, но тут София схватила его за руку. Схватила совсем легонько, кажется, даже не осознавая, что делает, так что Ксандр мог спокойно уйти, но вместо этого аккуратно, но крепко сжал её руку и подвинулся чуть ближе. В самом деле, как он может оставить её сейчас?