Часть 1. Воспоминания о минувшем.
На улице стоял сухой апрельский день. Преддверие мая. Щебечут, поют, слагают самые красивые песни птицы. Солнечные лучи одаривают тёплым светом мёрзнущую кожу. Ветер приятно скользит по телу. При одном только виде капитана поклонницы громко вздыхают, привлекая к себе внимаие Кэйи. На это он стреляет глазками и подмигивает своим фанаткам. Но как это ни казалось бы, совесть Кэйи гложит событие, которое произошло ровно несколько лет назад. Событие, которое раз и навсегда разделило пути названных братьев.
Сейчас для Кэйи нет ни щебета птичек, ни тепла солнца, ни дуновения ветра. На душе у него только снежная буря, которая режет холодом все его внутренности, вой волков, который закладывает уши. Но каждая частичка Альбериха жаждит тепла Дилюка. Его озаряющей улыбки, которая в детстве всегда украшала его лицо. Его крепких рук, которые раньше всегда обнимали Кэйю, как только он задумается о прошлом.
Сегодня день рождения Дилюка. Роковой день, быть точнее. В этот день он почти никогда не появляется ни в "Доле ангелов", ни тем более на улицах. Не смотря на это, Кэйа знает, где его найти. Альберих направился на винокурню "Рассвет". Каждый раз, когда он туда шёл, он надеялся, что Дилюк там, что он не решился вновь оставить Монд и исчезнусть без вести, только теперь уже навсегда.
Оказавшись на месте, Кэйа не застал Рагнвиндра в его комнате. Только ваза, подаренная самим Альберихом была там, где обычно. Кэйа усмехнулся. Немного побродив по винокурне, он вышел оттуда. Уже чуть-ли невоспользовавшись телепортом прямо в самое сердце Мондштадта, Кэйа заметил Дилюка на крыше. Он поднялся к... брату?...
- Мастер Дилюк... - начал Кэйа
- Я не люблю пустых разговоров. Сейчас я и вовсе слышать тебя не хочу.
- Позволь мне сказать, Дилюк... - Кэйа перебирал пальцы, а его взгляд прыгал с места на место, почти ни разу не оказавшись на Дилюке
- Убирайся! - Дилюк вспылил. Ему всегда казалось, что Кэйа никогда не знал одиночества, вокруг него постоянно столько людей. Да и сам Альберих выглядел гордо и счастливо... Но он не знал, что ему лишь казалось.
- Я пришёл извиниться, - Кэйа взглотнул, потому что в горле встал тянущий ком, который не давал говорить. А всё из-за самого вида брата. Его кожа была бледнее обычного, голова была опущена, а лицо скрывали волосы, которые давно потеряли свой блеск. - За то, что потерял тебя, не смог защитить отца... А всё потому, что был слишком самонадеен, был уверен, что подобного не случится. - Кэйа глубоко вдохнул - Мне бы хотелось вернуть то время, которое я потерял на бессмысленную вражду.
Рагнвиндр молчал. Альберих испугался, что братец вот-вот взорвётся. Ему показалось, что тот прямо-таки вскипает от злости. Было бы как раз к стати Дилюка, если бы его волосы встали дыбом и шевелились, словно змеи, собираясь укусить. И если бы на руках появились когти дикого зверя, чтобы разодрать Кэйю, как папье-маше. Прошло несколько минут молчания, но тишину так ничто и не нарушило, кроме бега текущей внизу воды в реке.
- Я понимаю, что ты не хочешь иметь со мной ничего личного. Я просто пойду... - Кэйа встал и бросил на Дилюка последний взгляд. Было бессмысленно надеяться на прощение. Капитан по-немногу уходил, сдерживая крик отчаяния.
Рагнвиндр почти незаметно дрожал, а плечи его слабо подрагивали. Он закрыл рот рукой, но за волосами этого видно не было Но от братишки ничего не скроешь.
- Люк? - когда красноволосый услышал это обращение, по его сердцу словно прошёлся удар тупым предметом, который, к сожалению Дилюка, не убил бы его, а только причинил неописуемую боль. Из глаз закапали горячие слёзы, оказываясь капельками на алой черепице, после чего скатывались, будто после дождя. - Люк... - снова повторил Кэйа. Альберих подошёл к названному брату и встал рядом с ним на колени.
Он обнял его, на что Дилюк дрожащим голосом сказал только "уходи". Но капитан понимал, это последнее, в чём Дилюк действительно нуждаеться.
Дилюк обнял Кэйу в ответ и теперь только молча плакал ему в плечо. На глазах Альбериха тоже начинали наворачиваться слёзы. Он чувствовал всю боль брата.
