Часть 1.
5 мая 2021 г., 12:57
Сколько же дней… Нет, сколько же лет уже прошло? Я пыталась отмечать, но все мои записи каждый раз бесследно исчезают. Памяти не хватает, слишком многое приходится хранить в своей голове.
Я, кажется, теперь понимаю тебя. Я раньше думала, что понимаю тебя, но теперь я точно знаю, что я тебя понимаю.
Сколько лет прошло с тех пор, как я попала сюда? Десять? Может, тридцать? Нет… Я торчу здесь как минимум лет сто. Может быть, даже больше.
Время лечит. Может быть, это и правда, но меня оно ни капли не излечило. Я хотела бы стать равнодушной, избавиться от этой боли, раз за разом накатывающей на меня. Но я не могу!..
Как же больно видеть твою смерть… Больно…
***
— Владик!.. — я проснулась в холодном поту. Что это? Я лежу на своей кровати, в своей комнате. Лучи солнца заглядывают сквозь кружевные шторы, которыми задернуто мое окно. — Так это был сон… Я все еще не могу прийти в себя. Сердце быстро колотится, а из глаз запоздало хлынули слезы. Но это лишь сон… — Ох, Аленушка, — в комнату мелкими шагами вошла бабушка. — Что случилось, милая? — О, да просто плохой сон. — я утираю краешком одеяла слезы. И чего разревелась, глупая? — Ты разве не собиралась встать пораньше? У тебя же от школы поручение. — Поручение? От школы? Я нахмурилась. Что-то не припомню никакого поручения. Впрочем, это не сильно меня взволновало. Я постоянно забываю что-то важное. Кажется, бабушка немного растерялась. — Ты же еще напоминалку поставила… Я включила телефон. Что? Встретить девочек? Учениц по обмену? Теперь я совсем ничего не понимаю. Я, может, и забываю периодически кое-что, но забыть такое мне еще никогда не удавалось. Ну ладно. Встретить так встретить. На месте разберемся. К тому же я, оказывается, еще и опоздала. Ничего нового. Через две минуты я уже летела по городу на скейте, распугивая птиц и шугая попадавшихся навстречу котов. Лучше всего срезать через парк. Я вывалилась из кусов и уже готова была крикнуть «Привет, как делишки?», но язык словно прирос к небу. — Д-девочки? — единственное, что я смогла промямлить. — Ну, как видишь, не мальчики. — проворчала Варя. — Мы ждем здесь уже час! — А точнее, пять минут. — поправила Маша. — Это что, шутка какая-то, что ли?***
Шутка… Эта мысль была первой, что пришла мне в голову. Просто странная шутка с их стороны. И они играли свои роли так хорошо, словно на самом деле впервые видели меня. Я не верила, что это все на самом деле, до тех пор, пока случайно не увидела лист календаря. В тот момент мой мир перевернулся. Это не сон, это не шутка… Теперь, просыпаясь каждое утро, я первым делом смотрю на календарь. Это вошло в привычку. Я делаю так постоянно, даже зная, что конец истории еще не настал. 1 сентября. — эта дата стала для меня самой страшной. Даже страшнее, чем твой последний день. Мир замкнулся, он бесконечно прокручивается вокруг меня, не давая мне вырваться из оков боли. Боль могла пройти. Я бы смирилась с ней в любой из своих повторяющихся жизней, если бы каждый раз я не встречалась с тобой. Я пыталась что-то менять. Пыталась переманивать тебя на свою сторону с самого начала. Я переходила на твою сторону. Я заключала с тобой договор еще в Мышкине, согласно которому мы вместе открываем портал, продолжая преследовать свои цели. Я пыталась даже никогда не встретиться с девочками. И у каждой истории был всегда одинаковый конец. Менялся зачин, менялась присказка, но никогда не менялась концовка. Я торопила события, я оттягивала их. Я рассказывала о своей беде Кощею, Ядвиге и Василисе. Они колдовали, поили меня всякими зельями, но все тщетно — прежний итог, и я снова начинаю все с начала. Я ужасно устала. Я даже не пытаюсь притворяться, что рада своему дню рождения или своим ожившим родителям. Мучительно притворяться счастливой, когда это совсем не так. Мучительно постоянно улыбаться. А девочки? А девочки просто принимают меня такой, ведь, начиная каждый раз с начала, они не знают другую меня. Для них я просто меланхолик. Я не пытаюсь им что-то объяснить, они все равно не поймут. Да и объяснять год за годом одно и то же ужасно утомительно. Единственный, кто заставляет меня улыбаться — это ты. Каждый раз встречать тебя и знать, чем в итоге кончится наша встреча — ужасно больно, но, тем не менее, я каждый раз с нетерпением жду ее. Я называю тебя по имени сразу, глядя, как ты удивленно таращишь на меня свои глаза. Я могла бы подыгрывать, но я даю понять, что знаю, кто Морок. Только ты понимаешь меня, а я понимаю тебя. Ты потерял свой облик, а я потеряла свой внутренний мир. Во мне погас огонь. Тот самый огонь, который раньше горел во мне, который готов был согреть всех моих друзей. И я насильно зажигаю его только ради тебя. Ведь ты нуждаешься в этом. Только так в тебе можно пробудить добрую сторону тебя, хотя ты и с самого начала не можешь называться злодеем. Я проверяла.***
Я бегу по коридорам. Легкие разрываются. Ноги отказываются двигаться. Хочу упасть, и я падаю. Зачем мне торопиться, я уже знаю, что будет там меня ждать. Только кровь, только боль, только смерть. Твоя смерть. — Вла-а-а-адик… — затягиваю я, и мой голос дрожит. Я захлебываюсь слезами. Кольцо сваливается с моего пальца и катится по каменному полу, звеня в пустынном коридоре. Ну почему я никогда не могу успеть! Даже если я заранее прихожу на место твоей смерти, то ты умираешь где-нибудь еще. Даже если я целый день не отпуская тебя от себя, то тогда тебя убивают прямо на моих глазах. Я протягиваю руку и накрываю кольцо рукой. Взглянуть, последний раз взглянуть на красный рубин на помолвочном кольце, которое ты вручил мне всего месяц назад. А в глазах темнеет, голова идет кругом, я медленно проваливаюсь в пустоту, а затем просыпаюсь. Знакомая комната. Я бросаю взгляд на календарь, хотя уже знаю, что там. 1 сентября. Я обречена. Я заперта в этом круге событий, в этом замкнутом круге боли. Я тону в нем, но я не пытаюсь уже всплывать. В моей голове глубоко засела поговорка, ужасно хорошо подходящая для описания меня. От любви до вечности один шаг. И все-таки, я не жалею. Никогда не пожалею, что любила… люблю тебя.
