Манга

Однажды Мёрдок очень скромно пришёл в комнату Нудл. Настолько скромно, что ей стало даже неловко перед ним за то, что она в этой комнате живёт и занимается своими делами, пока он почтительно стоит у двери и ждёт, когда ему дозволено будет сказать. — Ты что-то хотел? — спросила Нудл насторожено. — Скажи, пожалуйста… Ты ведь. Э-э. Умеешь рисовать? — заискивающее поинтересовался Мёрдок. — Возможно, — уходя от прямого ответа, сказала Нудл, недоверчиво на него глядя. — А что? — Видишь ли. Такое дело. Кхм. Я в течении некоторого времени читал одну мангу. Так вот, пару дней назад вышел последний том и я уверен, что в нём не хватает одной ключевой сцены. — Та-ак, — произнесла Нудл, постепенно улавливая суть. — Поэтому, я хотел спросить, не соизволила бы ты выделить немного времени на то, чтобы попытаться воссоздать эту сцену, которой так не хватает в этой манге? — Какую?.. — Секс! Секс главных героев! — выпалил Мёрдок. — В манге открытый финал и опять ни черта не понятно! Я хочу видеть, как они всё-таки остались вместе! Я этого заслуживаю! Они друг друга любят! Я знаю! Это очевидно! Они должны заняться сексом! Обязаны! Если это не любовь, то что тогда любовь?! — Мёрдок, чёрт подери, успокойся… — опешила Нудл. — Я спокоен! Я дьявольски спокоен! — крикнул Никкалс. — Слушай, я не уверена, что у меня получится и вообще… — Пожалуйста! — взмолился Мёрдок. — Я не могу попросить никого, кроме тебя! Но Кимико и Хидето должны быть вместе! Они столько прошли вместе! Смогли преодолеть и разлуку, и ревность, и козни злого господина Фудзимото! Я тебя очень прошу! Нудл!.. Нудл, они так любят друг друга, они заслуживают счастья, пожалуйста! Нудл, которая впервые видела, что Мёрдок умеет так рыдать, на автомате взяла в руки протянутый том манги. — Это что, сёдзё? — удивилась она. — Да, — сказал Мёрдок. — Ты в курсе, что это манга для девочек?.. — Это важно? — спросил Никкалс. — Ну… В таких мангах не бывает интимных сцен, — сказала Нудл. — Теперь и я это тоже знаю, — печально сказал Мёрдок. — Ну что же, я тебе ничего не обещаю… — проговорила Нудл, листая страницы с цветочками и бабочками. — Но пожалуйста, пожалуйста, — забормотал Мёрдок, не сводя с неё глаз. — Посмотрим, что можно сделать, — решила она, наконец. — Попробуешь?.. — Попробую, ладно, — вздохнула Нудл. — Только давай ты больше так не будешь делать? И встань с колен. — Да, да, — кряхтя и поднимаясь, сказал Мёрдок. — Пойду накачу, а то как-то поплохело даже. И это… Между нами, да? — Я когда-нибудь обязательно расскажу об этом журналистам, — сказала Нудл. — Ха! — найдя в кармане жвачку, Мёрдок закинул подушечку в рот. — После моей смерти расскажешь. Лан, ты супер. — Я-то да… — пробормотала Нудл, опираясь локтем на стол, потирая висок, глядя на картинки с улыбчивыми персонажами и тайно планируя убрать том манги подальше на полку, как только Мёрдок выйдет из комнаты. Прошло время, и Мёрдок, вроде как даже слегка забыл о том, о чём просил Нудл в один из дней своего падения. Но она не забыла. — Ладно, Мёдс, с днём рождения, — сказала она и протянула ему тонкий том манги, обёрнутый в подарочную бумагу. — Пришлось привлечь одного художника, всё анонимно, естественно, никаких имён. Надеюсь, это то, чего ты хотел. Затаив дыхание, Мёрдок взял в руки шуршащую книжечку. — Спасибо, — шепнул он. — Я… спасибо. — Наслаждайся, — сказала Нудл. Через три дня к Нудл пришёл Ди. — Что ты с ним сделала? — спросил он, смотря на Нудл горящими от тотального недосыпа глазами. — Не поняла. Ты о чём? — спросила Нудл. — С кем? — С Мёрдоком. — А что с ним? — Я не знаю, — боязливо проговорил Туди. — Но он каждый вечер берёт в руки какую-то мангу, перечитывает её, а потом накидывается на меня с таким усердием, будто я кусок чизкейка, который он поклялся уничтожить. — А… — протянула Нудл. — Кажется, всё зашло немного дальше, чем планировалось. Давай просто заберём её у Мёрдока. — Нет, — пряча мангу под майкой, повертел головой Мёрдок. — Это наше сокровище, мы не отдадим его вам. — Мёрдок, по-моему тебе пора немного передохнуть, — требовательно протягивая руку, сказала Нудл. — Нам не надо передохнуть, — отвернулся Мёрдок. — Мы счастливы. — Но Мёдс, — жалобно проговорил Туди. — Давай мы найдём тебе другую мангу? Смотри, какая красивая! — Неа, — отказался Мёрдок. — Мёрдок, возьмёшь свой бас?.. — Неа. — Хочешь пива холодного? — Хочу. — Давай меняться? Ты нам эту брошюрку, а мы тебе пиво? Гляди, какой красивый запотевший стакан с капельками!.. Мёрдок сглотнул, глядя на стакан с пивом. — Неа, — повертел головой он, обхватив себя руками и пряча активнее драгоценную книжонку. Туди с безнадёгой в глазах посмотрел на Нудл, после чего сдул пену с пивного стакана и хорошенько так, наполовину пригубил через край. — Мёрдок, я надеялась, мы обойдёмся без этого, — сказала Нудл. — Ах! — воскликнул Туди, слегка захлебнувшись пивом. — Интервенция? — Интервенция, — кивнула Нудл. — Расс, стой! — А? — остановился Рассел, входя в комнату. — Ты нам нужен. — Да, вы мне тоже ребят, — покивал Хоббс. — Интервенция! — страшным голосом сказал Туди. — И тебя с праздником, — кивнул Расс. — А! Я вспомнил, что это. Эй, Мёрдок, ты снова забухал что ли? — Да нет, — фыркнул тот. — Читаю, расту над собой, развиваюсь. — Как раз в этом плане ты уже достаточно развит! — выкрикнул Туди, не сдержавшись, поскольку успел допить стакан пива и агрессивно доливал в него остатки из бутылки. — Тише-тише, — успокоила его Нудл. — Дело в том, что Мёрдок слегка увлёкся одной… — Одним литературно-художественным произведением, — подсказал Мёрдок. — Одним, как ты сказал, произведением, — продолжила Нудл, — и слегка на нём зациклился. — Слегка сильно очень! — добавил Туди. — И? — спросил Рассел. — И, когда мы предлагаем ему сделать перерыв и отдать нам на время книжку, он ни в какую не соглашается и говорит о себе во множественном числе, — договорила Нудл. — Мы не считаем это достаточным основанием для постороннего вмешательства, — заявил Мёрдок. — И я не считаю это основанием для вмешательства! — заявил с патетикой в голосе Ди. — Но тебе попробуй откажи! — Так жестко? — мрачно спросила Нудл. В ответ Туди очень глубоко вздохнул, и все они дружно уставились на Мёрдока, сидящего в углу и бормочущего что-то себе под нос про эльфийские веревки и мерзкого хоббитца.