Поглощенный тьмой

Прибежав домой, Розетта начала бегать по дому, окликая отца. Но дома его все еще не было. — Похоже у него с этой Лилией действительно все серьезно… — она присела на его кровать, тяжело вздохнув. Опомнившись, Рози поняла, что оставила свой блокнот в парке. — ЧЕРТ! — она резко поднялась, направляясь на выход. — Да что со мной такое происходит? Ей пришлось идти до парка минут десять, по дороге рассуждая о том, что же она будет завтра говорить на выпускном. Остановившись у арки — входа в парк, она заметила две знакомые фигуры: высокого парня в голубой футболке и девочку в летнем платье. — Это же Фил и его сестра… Они направлялись куда-то в северную часть парка. Рози поджала губы, стоя смирно, затем побежала, крича их имена. — Фил! Фил! Алекса! Окружающие настолько были заняты подготовкой к завтрашнему празднику, что даже и не обращали внимание на девушку. Фигуры обернулись. Девочка вдруг радостно запищала: Рози! Блондинка добежала до них, и отдышавшись, улыбнулась и произнесла: — Снова…при…привет… Фил подошел ближе, положив руку ей на плечо. — Дыши, дыши, — говорил он спокойным голосом, поглаживая девушку по плечу. — Рози, отдышись, а потом говори! — присоединилась к нему Алекса. Отдышавшись, Рози кивнула и спросила: — Ребят, вы не видели мой блокнот? Я оставила по случайности его на лавочке, в той части парка, — она указательным пальцем указала на восток. Алекса заметно задумалась, потом подошла к брату и открыла сумку, висящую у него на талии. Ее детские руки ловко достали оттуда блокнот среднего размера с черной кожаной обложкой. — Этот? — Да! Спасибо, Алекса. — Блондинка приняла из ее рук блокнот. — Ты очень красиво рисуешь, — девочка улыбнулась, смотря на Рози. — Что? — Розетта резко подняла глаза на девочку, вспоминая, что в этом блокноте лишь один портрет, нарисованный ею — портрет Дамиано. — Да, мне тоже очень понравилось. Ты художница? — встрял в диалог Фил. — Нет, я…просто рисую…от скуки. И вообще, мне пора идти. Спасибо, что вернули пропажу. — Девушка медленно развернулась и пошла к выходу. Алекса и Фил так и стояли молча, лишь обмениваясь взглядами. Рози неожиданно обернулась и крикнула им: «До встречи!» «Что? До встречи? До какой еще встречи? Мы возможно больше и не встретимся. Мы даже не обменялись номерами» — думала Рози по пути домой. Дома ее никто не ждал. Джона все по-прежнему не было. Девушка устало поплелась к шкафу. И переодевшись в домашнюю одежду, она спустилась на кухню готовить ужин. — Как же я на него обижена… — говорила сама себе блондинка, нарезая лук. — Променял меня…на эту…эту… ДА У МЕНЯ СЛОВ НЕТ ДАЖЕ! — она возмутилась, швырнув кухонный нож прямо в стену. Нож попал в деревянную досточку, висящую рядом с другими приборами у плиты. Вдруг послышался скрип входной двери. Рози остепенилась и принялась продолжать готовить. Не прошло и минуты, как Джон вошел на кухню. — Здравствуй, Рози. Не услышав ответа, он прошел к ней и остановился у плиты, заметив нож. Легким движением он достал кухонный нож из досточки, оставив в ней тонкую щель. Отец и дочь встретились взглядами. — Ты обиделась? Из-за выпускного? — спросил он, оставив прибор на столе. Он подошел к дочери и обнял ее по-отечески. — Да, я ужасно расстроена… — она обняла его в ответ, уткнувшись лицом в его плечо. Его рубашка пахла женскими духами. Джон слегка отпрянул, чтобы посмотреть дочери в глаза. И заметил, что она вот-вот расплачется. — Ээй, Рози. Не плачь, пожалуйста. Не расстраивайся, я… — Да я не плачу, это все лук, — она хихикнула, зажмурившись. Он снова прижал ее к себе, обнимая. — Прости меня, Рози. Я глуп. Конечно, я приду на выпускной бал. Прости, еще раз прости… Весь вечер Рози просидела в своей спальне. Ручка ловко оставляла темно-синие надписи на белом листе. — Дорогие мои одноклассники…нет. Почему дорогие? Как-то банально, — она зачеркнула начало текста и кривым почерком написала, — этот вечер мы не забудем никогда… идеально! Спустя сорок минут, девушка начала репетировать: она встала на стул, представив, что сейчас она на сцене. Окно было открыто. Неожиданно подул теплый ветер, штора поднялась вверх, задев Рози. Она спрыгнула со стула, подошла к окну. Ветер приятно дул в лицо. Послышался голос отца: — Рози! Ты ведь заболеешь! — он быстрым шагом подошел, закрыв окно. Штора мгновенно накрыла их обоих. Дочь посмотрела на него. — Рози…я зашел поговорить с тобой. — О чем? — спросила она. Он прошелся по комнате, а девушка присела в кресло. На лилового оттенка обои падал лунный свет, темно-синие бархатные шторы уже не колыхались. Напротив кровати девушки, стоял книжный шкаф. Но его полки были заполнены не книгами, а различными блокнотами, фигурками героев из мультфильмов, и сувенирами из других стран. На самой нижней полке можно было заметить песочные часы, ежедневник и рваную упаковку из-под грифельных карандашей. Отец встал у книжного шкафа, глянув на Розетту. Лицо у него было серьезное, но сам он был спокоен. Через секунду морщины на его лбу напряглись и он заговорил: — Ты же помнишь: мы договорились, что ты будешь поступать в Эдинбургский университет? Рози закатила глаза, вздохнув. — Мы не договаривались. — Она сложила руки у груди, нахмурившись, — это ты так решил, — она резким движением хлопнула ладонью по подлокотнику. — Не повышай тон, Розетта Ватсон, — таким же спокойным голосом проговорил Джон. Девушка выдохнула, и закрыв глаза, произнесла: — Я в последний раз говорю, пап. Я еду поступать в Лондон. Это мое окончательное решение. — Какой еще Лондон? — он вопросительно выгнул бровь, смотря на дочь. Блондинка поднялась и с хмурым лицом пошла к двери. Тот наблюдал, говоря: — Розетта Ватсон, послушай меня! Девушка вышла, хлопнув дверью. Джон вышел следом за ней. А она лишь шла молча к входной двери. — Розетта! Остановись. Через минуту он стоял посреди холла, ничего не говоря, смотрел уже на закрытую входную дверь. — В конце-концов, мне восемнадцать лет. Он все-еще считает меня ребенком. Я сама…сама хочу решить, кем мне быть в этой жизни… — девушка, не останавливаясь шла по ночному городу. Ощутив, насколько теплая сегодня ночь, она сняла с ног кеды и держа их в руках, продолжала идти босиком по влажному асфальту. Вдруг начал моросить дождь, такой летний, мелкий, прохладный… Она остановилась, посмотрела в темное небо, где не было видно звезд. Мелкие капли падали на ее щеки. Послышалась машина, девушка глянула вперед и увидела ярко-ослепляющие фары, надвигающиеся прямо на нее, грозно рыча. От испуга, она закрыла лицо руками и сглотнув, услышала, как машина заглохла. — Эй! — мужской голос крикнул ей. — Девушка, а если бы я сейчас вас… — Задавил? — она убрала руки и немного прищурилась, пытаясь разглядеть мужчину, выходящего из машины. — Я напугал…тебя? Ты вся дрожишь, — он стал медленно подходить. — Это из-за дождя, — Рози не отводила от него взгляда, пока не узнала его грубые черты лица. — Дамиано?! Его тонкие губы улыбнулись в непонятной улыбке, и он спросил: — Мы что, знакомы? — Вообще-то, нет…лично не знакомы. Но я знаю тебя с одиннадцати лет, и… — Как трогательно. Может быть, мы сядем в машину и я отвезу тебя домой? — предложил он, не снимая улыбки с лица. Дождь прекратился. Луна стала светить ярче и тогда девушка смогла получше разглядеть парня. А он…стал оценивающе рассматривать блондинку, ухмыляясь. — Мой дом недалеко. Тем более…дождь уже кончился, — Рози усмехнулась и обернулась на оклик отца. — Рози! Я…пойдем домой, пожалуйста… — Джон говорил дрожащим голосом, стоя в пяти метрах от них с фонарем, одетый в желтый дождевик. Розетта посмотрела на Дамиано, неловко улыбаясь. — Я же говорила, мой дом недалеко, — она подошла к отцу и вместе с ним направилась домой. Дамиано крикнул вслед, усмехнувшись: «До встречи, Рози!». Она хихикнула, понимая, что они действительно скоро встретятся — завтра на выпускном. На следующий день. 22 июня. Солнце уже было высоко. На улице уже не осталось и следа от ночного дождя. Джон шумел на кухне, приготавливая завтрак. — Папа! Папа! — кричала Рози, быстро спускаясь по лестнице. — Я не буду завтракать, я опаздываю! — она подбежала к отцу и чмокнула его в щеку. Схватив со стола крупное яблоко, она поправила сумку на своем плече и побежала на выход. В кармане сумки играла мелодия звонка уже во второй раз — это Джина пытается дозвониться до подруги, с которой они договорились встретиться в 10 часов. Позолоченные часы на руке Рози тем временем показывали 10:37. — Черт. — Блондинка достала вибрирующий телефон из сумки и ответила на звонок, — да? — Ты где шляешься? — из трубки послышался возмущенный возглас девушки. — Джина, извини, я проспала. Я уже подхожу к парку, — блондинка, отдышавшись, подошла к арке. — Какой парк?! Я уже в салоне! Рози рыкнула, бросив трубку. «Больше не буду гулять по ночам, зная что утром мне придется куда-то собираться» — подумала она, садясь в автобус. Подруги решили сходить в салон красоты перед выпускным. Выпускной бал намечался в шесть часов вечера, и оставшееся время после салона, Рози планирует провести в бутике, выбирая бальное платье. Конечной остановкой Розетты был супермаркет. До салона, отсюда идти минут пять. Время на часах уже показывало 10:44. — Джина мне все волосы повыдергивает…и тогда мне не нужно будет тратить время и деньги на прическу, — усмехнулась Розетта, входя в салон, — ну тогда и на выпускной мне тоже не надо будет идти… Рози осмотрелась в поисках подруги. У пустого ресепшн стояла стройная латиноамериканка. Короткие густые волосы цвета фуксии, большие карие глаза и пухлые губы, накрашенные помадой, цвета граната. На ней было одето летнее черное платье, длиною практически в пол и белые босоножки. Девушка пустым взглядом провела по залу и как-только заметила Рози — улыбнулась. — Рози! Ну наконец-то… — Джина подошла и коротко обняла мисс Ватсон. — Прости… я проспала… — Что ты делала половину ночи, Рози? — она отпрянула от блондинки, внимательно смотря ей в глаза. — Э…гуляла. Джина недовольно фыркнула. — Гуляла, и не со мной. — Я поссорилась с папой и мне…нужно было побыть одной. Но так получилось, что меня на машине чуть не сбил… Дамиан. — ЧТО? ДАМИАНО АЛАМАННИ? — глаза Джины округлились. — Ты чего орешь? В зале стало тихо и все присутствующие уставились в сторону двух девушек. — Пошли уже. — Джина схватила подругу за руку и потащила за собой в одну и комнат. Процедуры шли бесконечно долго. Но красота требует жертв: времени и денег. Подруги вышли из кабинета, синхронно глянув на часы, висящие над ресепшн. — Уже половина второго?! — удивилась Рози. Джина отвела глаза и посмотрела на свой новый маникюр. — Слушай, мне нравится, — послышался грубый женский голос с нотками счастья. Рози перевела на нее взгляд, усмехнувшись. — Ради этой красоты, мы сидели с тобой полтора часа, практически не двигаясь, — произнесла Розетта, хрустнув пальцами. — Я устала. Хочу коктейль, — сказала Джина. Вздохнув, девушка легкой походкой пошла вперед — к входной двери.