Исторя о великий героях. Том 1:Уильям Джейсон

Пролог

Где-то на просторах космоса

       Тьма приближается, мрак настает, зло пришло, смерть уже рядом. Где-то в нулевом пространстве произошел материальный разлом, и что-то освободилось. Это не просто смерть, а гибель всего сущего. Открыл он десять порталов. Из чрева своего он десять детей достает, в каждый портал по одному сует, приговаривая:        — Близок тот час, когда смерть всем настанет, и править я буду над новыми мирами, смерть всем и корону мне, ибо я гибель, а пока что, растите, дети мои. Во льдах вы родитесь почти все, пробудитесь в нужный момент, мир захватите и меня призовите, а пока я скроюсь в бездне, ибо я слаб.

В храме Шан’дора

      Храм по размерам сравним с Мексикой, он находится за пределами всех вселенных, в пустоте. Уровней (этажей) в нем было чуть больше, чем 1100, высота потолков достигала от 50 до 300-360 метров. Сделан он весь из вибраниума, а архитектура его была похожа: и на китайскую, и на японскую, и на греческую, и, конечно, архитектуру Майя. Возле входа стояли шесть огромных стражей, высотой, как Бурдж-Халифа, сделанных из света звезд. В них виднелась бесконечность.        Нарамакил почувствовал холод, дрожь и страх. — Неужто, спустя столько лет? — сказал он удивленно и очень встревоженно, — Я уж и не думал почувствовать его снова. Но чувствую, грозит беда, если ее не решить. Джесси! Подойди и выясни у Аль’рита насчет Астарота Де’финча, — сказал он это серьезно.        — Но разве он не мёртв как пару тысяч лет? — сказала она удивленно и посмотрела с недоумением на него.        — Он бессмертен, и поэтому раз в несколько тысяч лет, его останавливает орден и совет, затачивая в нулевое пространство. Но ты знаешь, что орден редеет, членов осталось всего двенадцать, а по-настоящему сильный только один, надо восполнить орден, так как он сильнее, чем когда либо.        — Хорошо, а что именно выяснить?        — Все, что можно, всю новую информацию. А теперь иди. — Джесси пошла медленным шагом в зал духов Аль’ритат.

Зал духов Аль’ритат

       — Я знаю, что ты за дверью. Заходи. Джесси! Что ты хочешь в такой глубокой части храма?        — Всю новою информацию, которая есть на Астарота Де’ф-ф-а        Аль’ритат улыбнулся и сказал — Ладно, не переживай, надо на Астарота Де’финча?        — Д-д-да, — сказала она очень растерянно и тихо, — простите, простите, простите, — протораторила она быстро и нервно.        — Все хорошо, не переживай, все в порядке. — Она успокоилась, тяжело вздохнула и посмотрела на него.        — Ладно приступим… — вздохнув, он закрыл глаза и начал бормотать на непонятном языке — O spirituum, audi vocem meam, — достав четки он начал их перебирать и трясти ими, — vocem meam et narretur in tenebris, et in profundis qui ex spatio et audite, venerunt in Aseroth et De'finch qui vidi? (О духи услышьте мой голос, мой голос во тьме распознайте, те кто был в глубинах космоса, услышь, приди тот кто видел Астарота Де’финча?)        — Ego Shan'lorgrims: daemonium rore atque abysso, qui me vocat? (я Шэн’лоргримс, демон бездны, кто меня взывает?) — Говорил он чуть хрипловато и грубо, со злобой в голосе.        — Al'ritath sum ego, ut tardus notitia necessaria sunt in Aseroth et De'finch (Я Аль’ритат, мне нужна свежая информация об Астароте Де’финча).        — In reditu non solum petere mos est, de liberate me de captivitate Astral (взамен я лишь попрошу одного, освободи меня из астрального рабства) — говорил он коварно и с насмешкой.        — Bene, ego tibi dicam et nunc primum dimittere eam! (Хорошо, я согласен, а теперь, говори!)        — Nulla autem per divisionem in Astarot De'fincha spatium decem portis apertis, in quo uno cumulabitur. Qui in praeteritis generationibus alia ratione aliquis potius in posterum uteri sui. Et abierunt in tenebris (Астарот Де’финча выбрался через разлом в нулевом пространстве, и открыл десять порталов, в которые запихнул по одному ребенку. Кого-то в прошлое, из иного измерения, а кого-то, наоборот, в будущее, из своего чрева. А сам скрылся во тьме).        — Tibi gratias ago, exspecta, cum liberabo te, evanescet! (Благодарю, жди, скоро освобожу тебя, исчезни!). — открыв глаза и опустив четки, сказал — Я все выяснил!        — И? Ну и что же? — тут он рассказывает ей все, что узнал. Она поклонилась и пошла. Через время она рассказала все верховному. После чего он сказал:       — Пора созвать совет.

Зал совета

      Зал совета был в форме круга и довольно большим, высота потолков была 350 метров, чуть дальше центра был круглый стол, сделанный из пятидесяти цветного алмаза. Вокруг них на протяжении всей стены расстилался пьедестал в пятнадцать уровней, на котором располагались статуи всех бывших членов совета, сделанных из тааффеита.        Джесси и Эмили держали 20 метровые двери в зал.        — Можете идти — все сели.        — Хорошо — сказали они и удалились.        — Джесси! Стой, постой за дверью, мне потом понадобится помощь.        — Хорошо, — Закрыв двери она встала перед дверьми.        — И так, начнем собрание… Перекличка! — хриплым строгим старческим голосом промолвил Нарамакил.        — Да ладно тебе, какая перекличка, мы все тут! — нежным и возбужденным от нетерпения голосом сказала девушка.        — Альмеранда! — крикнул Рикбольд на весь зал, нервно разведя руками, стиснув зубы и со злобой в голосе, положив руки на стол сказал: Прояви уважение к Нарамакилу, он глава совета.        — Рикбольд! — уже спокойным голосом сказала Альмеранда и посмотрела на него из-под лба, — я же шучу. Просто он так часто делает переклички и собрания. — с улыбкой сказала она.        — Он не виноват, что потерял глаза в той битве, — промолвила Мара тяжело дыша — так что, Альмеранда, шути над чем и кем угодно, но над Нарамакилу и советом не смей!        — Мара, — тяжело вздохнув, сказала она, — А ты куда лезешь? Помолчи!        — Так, чего ты рот затыкаешь Маре? — одновременно сказали Ши-фарселия и Гальциона.        — Кому захочу, тому и заткну. — сказала она уже со злобой в голосе, — Две тупые суки.        — Ты совсем в край оборзела? — сказал Лаирасул на повышенном и грубом тоне — Тебя ждет наказание, которое любезно выберет тебе наш глава.        — Ха-ха-ха-ха! — громко рассмеялась Альмеранда —Ты что за главу решаешь? Видимо, есть парочка лишних жизней? — сказала она с насмешкой.        — Пожалуйста, успокойтесь, — очень тихо и стеснительно сказала Артемида.        — Закрой рот! — одновременно сказали участники брани.        — Вы что, впали в когнитивный диссонанс, чтобы мне рот затыкать? Может я и самая младшая в совете, но далеко не самая слабая! Совсем уже распетушились. Вы — отбросы, которые не достойны являться членами совета! — сказала Артемида, после чего все раскрыли рот — они никогда не слышали, чтобы она кричала и ругалась. Через минуту, они оклемались и продолжили браниться.        — Верховный, может вы это остановите? — сказал тихо рядом сидевший Морнэмир — Они ведут непочтительно по отношению к вам, вы созвали совет дл…        — Тихо…! — сказал Нарамакил громким, пронзительным, до ниточки души, голосом, от которого даже у статуй, находившимся на пьедестале, посыпались мелкие осколки тааффеита. Все резко замолчали. — Боги, дайте мне терпения. Вы как малые дети, всё спорите и спорите. Достали уже! Вы можете хотя бы раз вести себя прилично? Вы ничтожества, бездари, невежи! — не понижая тон, продолжал он.        — Простите… — сказали они.        — Ладно, перекличка нам не нужна, я уже убедился, что все тут, пора рассказать зачем я тут вас собрал…        — Ну и зачем ты нас собрал? — Рикбольд вопросительно посмотрел на главу совета — Опять какая-то сущность напала на какой-то мир?        — За последние лет сто была лишь одна сущность, которая убила Бенджамина Теннисона. Мы с трудом восстановили то измерение, хотя и нарушили баланс всего — сказала уверенно Ши-фарселия.        — Гораздо хуже, чем какая-то одна сущность — таким же хриплым голосом ответил он.        — Две или три? А может целых пять? — произнесла Альмеранда, еле сдерживая улыбку.        — Астарот де’финча пробудился, он создал детей своих из чрева своего, теперь в нескольких измерениях, оставил кого-та в прошлом, а кого-та будущем, — сказал он это с болью на душе. Все были ошеломлены, когда услышали это имя. Это не материальная сущность, которую заточили много тысячелетий назад.        — Ну как же так? — с недопониманием сказала Мара — разве он не мертв?        — Моя дорогая Мара, — с улыбкой говорил Нарамакил, — эта сущность — воплощение тьмы и бездны, смерти и гибели всего сущего. Он бессмертен, и поэтому его затачивают в нулевом пространстве. Но рано или поздно он должен был освободиться из нулевого измерения. Я призову единственного человека, который сможет одолеть всех тех детей, — он осмотрел весь зал, нахмурился и сказал, — Уильям Джейсон, я уже знаю в каких измерениях они находятся, но не знаю когда именно.        — Так приглашай его, — сказала Мара, — хватит разглагольствовать, пора поговорить.        — Хорошо, — сказал Нарамакилу — Джесси, войди! — двери, сделанные из золота, заскрипели, и вошла Джесси. Это была одна из двух главных дворецких-экономок.        — Да, хозяин, я слушаю, — твердо сказала девушка.        — Позови Уильяма Джейсона, да и передай это Донне, нашей портальщице. — кинул ей свиток, — И не читай его. Я узнаю и поверь, жди наказания.        — Слушаюсь! — она поклонилась и удалилась.

***

       Уильям зашел в зал:        — Вы звали меня? — непринужденным голосом спросил Уильям.        — Да, есть у нас к тебе задание!        — И какое же задание мне предстоит выполнить как Лидер ордена? — спросил он слишком напряженно.        — Ты отправишься в прошлое одного из измерений. Там проведешь, бог только знает сколько, лет один, после чего появится одно из существ. Если их вовремя не убить, то они призовут его, после чего начнется межизмеренческий армагеддон        — А если придется там ждать сто или больше лет? Я не доживу, храм даëт вечную молодость, но там же нет храма, и…        — Поэтому у Дэвира есть к тебе подарок. Войди к нам, мой верный кузнец, — двери заскрипели, и он вошел, — Ты принес то, что я просил?        — Конечно, мой совет, я принёс ту вещь.        — Отдай её Лидеру ордена.        Дэвир нахмурился, подошел к Уильяму и протянул ему вещь, которая была похожа на тонкое обручальное кольцо, сотканное из пространства, на которой красовался черепок.        — Что это за кольцо? — поинтересовался он.        — Кольцо Азазеля. Моя личная вещь, позволяющая не умереть от старости и морфироваться в любых существ, того или иного мира, — говорила Мара с улыбкой. — Но помни! Если ты будешь ранен, не используй кольцо, останься в той физической оболочке, в которой ты находишься во время ранений, а то всё закончится очень плачевно.        — А как же мои многочисленные шрамы?        — Это правило касается только ран, неизлечимые шрамы этого не касаются. Шрамы при морфировании твоего тела не исчезнут.        — Хорошо!        — И да, чуть не забыл, найди новых членов ордена, нам нужны рыцари, для… В общем, неважно.        — Так точно, всё, что прикажите, — сказал он и поклонился.        В один голос совет встал и сказал: — Удачи тебе, да благословит твой путь луч света. А теперь иди. — все сели, а Уильям ушел к портальному залу.        Идя по коридорам к нужному помещению, он встретил Эмили — вторую дворецкую-экономку: — Привет, Уильям! Стой, у меня для тебя сюрприз, — сказала она неуверенно.        — Привет, Эмили, у тебя есть что-то для меня?        — Да, — сказала она тихо и протянула амулет.        — Что это? — с улыбкой спросил он.        — Амулет Дофузена — сказала она тихо, посмотрев в пол.        — Амулет Дофузена? Но откуда у тебя это? Это же личная вещь совета, с тех пор как он исчез.        — Знаю, и поэтому я его выкрала из сокровищницы. Тебе нужна помощь, благодаря ему ты сможешь понимать любую речь и письменность, — говорила она более уверенно.        — Спасибо, конечно, но тебя ведь могут казнить, если узнают, — сказал он обеспокоенно.        — И пусть, если там попадется язык, который ты не знаешь, будет очень сложно уничтожить то, что там пробудится без союзников, — сказала она очень уверенно, — а теперь иди, — сказала она твёрдо и толкнула его в плечо и пошла дальше.        Убрав амулет а мешочек «Миллерона»*, он улыбнулся ей вслед и пошёл дальше.

Портальный зал.

      Зал был большим и пустым, стены похожи на космос, а пол был сделан из золота. В центре стояла Донна. В одной руке у неё был золотой посох, а в другой раскрытый свиток — она была портальщицей около двухсот лет. Рядом с ней был небольшой выступ, похожий на пирамиду с отверстием в вершине.        — Донна, я готов, открывай портал — сказал уверенно Уильям. Донна молча опустила посох в выступ и открыла портал, в котором стало виднетсяь черное пространство. Она посмотрела на свиток, и произнесла заклинание на неведомом языке, хотя Уильям знал много языков, и к тому же у него был амулет. — Что же это за язык, который не может перевести даже амулет? — подумал Уильям.       Портал засветился, показалось измерение, и оно резко начало отматываться. Наконец, он остановился на каком-то лесу. — Ещё не поздно, отказатся. Обратного пути не будет!        — Это мой долг. Они меня спасли и приняли в орден, и я его выполню безусловно. Все что они прикажут в рамках всех прав!        — Ладно, заходи — сказала она и показала ему на портал. Закрыв глаза и тяжело вздохнув, он вошел в портал, напоследок она сказала — В добрый путь. — и закрыла портал.