Примирение

Юля проснулась первая. Сначала она не поняла, почему лежит в кровати с Алёхиной да ещё и в одном нижнем белье. Но через пару секунд девушка широко улыбнулась, вспоминая вчерашний вечер. Она оглядела комнату и поняла, что нигде нет воды, которую Вика так любила пить ночью. Юля довольно чутко спит, поэтому она среагировала бы, если бы младшая попыталась выбраться из её объятий, но этого не было. Следовательно, скоро Алёхина проснётся и потребует воду. Аккуратно выбравшись из кровати и накинув рубашку, светловолосая отправилась на кухню. Там было на удивление чисто: посуда вымыта, со стола убрано. Видимо, девочки вчера позаботились о чистоте. Набрав воду, Юля вернулась в спальню на втором этаже и, поставив стакан на тумбочку со стороны возлюбленной, сняла рубашку и легла рядом. Спустя еще минут пятнадцать Чигринец решила сфотографировать спящую. На память, если та после пробуждения прогонит её и скажет, что вчера они совершили ошибку. Бандитка села в кровати, рассматривая фотографию и глупо улыбаясь. Какая же всё-таки Вика милая, когда спит. Юля всегда любила поцелуями будить младшую, но сегодня решила дать ей возможность выспаться. Открыв глаза, Алёхина увидела сидящую в кровати Юлю. Она что-то рассматривала в телефоне. Вике чертовски хотелось пить, она оглядела комнату и обнаружила около кровати стакан воды. «Всё-таки сходила» - девушка вспомнила их вчерашний диалог и невольно улыбнулась. Это всё та же заботливая Юлечка, какой она была год назад. Осушив стакан, Вика тоже села, со спины обнимая старшую. Та от неожиданности вздрогнула, убирая телефон. – Доброе утро, Люля, – она поцеловала светловолосую в плечо. – Как ты меня назвала? – смеясь спросила та. – Лю-ля, – по слогам повторила Вика, – по-моему очень мило. – Откуда в тебе столько нежности? – проговорила Бандитка, кладя свои руки поверх ладошек Алёхиной. И только сейчас до младшей дошло, что они так и не поговорили и сейчас находятся в очень странном положении. С одной стороны, они чужие люди, может, даже враги. Но с другой, вчера они не просто переспали, а несколько раз признались друг другу в любви. И это точно не воздействие алкоголя на организм, потому что обе выпили совсем мало. Юля повернула голову, чтобы посмотреть на затихшую собеседницу и, увидев задумчивое выражение её лица, заволновалась. – Ты чего так загрузилась? – Юль, – она начала неуверенно, – давай поговорим? – А надо? – смеясь, спросила Чигринец. Она прекрасно понимала важность и необходимость этого разговора, но ей было банально страшно. Страшно потерять то, что она только обрела, – Вику. Поэтому старшая отшучивалась, чтобы оттянуть эмоциональную пытку. Однако Вика расценила это как несерьезное отношение и засомневалась. Где гарантия, что Чигринец не пошлёт её к чёрту? Возможно, у неё там уже давно кто-то есть. Чича, например. А что? Они живут вместе, что им мешает. А Алёхину она просто использовала. Но младшей стало противно от одной мысли о том, что её Юлечка могла так поступить. Но её ли? – Малыш.. – начала звать Юля, но ответа не последовало, – Викааа, Алёшкинааа!! – уже громче позвала старшая. Когда темноволосая наконец пришла в себя, она всё же решилась спросить напрямую: – Юль, то, что вчера было между нами, для тебя ничего не значит? – Что? – Чигринец опешила от такого вопроса, – за кого ты меня принимаешь? Думаешь, за год я так изменилась, что могу воспользоваться тобой? – она горько усмехнулась. Кажется, это всерьёз её задело. Она любила Вику всё это время, но чувства разрушали её изнутри. И сейчас, когда, казалось бы, всё начинает налаживаться, Алёхина выдаёт ЭТО. – Мне важно знать, что ты чувствуешь ко мне, если вообще чувствуешь, – младшая опустила голову вниз и говорила как можно тише. -Если?! – Бандитка начинала выходить из себя, – иди сюда, – она показала на место перед собой. Алёхина колебалась пару секунд, но потом все же перелезла. Юля продолжила. – Вика, блять, я думала, что вчера дала понять, какое у меня к тебе отношение. Но если ты хочешь услышать, хорошо, слушай, – она старалась не сорваться на крик, – когда ты ушла год назад, я готова была лезть на стены, выть от боли и обиды. А знаешь почему? Потому что я любила тебя по-настоящему. Тогда я винила только себя, потому что в моих глазах ты была идеальной. И плевать, что это ты меня оставила, сбежала, ничего толком не объяснив. Этот год я копалась в себе, искала причины, – она сделала паузу, – думаешь, я разлюбила тебя? Я была бы рада, если бы это было так, но мои чувства к тебе не остыли ни на каплю, – она потянулась за телефоном и сняла чехол, достав старую потёртую фотографию, на которой изображены счастливые девушки с большой розовой сахарной ватой – видишь? она всегда со мной. Помнишь тот день? Тогда ты впервые сказала, что любишь меня. А ровно через три месяца ушла. И это всё, что у меня осталось от любви, которую пришлось похоронить, - девушка сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. – Юль, послушай, – начала Алёхина, но её перебила собеседница. – Нет уж, дай мне договорить, – Чигринец была как никогда решительна, – и вот спустя чёртов год мы снова встречаемся, ты зачем-то идёшь за мной в спальню, позволяешь мне тебя поцеловать, – она осеклась, – и не только.. в общем, ты позволяешь мне снова почувствовать себя нужной, а утром отталкиваешь. Вика, ты серьезно? – Да я не отталкивала тебя! – на глаза младшей наворачивались слёзы, – позволь мне объяснить. Может, уже слишком поздно, но я хочу сказать, – Алёхина взяла старшую за руки, – тогда я ушла, потому что испугалась. Не общественного мнения, не подумай. Я испугалась, что я для тебя не больше, чем очередная пассия на пару недель или месяцев в лучшем случае. Тогда мне казалось, что ты со мной чисто от скуки, чтобы не быть одной. А я влюбилась по-настоящему. И приняла решение уйти, чтобы потом не было ещё тяжелее. Прости, я не знала, что сделала тебе больно, – она уже вовсю ревела и сильнее сжимала руки Юли. Старшая колебалась. Она хотела обнять свою малышку, прижать и никогда больше не отпускать, но что-то её останавливало. Сомнение. Слишком много боли причинил ей этот чертёнок. Не так просто во второй раз довериться тому, кто однажды это доверие подорвал. Однако чувства взяли верх над разумом и Чигринец резко потянула Вику за руку, прижимая к себе. Та мгновенно среагировала, обхватив возлюбленную руками и ногами. Получилось так, что она оказалась на коленях старшей. – Давай попробуем снова, прошу тебя, – Алёхина всё ещё плакала. Бандитка слегка покачивалась из стороны в сторону и поглаживала младшую по спине, пытаясь успокоить. – Не молчи, Юля. – Посмотри на меня, – светловолосая взяла девушку за плечи и чуть отодвинула от себя, – ты предлагаешь вернуть Юлёхиных? – она ехидно ухмыльнулась, вспоминая, как их тандем прозвали подписчики. Вика кивнула, опустив глаза и смущённо улыбаясь. – Вернём, – прошептала Юля, затягивая младшую в нежный поцелуй. Но Вике хотелось большего, поэтому она углубила поцелуй, переводя руки на талию своей теперь уже девушки. Когда кислорода стало катастрофически мало, им пришлось оторваться друг от друга. Вика снова крепко обняла светловолосую. – Нет, я всё никак понять не могу, откуда в тебе столько нежности, – старшая действительно удивилась. – Я просто скучала, дай мне насладиться тобой, – но она тут же отстранилась, её взгляд упал на ту самую рубашку Юли, что привлекла её вчера. Она потянулась за ней, но засомневалась, – можно? – Тебе всё можно, – Чигринец поддерживала возлюбленную за бёдра, пока та тянулась за вещью, – только не уходи больше, – в голосе слышны нотки грусти. Вика кладёт рубашку около себя и берёт лицо Юли в свои руки. – Прости меня. Я обещаю, что больше не уйду, – младшая целует девушку. Оторвавшись, она тянется за рубашкой и начинает натягивать её поверх нижнего белья. – Стой, - Бандитка заводит руки за спину Алёхиной и расстегивает бюстгальтер, убирая на свою тумбочку, – так лучше, – теперь она сама надевает рубашку на голое тело возлюбленной и завязывает на талии, оставляя все пуговицы нетронутыми. – Какая ты чертовка, Юля! – смеясь проговорила младшая и повалила девушку на кровать, садясь на её бёдра. Чигринец, улучив момент, схватила подушку с соседней части кровати и запустила её в темноволосую: – Получай! – она перехватила руки младшей, чтобы та не смогла бросить подушку обратно. В этот момент в дверь постучали. – Войдите, – всё ещё со смехом произносит Вика. В комнату, чуть приоткрыв дверь, заглядывает Женя. – Ой, я не совсем вовремя, да? – она проговорила это виновато, но с улыбкой, – просто хотела сказать, что мы ждём вас на первом этаже на завтрак, – Мазур спешно удалилась, закрыв за собой дверь. – Женя, это не то, чем может показаться на первый взгляд! – крикнула ей вслед Юля, а после громко засмеялась, – поздравляю, Женька подумала, что мы трахаемся с утра пораньше. – Пойдём кушать, я ужасно голодная, – Вика всё таки слезла со старшей. Уже у выхода из комнаты Алёхина окликнула возлюбленную, которая шла впереди: – Юююль, – та обернулась, – я хочу такую же фотографию, как у тебя под чехлом, – Вика умоляюще посмотрела на Чигринец. – Я сделаю тебе копию, – пообещала Юля, после чего притянула младшую за талию и повела на завтрак.