***
6 мая 2021 г., 06:40
Вторая годовщина победы над Волдемортом вновь проходила в стенах Министерства магии. Только на этот раз наученные прошлогодним опытом чиновники устроили в честь героев не скучный официальный приём, а настоящий бал. Торжественное мероприятие обещало стать одним из самых запоминающихся событий года. Ведьмы всех возрастов мечтали попасть туда не только ради веселья, но и не желая упустить шанс на выгодный брак. На балу могло случиться всякое, и — как знать? — возможно, именно одной из них удастся похитить сердце героя магической Британии — Гарри Поттера. То, что герой до сих пор оставался холост, только подогревало интерес к событию.
Министерский Зал приёмов выглядел роскошно: всюду сияли зачарованные свечи, живые цветы украшали стены гирляндами, а столы причудливо составленными букетами. Начищенный до зеркального блеска паркет так и манил присоединиться к танцующим, а тихая фоновая музыка порой сменялась зажигательными ритмами в исполнении приглашённых популярных музыкантов.
Меж гостей сновали ловкие официанты, предлагающие напитки и лёгкие закуски. Сами же гости выглядели под стать торжественному мероприятию: дамы красовались роскошными платьями, замысловатыми причёсками и драгоценными камнями, мужчины — изысканными костюмами и дорогими аксессуарами. Всюду слышались смех и восторженные возгласы.
Гарри, как и ожидал, оказался в центре всеобщего внимания. После торжественной вступительной речи министра многочисленные гости не упускали возможности перекинуться с ним хотя бы парой слов. От бесконечных улыбок сводило челюсть, а спастись от утомительных разговоров можно было только среди танцующей толпы. Впрочем, Гарри не отказывал себе в удовольствии и кружил в танце с самыми красивыми ведьмами.
Устав от музыки и нескончаемого внимания, Гарри в обществе обаятельной блондинки, которой подарил последний танец, решил уединиться на одном из балконов, выходивших из «бального» зала. Тишина и прохладный ночной воздух казались едва ли не чудом.
— Просто потрясающий вечер, — обворожительно улыбаясь, поведала девушка, вцепившись в руку своего героя.
— Ты права, Мари, — согласился с ней Гарри, делая небольшой глоток шампанского из высокого фужера.
— Милли, — поправила его девушка, не теряя улыбки.
— Ох, конечно же, Милли, прости, — Гарри изо всех сил старался выглядеть раскаявшимся, хотя вины за собой не ощущал. Просто знал, что обидел девушку, и хотел это исправить.
Из дальнего тёмного угла балкона послышался приглушённый звук, похожий на смех. Гарри резко обернулся, силясь разглядеть того, кто скрывался во мраке. Не то чтобы он ожидал увидеть улизнувших от правосудия сторонников Тёмного Лорда, да ещё и на балу в честь победы над этим самым Лордом, но военное прошлое давало о себе знать.
Видимо, осознав, что выдал себя, случайный свидетель столь неловкой сцены вышел из укрытия. Тусклого света, едва проглядывающего сквозь зачарованные стёкла, хватило, чтобы различить ненавистное лицо. Гарри поднял к небу глаза и тяжело вздохнул, перед ним стоял ещё один герой этого вечера. И сколь бы странным ни считал это обстоятельство Поттер, но Северус Снейп пользовался на балу не меньшей популярностью, чем сам Гарри. Разве что исчез куда-то довольно быстро. Теперь становилось понятно, куда.
— Прячетесь, профессор? — не смог удержаться от ехидного вопроса Гарри. Выпитое шампанское толкало на подвиги.
— Во-первых, мистер Поттер, я больше не профессор, — поправил его Снейп. — А во-вторых, всего лишь вышел подышать воздухом в тишине.
Произнесённые слова сопровождались весьма красноречивым взглядом, очень знакомым Гарри по школьным временам. Озвучивать, что именно думает об умственных способностях своего бывшего ученика, Снейп не посчитал нужным, всё и так было ясно. По крайней мере, сам Гарри расшифровал этот взгляд именно так.
— Вам не кажется, мистер Снейп, что следует быть повежливее с героем? — практически прошипел уязвлённый Поттер, рядом со Снейпом эмоции всегда бурлили сверх всякой меры. — Хотя я же герой одноразовый. Победил Тёмного Лорда и могу быть свободен, так ведь?
— Ну что вы, мистер Поттер, — в тон ему ответил мужчина. — Герой — он и есть герой. Это бессрочный статус. Чего не скажешь о ваших спутницах, раз вы не даёте себе труда даже имена их запоминать.
Все, кто был хоть немного знаком с Гарри Поттером, знали, что он мог снести оскорбления в свой адрес, но не мог оставаться безучастным, когда оскорбляли его друзей. И пусть Снейп был отчасти прав, и блондинка с обиженно поджатыми губами не была Гарри ни другом, ни даже той, чьё имя он бы сохранил в памяти — просто случайная знакомая, но говорить такое в лицо…
Злость на Снейпа за его мерзкий характер и острый язык, на себя за неумение сдержаться и ещё, Мерлин знает, на что вылилась в безобразный скандал. При этом бывший профессор по большей части молчал, пристально глядя на разошедшегося героя, и лишь изредка вставлял своё слово. Более того, замечания Снейпа были справедливы, пусть и очень язвительны, каждая фраза задевала за живое, попадая точно в цель, хотя в этом Поттер не признался бы даже самому себе, а уж другим — тем более.
Шум неизбежно привлёк к себе внимание гостей, а потому, едва отдышавшись от очередной тирады и осознав появление нежелательных свидетелей, главный герой вечера покинул мероприятие. Лишь оказавшись дома, Гарри вспомнил о девушке, которую покинул без единого объяснения, спешно аппарируя прямо со злополучного балкона.
Соглашаться со Снейпом не хотелось, но, Мордред его подери, он был прав. Эта Мари или Милли — или как там её звали? — была одной из множества. Отношения складываться не желали, что бы он ни делал. Девушки сменяли одна другую так часто, что запоминать их имена стало трудно, но ни одна не вызывала в Гарри даже намёка на те чувства, что описывали влюблённые друзья. Может, он просто был не создан для любви?
Но и Снейп тоже был виноват. Как же он раздражал! Вот что он за человек такой? Что за человек?.. А ведь где-то в фамильной библиотеке Блэков была книжка, обещавшая помочь выведать все тайны оппонента: его чувства, страхи, эмоции. Раскрыть человека, будто книгу, «разложить его по полочкам».
Ну и что, что на дворе стояла ночь, а в крови гулял алкоголь? Медлить было нельзя. Гарри срочно понадобилось узнать о Снейпе как можно больше, чтобы в следующий раз непременно поставить его на место.
Пробираясь меж стеллажей библиотеки, Гарри пытался вспомнить, где же он видел нужную книгу. Вредный Критчер помогать отказался, только ворчал что-то о бестактности и неразумности, снова напоминая Гарри о Снейпе, что в свою очередь подстёгивало его решимость. Полка за полкой он оглядывал ряды старинных магических трудов, пока не нашёл тот самый двухтомник.
Рука потянулась сразу к тоненькой книжице в тёмно-зелёном бархатном переплете, являвшейся вторым томом и описывавшей лишь само колдовство: небольшой ритуал и заклинание. Первый том был более массивным и содержал в себе предостережения и правила безопасности, которые следовало выполнять беспрекословно. Обе книги когда-то были прочитаны, а потому Гарри решил пропустить повторение первого тома и перейти сразу ко второму. Да и сил на заумные советы не было, усталость с каждой минутой наваливалась всё сильнее. Но откладывать задуманное Гарри не собирался. Ритуал он хотел провести сразу же, а вот если не получится, то о причинах уже утром на трезвую голову подумает и повторит.
Запомнить заклинание не получалось, а выносить книгу за порог библиотеки не давали специальные чары, что не сильно расстроило Гарри — он просто решил проводить ритуал прямо там. Подготовка много времени не заняла, почти всё необходимое отыскалось в ящиках рабочего стола. Было бы ещё быстрее, если бы не пришлось самостоятельно спускаться на кухню за парочкой нужных трав, но Критчер лишь недовольно ворчал и выполнять поручения не спешил. Гарри всё пришлось делать самому — и магические символы на полу рисовать, и свечи зажигать, и травы раскладывать.
Когда отзвучали последние слова заклинания, свечи ярко вспыхнули и погасли, оставляя Гарри в темноте. Темноты он не боялся, однако сегодня она была живой и несла в себе чувства и эмоции Северуса Снейпа. Что ж, книга не солгала, когда обещала открыть всё об объекте интереса. Но к такому Поттер готов не был. Волна незнакомых эмоций, страхов и чувств накрывала с головой, будто намереваясь утопить незадачливого заклинателя под собой.
Вопреки ожиданиям Гарри эмоции Снейпа не были однообразными, среди них не оказалось всепоглощающей ненависти ко всему живому и особенно к Поттерам. Зато обнаружилась нежность, томительная и невысказанная. А ещё была любовь, сильно замешанная на отчаянии. Северус не строил иллюзий и не верил в счастливый финал, он осознавал всю безысходность ситуации, но ничего не мог с этим поделать. Невозможно было разлюбить по желанию, а любить было больно, ведь любил он Гарри Поттера.
Вся нерастраченная нежность, что хранилась глубоко в сердце Северуса Снейпа, выплеснулась на Гарри в один момент. Столь трепетные чувства были не знакомы Гарри прежде, и оттого казались ещё более нереальными. Но самым поразительным Гарри счёл то, что всё это принадлежало Снейпу. В то время как он, Гарри, ещё ни разу не влюблялся по-настоящему, Северус любил, искренне, безумно, безнадёжно.
Ближе к рассвету буря страстей, разбуженная заклинанием, утихла. Так и не сомкнувший за ночь глаз Поттер вытер слёзы от пропущенных через себя эмоций и несправедливости собственного отношения к Северусу. В сознании мелькнула мысль о необходимости сна, но сил Гарри хватило лишь на то, чтобы подняться с пола и дойти до дивана, стоящего тут же — в библиотеке. Ранее этот предмет мебели не вызывал положительных эмоций у нового хозяина, но был слишком массивен, чтобы его убрать. Сейчас же измученное тело признало мебельного монстра чрезвычайно удобным, а сознание, едва опустилась голова, заполнилось красочными и чувственными снами.
Объятия, поцелуи, нежные прикосновения и взгляды. Всего так много и так мало. И только он — Северус. Таких снов в жизни Гарри ещё не бывало. Столько нежности он не получал прежде ни от кого ни во сне, ни наяву, что говорить про человека, которого он ещё вчера считал своим чуть ли не врагом? И как можно было такое скрывать, в голове не укладывалось. Гарри был готов взорваться от переполнявших его чувств, ощущал настойчивую потребность поделиться этим, высказаться. И ведь он почувствовал это только сейчас на короткое время, что предоставило ему заклинание, а Северус жил с этим постоянно.
Беспокойный сон длился не более пары часов, но стоило открыть глаза, как калейдоскоп радужных эмоций обратился пронзительной болью. О, сколько же боли несли эти чувства своему владельцу, сколько же боли причинил Гарри любящему его сердцу! Так стыдно перед кем-либо ему ещё никогда не было.
Не давая себе возможности передумать, Гарри поспешил к дому Снейпа, искренне рассчитывая, что ему дадут хотя бы извиниться, прежде чем вышвырнут вон, приложив чем-нибудь неприятным вдогонку. Северус умел мастерски скрывать свои чувства и от Гарри до сих пор не видел ничего хорошего, а потому вполне мог не позволить ему и рта раскрыть. Такой исход оказался бы вполне закономерным, хотя и неприятным.
Робко постучав, Гарри вспомнил, что заранее не продумал слова для извинений, а, зная себя, вполне обоснованно предположил, что экспромт в присутствии Снейпа у него выйдет крайне сомнительным. Попытка составить хоть какую-то речь провалилась. Как только дверь открылась, и за ней показался мрачный мужчина в чёрной мантии, все мысли вылетели из геройской головы.
— Доброе утро, — попытался начать Поттер и, опомнившись, добавил: — сэр.
Снейп молча смотрел на Гарри, вероятно, прикидывая, а не мерещится ли ему. Бровь хозяина дома поползла вверх, и Гарри счёл это за своеобразный знак, позволяющий ему продолжить. Вот только слова совсем не желали строиться в хоть сколько-нибудь осмысленные предложения.
— Я хотел извиниться, — громко выкрикнул он, заметив, что Снейп собирается закрыть дверь. Ожидать, что Северус будет просто стоять и смотреть на Гарри, было глупо, хотя ему наверняка этого хотелось.
— Извиниться? За что? — в голосе мужчины звучало недоверие. Глаза его сузились, а тело напряглось. Защитная реакция, не иначе, чтобы уберечь и без того страдающее сердце от ещё большей боли. — За что вы извиняетесь, мистер Поттер?
— Я был неправ, — прояснил, как мог, ситуацию Гарри. Теперь, когда он знал о собеседнике всё, стали очевидны слишком многие детали, которые он прежде не замечал. И эти открытия мешали сосредоточиться на основной цели визита — на извинениях.
— Да неужели? Для вас это перманентное состояние, Поттер.
— Но я же не знал! — в голосе звучало отчаянье. Как объяснить всё Снейпу он тоже не знал, но очень хотел.
— Чего вы не знали?
— Да всего. Вот этого! — для наглядности Гарри обвёл рукой вокруг. Получилось глупо, он и сам это понимал.
— Если это вас утешит, всего знать не дано никому, — тяжело вздохнул Снейп и, ухватив незваного гостя за руку, втянул его в дом, наконец, закрывая дверь. Выяснять отношения на улице было действительно не самой хорошей идеей. — Так, Поттер. Сил моих больше нет это выслушивать. Вы сейчас чётко отвечаете на мои вопросы или исчезаете с глаз моих. Вам ясно?
— Да, — тут же отозвался Гарри и кивнул в подтверждение своих слов.
— Зачем вы явились ко мне в такую рань?
— Чтобы извиниться, — опустив взгляд в пол, ответил Поттер. Вид при этом он имел весьма виноватый.
— Это настолько важно, что вы проснулись с первыми лучами солнца?
— Я вообще сегодня почти не спал, — Гарри нерешительно поднял глаза. — Не могу.
— Что тогда вы делали всю ночь? — Снейп едва заметно повёл носом, вероятно, предположив, что ранний гость пьян.
— Ритуал проводил старинный, хотел узнать о вас всё-всё, вот и узнал, — едва слышно закончил Поттер. Стало стыдно. Некстати вспомнилось ворчание домовика о бестактности хозяина, а ведь он был прав. Влезать в чужую душу вот так, без спроса, было не просто крайне бестактно, это было…
— И что же такого вы узнали? — чуть напряжённый голос прервал поток мысленного самобичевания Гарри.
— Что вы меня любите, — перешёл он на шёпот, а потом громко добавил, поднимая обиженные глаза на собеседника: — Почему вы сами мне об этом не рассказали?
— Предположим, что всё, что вы узнали, правда, — обвинение Северус проигнорировал. — Что теперь намерены делать?
Щёки Гарри налились румянцем, смущённый взгляд вновь опустился в пол. Ох, как же Снейп был прав, когда говорил, что Гарри сначала действует, а потом думает. Подумать действительно было о чём, только времени на раздумья уже не хватало.
— Не знаю… Я никогда с мужчинами не… Но вы же… Я…
Мысли метались в голове и срывались с губ обрывками фраз. Робко подняв глаза, Гарри испытал дежа вю. Это был тот самый Северус, что и во сне. Нежный взгляд, тёплая улыбка. И сомнения отступили, а решение пришло само собой. О чём тут было думать, если его так сильно любили?
— Думаю, ты лучше меня знаешь, что нам теперь делать, — сказал Гарри, заключая в объятия Северуса и растворяясь в ответных. Счастливая улыбка расплылась на его лице. Каждый имел право на счастье, и они двое не были исключением. Гарри не собирался упускать столь неожиданно обретённый шанс почувствовать себя любимым, и, возможно, полюбить самому. Вот теперь всё казалось правильным.
