Нежданная гостья

Как только Ам проснулась, первым, что она увидела, было наглое, ухмыляющееся лицо Гробовщика. — Чего лыбишся? — Спросила девушка, а когда улыбка жнеца стала ещё шире, Ам посмотрела вниз. Её руки и ноги бесстыдно обнимали Легендарного. — Ааааа! — Закричала она и вылетела из гроба. — А ты меня всё время подозреваешь в домогательствах! — Потягиваясь, пропел Гробовщик. — И вообще, я себя сегодня почувствовал плюшевым медведем. Ох, и несладко им живётся… Кстати, я сегодня ухожу, вернусь ближе к вечеру. Ам проигнорировала слова жнеца, осматривая свои конечности, как будто видит их в первый раз. Придя в себя и сделав вид «ничего не знаю, я мирно спала», девушка спросила: — На свидание идёшь? — Ага, с плюшевыми игрушками. — Ой, можно подумать, что я тебя съела! — Ещё чуть-чуть, и ты бы меня вдавила в гроб. — Ой, бедный-несчастный. — Всё, я ушёл, — С этими словами Гробовщик покинул лавку, а девушка занялась своими делами. В обед, к ней заглянула Мария: — Что ты делаешь? — Крутясь возле Ам, спросила девушка. — Да я вот убиралась и нашла рецепт печенья Гробовщика. Думаю попробовать приготовить его. — Хм… Понятно. А можно я тебе помогу? — Ну, наверное, можно. Через полчаса, на кухне стояли две девушки, перепачканные мукой. Замесив тесто, Ам стала искать формочки в виде костей, но не найдя их, решила вылепливать любимое печенье Легендарного руками. У неё вышло всего две печеньки, зато какие! Их можно было есть часа четыре, без остановки. — Ну вот, а теперь, отправим это произведение искусства в печь! — сказала довольная результатом Ам. Мария тревожно смотрела на печенье (скорее всего на пироги) и, переведя взгляд на Ам спросила: — А они не слишком большие? — Сойдёт! Пока они готовятся, можно сходить на рынок, за продуктами. Пойдём? — Пошли! Быстро скупиться у девушек не получилось. Забыв о печенье (пирогах), они зашли ещё в магазин платьев, потом к портной, там они проторчали довольно долго, Мария заказала себе платье, с неё сняли мерки, а потом они заскочили в магазин нижнего белья, где Ам купила себе пару панталончиков и корсет из китового уса. По пути домой, Мария смущённо спросила: — Мелисса, а можно я задам тебе вопрос личного характера? — Ну, давай… — Ам заинтересованно посмотрела на сестру. — А в каких ты отношениях с этим Гробовщиком? — В дружеских… И в рабочих. — А ты не можешь найти себе другую работу? — Нет… У меня нет документов. А что такое? — Ну, он какой-то странный. — Я тоже так думала, а потом привыкла. Мне это даже нравится. Вот смотри, мы разговариваем с ним на совершенно безумные темы, если бы я с кем-то другим о таком заговорила, меня бы сразу отправили в дом для умалишённых. — И что же это за темы? — Последняя наша дискуссия была о том, как тяжело живётся крысам. — Что?! — Вот именно, а с ним, мы говорили об этом так, как будто обсуждали последние новости. Да к тому же, с Гробовщиком очень интересно. Он очень неординарный… — Ам открыла двери лавки, и оттуда сразу же повалил дым. — Печенье! — В один голос вскрикнули девушки. Закрывая нос рукавом, Ам забежала в дом и быстро вытащила из печки угольки, недавно бывшие печеньем. Только Мария хотела зайти вслед за сестрой, последняя выбежала из лавки, сбивая с ног темноволосую. — Там очень много дыма. Я открыла все окна, так что, давай пересидим на лавочке, — Держась правой рукой за ухо, предложила Ам. — Хорошо. Ты обожглась? — Взволнованно спросила Мари. Получив в ответ утвердительный кивок, девушка стала жалеть сестру, а когда они сели на лавочку, воскликнула: — Ой! Я же забыла! — Девушка достала из сумочки фото и протянула его Ам. — Его ты тоже не помнишь? На фотографии был высокий юноша, с черными, как смоль волосами, и голубыми глазами. — Симпатичный, но нет. Не помню. — Сказала Ам. Тогда Мария вытянула из сумки ещё одно фото и, отдав его сестре сказала: — Это твой жених, Самюэль Уильямсон. На этом снимке Ам стояла в обнимку с юношей и счастливо улыбалась. — Как только он узнал, что нашла тебя, сразу же захотел приехать сюда, но так как его отец недавно умер, весь семейный бизнес лёг на плечи Сэма, и сейчас он во Франции, подписывает какой-то договор. Как только он освободится, приедет сюда. Он хочет забрать тебя в Уилтшир, в свой особняк и сыграть свадьбу. — Никуда я не поеду! — Резко поднявшись с лавочки, сказала Ам. — А почему вы здесь сидите, дамы? — Вкрадчивым голосом поинтересовались у Ам за спиной. Обернувшись, она сглотнула и увидела Гробовщика. — Эм… А мы дышим свежим воздухом! — Натянуто улыбнулась девушка. — Ясно. Ну что ж, я уже закончил свои дела, поэтому предлагаю вам выпить по мензурке чая. — А может, тут посидим? — Ам понимала, что за такое короткое время дым не выветрился и очень боялась, что Гробовщик её уволит. — Вы в таких лёгких платьях, а на улице холодает. Ещё простудитесь… «- Чего это он такой настойчивый?» — Промелькнуло в мыслях у Ам. — Ну, может, всё-таки… — Никаких может! Пойдёмте в дом! — Подхватив девушек под руки Легендарный потащил их к своему жилищу. Когда он шёл домой заметил дым из окна и точно знал что в этом виноваты они. Троица зашла в дом, Ам потупила взгляд в пол, а Мария теребила кружево на юбке своего платья. — И что здесь произошло? — Спросил Гробовщик. — Я пыталась сделать печенье… — Робко ответила Ам. — Вы меня извините, но мне срочно нужно идти домой. Скоро принесут посылку от дядюшки, а если я её не заберу то… Жнец перебил девушку: — Идите. Это же не Вы чуть не сожгли мой дом. — Я помогала Мелиссе! — Иди, Мария. Тебя ждёт посылка, — Улыбнувшись сестре, сказала Ам. Попрощавшись, темноволосая ушла. — И что же за печенье ты хотела приготовить? — Поинтересовался владелец лавки. — По твоему рецепту… — Только у меня в рецепте нет записей о том, что нужно жечь мой дом! — Прости. — Где твоё печенье? — На кухне. — Гробовщик пошёл на кухню, а Ам поплелась за ним. Увидев на столе противень с двумя огромными углями, жнец сказал: — Это оно? — Да. Вооружившись ножом, Легендарный стал счищать с печенья горелую корочку. Через двадцать минут на противне была огромная гора сажи, а рядом на тарелочке красовалось две маленькие печенюшки. — А теперь попробуем. — Сказал Гробовщик. — Может, не надо? — Жнец проигнорировал девушку и протянул ей печенье. Пока она рассматривала своё творение, Легендарный закинул его в рот, а потом спросил: — Ты сколько сахара кинула? — Четыре стакана. — Ответила Мелисса. — А что? — А в рецепте что написано? — 4 ст. — 4 ст. л. Для недалёких поясняю: 4 столовых ложки! — У тебя почерк не разборчивый… — Неуверенно пробормотала Ам. В этот момент двери в лавку открылись, и в них вошёл Грелль Сатклифф. — Гроби! У меня завтра выходной! Впервые за 200 лет! Представляешь? Давай отметим? — Красноволосый жнец поставил на стол бутылку эля и вопросительно посмотрел на Гробовщика. — За 200 лет? — Удивлённо подняла бровь Ам. — Это метафора. — Сказал Легендарный Мелиссе, а потом обратился к Греллю. — Ну, ладно, давай свой эль! Через полчаса Ам немного захмелела, а жнецы разговаривали на разные темы. Ну, как жнецы… Говорил Грелль, ну, как на разные темы… Грелль рассказывал о «Себастьянчике» и «Уилли», а ещё о том, как нелегко ему живётся. — Кстати, я недавно видел одну девушку. Почему-то она так запала мне в душу… — Сказал Сатклифф. — Девушка? Грелль, ты болен? — Улыбнулся Легендарный. — Нет. А что, эти мужчины не обращают на меня внимание… К тому же 567 лет назад я встречался с одной девушкой. — Ого! Сатклифф, Вы меня удивляете! И что же это за девица? — У неё были длинные белые волосы до поясницы, серые глаза и бардовое платье с бантом сзади! — Так тебе девушка понравилась или платье с бантом? — Она мне не понравилась. Просто… — Просто…? — Что ты пристал ко мне? И вообще, мне пора домой! — У диспетчера на щеках появился румянец и он, встав из-за стола, сказал: — Всё, спокойной ночи, завтра, может быть, заскочу! — Ну, прощай, Казанова. — Рассмеялся Гробовщик вслед уходящему жнецу. — А почему он называет тебя «Гроби»? — Спросила Ам. — Откуда я знаю? У него спроси! И вообще — иди спать! — Сейчас, я тут по убираю и иду. — Ответила Мелисса. Легендарный вышел из кухни с такими мыслями: «- И почему она меня сегодня так раздражает? Ах да, она же чуть не сожгла мой дом, и я на неё зол! Ладно, завтра буду добрее». А девушка тем временем уснула. Прямо за столом!