Компас

      В темном мареве бушует необузданная стихия, смывая всю человеческую злобу. Впитывая шум битвы, голос труб военных и взрывы корабельной артиллерии. Юные тела некогда заполненные надеждой и верой, сейчас, полны пороха и просоленной воды.       Сирены шепчут на ухо колыбельную, утягивая за собой в молочную пену. Цветок-сахарок тускнеет, забирая с опавшими листьями всю тоску и горечь. Скат отдает последний мерцающий заряд и в конце концов идет ко дну. Капитан держит курс прямо в преисподнюю, замолкая глядя на небеса.       Здесь нет места сердечности.       Морская нимфа не подарит надежду, когда за спиной твердо и непреклонно стоит сам Посейдон. Кипящие волны не чувствуют вины, кидая корабль на скалы. И компас не покажет верный путь там, где даже небеса пронизаны бесконечной тоской.       Тарталья вздрагивает, медленно поднимает взгляд на янтарное сияние одинокой звезды. Куски ночного неба разбиваются под ребрами, заставляя жадно глотать воздух и с головой утопать в воспоминаниях. Чайлд не хочет. Ведет плечами и с силой трет глазные яблоки. Внутри гремят грозы, а легкие обдает дыханием северных ветров.       Чайлд грязный, мрачный, обесточенный. Проглотивший каждую каплю горечи на рассвете, чтобы утонуть в собственной ненависти на заходе солнца. Ненависть тлеет и меркнет, ведь даже вечность скитаний и неминуемая смерть уступает мгновению с любимым.       Тарталья держится изо всех сил. Каждую морозную и неприютную ночь согревает себя чем-то настолько теплым, что не дрогнет как перед морозной вьюгой, так и перед тысячью дьяволов.       Чайлд не желает увидеть свет на давно покинутом маяке, не желает напиться пресной воды и ступить на промерзшую землю. Достаточно пустить звездную пыль в глаза и еще разок увидеть возлюбленного.       Рядом с ним плохие сны растворяются словно неудачный фокус мрачного иллюзиониста. Его губы всегда обветренные и мягкие. По вечерам Чжун Ли читает сказки, пьет вишневый эль и сам того не замечает, как засыпает с книжкой в руках. Его голос теплый и сладкий, а еще от затылка вниз предательски бегут мурашки, когда тот переходит на шепот. Когда шатен берет его за руку, ему требуется три глубоких вдоха, чтобы сохранить рассудок.       Тарталья готов поднести ему целый океан в своих ладонях и весь мир под испачканным в крови гербом «‎Фатуи». Растопить своим дыханием колыбель северных льдов и любой ценой выбраться из морской клетки, чтобы еще хоть раз ощутить нечто настолько светлое и чудесное, как те чувства, что подарил ему Моракс.

Подожди еще немного.

      Судно глубоко зарывается носом в волну, разрезая воды словно лезвие. Чудовищный порыв ветра манит корабль на океанские глубины, в самую тьму.       Бог посмеялся. Громко, звонко, заливисто. Окунул в купель без дна и лишился рассудка.       Компас больше не указывает направление на север и под звездным благосклонным сиянием, судно берет курс прямиком на Лемурию.       Боль — это точка опоры и перевернув мир с её помощью, землю окутает необъятный ужас.       Тарталья глубоко познал эту истину. В груди погром и сплошные прожжённые дыры. Война охватила весь Тайват, запятнав кровью не только морские глубины. Отняв миллионы жизней, погубив грезы и втоптав в землю сам смысл надежды. Породив тысячи изломанных и изувеченных душ.       Чайлду плевать.       Вместе с ветхим корабликом он готов катиться в пропасть на край света. Под флагом «‎Фатуи» нести чужую волю и с легкостью забирать жизни, лишая Архонтов самого смысла существования. Полагаться лишь на удачу, утопая в своем безрассудстве. Забыть навсегда о разнице между плохим и хорошим и продать гниющую душу за одно нежное объятие.       Тарталья пленен, потерян. Утопил свою совесть глубоко в морских водах и медленно спускается за ней на самое дно. Чжун Ли захватил сердце и разум и если бы было еще хоть что-нибудь, Чайлд отдал бы ему все, до последней капли. Потому что любит. Любит так сильно, что готов пройти через ад, разбиться о скалы или вспороть грудную клетку русалке, сжимающей клыки на шее. Целую вечность искать потухший маяк и противостоять опасной и бессердечной стихии в одиночку. Выбраться, выжить любой ценой. Потому что Чжун Ли этого заслуживает. Потому что он ждет и своим ожиданием который раз спасает фатуи от собственных сомнений.       Сумрак сгущается и все катится к черту. Черная молния пронзает небосвод, рассекая мир острием времени. Сжимая разбитый компас в руке, с каждым покачиванием корабля Чайлд сгорает внутри. Все еще верит, все еще надеется, но заливает компас горькими слезами. Его трясет. Весь мир пропал и рухнул уже давно и прикрывая лицо ладонью, Тарталья стискивает зубы чтобы не зайтись в тихой истерике.       Чайлд молчит с толикой нескрываемой грусти и до боли сжимает кожу на запястьях, оставляя неглубокие ссадины. Вздыхает и кидает взгляд на полярную звезду. Горечь сжимает сердце словно тисками и закинув голову назад, рыжеволосый мягко улыбается, протянув руку к небу.       — Еще немного.