Дочь солнца

— Аки, твои ноги… — обеспокоенно хмурится рядом друг, на что я с улыбкой заверяю, что все в порядке, вот, спокойно ходить могу. Знал бы он сколько мне стоило сил не свалиться там же из-за пронзившей ногу боли…

***

      — Дочь солнца! — ко мне стремительно неслась Мисс Хит, в обычном состоянии я бы удивилась, что смогла вывести обычно меланхоличную, а на задании серьезную Мисс до истерического крика, да не до этого было.       Уклониться от летящего подзатыльника не получилось, ноги не выдержали издевательства, и я уже летала в который раз знакомиться с асфальтом. Что ж, с третьей попытки наше знакомство точно состоится. А нет, спасибо Шото, спас мой нос.       — Мисс Хит, попрошу вас воздержаться от рукоприклатства, — ой, Шо, не дави на спину. Из губ сорвалось шипение, из-за чего Шото попытался расслабить хватку, при этом не позволив мне выскользнуть из его объятий.       — Ты чего такая вялая? — ого, игнорируешь сына своего начальства? Рисковая вы женщина…       — Ноги после длительного использования причуды и пробитая спиной стена, сделанная отнюдь не из мягкого матраса, как то не способствуют оздоровлению, — желчь в голосе сдержать не удалось, из-за чего пришлось прикусить язык. Плохо, но боги, кто-нибудь, сделайте что-нибудь с болью.       — Вао, ты умеешь поясничать? Какое милое открытие, а то твоя извечная вежливость в купе с полуулыбкой заставляла насторожиться. Закинь мне её на спину, — говорит Мисс Хит присев на колени.       — Вот вам и элементарное воспитание, — бурчу я, желая просто вырубиться, ну почему я просто не потеряла сознание?       — Я сам могу донести её до больницы,       — Тебе бы самому лечение не помешало, мальчишка, — фырчит наставница на его слова. — К тому же, она по прежнему под моей ответственностью.       — Все в порядке, Шо, — тихо выдыхаю я, на что тот слегка недовольно помогает мне устроиться на спине женщины, что тут же окликнула остальных, сказав, что уйдет первой, неся меня в больницу.       Всю дорогу я слушала какие ошибки совершила, когда началась внезапная атака. И если сначала все было по факту, то дальше все можно было свести к: пока ты под моей опекой постарайся не сдохнуть, ибо мне ещё отвечать перед начальством. А вот как я сдам тебя непосредственно Старателю, дальше хоть в пасть к Ному суйся. Ляпота. Эта женщина удивляет меня всё больше и больше.       Ближе к десяти, когда за окном настала ночь, я лежала на своей койке и переписывалась с Шото, у которого узнала обо всем, что произошло. Их втроём вписали в третий этаж, в то время как я была на первом и делила палату с двумя бабушками и молодой женщиной.       — Слушай, Шо, а тебе сильно досталось? — спрашиваю, поворачиваясь на бок и стараясь не тревожить больную ногу. Болит уже не так сильно, но вполне ощутимо. Ответное сообщение приходит сразу же.       — Не сказал бы, а в чем дело?       Сдержав улыбку, я предложила тому сбежать. В ответ мне прислали скептическое эмодзи, а после вопрос: куда? Как красноречиво, с улыбкой я написала, что в Хосю находится Ичираку рамен, та самая Ичираку рамен! И раз уж мы здесь, то туда определенно стоит наведаться! Когда ещё возможность будет? Тем более, завтра меня уже выписывают.              — Ну и как предлагаешь сбежать незамеченным?       Хы-хы…       — Спускайся ко мне, вылезем из окна!       План побега был успешно воспроизведён! Выбравшись из больницы, мы ввалились в первый же найденный магазин одежд. Нет, а вы что думали? У нас только больничная одежда и геройский костюм! Найдя и купив что-то более менее приличное, мы покинули магазин под безразличный взгляд продавца. По лицу видно, что ему жизнь конкретно так поднадоела.       — И куда идти? — спросил Шото, таская в руке пакет с больничными одеждами. Я неопределенно повела плечами, после чего столкнулась с его вопросительным взглядом.       — Нуу… В ролике было сказано что она здесь, а вот координатов как-то не указали.       — Аки… — вот как можно одним словом описать все свои притензии? Поучиться что ли?       — Да ладно, спросим у местных! — промырлыкала я, обратившись к первому попавшемуся дяде.       Но он даже не знал о такой забегаловке… спрашивать наверное нужно кого помоложе… В конце концов нам удалось узнать местоположение Ичираку рамен и мы поспешили туда, так как закрывалась она ровно в десять. А сейчас как бы девять… Надо ускоряться!       Кажется, я переоценила себя… на полпути ноги стрельнули болью, и с вскриком я чуть не полетела на землю. Благо у моего компаньона хорошая реакция, и меня тут же подхватили.       — Акико, как ты? — обеспокоено спросил он, поддерживая меня. — Разве ты не говорила, что у тебя всё в порядке?       — Ха-ха, да они не болят, просто, стрельнули что-то… — неловко посмеявшись, буркнула я. Тот был явно недоволен таким положением дел и, вздохнув, опустился на корточки ко мне спиной. — Чего? Не надо, Шо, ты тоже ранен, я правда уже в порядке.       Однако Тодороки был непреклонен. Взяв пакет, я ухватилась за его плечи. Он поднялся и направился в нужном направлении.       — Прости, — сконфуженно произнесла я, чувствуя себя виноватой, все же, у Шото травм куда больше и серьезнее моего, а тут ещё меня таскать.       — Мне не сложно, и не грусти.       Добрались мы до раменной к самому закрытию. Не знаю, то ли продавец такой добрый, то ли наш общий вид был довольно жалким, но нам все же набрали по миске, перед этим правда пришлось подождать, так как повару пришлось снова разворачивать всю свою деятельность.       — И откуда вы так поздно пришли? Да ещё и забинтованые, — проговорил повар, стоя к нам спиной и что-то разрезая.       — С больницы, — спокойно ответил друг, повар кинул на нас быстрый взгляд, прошёлся по бинтам Шото, на мне ничего видно не было, но помня, что прибыла я на спине друга, тот наверняка сделал свои выводы.       — Сбежали что ли? — на вопрос никто из нас не ответил, только я неловко улыбнулась, вызывая у дяди весёлый смех. — Вот молодежь, неймётся же! Есть-то вам хоть можно? Не окочуритесь после рамена-то? Что-то не хочется прикрывать лавочку, — с этими словами мужчина подошёл к бульону, закидывая туда зелёный лук и выключая кастрюльку.       — Можно-можно, не сомневайтесь, — важно покивав, проговорила я, на что повар с добрым прищуром поставил перед нами по миске. Приятный аромат радовал ноздри, особенно после больничной безвскустной похлёбки.       — Ну раз так, приятного аппетита! — поблагодарив повара, мы приступили к позднему ужину, действительно вкусно.       — Могу ли я узнать, почему из всех мест будущие герои решили поесть именно в моей скромной лапшичной?       — О! — сорвалось с моих губ. — Нас узнали?       — Конечно, пусть я не присутвовал там лично, но смотрел записи, — на это я улыбнулась, чувствуя радость в груди. Здорово, когда тебя узнают, и при этом не лезут довольно настойчиво.       — Акико хотела прийти именно сюда, — ответил Шото, на что повар перевел на меня взгляд. С улыбкой я ответила, что попалась хорошая реклама, какое-то время повар молчал, о чем-то думая, а я уже расправилась с лапшой, остался только бульон.       — Наруто, пологаю? — вдруг заговорил повар, я кивнула, и он добро усмехнулся, покачивая головой. А на вопрос, как он догадался, я получила неожиданный ответ. — Это лучшая реклама моей закусочной, сделанная одним студентом, что заходил сюда на обед.       Закончив с едой и попрощавшись, я снова взобралась на спину к Шото, и мы неспеша направились назад, любуясь ночными огнями города. Также я купила игрушку в виде Пикачу, хы-хы, подарю его Денки, а после, на скамейке съели по мороженому, разговаривая. Тодороки рассказал о своей последней встрече с матерью, я пожаловалась на противность Мисс Хит, дружно пофыркали на Старателя и стали возвращаться.       — Ты рада? — вдруг спросил Шото, когда мы покинули оживленную улицу. Растерявшись на секунду, я прижалась к нему сильнее и честно произнесла.       — Да, было здорово, — опустив голову на его плечо, я улыбнулась и прикрыла глаза, догадываясь, что и он улыбается.

***

      — Поняла меня? Ты всего лишь стажёр, ученица, не лезь в самое пекло, это опасно! — сидя на больничной койке, опять в больничной одежде, под которой находятся бинты, ибо моя спина была одним сплошным синяком, я согласно кивала про-герою, что вчера кричал мне убегать, когда я бегала по округе в поиске жителей, которых стоило эвакуировать.       — Да, простите за причиненные неудобства, это мой первый опыт в качестве стажёра, поэтому я слегла растерялась, — с полуулыбкой отвечаю я, на что парень лет этак двадцати с плюсиком выдыхает и кивает головой, после чего более мягко добавляет.       — Не держи на меня зла, но это действительно был опасный случай. Герои не должна уподобляться линчевателям, для которых нет правил предписанных законом.       — Разве им не проще работать? — слегка склонив голову, вопрашаю, а тот, стоя у открытых дверей, все же отвечает.       — Возможно, но им же проще потерять грань добра и зла, не замечая, как из простых желающих помочь превращаются в преступников. Выздоравливай, ты станешь хорошим героем.       Стоило двери закрыться, как я тут же повалилась на бок. С какого перепуга он вообще примчался меня отчитывать, если сам толком ничего сделать не сумел? Я хотя бы сумела нанести ущерб Ному, а тот как появился на крыше, так и слился оставляя меня разбираться, пока не явилась Мисс Хит.       Ох, точно, я ведь хотела навестить ребят. В отличие от них я меньше всех пострадала и уже сегодня выписываюсь из госпиталя Хосю. Эх, значит эти три дня ада в агентстве Старателя я буду проводить одна. Беру телефон и выхожу с чата Шото, где он объяснил мне, что там произошло с Убийцей героев после моего ухода и собственно, почему наш правильный староста оказался во всем этом, простите за эпитет, дерьме. Десять часов, этот герой сидел у меня над душой почти час!       Постучавшись в нужную палату, я заглянула внутрь. Все трое были вместе, каждый прикован к своей кровати и обинтован чуть ли не с головы до пят. Улыбнувшись, вхожу и сразу же направляюсь к койке Шото.       — Доброе утро, — бодро говорю, сев на свободное место койки Шото.       — Доброе, Куренай-чан.       — Доброе, Аки.       —Спасибо, что вчера попыталась спасти меня, — неловко улыбнулся Изуку, я лишь пожала плечами, положив голову на плечо Шото. Прохладно. Попыталась, как метко подмечено.       — Как ты себя чувствуешь? Вчера тебя так быстро унесли, — спросил староста, а я чуть ли не замурлыкала, как хорошо когда под боком есть Шото.       — Впорядке, меня уже выписывают, — открываю глаза и отвечаю, я думала Шото рассказал им, ибо вчера активно интересовался, но похоже нет. — Ах да, Иида, насчёт вчерашнего, — вижу, что тот напрягся. На секунду я хотела отступить, дабы не портить столь спокойную атмосферу в палате, но все же произнесла, убрав с лица привычную улыбку. — Я узнала обо всем, Ингениум был твоим братом, верно? На деле, я удивлена, что умудрилась прошляпить выходца из Геройской семьи, но это ладно, я к чему… Твоя месть, — как я предполагала, воздух тут же потяжеле Мидория взглядом посылал мне какие-то сигналы, но я не особо старалась улавливать их, желая донести кое-что важное. И это отнюдь не альтруизм, коим страдает вон тот зеленоволосый мальчик, это моя эгоистичная прихоть. — Я не собираюсь осуждать тебя или же критиковать, в конце концов не имею право. Я даже отчасти понимаю самосуд, что ты устроил, однако, он ведь жив? Ингениум? — староста видимо ожидал от меня именно осуждения и проповедование, поэтому на мои слова удивлено кивнул. — Видишь, Иида, твой брат жив, а ты мог умереть там, за него, нанеся ему сильное увечье, — под увечье я не подразумевала телесное, но не стала разжевывать, не тупые ведь. — Ни что не ранит сильнее, чем смерть близких, дорогих и важных, у него и так не лучшие времена, а тут его бы шокировали новостью о смерти младшего брата от рук Убийцы героев, он не дурак, сможет все понять и будет винить себя. Как и твои родители. Впредь, прежде чем выбрасывать жизнь, подумай о тех, кого оставишь, — все это я проговорила находясь в неком забвении, по окончанию моей речи опустилась гнетущая тишина. Ух ты, а когда Шото взял меня за руки, успокаивающе сжимая ладонь? Слабо улыбнувшись и смотря на наши руки, я снова нацепила на лицо привычную улыбку. — Ну, а теперь давайте начистоту, кто-нибудь смог нормально поспать?       — Я не смог, всю ночь обдумывал произошедшее, — легко подхватил смену тему Шото, на что я была ему благодарна. В конце концов, я не ждала ответа от Ииды, я просто хотела чтобы он понял, скольким мог причинить боль своими инфантильными действиями.       — Как и мне… — согласился Мидория, что все это время молчал, наблюдая за моим монологом. Интересно, в его голове уже выстроилась какая-то картина? — Теперь, всё обдумав, мне кажется мы совершили что-то удивительное.       — Ну да… — Выдохнул Шото, а я просто улеглась, опустив голову ему на колени и игнорируя растерянный взгляд остальных "постояльцев".       — В тот момент, когда он подхватил нас, я еле удержала душу, что наровилась выйти через рот, — пялясь в потолок, делюсь я.       — Д-да, думал все, даже с мамой попращался, — на слова Изуку я тихо посмеялась, прикрыв глаза из-за друга, что стал перебирать мои волосы.       Они ещё говорили между собой, пока я мурлыкала под нос какой-то знакомый мотивчик, но вспомнить откуда я её подхватила не получалось.       — О, детки уже не спят, — я тут же подскочила из-за голоса Гран Торино и поспешила поприветствовать старика как полагается по всем правилам этикета.       — Смотрю на твое лицо и понимаю что тебе точно лучше.       — Здравствуйте Мисс Хит, по какому поводу? — вопросительно наклоняю голову, на что та бросает краткое: позже. Рядом с Гран Торино и Мисс Хит находился ещё один парень, из бубнежа Мидории смогла понять, что это Обычный герой. Ну и имечко подобрал парень, разве не слышал о высказывание: как корабль назовешь, так он и поплывёт?       Спустя секунду в палату вошло ещё одно действующее лицо, это была солидно одетая… Собака. Как оказалось, к нам явился самый главный из полицейского департамента Хосю, интересно, и что же от нас надо? Он рассказал нам о состоянии Убийцы героев, нет, не так. Он рассказал нам о травмах, которые тот получил от нас, все невольно напряглись, читая между строк — мы нарушили одно из главных законов. Применили причуду против человека, даром что он опасный злодей и в противном случае мы трупы, закон есть закон.       — Незарегистрированные индивиды использовали свои причуды, без каких-либо указаний от их наставников, это нарушение правил, — продолжая держать на лице доброжелательную улыбку, я мысленно посылала этого пса в пеший эротический, спасибо, мы поняли, что было бы лучше, окажись в том подворотне четыре трупа, главное умрем законными гражданинами. — Вы четверо и ваши наставники, Старатель, Мисс Хит, Обычный герой и Гран Торино, должны понести наказание, — о как, прекрасно, люблю наши законы. Взглянула на Мисс Хит и… Хм? Не слишком ли у вас скучающее выражение лица, Мисс Хит?       — Погодите, — резко поднялся Шото, равняясь со мной. — Если бы Иида ничего не сделал, то герой Коренной был бы уже мертв, — так это Геройская имя того индийца? — Если бы не Мидория, то они оба были бы мертвы. Никто не знал, что Убийца героев показался в том регионе. Мы что, должны смотреть как законно убивают людей? — У-успокойся! — обеспокоился Мидория, оборачиваясь в нашу сторону, я спокойно села на койку и закинула одну ногу на вторую, внимательно наблюдая за про-героями и полицейским. — Думаете, раз все хорошо закончилось, то правила можно вертеть как хочется? Спасать людей это то, чем должен заниматься герой!       — Однако, вы ещё не герои. Чему вас вообще обучали в Юэй и агенствах…       — Ах ты, псина, — сорвался друг, сделав шаг вперёд, как я схватила его за ладонь, а вот это опасно.       — Шо, я полностью согласна с твоими словами, однако за малейшее покушение на блюстителей закона нас по голове не погладят, — тихо говорю я, когда он кидает на меня взгляд.       — Дослушайте его, — вмешался Гран Торино, привлекая наше внимание.       — Это официальная позиция полицейского департамента. А теперь, давайте поговорим об этом с другой стороны. Если бы это событие осветили, то вас пришлось бы наказать. С другой стороны, об этом знает ограниченный круг людей и пусть это не очень хорошо, но мы можем обыграть все так, что всех спас Старатель. Если он подтвердит, то вы останетесь в выигрыше, гав. — почувствовав, как ладонь друга расслабилась, я отпустила его и скрестила руки на груди. О такой практике я знала и относилась к ней более чем лояльно, другое дело, что непонятно, как часто подобное практикуется, но раз уж нам предложили, грех отказываться.       Пока полицейский расписывал плюсы и минусы в зависимости от нашего выбора, я уже приняла свое решение и лишь дожидалась момента, когда нас спросят. Мне не хочется светиться в моем нынешнем возрасте, да и в целом, мне не нужна популярность в первой строке прессы.       — Выбор за вами, лично я не хочу вставлять палки в колеса таким многообещающим детям из-за одной ошибки, гав.       В общем, все решили подарить свою победу Старателю — как пить дать Энджи за такую формулировку отправил бы меня знакомиться с ближайшей стеной.       — Ну раз все уладилось… Малявка, за мной!       — Есть, Мисс Хит, — поднимаюсь и живо отвечаю, натягивая улыбку. — Мисс Хит, я Дочь солнца. Пока ребят, выздоравливайте! — обняв Шото на прощание, помахала остальным и спешно вышла за наставницей.       — Ты Дочь проблем, а не солнца, — прежде чем я успела ответить, она перебила меня, попутно кинув пакет с моей одеждой, оставленой в агентстве Старателя. — У тебя новое расписание, пол дня тренируешься под моим надзором, а остальные у Старателя, он явно не оценил все твои тупления.       — Поняла.       — Он кстати не в духе из-за произошедшего с Убийцей героев, поэтому достанется тебе вдвойне, — тут её губы растянулись в усмешке.— Думаю, к концу дня у тебя не останется сил держать эту мерзкую улыбочку, — губы дрогнули, бесит, чего все придрались.       — Мисс Хит, у меня милая улыбка.       — Ага, как же.

***

      Эти два дня были для меня ничуть не лучше ада, меня гоняли буквально каждую минуту! При этом каждый раз, когда меня передавали с рук на руку, они так сияли, словно я не молча терпя выполняла все, а орала каждый пять секунд! Ы-ых, Бакугоу на них нет!!! И вот, когда Мисс Хит в очередной раз передала меня в лапы Старателю с сияющей физиономией, в моих мыслях это я передавала Старателя им, а сама улетала в ближайший кафе с морожеными. Однако это лишь в мыслях, в реальности Старатель утащил меня на очередной обход своей территории, уча меня параллельному мышлению, хотя этому он меня научил уже в детстве, как и умение прежде чем подумать сделать это, ты уже сделал это, иначе как ещё можно обозвать мою идиотскую идею поскакать за Мидорией, когда того уносили Ному?       Задумываюсь и со всей дури влетаю в фонарный столб, а после ещё и леща от Старателя за невнимательность получаю, боже, кто-нибудь, дайте мне тупо поспать! Проскакивая мимо киоска с мороженым, я печально проводила его взглядом и снова чуть не влетела в стеклянную многоэтажку. От разбивания стекол меня спасла хватка на шкирке, эх, тяжела и неказиста жизнь несчастного стажера.       Завалившись к себе в комнату, я почти вырубилась, как телефон зазвенел. Фуюми? На долгий разговор меня не хватит, это то я ей честно и рассказала, сестра Шото всегда отличалась пониманием, поэтому быстренько расспросила как я, рассказала, что говорила с Шо, новости о Убийце героев, о котором я и так знала немного, ибо Мия не могла пропустить мимо ушей такую информацию и поэтому мелодично прожужжала это нам в ухо, даром что я вырубилась на десятой минуте разговора, я правда старалась… Тьфу-тьфу, не засыпать.       На третий день вернулся Шото, радость моя поутихла так же быстро как и расцвела. Нет, я рада его возвращению, но Старатель не спешил отдавать меня на полное попечение Мисс Хит, печаль, тоска. В вечер по окончанию практики я буквально летела домой, таская за собой слегка разочарованного от упущенных возможностей Шото. Конечно же пройти мимо магазинчика с мороженым я не смогла и после моего налёта мы с той же скоростью неслись в поместье Тодороки.       — Я вернулась! — с такими воплями я врываюсь в дом, за спиной, что довольно редкое зрелище, посмеивался Шото а из кухни выглянула шокированная Фуюми.       — С возвращением, — в некой прострации выдала дочь Энджи, провожая меня своими удивленными глазами.       Плюнув на все я просто скидываю обувь и, не ставя на полку, мчусь в свою комнату, предупреждая, что душевая занята.       — Ох, кушать будете?       — Неа! — кричу уже со второго этажа и продолжаю свой марафон до ванной.       Оказавшись под тёплыми струями воды, я невольно зашипела из-за боли но в целом… Я в раю. Как же я мечтала о душе, спокойном, нормальном… В агентстве Старателя невозможно принять душ, меня вечно выдергивали, заставляя торопиться, либо вообще не пускали дескать очередь, хать тьфу на них всех.       Момент, когда я вошла в свою комнату, можно назвать триумфальным. Я была готова обнять стены, обклееные бежевыми обоями, шкаф с мягкими игрушками и зависнуть у вентилятора, попутно перетащив его на кровать, прямо под кондиционер, что тут же был включен. Как и все вентиляторы в моей комнате, а их на минутку у меня три. Два маленьких за рабочим столом и один большой.       Упасть на кровать и заснуть мне не позволило постукивание в дверь. Спешно поправляя шёлковый халат с принтом из пионов, я благосклонно отзываюсь, вошёл Шото. Уже в другой одежде, смотрю с немым вопросом, а он выдыхает.       — Так и думал, — произносит он и, подойдя, вмиг обматывает меня в одеяло чуть ли не под нос.       — Шо! — возмущено брыкаюсь, на что он лишь старательнее создавал вокруг меня кокон. Каким образом мои ноги оказались поджатыми под себя — не понятно.        — Пусть ты почти не болеешь, это не повод так халатно относиться к здоровью, — с этими словами он отошёл к шкафу.       — Я ведь все равно не болею. Это особенность моего тела, — обижено бурчу я, замотанная в собственном одеяле. Только-только добралась до своей комнаты, и тут насладиться холодом не дают!       — Ну а вдруг? — взяв с полки маленькое полотенце, он присел рядом и, вытянув мои волосы, стал протирать их.       — А вдруг не считается, — прикрыв глаза, отвечаю я. Методичное копошение на голове усыпляло, так часто бывает, когда Шото возится с моими волосами, появляется огромное желание поспать. Невольно зеваю, после чего сонно бурчу. — Из тебя получится хороший отец. Дотошный конечно, но хороший, — не знаю, услышал ли он меня, надеюсь нет, но я просто вырубилась.