Я абсолютно бесполезен.

Время переваливало за десять часов вечера. Все разошлись по своим комнатам и, наверное, многие уже лежали в своих кроватях. Но не Наэги. Он стоял в ванной своей комнаты в академии и заплаканными глазами смотрел на своё отражение в зеркале. «П-почему я не смог ничего сделать?! Я не могу остановить эти убийства! Все они умирают по моей вине! Я-я.. я абсолютно бесполезен!» — отчаянно проносилось в голове у парня. Это агрессивное поведение, направленное на себя самого, как говорится, «медленно, но верно» вводило его в настоящие безумие. С отвращением отвернувшись от зеркала, Макото покинул ванную и направился к выходу из самой комнаты. Покинув и её, он оказался в коридоре, в котором медленными неторопливыми шагами направился на кухню. Его мысли были в смятении, он не понимал ничего и не контролировал поток своих мыслей и действий. Казалось, он уже ни на что не надеется и просто идёт без веры и цели вперёд. Однако, как не странно, цель у него была. Наконец, он дошёл до кухни. Стоя на её пороге, он внимательно осмотрел помещение, как будто, что-то искал. Как оказалось, парень стал искать нож, но, похоже, все ножи были уже давно разобраны кем-то до него для самозащиты, или, что очень ужасно, для совершения нового убийства. В это время Монокума с огромным любопытством наблюдал за абсолютным, пытаясь что-то анализировать, но тщетно, парень совсем обезумел! Плюшевый медведь не мог поверить в то, что челевек, постоянно дарующий всем надежду и веру в самое лучшее, постоянно мешающий вселять «семена отчаяния» в сердца остальных учеников, вдруг решил действовать как-то иначе. Чёрно-белый медведь не хотел, чтобы планы парня, какими бы они не были, испортились таким жалким образом, к тому же ему всё ещё было очень интересно, что тот планирует. Поэтому быстро взвесив в своём сознании, если оно есть, все за и против, он аккуратно подкинул нож на пол кухни, прямо у выхода. Подумав, что зря пришёл сюда, зеленоглазый тяжело вздохнул и уже было решил вернуться в свою комнатушку, но в этот самый момент заметил у порога то, что он так сильно желал найти, а именно нож. Оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что рядом никого нет, счастливчик быстро подобрал острый объект и торопливыми шагами направился по коридору в комнату. По дороге, к сожалению или же к счастью, он никого не повстречал. Дойдя до нужной двери, Макото вновь вернулся в своё помещение, откуда недавно выходил. Далее он ловко отпёр дверцу в ванную, которая открывалась у него с некой изюминкой, и снова подошёл к тому зеркалу. Вместо тех печальных глаз, он смотрел на своё отражение глазами, полными только лишь отвращения и гнева на самого себя. Парень закатил рукава и крепко взял нож в правую руку. Без капли мыслей о неверности своих действий, он нанёс рану прямиком на запястье левой руки. Из глубокого пореза стала небольшими капельками сочиться алая жидкость, а через несколько мгновений кровь потекла по руке быстрой струёй и крупными каплями стала падать в блоснежную до этого момента раковину, находившуюся под зеркалом. Что странно, на лице парня появилась широкая улыбка... Безумная улыбка... — Вот каково на вкус... Отчаяние! Не смотря на боль, Наэги хотел нанести второй порез, но его остановил знакомый, но неожиданный голос, от которого тот дёрнулся и выронил нож из руки. — Эх, ну так не интересно! — голос из ни откуда принадлежал тому медведю, — я то думал, что ты наконец-то решил сделать что-то весёлое! У-пу-пу-пу-пу. Но оказалось, что ты ещё скучнее , чем я предполагал. Вдруг, так же внезапно, как и его голос, появился сам Монокума. Макото не мог вымолвить ни слова, язык в его рту буквально онемел. Он лишь смотрел на своего нежданного гостя, ничего больше не делая. Через какое-то время русоволосый наконец-то пришёл в себя и ужаснулся от картины того, что сам же не так уж и давно натворил: пол, раковина, одеджа — всё было в крови... — З-зачем ты меня остановил?.. Разве тебе не было бы легче, если бы я убил себя? — спросил парень тихим и каким-то хриплым голосом, не отошедшим ещё от увиденного. — Да, мне бы было НАМНОГО легче, если бы такой, как ты, наконец-то сдох! Но я почти уверен, что после твоей смерти игра закончится, ведь это ты вытащил эти два суда, тем, что внушаешь эту твою самую... нАдЕжДу. Без тебя и твоего оптимизма, они, скорее всего, где-нибудь да собьются. Хотя суд также может взять в свои руки Киригири-сан, но всё же... В общем, если ты так сдохнешь, то ты ооооочень тупой и бесполезный, ха-ха-ха! — с усмешкой, как бы издеваясь над и без того отчаявшимся парнем, произнёс тот и после этих слов исчез, так же, как и появился — в некуда. — А ведь, получается, что они и правда надеются не меня... — то ли правда осознавая суть, то ли пытаясь успокоить себя, — размышлял вслух Наэги, — я не могу так умереть! Зачем я вообще это сделал? — парень взглянул на своё окровавленное запястье, — Ведь моя смерть не принесёт никакой пользы, я лишь покажу так, что я и вправду бесполезный. Я должень принести им пользу! Я должен избавить их от отчаяния! Я должен... принести им надежду! За это время кровь почти остановилась и абсолютный, отыскав бинт, который скорее всего был также подкинут Монокумой, перевязал запястье и хотел отнести назад нож, но нигде его почему-то не нашёл. «Наверное этот медведь забрал нож себе,» — подумал тот и лёг на кровать. «Боже, я ведь и правда мог убить себя!» — эта мысль никак не укладывалась в голове у Макото и тот, почувтвовав необыкновенную усталость, быстро уснул, не смотря на то скопище мыслей в его голове. Эту ужасную ночь паренёк никогда не забудет...