И вот настал тот день порнухи

      Это была ранняя весна. Или может быть поздняя осень. Но везде было немного белого снега, промёрзшие и покрытые корочкой льда дороги и голые деревья. Было холодно, поэтому всё, что нашёл у себя в «доме» Виталька, он надел на себя. Виталий выглядел лет на шестьдесят, но на самом деле ему было всего лишь 19. Он был в старых разорванных трениках, которым на вид лет сорок, в куртке в заплатках, которая была ему коротка и снизу торчал свитер в радужную полоску, в шапке ушанке, эта последняя вещь, которую Виталий не пропил, понимая, что он не проживёт зимой без неё, и, наконец, в кедах, сделанных под рашн стайл. Куда его понесло в такой холодный день? Он называл это — работой, но другие, нормальные люди, называют это — бомживанием. Виталий скитался по улицам города-Москва в поисках пропитания. И вот сейчас, он всё так же шёл по маленьким переулкам и закоулкам, ища «шикарниший ресторан». Медленным шагом он вышел на большую площадь. Эта площадь принадлежала отелю, на конце города, в которой проживали американские туристы. Но Виталий об этом не знал, да и ему было всё равно. Он нашёл то, что искал. Два мусорных бака стояли бок о бок, рядом с чёрным выходом из кухни. Всё таким же медленным и уверенным шагом он отправился к своей цели, вернее сказать к целям. Этот «молодой», но уже не очень, парень подошёл к бакам и стал открывать крышку одного из них, как это делают пианисты, когда открывают фортепиано или рояль. Он делал это с полным наслаждением. Вот крышка открыта, и Виталий вкушает в себя эти прекрасные и ароматные запахи еды. Он отпускает в контейнер руку и вдруг сзади издаётся звук, вернее голос, который говорит на непонятном языке. — (Что… Что ты делаешь?) Виталий решает пропустить мимо ушей то, что и так не очень понял, и уже с полным наслаждением достаёт из бака банановую кожуру с недоеденным в самом конце бананом. -(Извините… но вы можете ответить на мой вопрос?) Виталий понял, что от него не отстанут и повернулся лицом к «собеседнику». Он делал всё это медленно. Когда он наконец-то развернулся полностью, а на это ушло минут пять, а то и семь, и предстал, как говорится, во всей красе перед иностранным гостем, это он понял, пока поворачивался, Виталий рассмотрел с ног до головы парнишку, на вид ему было восемнадцать, и влюбился. Как бы это глупо не звучало, но это так. И чтобы не упасть в грязь лицом, он вспомнил азы английского, который изучал в школе, но не очень хорошо. -(Я так работаю. Это моя работа.) — сказал он, выделяя букву R. -(Какой у тебя пол?) — спросил парнишка, потому что Виталька был похож не много на женщину, особенно сверху. «Секс?! Он предлагает мне секс?!» Пронеслось у него в голове. «Ну я же не могу потрахаться с первым встречным. Надо хотя бы спросить у него имя.» -(Да… Да, я секси.) — Сказал Виталий и быстро добавил, видя не понимание на лице у американца. — (Как твоё имя?) -(Я Эндрю. А что насчёт тебя?) — Эндрю подошёл ближе к мусорным бакам, наконец, осмеливаясь выбросить чёрный пакет. «Так ВОТ — это у нас ЧТО. ЭБАУТ — О. Ю — это ТЫ»* — перечислял Виталий в голове, пристально смотря на парнишку с прекрасным       именем. Он был одет в тёплое пальто до колена, чёрные облегающие джинсы и коричневые ботинки. Окинув Эндрю взглядом, Виталий посмотрел в его голубые глаза. Глаза цвета моря, моря, в котором хочется утонуть. -(Ты слышишь меня?). — обеспокоенно поинтересовался парень. -(Моё имя Виталий) За фразой послышался кашель и американец, уже не стесняясь, взяв под руку Виталий, сказал. -(Ты должен пойти со мной). Это был не вопрос или предложение, это было утверждение. И Виталий не отстраняясь, поплёлся за Эндрю. Шли они молча. Виталик тащился медленным шагом, цепляясь за локоть, за парнишкой, а его возлюбленный изливался уже десятым потом, так как Виталий весел не мало, даже для своей «работы». Когда они вышли на главную площадь перед отелем, перед ними предстала такая картина. Консьерж открывал двери, довольно, пожилой даме в белой шубе из мутона. В центре стоял фонтан с фигурами дельфинов. Эндрю потащил Виталия быстрее до двери. Консьерж открыл дверь, с недоверием посмотрев на гостя с его новым знакомым. Когда они зашли американец громко, но так, чтобы его услышал только тот, кому предназначалась эта фраза, сказал: -(-(Не говори ничего, пожалуйста!) Затем, развернувшись к человеку на ресепшене, добавил: -(Здравствуйте) Виталий был в смятение. Он лихорадочно перебирал в голове все слова, которые только, что сказал Эндрю, и думал здороваться ему или нет. В итоге, пока не стало поздно, он решился: --Здравствуйте. И его попутчик ещё быстрее поволок Витальку в номер. Когда они зашли в лифт, голубоглазый стёр с лица капли пота и проговорил строгим, но одновременно нежным, голосом: -(Я просил) -(Извини…) — Виталий притупил голову и начал теребить край своего свитера. -(У тебя красивые глаза. Они зелёные.) -(Спасибо). — Всё, что ответил на комплимент не гость этого отеля. Всё то время, как они добирались до номера Эндрю, Виталик был чуть растерян и подавлен, поэтому они не проронили ни слова больше и шли молча. Да в принципе, как и всё время до этого. Вот американец вставляет карту в замок, дверь издаёт щелчок, и голубоглазый толкает её внутрь комнаты. Затем он толкает Виталия в номер и закрывает за собой дверь. Сняв верхнюю одежду и обувь, Эндрю помогает снять с себя всё ненужное зеленоглазому, который стоит в ступоре. Виталий и спросил бы, что происходит, куда американец потащил его, резко и ничего не объяснив, ну может и объяснив, но Виталик ничего не понял, а из-за языкового барьера он не может связать и двух слов. Хотя он пытался, у себя в голове, как-то это сделать и у него даже получилось, но это предложение было больше понятно русским и совершенно не относилось к вышеперечисленным вопросам. Поэтому всё, что оставалось делать Виталию, так это стоять, как пластилин, и ждать, когда из тебя что-нибудь слепят или куда-нибудь поведут. Эндрю тем временем посадил его на свою шикарную двуспальную кровать и ушёл в ванну. Пока хозяин этой комнаты отсутствовал в поле видимости, зеленоглазый решил рассмотреть обиталище. Бегая глазами по всему, он выцепил несколько дорогих, по Виталиным меркам, предметов и понял, что номер довольно недешёвый. Он, как уже говорилось, сидел на двуспальной кровати, заправленной в ало-красное постельное бельё, перед ним висел телевизор, под которым стояла белый маленький шкаф, в углу находился круглый стеклянный стол и возле него стояли два стула, на одном из них было накинуто полотенце, что говорит о том, что иностранный гость живёт здесь ни первый день, и висели бежевые шторы, которые были плотно закрыты. Когда Эндрю вышел из ванной, в его руках была аптечка. Он сел на корточки перед Виталием и достал из сумки, похожей на косметичку, градусник. -(Ты должен снять свитер.) Виталий не понял ни слова и сидел в ступоре. Эндрю взял край свитера и начал поднимать его вверх. Виталик повинуясь, поднял руки, и свитер исчез с пухлого тела. Эндрю откинул верхнюю одежду и приблизился к зеленоглазому, пропихивая в подмышку градусник. На секунду он задержался перед лицом Виталика и поцеловал в уголок рта. Виталий наклонился чуть в сторону так, чтобы его губы были напротив чужих и желанных, поцеловал. Это был поцелуй на пробу. Он не был страстным, жарким и глубоким. Виталий лишь решился попробовать. Эндрю был в изумление и в предвкушении, поэтому томить зеленоглазого не стал и начал отвечать на поцелуй сразу же. Они были оба неопытными и немного стеснялись. Может быть через минут пять, когда мандраж прошёл, Эндрю достал градусник из подмышки, посмотрел температуру, встал с коленок и прошёл до тумбы, куда собирался положить градусник. Виталий не стал ждать, когда американец вернётся, и последовал следом за ним. Вот они стоят вместе возле белой деревянной мебели. Виталик сзади заводит руки под футболку и начинает медленно водить по рифлёному телу. Он разворачивает парнишку на себя и страстно целует в губы, поддевая одежду и снимая её. После того как футболка была откинута в неизвестном направлении, Эндрю толкнул Виталия к кровати и сам пошёл за ним. Американец навис над зеленоглазым и положил одну руку на выпуклость в паху. Они, не сговариваясь, решили не придаваться прелюдиям и перейти сразу к делу. Эндрю резко сдергивает штаны вместе с бельём и, не думая, заглатывает. Виталий в мыслях себе делает заметочку, пока ещё может, что его новый друг неплохо справляется с "орудием". Голубоглазый решает не сбавлять темпы, встав с кровати, достаёт из шкафчика смазку. Видя, что Эндрю возвращается, Виталик расставляет ноги пошире, чтобы было удобнее. Парень смазывает палец и осторожно вводит (хоть тут он решил не торопиться, чтобы было небольно и приятно обоим). Но все же через пару минут голубоглазый вставил свою палку ни большого, ни среднего размера члена. Так как у них был первый секс, поэтому они больше суетились, чем трахались. Это было впервые, и это было неплохо.