Не помнить твоего лица

Лицо безмятежно спящего Мегуми казалось удивительно спокойным и расслабленным. Несколько синяков на тонкой бледной коже бросались в глаза среди царящей в комнате полутьмы, и Юджи не мог не чувствовать сожаления. Он нанес эти раны собственными руками — факт, который не мог перечеркнуть ни один другой поступок. И правда, герой из Юджи получился никудышный. Всё хорошее в его руках тут же оборачивалось злом, искажалось до неимоверности или вовсе оказывалось сломано. И Мегуми тоже был им сломан (даже если никто из них не хотел признавать очевидное). Будто почувствовав направленный на него взгляд, Мегуми заворочался на постели и открыл глаза. Юджи мягко коснулся его пальцев, готовый в любой момент отдернуть руку, если что-то пойдет не так. — Юджи? — Все нормально, спи дальше. Мегуми приподнялся на локтях, по привычке высматривая на лице Юджи проклятые татуировки, а затем одернул себя и негромко вздохнул. С облегчением или, может, с затаенной тоской. — Снова кошмары? Юджи вздрогнул. — Нет, нет. Я просто... — Юджи запустил пятерню в волосы, взлохмачивая их еще сильнее. — Эх... Ладно, ты слишком хорошо меня знаешь. Да, мне опять снился кошмар. Про него. Уточнений, кто именно оказался персонажем кошмаров, не требовалось. Мегуми опустился обратно на постель. Дрожь Юджи невольно передалась и ему — воспоминания о пережитом страхе были слишком сильны для них обоих. — Иди сюда. — Мегуми похлопал свободной рукой по постели. — Ты замерзнешь, если будешь вот так сидеть босым и раздетым. Они пару секунд молча смотрели друг на друга, пока в итоге до Юджи не дошел смысл прозвучавшего приглашения. Неразборчиво пробормотав извинения, Юджи залез под тонкое одеяло и прижался к Мегуми, стараясь не касаться синяков и ран. — Ну же, все нормально, — эхом вернул неловкие извинения Мегуми и переплел пальцы Юджи со своими. — Мне не больно. Вслушиваясь в тихое дыхание рядом, они наконец погрузились в спокойный сон.