Спаси меня по-французски

      Прошло пару дней. Они выдались намного холоднее предыдущих. Гулять было невозможно, воздух был очень колючим. Задание парней не выходило из головы. Пока Арсений пытался отвлечься и не думать, о том, как же он будет обнимать учителя, ребята наоборот, всячески напомнили и подшучивали над ним. — Вон он, стоит один. Иди, или ты штрафное желание хочешь? — подталкивал Серёга к неподозревающему учителю. — Потом, потом, потом, потом, — всячески отнекивался парень, пытаясь убежать. У них всегда было правило, что при не выполнении задания, нужно выполнять штрафное. А оно всегда в разы хуже. — Ладно, какое там штрафное? — стал интересоваться Арс. — Хм…поцеловать историка — Ты совсем? — перешёл на крик голубоглазый. — Раз не хочешь, иди обнимайся! — Не буду! — Будешь! — громче отвечал Серый. — Нет! — Пидора ответ! — разозлился друг, — хотя…ты же, итак, …-тише добавил он. Пропустив реплику мимо ушей, Арс снова отложил задание в долгий ящик. — У тебя 2 дня, — напомнил внезапно появившийся Никита, который все слышал. Друзья поспешили покинуть коридор, наполненный непонимающим взглядами в их сторону.

***

      На уроке Антон Андреевич стал замечать слишком уж заинтересованные голубые глаза. Раньше они такими точно не были. * С чего это у него такой интерес к истории проснулся*— подумалось учителю.       Мысли ученика же были заполнены совсем не историей и витали далеко за пределами кабинета. * Что такого? Подойти и обнять учителя. Историка. Мужика. Антона. Мать. Вашу. Андреевича. *       Задание стало казаться не выполнимым, но вспоминая штрафное, он снова возвращается к мысли, о том, что надо его срочно выполнять. * Я о чём — то спрошу, а затем, в знак благодарности, обниму. Да. Точно.* — продумывал план действий Арс. * Главное, чтоб не свалил по звонку.* –В результате внутрипартийной борьбы партия понесла значительные кадровые потери, — по классу доносился чуть хриплый голос учителя. Прошло уже больше половины урока. Кажется, Арсений провел в раздумьях все полчаса. *может, нужно хоть что-то записать…? * — спросил тот сам у себя. Ученик попытался вслушаться в слова. — Троцкизм — теория, представляющая собой развитие марксизма на основе взглядов, — медленно начал учитель диктовать термин, дабы дети успели записать. Нужно заметить, что ещё пару человек стали что-то делать на уроке. Почему-то это не могло не радовать Арса.

***

      Звонок. Впервые звонок с урока истории настолько недолгожданный. Арс медленно стал собирать свои вещи, заметив, что учитель никуда не собирался. Не хотелось обнимать историка на глазах у всего класса. Совершенно не торопясь, мальчишка положил в портфель последнюю ручку. Кабинет покинули все. От осмысления, что сейчас произойдет становиться душно, дико стыдно и неудобно. Щеки покрылись алым, как только ученик подошёл к Антону Андреевичу. — Я не успел записать термин, можете ещё раз продиктовать, пожалуйста? — тихо и боязливо начал Сеня. — На 108 странице. Внизу, — без каких-либо эмоций отозвался преподаватель. * мне его щас обнять за то, что он нихуя не помог? * — А, спасибо, — выдавил из себя брюнет. Шастун, взяв тесты младших классов, собрался у учительскую. Подойдя к двери с ключом в руках, он обернулся на ученика. — Ты чего замер, тебе плохо? Ты весь красный, — казалось, забеспокоился старший, — у тебя температура? Преподаватель стал приближаться к Арсению. Приложив руку обратной стороной, учитель докоснулся до лба. Холодный металл приятного ощущался на коже. * Это реально в классе душно что-ли. Блять, эти перепады температур, давление.* — пронеслось у того в голове. — Идём в медпункт? — Нет, нет, нет, — судорожно стал мотать головой мальчишка. Тяжело вздохнув, но все-же выйдя из кабинета с нужными листочками, Антон Андреевич покинул кабинет. Арсений медленно плелся сзади него. * Я должен это сделать* — крутилось в голове бегущей строкой.       Спустя пару минут, набравшись смелости, он быстро подбежал со спины и обхватил торс преподавателя дрожащими руками. Ему пришлось скрючиться, чтобы обнять под руками старшего. Учитель, явно не ожидая такого, -обосрался- слегка испугался. Бумажки, лежащие в его руках, эффектно кружась в воздухе, разлетелись во все стороны. Арсений, зажмурив глаза, простоял, обнимая учителя, не меньше 15 секунд. Наконец, опустив Антона Андреевича, отошёл, дабы взглянуть в зелёные глаза, наполненные непонимаем. — Простите, — еле передвигая губами, произнес Арс. — Ничего, просто в следующий раз, не подбегай со спины. Я испугался. — Угу, — промычал младший, спеша ретироваться. * СТОП. В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ? *

***

      Этот день казалось издевается над Арсением. После казуса у него было ещё 2 урока. Написав Серёже и Никите о том, что он выполнил задание, быстро включился в урок биологии. Это было невыносимо сложно, учитывая что в голову поступали мысли исключительно об Антоне Андреевиче. — Симбиоз — это, — писклявый голос преподавательницы было практически не слышно из-за гула стоящего в кабинете. Дисциплины на уроках Марии Васильевны не было никогда, да и кажется это её это не особо волновало, — так… А продолжит Арсений. Парень рефлекторно поднял голову и поднялся с места, когда услышал свое имя. Он не понимал что происходит и что ему надо говорить. — Извините, что? — пытаясь максимально вежливо спросить учителя. — Попов, почему не знаем и не слышим постоянно? Ты когда работать начнёшь? Включаемся в работу! — ор женщины прервал стук в дверь, — войдите. Арс все так же стоял, опустив глаза в белое дерево парты. *мог бы сейчас как Никита с Серым. Прогулял бы биологию с химией, ничего сверхъестественного не случилось бы. А теперь ещё и слушать, как на меня орут. Класс* Заметив боковым зрением, что все ребята встали со своих мест, и галдеж прекратился, юноша перевёл взгляд на вошедшего. — блять, — очень тихо прошептал подросток сам себе. Щеки налились красным вновь, а голова начала кружится. — Ребят, можете садиться. Отниму у вас буквально две минутки, — Антон Андреевич обвел всех присутствующих, но остановил взгляд на Арсения, — Попов, точно все хорошо? А то ты опять красный весь, — любопытные одноклассники моментально повернули головы в сторону парня. — Да, все хорошо, точно, — но это звучало так не убедительно. Даже глухой бы понял, что ему надо домой, ну или хотя бы умыться. — Я сейчас перечислю, кому надо подправить оценок к концу четверти… — дальше Арс слышал лишь монотонный хриплый голос, но слов он не разбирал. Перед глазами все зарябило, а на тетрадь упала капля темно-красной крови. Юноша быстро поднёс руку к кровоточащему носу и постарался обратить на себя внимание. — Арсений, тебе нужно выйти? *нет блять, мне прямо тут все заполнить кровью, Антон-Блять- Андреевич*. — Сам дойти сможешь? Может тебя провести? — в ответ он лишь получил два кивка. Через пять секунд дверь с противным скрипом закрылась, а на парте остались только небольшая лужа алой субстанции.

***

После окончания урока, Арсений все так же сидел в туалете в одной из кабинок, не желая показаться. Дверь уборной открылась, и по помещению разнеслись удары туфель о кафель. — Арс, ты здесь? — как только юноша услышал голос преподавателя, захотелось провалиться под землю. Сейчас видеть его было невыносимо. Дверь кабинки с характерным щелчком отварилась, и из-за неё вышел согнувшийся парень. — Тебе очень плохо? — было слышно, что учитель волновался. Но волновался он как учитель за ученика, или как мужчина за парня. Вот это был уже огромный вопрос для Шастуна. * ну я же не скажу: «Антон Андреевич, я не могу разогнаться сейчас, потому что урок назад я вас обнял, мне это понравилось, а сейчас вы стоите прямо передо мной и что-то требуете от меня.* — Нет, все хорошо, правда. Не волнуйтесь, — эти слава были так фальшивы, что сам Сеня изобразил кривую улыбку. — У тебя так часто? — Да, это все из-за давления. — Значит, идём к Кате, — учитель начал подходить все ближе к подростку, протягивая руки, дабы тот не упал, пока они идут на первый этаж, — сейчас измерим давление, ты поседишь до конца урока и мы поедем домой.       Когда Арсений услышал план Шастуна, начал сильно переживать, ведь ещё пару часов вместе он не выдержит. Но сил спорить или упрямиться не было. Он лениво спускался по старой лестнице. В мед пункте его встретила Катя. Антон быстро поздоровался с ней, перебросился парой фраз и наконец представил «больного». — Кровь из носа, красный весь, еле стоит. Говорит, давление. Уж не знаю, сделай хоть что-нибудь с ним, пожалуйста. У меня урок последний, я потом приду. Люблю, Кать, пока. Шастун быстро ушел, оставляя после себя приятный аромат одеколона. — Ну что ж, Арсений-помидор. Прошу присесть на кушетку.

***

      Эти сорок минут в жизни Арсения длились по ощущениям год. Хоть голова ещё немного болела, но не так сильно. Просто лежать и смотреть в потолок оказалось намного сложнее, чем он думал. Катя почти сразу же ушла обратно к Оксане.       Он пытался сесть на кушетку, но если Добрачева слышит хоть шорох, она прибегает и говорит лежать до прихода учителя. И так раза два. Больше испытывать терпение девушки Арс не хотел и поэтому тихо лежал и ждал. Просто ждал. Наконец-то дверь открылась, а за ней показался высокий мужчина. — Кать, у меня сейчас совещание, а приду через минут 20, — быстро огласив время,       Шастун вновь скрылся за стенкой. Арсений тихо простонал. За что ему такая неудача? Когда он так успел нагрешить, что теперь ему нужно ждать лишние 20 минут в пустом помещении.       За последние минуты ожидания медсестра подошла к подростку ещё два раза. Она быстро измерила давление, спросила основные вопросы про самочувствие и поспешила удалиться. Время тянулось неимоверно долго. Тишину в кабинете разряжало равномерное тиканье часов. И вот в дверном проёме появился учитель. — Ну что, Арсений, готов? — У него действительно пониженное давление, из-за этого идёт кровь. Я рекомендую почаще гулять, выпить сладкий чай и перестать так много нервничать.- откуда-то появилась Добрачева. — Спасибо, с чем такие частые перепады могут быть связанны? — с неподдельным интересом стал интересоваться Антон. пока медсестра о чем-то говорила с учителем, младший, закатив глаза, медленно начал сползать с тёплой кушетки. И только от одной мысли, что сейчас он выйдет на улицу, где его встретит холодный ветер, становилось противно. Брови Арса сдвинулись к переносице. — Ладно пока. Ne sois pas jaloux (да не ревнуй ты), — Антон поймал на себе злой взгляд ученика. И смеясь, направился в сторону раздевалок. Арсений тут же округлил глаза и встал столбом. Он не понимал как воспринимать эту фразу. Сочетание «французский язык», «ревнуй» и «французский язык из уст Антона Андреевича» выбило парня из колеи на долго. Ведь когда он включил мозги, Арс оказался уже в теплом салоне машины. В ней по-прежнему приятно пахло ягодой. И в этот раз попов понял что это за запах. Черника. — Боже, так вкусно пахнет, — откуда в подростки оказалось столько смелости, он и сам не знает. — Можно просто Антон Андреевич. А так, это черника. *блять.* — все, что было в голове у парня. Они ехали в полной тишине. Никто не решался прервать эту идиллию. Машина свернула в нужный переулок и остановилась. — Тебе посоветовали больше гулять. Так как я тебе не верю, будешь мне присылать видео с прогулки, — самодовольно улыбнулся Шастун, — сегодня вечером я буду ждать. Попов лишь пробубнил что-то в ответ и быстро ретировался. — Когда он уже будет нормально прощаться? — Антона мучил этот вопрос ещё в первый раз, когда он его подвозил. Но поняв, что ответ на вопрос никто не даст, выехал с парковки в общагу.

***

      Арсений благополучно забыл про прогулку и что надо отчитаться учителю. Он растянулся на своей кровати и чуть ли не считает овечек, потому что заснуть ему никак не удаётся. И вдруг над головой раздались трель. Антон Андреевич 23:58 Ты не погулял. Теперь я буду ходить на прогулки с тобой, раз тебе все равно на здоровье. Это не обговаривается. — Что-то у нас много не обговаривается, Антон Андреевич… — теперь мысли были поглощенный тем, что парень будет видеться с Шастуном чаще, — моё сердце не выдержит точно…