Пустой

Я — пустой. Я знаю, что весь мир вокруг меня живет, что он полон, что он чувствует и переживает что-то. А я не чувствую и не переживаю. Я не могу. Не научился? Да нет, кажется, все умеют с самого рождения… Мой дом стоит на гнилых сваях; тронь их — они и упадут. Поэтому я и не прикасаюсь к ним: боюсь, что они рассыпятся в труху и мне негде будет жить. Я много всего знаю. Я умею говорить на нескольких языках: один мой родной, на другом разговаривают в другой стране, а третий мертв и забыт. Я прочитал много книг и могу назвать имена их героев. Но это не заполняет меня. Иногда мне кажется, что я что-то чувствую, потому что мне горько или весело от историй; а потом я вспоминаю, что книги — неправда, а горько или весело мне лишь потому, что автор внушил мне это. Тогда становится еще хуже. Я примерил много одежд. Я набросил себе на плечи поеденную молью белую шубу и сказал: я Свет. Я испачкал лицо углем и сказал: я Тьма. Я не стал ни тем, ни другим. Я назвал себя Повелителем, Целителем, Творцом, Отшельником, Защитником. Я остался пуст. Ни одна маска не смогла заполнить эту пустоту. Напротив — однажды я посмотрел в зеркало и не увидел своего лица. Я потерял его. Теперь я меняю маски и притворяюсь, что это и есть я. Я оглядываясь по сторонам и вижу, что люди вокруг полны. Они могут быть даже глупее меня, но они не пусты. Наполнены ли они друг другом? Я не знаю. Я редко разговариваю с другими. Более того — я избегаю людей. Я боюсь, что они увидят мою пустоту. Я не хочу, чтобы о ней знали. А те, кто посмотрит повнимательнее, те, конечно, увидят ее. Ее, черную, не скроешь. Достаточно просто всмотреться в глазницы маски — и увидишь, что там лишь пустота… Иногда я выхожу на веранду и смотрю на звезды. Тогда я забываю о своей пустоте. Мне даже нравится. Я думаю, как же уютно в своем маленьком домике, особенно на веранде. Но стоит мне вспомнить о реальности, и красота теряется. Я вновь становлюсь пуст и захожу в домик, который, хоть и уютный, стоит на гнилых сваях.