Колыбельная для сироты

Он еще никогда не видел у Наруто такого безнадежного взгляда. Сейчас уже полегче, мальчик вроде бы оклемался. Бинты сняли, на их месте снова появилась повязка Конохи. Наруто гордо повязал ее себе, заявив с улыбкой до ушей, что ни за что не заберет свое слово обратно. Повязку Саске он крепко сжимал в левой руке, а правой вцепился в свое же бедро. Какаши смотрел на него и не мог понять откуда этот ребенок черпает силу. Боль от проваленной миссии по спасению друга не каждый взрослый может вынести, а Наруто уже несколько раз напомнил друзьям, что он обязательно станет Хокагэ. Он твердил это как мантру, словно подпитываясь своими же словами, которые не давали ему сдаться. Конечно, так ему проще. Он вселял уверенность не только себе, но и своим друзьям. Сакура, наконец, перестала плакать, обняла Наруто и сказала, что гордится им. И он расцвел. — Хей, Наруто, — позвал Какаши мальчика, когда тот до изнеможения избивал дерево, — подойди? Он не сразу откликнулся. Обернулся, посмотрел на своего учителя, словно раздумывал, а стоит ли он того, чтобы прерывать тренировку. С тех пор как его выписали из больницы, он все время проводил здесь. Сакура тоже была неподалеку и Какаши понимал почему — она приглядывала за другом. Команда номер семь была физически очень сильной, но каждый в этой команде был сломлен морально. Девочка, чьи чувства с детства втоптали в грязь. Сирота, желающий хоть немного почувствовать любви взрослых, и мальчик, чья душа требовала мести. А их сенсей… он каждый раз убегал из реальности или же часами мог стоять у мемориального камня, изводя себя. Команда номер семь — буквально пособие по тому, как ненужно было воспитывать детей. Какаши не жаловался, он тоже упустил тот момент, когда этим детям нужна была помощь. Легко обучить ребенка техники, а вот дать им то чего им действительно требовалось — оказалось намного сложнее. Любви, заботы, уверенности в том, что они ценны не только будучи непобедимыми шиноби. — Да, сенсей Какаши? — Наруто спрыгнул с дерева и оказался прямо перед учителем. Какаши опустился на одно колено так, чтобы их глаза были на одном уровне. — Тебе нужно поесть. Следующая вылазка назначена только через неделю. Цунадэ… — Бабушка Цунадэ не понимает, что Саске уже могут превратить в чудовище за это время! — набычился Наруто и, скрестив руки на груди, отвернулся от Какаши. — Она не видела его. — В любом случае ты еще недостаточно восстановился, чтобы в одиночку отправляться за Саске. Посмотри на Сакуру. Она переживает за тебя. Наруто бросил взгляд на девочку, сидящую на поляне. Она плела венок из цветов, делая вид что пришла сюда только ради этого. — Я верну Саске! И она перестанет грустить. — Даже несмотря на то, что больше нет соперника за сердце Сакуры… ты все равно хочешь вернуть его. Это стоит больших усилий, Наруто. Возможно, это было слишком жестоко. Какаши даже отклонился, чтобы Наруто ненароком не врезал ему. Но мальчику удалось взять свою ярость под контроль. На его предплечье блеснула повязка Саске, и Какаши выдохнул. — Никогда я бы не поступил так с Сакурой и Саске! — заявил он, пиная землю мыском. Какаши кивнул, сел на землю и прислонился к дереву, глядя на заходящее солнце. Уже было действительно поздно, но если Наруто даже от еды отказывался, то нет шансов увести его отсюда. Все что оставалось — это сидеть здесь и приглядывать за своим учеником. У этих детей стоило бы поучиться стойкости. Многие взрослые теряли вкус к жизни после каких-либо неудач, впадали в депрессию, теряли себя. Но Наруто, который никогда не чувствовал себя нужным деревне, по-прежнему любил жизнь. Другой бы на его месте уже озлобился как… как Саске. Сколько же боли перенес этот ребенок? И где были все они — взрослые, чтобы помочь, успокоить. Мир шиноби — это не про нежности, но обыкновенная забота требовалась каждому. Но Какаши, как и Наруто, был уверен — Саске не потерян. Он был на поле боя, он видел в каком состоянии находился Наруто и он сам вернул его в Коноху. В ужасном состоянии. У Саске была возможность убить Наруто, но он… не сделал этого. Раздался боевой клич. А потом хлопок и Наруто уже лежал на земле, раскинув руки. Он тихо захихикал. — Ладно, учитель Какаши, пойдемте есть. Только вы угощаете! Какаши улыбнулся, довольный тем, что Наруто прекратил мучить себя, его и Сакуру. Девочка, услышав это, подскочила на ноги, выронив венок, который так упорно плела. Он рассыпался на десятки цветов, но она уже бежала к учителю и Наруто, забыв обо всем.