Перчатки 2

Алексис кратко вскрикивает и пытается отдёрнуться. Его прижали к чёртовому столу. Руку чуть сильнее заламывают за спину. — Ах! С-стой! Это, сука ты тупая, больно! — снова пытается вылезти. И снова ситуация повторяется. Это его усмиряет. Сзади без стеснения, страха и упрека оккупировали его же задницу, о которую так настойчиво тёрся Закельбери. — Ты избегаешь меня? С чего это вдруг, а? Зак заводит вторую руку за бедро гибрида. Тот и слово сказать не успел, как с него уже слетели штаны. — Что ты, блять, делаешь?! Я не избегал тебя! Нужен ты мне боль-АЙ! Алекс зажмурил глаза и сжал зубы, когда ладонь скользнула под ткань трусов, начав там хозяйничать. Чёртовы кожанки Зака… Из-за них у парня всё время появлялись жутко грязные желания. Его невероятно возбуждало от одной только мысли, что руки полудракона блуждают по всему его телу: пощипывают грудь, поглаживают бедра, сладко надрачивают ему… Отпираться было бесполезно — Зак сильнее и изворотливее. Да и не сказать, что Алёша сам не хотел этого сейчас. Целую неделю он себя там даже не трогал, а это большой промежуток для него. — Сдался? Как быстро… Вскоре и с Зака слетают штаны вместе с боксерами. Горячей плотью он медленно трётся о бедро любимого. — Ничего я не сдался! — Быстро выпаливает парень и чуть разводит ноги в стороны. — Я отдался… — Хвостик проходится меж ног златоглазого и поднимается, оставаясь у плеча Винчестера. Сказать, что Зак удивился — не сказать ничего. Он редко «ловил» Алекса в этом настроении. Повезло так повезло. — Да ладно, детка… Даже не будешь кричать о том, что я насильник? Боксёрки алёши постепенно спускаются на пол, освобождая стоящий колом член. — Если будешь действовать так долго — буду. * * * Руки впились в край стола, царапая его поверхность. Не факт, что стол пережил бы это, но если бы смог, явно сделал бы новую запись в своём розовом блокнотике с единорогом. «Дорогой дневник, мне не описать всю ту боль…» Так о чем мы? Ах да! Толчок за толчком сладкое тело вбивали в несчастный мебельный антураж, чья поверхность уже была жутко расцарапана. Хвостик метался из стороны в сторону, пока его заботливо не прижали к столу, чтобы не мешал. — Быстрее! Чёрт, быстрее! Следует усмешка. Для Зака это слово запретное — услышал краем уха — значит можно вбиваться так, как хочешь. Не прошло и минуты, как Зак сорвался на бешеный темп. Если бы Алексис сказал, что ему это не нравится — явно соврал бы. Этот чёртов член и без того вызывал ощущение самого дорогого и охеренного дилдо в заднице, так ещё и на таком темпе, когда головка напористо билась о простату внутри него — у Алекса сносило башню. Он потянулся рукой к члену, уже собираясь излиться, но его прервали, прижав обе, руки к столу. — З-Зак, пожалуйста! Следует привычная усмешка и сладкий такой шёпот на ушко — Неа… Либо ты кончишь без рук, либо одновременно со мной, сладкий… Толчок за толчком, очередной укус в шею, сладкие стоны Алёши, у которого уже глаза стояли на мокром месте… — Зак прошу! Я не могу больше! «Вот и чудно…» — пронеслось в голове Дюфарджа. Он вновь изменил темп, на этот раз входя малость медленнее, но уже в полную длину. Толчок, ещё, один, и ещё… Почти одновременно с обоих уст вылетает стон: член юноши дёргается, извергая горячее семя прямо на бедный стол, пока в его попке происходит то же самое, заполняя его там, внутри, до краёв. — За-а-ак… — тихонько слышно от гибрида, когда горячие кожаные перчатки оглаживают его округлые булочки, малость болящие после акта. — Да? — Сладко и самодовольно протягивает дракон, у которого буквально пошёл дым изо рта. Винчестер чуть оглядывается через плечо и, улыбаясь не менее самодовольно, за ворот футболки притягивает к себе партнёра, сплетаясь с ним в ярком и страстном поцелуе. Целуя жадно и до жути горячо, пока в мыслях была одна единственная фраза.

«В один день я затащу тебя в ЗАГС и ты не отвертишься!»