Я не могу уснуть...

Испания с усталым вздохом повалился на кровать, перед этим кое-как сняв с себя одежду. Сегодня был один из тех дней, когда он был полностью измотан. А причина крайне проста — его пришёл навестить Южный Италия, которого просто так одного оставлять нельзя. Тут и началось веселье: готовить еду, гулять с ним на природе, убирать после него разрушенные вещи, когда он хотел помочь, выслушивать его оскорбления и много чего другого. -Ох, это весьма изматывающе, - еле слышно пробормотал Антонио, накрываясь одеялом и прикрывая глаза. Сейчас он страстно желал лишь одного — хорошего и длительного отдыха в царстве Морфея, дабы завтра быть наготове, так как одним днём прибывания в его жилище Ловино вряд ли ограничится. Но его мечты были нарушены. -Чёрт, идиотская тумбочка! Кто её вообще здесь поставил?! - раздаётся приглушённый, полный возмущения голос в темноте коридора. Пара секунд — и дверь в спальню открывается, являя взору нарушителя спокойствия — старшего Варгаса, встретившего на своём пути злосчастный предмет мебели. Пару секунд он стоит на пороге, после чего закрывает дверь, делая пару шагов в направлении к кровати. -Ты что-то хотел, Романо? - сонным голосом произносит Фернандес, потирая глаза и поворачивая голову набок, на шевеление у него не хватает сил и желания. Видеть гостя в столь поздний час в своей спальне — это неожиданность, но вовсе не неприятная. -В той комнате, которую ты мне выделил слишком холодно, я не могу там спать! Поэтому я буду спать здесь, в твоей кровати! - решительным и немного грубым тоном произносит паренёк, делая ещё пару шагов в перёд, и грозно скрещивает руки на груди, не отрывая взгляда от хозяина дома, до которого всё это явно медленно доходит из-за усталости. «Не помню, чтобы в Испании было холодно, не зря ведь страна страсти,» - думает Карьедо, но решает не зацикливаться на этом, отгибая кусок одеяла, тем самым приглашая Италию прилечь, - Я не против, так что ложись. Ох. Это совсем как тогда, когда ты был маленьким. Иногда тебе становилось страшно и ты просился ко мне в кровать - он улыбается ему такой искренней и радостной улыбкой, что итальянец колеблется, прежде чем нырнуть в теплоту постельного белья. -Мои решения не обсуждаются! - самоуверенно произносит он, поудобнее устраиваясь на кровати и взбивая подушку, - Не вспоминай об этом! И не вздумай приставать ко мне, грязный извращенец! - предупреждает он, после чего поворачивается к Испании спиной, прикрывая глаза и собираясь заснуть прекрасным сном в этом тёплом местечке. «Как ты жесток, Романо,» - опечалено думает мужчина, глядя на хрупкую спину своего «соседа», скрытую одной тонкой расстёгнутой белой рубашкой. Что касается его одежды, то он предпочитал минимум — трусы, что для него было самым удобным вариантом. Негромко вздохнув, он перевернулся на другой бок, тоже собравшись отправиться в царство снов. «Завтра будет ещё один трудный день.» ** Просыпаться посреди ночи — это не очень приятно, так как заснуть порой бывает очень нелегко. Вот и испанец сейчас негодовал, пытаясь понять, что же случилось. Ему было ужасно жарко. Перевернувшись на другой бок, он уткнулся носом в взъерошенные каштановые волосы, щекотавшие кожу. От осознания того, что послужило причиной такому жару, Антонио был готов расплакаться слезами радости и умиления — Романо лежал совсем рядом с ним, обнимая его за торс и уткнувшись носом в грудь. От того, что его «подушка для объятий» пошевелилась, он нахмурился, но спустя пару секунд вновь успокоился. «Я запомню этот момент на всю свою жизнь!» - с восхищением думал Фернандес, кладя одну руку на поясницу парня, а другую на затылок, чуть ближе прижимая его к себе, - «Может быть наши отношения и общение улучшаться?» - с надеждой подумал он, уже представляя себе милого, смущённого и робкого Италию, что-то мямлящего ему о любви. -Испания... Придурок... Я надеру твой... томатный зад, - сквозь сон пробормотал Варгас, довольно ощутимо давая ему кулачком в грудь. И всё-таки некоторые вещи не меняются.