Моя Госпожа.

На заднем дворе старого поместья было тихо и умиротворенно. У небольшого пруда изредка слышались кваканья лягушек. Вокруг летали стрекозы, такие быстрые, что глаза не успевали за ними следить, а разноцветные бражники опыляли цветочки в саду. Мягкая трава была свежей и немного мокрой после недавнего дождя. Руки девушки умело сплетали стебельки молодых одуванчиков, а из её уст доносилось тихое и приятное пение. Её красивые, не длинные волосы золотистого цвета раздувал тёплый ветерок. – Здравствуй, Рин, – голос парня, слышанный издалека, прервал всю идиллию, созданную девушкой, – то есть, Госпожа, – поправил себя он, направляясь к обернувшейся на него девушке. Этот парень был очень похож на неё: такие же золотистые волосы и детские, голубые глаза. Сам он был одет в белую рубашку и черные штаны. Через плечо была затянута портупея, состоящая из двух ремней, нижний ремень которой использовался для держания холодного оружия. – Здравствуй, Лен, – тепло улыбнувшись сказала Рин мелодичным голосом, – твой рабочий день уже закончился? – спросила она, снова возвращаясь к плетению цветочного венка. – Да, но Вам я готов служить в любое время, Вы это знаете, – Лен остановился около своей госпожи. Та похлопала ладошкой по земле, немо приказывая сесть напротив. – Лен, послушай, – начала она, – ты знаешь, что я не против, если ты будешь обращаться ко мне не как к госпоже, хотя бы после рабочего дня...– она надела готовый венок на макушку своему верному слуге и улыбнулась. – Но...–не дав договорить парню, девушка прижала свой пальчик к его губам и покачала головой, тем самым призывая к молчанию. Тот замолчал, внимательно глядя, как Госпожа переползает к нему, удобно усаживаясь между ног и кладя голову ему на грудь. – Считай, что это приказ, – прошептала она, кладя себе на грудь, в место, где находится сердце, его ладонь. Лен уткнулся в затылок Рин, вдыхая почти родной аромат её тела. Он провёл носом по её коже, доходя до шеи. Рин отвела голову в сторону, открывая больше пространства для действий. Свободной рукой Лен отодвинул короткий рукав платья Госпожи, оголяя гладкую, молочную кожу плеча и сразу впиваясь в него зубами. Послышался тихий полу-стон с уст девушки. Зализав след на чужой коже, парень прижал к себе девушку, одной рукой обняв её за плечи. – Я люблю тебя, Рин, – выдохнул он, а та, слыша это не раз, лишь улыбнулась его признанию и прикрыла глаза. Наверное, странно влюбляться в своих сестёр или братьев - таких людей общество отвергает, считает их любовь неправильной и аморальной, но ещё страннее – быть простым слугой, влюбившемуся в свою госпожу. Раньше и жилось легче: не было никаких забот и переживаний просто потому, что мы были детьми. Тогда не казались смущающими поцелуи в щечку или в губы на ночь, обнимашки с поводом и без, купание вместе и признания в любви. Даже когда мы подросли, это не стало ужасным и мы не прекратили так делать. Несмотря на то, что нас - двух несчастных близнецов - разделила судьба, я всё равно буду с тобой всегда. Я всегда буду тебя любить и защищать тебя, моя любимая Госпожа.