Before we both fall

В комнате холодно как в морозилке. Даже невосприимчивого к низким температурам Олега слегка потряхивает. Сережа, завёрнутый в одеяло по горло, пытается дописать лабораторную работу на стареньком шумном ноутбуке. — Они охуели? — Олег прикасается ладонью к чуть теплой батарее. — Вообще не греет. — Экономят ресурсы, — Флегматично отзывается Сережа, не отрывая глаз от экрана. — Даешь экологию. Олег знает, что Сережа на грани болезни, поэтому едва работающее в общежитии отопление злит еще больше. Сережа, как назло, хлюпает носом. — Все, мы покупаем обогреватель, — Объявляет Олег, пиная ногой бесполезный радиатор. — Тебе коменда давно по щам не давала? Выселить же могут. Олег падает на кровать, подгребает под себя подушку и тяжело вздыхает. — Да и денег нет, — Добавляет Сережа. — Деньги я найду. А сам обогреватель будем в шкаф убирать, чтобы не спалили. — Коменда на запах не окоченевших студентов придет, — Усмехается Сережа, но сам себя перебивает кашлем. Все это давяще-неправильно. Безденежье, обшарпанный общажный быт, бессмысленная нагрузка на учебе. Невнятная тревога в душе Олега неуклонно росла. С первого дня в университете он ощущал себя не на своем месте. Сначала думал, что со временем привычка возьмет свое, и душащее чувство отступит, но не тут-то было. Олег поднял глаза на Сережу. Вот кто уж точно был не на своем месте. С его мозгами вообще полагается сидеть в теплом сухом офисе и получать пару штук долларов в месяц за одно свое существование. Когда они ложатся спать, Олег видит, как Сережу знобит, и не выдерживает. Молча отодвигает тумбочку и сдвигает кровати. — Ну и что ты делаешь? Сережа остается стоять посреди комнаты, безучастно наблюдая за перестановкой. — Вместе будет теплее. — Заразишься, — Одеяло чуть сползает с плеча Сережи, тот подтягивает его к подбородку. — Метр ничего не решит. Лежать рядом – почти наказание. Сережа быстро проваливается в сон, тревожно ворочается и в конце концов замирает. Олег упирается взглядом в потолок. Все его внимание невольно сосредоточенно на двух точках: плече, куда утыкается ледяной кончик носа Сережи, и бедре, вплотную к которому лежит Сережина ладонь. В детском доме они были единственной возможностью друг друга получить хоть какое-то человеческое тепло. Невинная ласка вроде поглаживаний по голове или объятий, в детстве казавшаяся чем-то естественным, в подростковом возрасте приобрела для Олега иной смысл. В ответ на касания Сережи у него просто вставало. И Олег стал избегать лишней тактильности. Собственные мысли казались неуместными и неправильными, угрожающими многолетней дружбе. А Олег дружбу с Сережей ценил, поэтому бескомпромиссно боролся со всем, что могло ей помешать. Но сейчас, пока Сережа доверчиво жмется к нему носом, Олег паскудно думает о его губах.

***

Через пару дней Олег контрабандой проносит в общежитие коробку с новеньким обогревателем. Сережа вслух не одобряет покупку, но Олег видит, что он рад. — А деньги откуда? — Он недорогой, социалки* хватило. И я устроился на работу, скоро выплатят аванс. Сережа потер глаза, явно проглатывая гневную тираду. — С ума сошел? — Наконец, выдает он прошедший внутреннюю цензуру вопрос. — Из нас двоих учишься ты, — Олег излишне старательно распаковывает коробку, пряча взгляд. — А я могу и поработать. — Кем хоть? Сережа помогает распутать провод и залипает в инструкцию. Олег инструкций не признает и сразу начинает тыкать по кнопкам. — Охранник. Ночные смены, два через два. — Высыпаться не будешь. Обогреватель начинает гудеть, обдавая ладони Олега потоком теплого воздуха. — Там вроде можно спать. Посмотрим. Будет совсем тяжело – уйду. Это ложь, вечная нехватка денег допекла Олега уже достаточно сильно, чтобы он был готов на любую работу, которая позволит ему не считать сумму покупки в супермаркете. И Сережа это, кажется, понимает. В комнате становится тепло, поэтому кровати возвращаются на положенные места. Уже в постели Олег ловит себя на том, что всего за пару ночей привык не ворочаться, чтобы случайно не разбудить Сережу.