зависимость

этот социум напоминает сено, а ты ищешь в нём иголку, чтобы стать с ней одним целым ненадолго, на толику, а я, наоборот, всю жизнь ищу в горе иголок одинокую соломинку. pyrokinesis - зависимость

синдзи задумчиво смотрит в небо, усеянное облаками и большим светлым круглым нечто, перебирая в пальцах ручку и подперев рукой подбородок. он едва дышит, задерживает воздух в легких на столько долго, на сколько может, будто пытается не спугнуть это нечто. в классе учительница тактично замолчала, и все обернулись к нему. единственные разы, когда кто-то проявляет интерес в его сторону. пелена сходит с глаз. небо больше не притягивает, дышать становится легче. однако, все по-прежнему повернуты к нему, сверлят своими разноцветными глазами и чего-то ждут, какой-то реакции. только вот синдзи просто медленно отводит взгляд от окна и кладет ручку на парту, переставая её вертеть. - прошу прощения, вы что-то сказали? учительница от возмущения, кажется, даже позеленела. ей никогда не нравился икари своим отсутствующим видом, но его отец платил большие деньги, чтобы тот оставался на учебе и его не выперли с хорошим таким подзатыльником. синдзи даже не понимал причин такой ненависти: он никогда не хулиганил и не задирал никого, мало того, он вообще ни с кем не общался, но почему-то все учителя смотрели на него, как на врага народа, перешептывались за спиной и пытались массово ставить неуды. как будто бы ему было до этого дело. парень сверлит учительницу взглядом и вопросительно приподнимает бровь. - вот наглец! - кричит на него та и хлопает ладонью по своему столу. от громкого звука в классе некоторые вздрагивают. - ты думаешь, самый особенный? это уже не первый раз, когда ты не слушаешь меня, икари! мне это надоело, собирай вещи и к директору. её тон не терпел возражений, но синдзи и не хотелось с ней спорить. его всё равно не выпрут, слишком много денег вложено. он поднимается со своего места и медленно складывает вещи в рюкзак. больно надо. не повышая скорости бредет к двери под злой и любопытные взгляды. все сверлят его спину и голову, будто пытаются сделать там дыру. кто-то гадает, что у него в голове, а кто-то - сколько же еще это продлится. когда за ним закрывается дверь, он вздыхает с облегчением и закатывает глаза. всё хорошо, всё закончилось. синдзи, сжав лямку рюкзака пальцами, идет до кабинета директора. этот путь уже был пройден достаточно. парню даже кажется, что если ему завяжут глаза, он всё равно дойдет даже так из любого места школы. вообще, жизнь несправедлива, а пребывание его в этой частной школе - и подавно. он никогда не хотел учиться в таком месте, оставить свой прежний образ жизни и уехать по зову отца. думать, что они наконец будут жить вместе, а на деле тот просто сплавляет сына в закрытую ото всех школу. но икари себя жалеть не привык. встав у кабинета, слегка сгорбившись, он стучит в дверь, ждет несколько секунд, а потом под громкое и твердое "входите", открывает её. он уже не боится, привык. вздохнув, делает шаг. - а, это ты, синдзи, проходи, - впереди за столом - тучный мужчина с бородой, человек достаточно мягкий, строгий только тогда, когда напортачишь. его имени синдзи не помнил, да и не хотел запоминать, собственно. - я здесь, не один. подожди пожалуйста, - директор обводит кабинет рукой и указывает на диванчик в углу. икари, кивнув, бредет туда и садится на край. теперь ему предстоит смотреть либо в окно, что расположено за директором, либо пересчитывать взглядом толстые папки в стеллаже. либо, сегодня найдется что-то поинтереснее. синдзи останавливается взглядом на юношеской спине, облаченной не в форму - клетчатая жилетка, молочного цвета рубашка, - а в обычную фиолетовую футболку. новенький? волосы у него серые, кажется, покрашены, рядом со стулом, на котором сидит, стоит гитара и рюкзак. да, и правда новенький. директор общается с ним по поводу предметов, синдзи в скором времени надоедает смотреть на чужую спину, поэтому он всё же принимается пересчитывать папки. - чтож, думаю, на этом мы можем закончить, - мужчина поднимается со своего стула, ровно как и тот парень, а потом они подходят к двери. - правда, сейчас идут уроки.. о, синдзи! - а синдзи косвенно уже понимает, что его сейчас ждет, - тебя кто послал сюда? - учительница литературы. - о, ну чтож, не хочешь сделать доброе дело? у нас вот новенький.. - мужчина кивком показывает на паренька, тот, закинув гитару и рюкзак на два плеча, машет рукой в приветствии. - поможешь ему дойти до общежития и проведешь экскурсию, ладно? а я скажу миссис годдарт, что побеседовал с тобой. икари бы лучше "побеседовал" со старым добрым директором, чем шел с этим незнакомым парнем, но он почему-то кивает. не проходит минуты, мальчики уже идут по белым, словно в психбольнице, проносится у синдзи, коридорам, прямо к выходу из школы. - я каору, - его голос эхом разносится по помещению, ударяется о стены и больно бьет в уши. икари морщится. - а ты? - синдзи, - сухо говорит синдзи, пристально смотрит на вдруг протянутую руку, но осторожно пожимает её своей, а потом снова засовывает в карман. дальше идут молча. кажется, каору достаточно смышлёный парень, раз мгновенно поймал настроение икари играть в молчанку. тому узнавать о новеньком ничего не хотелось. сразу понятно - богатенькие родители, тут у всех такие были. с их детьми трудно найти общий язык, тем более синдзи, который ничем не увлекался и беседы поддерживать нормально не мог. за то время, пока он был в кабинете, голубое небо стало серым, с темно-синими тучами. вот-вот пойдет дождь. нужно идти быстрее, - думает он и ускоряет шаг. каору молча следует за ним.

***

каору нагиса терпеть не мог две вещи: сельдерей и учебу. конечно, список его "нехотелок" был довольно велик, но тут была самая верхушка. поступать в частную школу снова не хотелось совсем. мальчик уже учился в похожей, единственное, что он оттуда извлек: пока ты платишь деньги, всем всё равно на твоё образование. даже когда он вышел оттуда с пустой головой, все учителя махнули рукой и со знанием дела произнесли: "ему просто не дано". к тому же, каору прекрасно знал, как просто можно скиснуть в закрытой школе, где за ворота тебя не отпустят даже если приставить к головам охранников револьвер. конечно, он такого еще не пробовал, но кто знает, до чего его доведут в будущем. ученики как отдельные личности его не привлекали. в каждом он находил выгоду и пользовался тем, что эта выгода приносила. вот и тогда, сидя на стуле перед директором, он уже продумывал план, как быстро загробастаться в кучку более-менее популярных ребят и отсидеть там штаны до выпуска. но вот, идя по коридору с мрачноватым пареньком, нагиса почему-то испытывал дичайшее любопытство к этой персоне. он шел впереди, каору видел, как расслаблены его плечи и опущена голова. парень любил таких людей, с ними разговаривать было проще. никаких вычурных речей и улыбок: всё по фактам. и имя такое. синдзи. хорошо звучит. они шли молча, и каору от этого почему-то был непривычно расслаблен. одной рукой держался за лямку гитарного чехла, второй шарил по пустому карману джинс. форма тут нормальная, - заметил он. - но быстро привыкну. столовую ещё не видел, кабинеты.. только так, мельком, вроде тоже неплохие.. - давай шустрей, - тихо подгонял его впереди синдзи. - сейчас дождь начнется, до общаги минут пять топать. у него довольно.. мягкий голос. теперь это более заметно, потому что он сказал гораздо больше слов, чем до этого. нагиса усмехается. интересный парень. он, кажется, даже ответки не ждет, потому что не оборачивается, только ускоряет шаг. до общежития они идут в тишине, нарушаемой только воем нарастающего ветра и чертыхания запинающегося о камни синдзи. в холле поздоровались с вахтершей и охранником, второй мельком глянул на справку каору, отданную ему директором, положил её куда-то в стол и кивнул, пропуская. - тапки, - коротко и ясно оповестил нагису синдзи, а сам подошел к большим шкафам и достал оттуда простые черные тапки, на обоих пятках которых было написано штрихом с.и.. - а, это.. - каору прикусил губу и почесал затылок. - они у меня в комнате, в чемодане, - надо же, о такой простой вещи забыл. икари вздохнул и тоном, не терпящим возражений, сказал снимать кеды и идти в носках, иначе их уборщица потом так надает, что мало не покажется. ещё и драить весь этаж, если не два, заставит. - она - женщина с большой буквы, - а потом привычно замолчал. сделал такое лицо, что каору сразу стало понятно: к нему больше обращаться сегодня не стоит. жили они на одном этаже, на третьем, собственно, как и все мальчики. этот этаж принадлежал им, а следовательно, вполне можно выходить из душа в полотенце и при этом не услышать визгов. нагиса нашел свою комнату довольно быстро. синдзи всё это время молча следовал за ним, словно тень, и ушел только тогда, когда каору с улыбкой развернулся и помахал рукой. чтож, парень, с тобой приятно было иметь дело. уже в комнате он стянул привычную ухмылку и сел на кровать, подперев руками голову. находиться тут не хотелось от слова совсем, но он вынужден проводить свои самые лучшие годы в какой-то частной школе, которая стоит посреди глухого леса. похоже, здесь будет нелегко. соседа ещё нет, он, скорее всего, на занятиях. а это значит, можно выпустить свое одиночество из открытой двери.

***

синдзи, наверное, встал не с той ноги, раз сегодня его раздражал школьный гомон, хотя обычно ему было фиолетово. везде сновали ученики разных классов, похожие только одинаковой формой, и даже среди других, не своего, он слышал отдаленно имя вчерашнего нового знакомого. новенький новеньким, а орали так, будто сам президент приехал, ну ей богу. у икари никогда пассивной агрессии в сторону учеников не было, но сегодня прямо даже и дать кому-нибудь под зад хотелось. именно поэтому всю перемену он отсиживался в туалетной кабинке, засунув наушники в уши и игнорируя редкий стук по дверце, а в классе зависал в окне, привычно наблюдая за медленным движением облаков. они-то могут лететь куда захотят, - думал он с завистью, - а я сижу здесь, слушаю про интегралы всякие, больно они мне нужны. каору, по чистой случайности, оказался новым одноклассником синдзи. его пересадили в середину к окну, они находились достаточно друг далеко от друга. икари к нему интерес потерял ещё в кабинете директора вчера, а по новой сверлить взглядом спину не притягивало. вообще, нагиса его на самом-то деле действительно не привлекал. он не видел в нем ничего такого, что не было в других людях. разве что тот молчать умел вовремя, и на том спасибо. они не здоровались, скорее всего, он даже и не увидел синдзи, когда зашел. это к лучшему, вдруг бы махнул ему рукой, и весь класс сразу же нашел новую причину глазеть на него. - правда, он красавчик? - прошептала сидящая впереди него одноклассница своей подруге за соседней партой. икари зевнул. может быть, - ответил он на чужой вопрос у себя в голове. может быть, каору был красив, но синдзи определенно такие не привлекали. - ага, слышала, у него отец - директор какой-то крупной компании, и... ну вот. красота и деньги - то, чем бредили люди в этой школе. может и не все, но синдзи по каждому не проходился, не хотел разочароваться, мало ли. урок шел довольно долго. он, кажется, совсем не хотел заканчиваться, к тому же, парню наскучило смотреть на облака, теперь он разглядывал чужие пеналы, на которые постоянно смещался взгляд с неба, когда переставало быть интересным. когда прозвенел звонок, икари забрал все свои тетради и закинул в рюкзак. из-за скверного настроения не хотелось ничего. он пропускал, в принципе, не особо много, всегда догонял программу, поэтому и сегодня дал себе волю отдохнуть. поваляться там в кровати, ему больше-то и некуда было сходить. по коридору шел молча, а потом остановился, слыша за своей спиной шаги. за ним - каору с улыбкой. синдзи приподнимает бровь в немом вопросе. скоро вспылит, у него запас молчания не вечный. - ты уходишь? - нагиса равняется с ним и останавливается. икари ловит себя на мысли, что тот только ненамного его выше. совсем на капельку. - я с тобой. - у тебя первый день сегодня, ты в курсе? - усмехается синдзи, но начинает идти, и каору идет с ним. - плевать. они скучные. а я как будто нет, - пронеслось в голове у синдзи. - у меня есть вино, стырил у отца, дорогое какое-то. не хочешь выпить? икари не пил до этого никогда, но почему-то согласился. ничем хорошим это не закончится, конечно, понимал, но всё равно пошел. с этим каору надо быть осторожнее, - пронеслось у него в голове, но потом тут же забылось. из доступных развлекаловок у него только осмотр потолка под песни chase atlantic и редкие посиделки на общем балконе, когда там никого нет. оттого и редкие. поэтому, почему бы не глотнуть чуточку?

***

каору не хотел идти за ним. он сверлил его тяжелым взглядом, но тот, кажется, не заметил. нагиса и вправду искренне не понимал, чем его так привлек молчаливый и до задницы какой таинственный синдзи икари. вечером в день своего заселения он расспросил своего соседа, тодзи судзухару, кажется, но тот толком ответов не дал, только "умник какой-то" и "капец какой странный парень, его все сторонятся". однако, это уже дало почву для размышлений каору. перед ним - обычный парень с обычной прической, обычными чертами лица, обычной фигурой и обычными голубыми глазами. таких, как он - полным полно, но душе каору, кажется, хотелось изучать именно его. почему? черт его знает. ноги сами понесли за ним. весь класс смотрел удивленно, но нагисе было всё равно. это не так уж и волновало, авторитет он всегда сможет заработать, не впервые. предложил он выпить тоже, разумеется, спонтанно. знал, правда, заранее, что тот согласится. и вот, мальчики уже идут по коридору в тапочках и полной тишине. за пределами здания светит солнце, совсем не так, как вчерашний вечер, когда неожиданно началась гроза, и даже пару раз отключали электричество. синдзи прикусывает щеку, когда каору поворачивается к нему. - жду тебя. и кружку не забудь, у меня только одна. он кивает и медленно идет к своей двери, прикладывает карточку и под взгляд нагисы, скрывается в комнате. парень усмехается, качает головой. будет интересно посмотреть на него выпившего. через какое-то время в комнату каору стучат, и он, приподнимаясь с кровати и опуская подол футболки ниже, открывает дверь. на пороге - синдзи в обычной черной водолазке и спортивных штанах. его совсем непривычно так видеть, но нагиса ничего не говорит, даже не изучает взглядом, ровным счетом как и тот. они молча проходят в глубь комнаты и садятся на полу по-турецки. - будешь смеяться - в глаз дам, - мрачно говорит икари и ставит перед собой белую кружку с зайчонком на ней. у каору дергается глаз, но ни один звук не вылетает изо рта. не то чтобы угроза подействовала, просто ради приличия стоит и потерпеть. мало ли, будущий собутыльник сбежит, и потом фиг найдешь нормального. - ну, у меня не настолько крутая, - нагиса ставит перед ним свою желтую кружку без рисунка и пожимает плечами. он наливает в обе вино, пока синдзи разглядывает чужую комнату, не останавливаясь взглядом ни на чем. ничего не привлекло, каору даже прикусывает кончик языка, чтобы не рассмеяться. не удивительно вообще. икари приподнимает кружку. в этой комнате всё ровным счетом, как и у него: две кровати, противные серые шторы и два больших шкафа. остальное так, мелочевка. правда, единственное отличие, - у синдзи соседа не было. ему повезло, он жил один и ни с кем не делил комнату. она служила местом для его сна, уединения, и что ещё там можно делать. положив одну руку на колено, он отпивает вино из кружки и морщится. на вкус не очень, и чего в нем такого находят? каору не может сдержать смешка, наблюдая за изменениями в лице икари. ясно, не пил ни разу, тут уже и так всё понятно. он всё-таки смеряет его взглядом. в водолазке плечи кажутся ещё уже, а спортивные штаны висят, завязанные на четко видной талии шнурком. нагисе почему-то всё нравится. он молча глотает вино, пряча улыбку в кружке. они знакомы всего дня два, но синдзи почему-то уже, кажется, можно доверить свою жизнь. вероятно, алкоголь в голову ударил. быстро же. они напиваются молча. синдзи очухивается только тогда, когда замечает, что лежит головой на животе каору, и тот перебирает его волосы. по прежнему тишина, но она успокаивает, так что ему даже ругаться не хочется. а нагиса с удивлением отмечает, какие же мягкие волосы у него под ладонью. прикусывает внутреннюю часть губы и пальцами задевает лоб. икари прикрывает глаза. его мозг затуманен, хотя он и понимает, что делает. всё тело будто приятным свинцом налито, вставать не хочется от слова совсем. - у меня скоро сосед придет, - оповещает его каору заплетающимся языком. - если он... - икает, - увидит... - у меня свободно, - синдзи облизывает засохшие губы и ловит чужую руку, поворачивает голову в бок и встречается взглядом с маковыми глазами. от такой параллели почему-то краснеет и тут же разворачивается. - если хочешь, конечно. у нас еще немного осталось. несмотря на выпитое, он по-прежнему молчалив, что нагиса беспрепятственно замечает. он снова проводит рукой по волосам, находя в них свой новый антистресс, а потом слегка подрагивает животом, намекая, чтоб синдзи встал. - да, надо допить, - бормочет каору и, когда икари поднимается, берет бутылку вместе с кружками, предварительно открывает окно, и они оба выходят. действительно, скоро конец занятий, и ученики разбредутся по комнатам. в комнате синдзи нет никаких лишних вещей, даже кажется сначала, что тут никто не живет. каору осматривать нечего, хотя ему бы хотелось зацепиться за что-нибудь интересное. но не в этот раз, видимо. ему нравилось тусить с икари, если это так можно было назвать. он почему-то изначально знал, что с ним можно и побыть пьяным, сказать что-то не то, потому что тот даже внимания не обратит. с синдзи можно забыться. вполне вероятно, что это мысли нетрезвой головы, и уже завтра он так считать не будет, но хотя бы на вечер можно, верно? - пей, - протягивает каору ему бутылку. - прямо из горла? - нет, давай по другому, - алкоголь действительно бьет в мозг. нагисе вдруг хочется сделать что-то необдуманно нехорошее, смешное, возможно, вполне нереальное. он присасывается к бутылке и набирает вина в рот. пальцем манит синдзи, и тот, ничего не подозревая, бредет к нему. он уже хочет поинтересоваться, но его ловко хватают за заднюю часть шеи, впиваясь подушечками пальцев, чужие губы сталкиваются с его. икари открывает рот от неожиданности, и каору открывает свой, как бы переливая вино. оно стекает по подбородку синдзи, оставляет на полу бледно-красные капли, почти прозрачные, нагиса ловит их языком, пока тот стоит истуканом. мозг, пораженный алкоголем, едва воспринимает тот жест. - дурак ты, - отмахивается синдзи и, кажется, решает, что пора с вином заканчивать. он не злится на каору, что удивительно, ему как-то, в общем-то, всё равно. он целовался раньше с девчонками, даже с мальчиками пару раз, но это было в начале средней школы, когда еще такие поцелуи значения не имели. он ложится на кровать и скрепляет руки в замок под головой. странный день. даже не обращает внимания на нагису, который ставит бутылку и кружки на один из столов, ближе к кровати икари, а потом идет и ложится к нему. - хочешь лечь, вот там кровать, - синдзи указывает на кровать прямо напротив них, но даже не вырывается, пытаясь лечь подальше. - с тобой хочу, - говорит каору, облизывает губы и закидывает ногу на чужую талию. икари и не возражает. странная штука - это ваше вино.

***

синдзи пытается игнорировать его неделю. правда пытается. делает вид, что не замечает толчков в спину или короткого "икари, ну емае", но потом, почему-то, перестает. ничего не меняется, всё те же бесконечные облака, крики учителей, пеналы, комната даже та же, только нагиса другой. пришел и втолкнулся в жизнь сам. икари его не просил даже, больно надо. его появление рушит привычный образ жизни. теперь каждый вечер синдзи заканчивается одинаково: каору спит на соседней кровати, а потом, под утро, уходит к себе в комнату, где на него начинает косо поглядывать тодзи. плевать, конечно же. что они делают в комнате икари? в основном молчат и валяются на кровати, иногда делают уроки, иногда играют в майнкрафт по сети, только и слышно раздраженного нагису, которого в очередной раз обокрал синдзи. и такое было. - хочешь жить - умей вертеться, - пожимал плечами он. больше они не пили. икари, правда, потом долго думал над тем, как ему в рот влили вино, часто у него потели от этого ладошки, и нередко он давал себе слабую пощечину. каору только смотрел на него, скептически приподняв бровь, но больше ничего не говорил. гитару нагиса перенес на окончательное хранения синдзи. иногда вечерами играл на ней, напевая какую-нибудь песню, тот безобидно ворчал, но дальше этого, конечно же, не заходило. каору, кажется, скоро насовсем переедет к икари, того это не устраивало, но он лишь молча смотрел, как с каждой неделей всё новые и новые вещи появляются в его комнате. ему хотелось уединения, но нагиса не давал оставаться наедине, будто опасался чужих мыслей. со всеми он перестал общаться, и план найти более-менее "элитную" компанию провалился. синдзи свалился на него, как снег на голову. не то чтобы он был против. что-то завораживающего было в развязных движениях, вечно расслабленном лице, узких плечах и, внимание, мягких волосах. каору нравилось иногда трепать парня по голове, и даже пару раз получить за это по руке. но не останавливало, ни капли. к икари тянуло беспрерывно. нагиса задолбался слушать возмущения учителей, почему он всё время оборачивался назад. сам синдзи никак не это не реагировал, смерял только безразличным взглядом и пожимал плечами, мол, чего пялишься. - слушай, - каору в тот день лежал на соседней от синдзи кровати. он повернулся к стене спиной, а к парню лицом. синдзи вздохнул. он обращался к нему так, когда тот что-то хотел. - а ты целовался с парнями? ну, с кем-то, кроме меня? так вот, почему он был такой задумчивый весь день, - пронеслось в голове икари. щеки резко покраснели. нет, синдзи, не поэтому. - а тебе какая... - нет, значит? - не собираюсь я с тобой об этом разговаривать, - пробормотал он, проводя рукой по волосам. сердце почему-то забилось. черта с два он купится на такие трюки. тот просто его смутить хочет, и всё. - почему это? - а каору принимает сидячее положение, мгновенно заинтересовываясь беседой. ему и до того было интересно, а сейчас такая реакция синдзи даже несколько забавила. - потому это. и вообще, я тебя не целовал, ты просто мне в рот плюнул, - икари скрещивает руки на груди и хмурит брови. они же действительно не целовались, если бы всё было так.. не было бы. вот и всё. с кем с кем, а с этим дуралеем синдзи целоваться не собирается. - давай исправим, - каору встает с кровати, ровным счетом как и икари, который этот жест ни за что хорошее не принимает. - сядь обратно! - он выпрямляет руки, не давая нагисе подойти ближе. - бегом, каору. давай, иди ляг обратно и не раздражай меня, иначе вылетишь отсю- каору перехватывает чужую ладонь и целует тыльную сторону, заставляя синдзи замереть, широко раскрыв глаза. воздух в легких кончился, кажется, он сейчас помрет от недостатка кислорода. - нагиса.. - предупреждающе начинает икари, но его толкают в грудь, а онемевшее вдруг тело поддалось. матрас теперь казался по-особенному твердым, впивающимся в спину. кажется, синдзи чувствовал каждую деревяшку под ним. каору сел на бедра, одной рукой сжимая чужую ладонь, а вторую опустив на щеку. - я не шучу, я тебя выселю, ясно? - слабо отнекивается он, когда тот, с улыбкой, гладит подушечками пальцев щеку. - ага, - безразлично отвечает нагиса и облизывает губы. раскрасневшийся синдзи - лучшее, что он видел в своей жизни. не устает трезвонить у себя в голове, чтобы навсегда запомнил этот образ, потому что, кажется, второй раз так икари под него не ляжет. буквально. - так ты целовал мальчиков, синдзи? - целовал, - после нескольких секунд молчания говорит синдзи, всматриваясь в чужие глаза. - понравилось? - не помню, - и это правда. каору улыбается, а потом слегка наклоняется, заставляя икари перестать дышать на мгновение. дразнит, придурок, - ругается про себя он. форточка открыта, ветер оттуда взъерошивает нагисе волосы, свободной рукой синдзи безвольно тянется к чужому лицу и убирает оттуда пряди в бок или закидывает назад. - знаешь что? - риторический вопрос. - ты мне нравишься, синдзи, - и вот так просто, беззаботным тоном. хотя у икари, вроде, не только легкие сломались, но и сердце работать на секунду перестало. щеки, и так красные до этого, покраснели ещё больше. нагиса, уже понимающий, что это значит, мягко засмеялся, запрокинув голову назад. он и так был уверен, что за вечно тихим или недовольным синдзи скрывается такой человек, при виде которого меркнут все мысли. это действительно был он. и всё таки каору вспоминает причину их положения, наклоняется медленно-медленно, смотрит прямо в глаза, будто бы спрашивая разрешения. он бы не стал, если бы синдзи противился. а тот не против, правда словами это ни за что не скажет. нагиса не поймет - и черт с ним. но он понял. пробежавшись пальцами по чужим губам, мягко цепляется своими, задерживается, чувствуя, как синдзи хватается мертвой хваткой за его плечо. они по-прежнему смотрят в глаза, оценивая состояние друг друга. не сказать, что с каору целоваться было приятно, они сталкивались зубами, кусали друг друга за языки и прижимались всеми частями тела, но губы у него и правда мягкие. у них нет никакого вкуса, как это обычно описывают в книгах, никакой мяты или вишни, или о чем там еще говорят. и слюна тоже обычная. не сладкая, безвкусная. целуясь с нагисой, икари по-особенному ярко ощущал себя подростком. сердце билось, как бешеное, словно он боялся, что их рассекретят, хотя никто не мог зайти в комнату без карты, а она была только у синдзи. когда каору отстранился, чтобы вдохнуть больше воздуха, синдзи мягко схватил его за волосы, впиваясь пальцами в самые корни, в голову, притянул к себе, и они стукнулись лбами. дышали тяжело, смотря друг другу в глаза. одной рукой по-прежнему сжимая вторую. первым не выдержал нагиса: снова втянул икари в бешеный поцелуй, полный неопытности и какой-то пьяной страсти, хотя оба мальчика были трезвы.

***

- икари? - они лежали в одной кровати. синдзи в захвате рук каору. - м? - промычал он, почти засыпая. - ты когда-нибудь думал о том, чтобы заняться с кем-то сексом? - чего? - и вот - сна ни в одном глазу. синдзи не любил такие вопросы как минимум потому, что каору задавал их из-за мучающих его мыслей. а это значит, что, вполне вероятно, он думал о сексе с синдзи, а это значит.. задницу икари ещё пока берег. каору знал, что последует такая реакция, он будто даже предвидел её. только расцепил руки, пальцами схватился за подбородок синдзи и чмокнул его в нос. - просто.. ты никогда не задумывался об этом? икари съежился. думал, конечно, но... - ты вообще какое порно смотришь? - напрямую спрашивает нагиса. ему интересно узнать ответ парня. вообще, он считает, что они уже не настолько маленькие, чтобы задавать такие вопросы. как-никак по семнадцать лет. - в смысле? - ну.. где мужчина и женщина, или- - такое, да, - прерывает его икари, не давая договорить. почему он вообще завел этот смущающий разговор? - каору, - серьезно говорит он, смотря прямо в красные, словно два мака, глаза, - ты нахрена меня о таком спрашиваешь? - если бы... - тот облизывается, опуская взгляд на чужие губы. синдзи сразу же смущается, перебирает пальцами подол футболки. - если бы я предложил... - ты головой ударился? - икари преподносит руку ко лбу и показательно делает вид, что меряет температуру. - вроде температуры нет, тогда чего ты такой сегодня? - я серьезно, синдзи, - он и правда серьезен. - если бы я предложил, занялся бы ты... боже, только не договаривай, синдзи с ума сойдет и раскраснеется, как рак. - да. вылетает короткое, быстрое, до жути торопливое "да", которое пугает самого икари, а нагиса же, наоборот, начинает светиться, как свеча в рождество, как огонь в камине, как самая яркая лампа, как... в прочем, не так уж и важно. - так ты би? - спрашивает он быстро, улыбаясь. - или гей? но тогда... - разве что каорусексуал, - прерывает его синдзи, и каору прижимает руку ко рту. - ты такой романтичный! - смеется он и целует его в щеку. у него будто камень с души упал. он-то думал, его пошлют на четыре стороны. в принципе, на это всё и намекало. - так... - а ты хочешь мне предложить перепих? - слова вдруг синдзи даются очень просто, будто он на дню их раз сто произносит. - ну, не совсем перепих.. - мнется нагиса. - перепих - это быстро и на один раз. икари боится представить, что станется с его задницей, если он вдруг окажется снизу и это будет не "на один раз". конечно, всё так и было предписано, что каору был бы сверху - у него аура вообще другая. синдзи вздыхает. - так это... - если ты хочешь, - тихо говорит икари, и когда его щеки снова целуют, приподнимает голову. целовать синдзи каору нравилось всегда. его щеки, нос, лоб, подбородок, шея, руки - все части тела так и молили, чтобы их зацеловали, по возможности оставили отметины, как бы помечая. конечно, нагиса знал, что на его никто и не позарится, а если позарится - получит по зубам. они не встречались, но почему-то оба чувствовали связь. слова были не нужны. это официально - не встречались, не произносили вслух. - а ты? ты хочешь? - интересуется каору. - ага. - я тоже. и они замолкают, неловко смотря друг на друга. нагиса всегда думал, что он особенный "альфа-самец", всегда сможет сделать это, но сейчас почему-то краснеет, глядя на точно такого же красного синдзи. приехали, - со вздохом думает он про себя и решает всё же сделать первый шаг. если не он - то кто? этот поцелуй ощущается по-другому. от него всё тело будто зажигается, как будто его облили бензином, а потом подожгли. синдзи особенно остро чувствует пальцы на своей шее и поглаживание кожи за ухом. сходит с ума медленно. проводит языком по чужим губам, ловит рваные вдохи, а руками цепляется за плечи. не размыкая поцелуя, они пересаживаются: всё почти, как когда они впервые поцеловались, только теперь синдзи сидел на каору, а не наоборот. нагиса проводит руками по чужим бокам, щупает позвонки на спине, пересчитывает их, стараясь держать себя в руках и напоминать о существующей реальности, но быстро сбивается и просовывает руки под фиолетовую футболку и приподнимает её, снимает медленно, а потом откладывает в сторону. без футболки икари кажется еще более худым, но не менее красивым. каору перестает дышать, до него будто сейчас только доходит, что они собираются делать. он гладит бока, глубоко дышит и проводит руками по ребрам, груди и плечам. синдзи, весь краснющий, смотрит на него сверху-вниз затуманенным взглядом. все его чувства всё ещё обострены, он четко ощущает каждое прикосновение и слегка выгибается, когда пальцы случайно касаются сосков. - нечестно, - тут же бормочет он и отсаживается слегка назад, а потом перехватывает руки каору и опускает их над головой, снимает футболку, припадая к чужим губам. нагисе мало, он тянет икари ближе, но тот отстраняется и проводит языком по шее. каору прикрывает рот рукой, чтобы не издавать громких звуков. шея - его слабое место, и понял это он только сейчас, когда синдзи оставил на неё яркую метку. с удовольствием погладив её большим пальцем, икари про себя отмечает, что теперь её никак не прикрыть. это почему-то не смущает. вся неуверенность как будто спала. словно защитная стена разрушилась, и теперь им можно было творить всё, что вздумается. только негромко. то, что за стенами были другие люди, подливало масла в огонь. каору издал что-то, похожее на рык, схватил синдзи за заднюю часть шеи и перевернул, меняя их местами. у обоих горели глаза и высохли губы. целая ночь впереди.