Schuller di carte

      По крыше барабанил промозглый летний дождь, редкие машины ездили по главной дороге города, людей не было вовсе… Тэхен, издавая болезненные стоны, метался по кровати. …Парень 16 лет сидел у двери в свою квартиру в окровавленной толстовке, сжимая семейное фото… Сжимая ткань одеяла до побеления костяшек, он сильно хмурился, обливаясь холодным потом. Скрип двери и последующие шаги в его сторону. Пьяный малоразборчивый лепет и резкий рывок за капюшон вверх. Первый удар пришёлся в скулу, когда настиг второй — ему разбили губу… — Нет… Пожалуйста… — фантомное болевое ощущение обжигало кожу. Последующие удары приходилось в район рёбер, ног, рук и спины. Последнее что он помнит — удар в солнечное сплетение и резкая головная боль. «Приложил об стену» Ким резко сел на кровати и ухватился обеими руками за волосы, оттягивая их у корней. Гримасы боли, радости и ужаса слились воедино, обнажая звериный оскал и такой же нечеловеческий вой. — Тэ… Тэхен… — Токио прижал к себе Кима, уложив голову на свою грудь, — Это всего лишь сон. Всего лишь сон. — светловолосый парень как мантру повторял одни и те же слова, покачиваясь из стороны в сторону с грузом на руках, пока Ви цеплялся заледеневшими пальцами, что Токио с трудом выпутал из волос юноши, за его футболку.

***

03:15       Настенные часы, отбивающие свой ритм в тишине квартиры, сейчас раздражали до нельзя. После ночного кошмара Ви не смог уснуть, а потому встал и пошёл на кухню, заваривая себе кофе. Вслед за ним поплелся и Токио, присаживаясь на высокий барный стул. — Тэхен, сколько это будет продолжаться? — взяв красное яблоко, парень обхватил его двумя ладонями, — Тебе нужна профессиональная помощь. — Отъебись. — Выливая кофе из турки, Ким бросил гневный взгляд на своего сокомандника. — Я же хочу как лучше… — подняв ноги повыше, парень посмотрел на Ви, что гневным взглядом впился в разбитую у его ног чашку. — Не тебе, блять, решать, что мне делать и что для меня лучше — зло прошипел ему старший, глубоко в себе пряча агрессию. — Да послушай же ты! Сколько? Сколько это будет продолжаться? Твоя нервная система уже не выдерживает, Тэхен! Сколько ты будешь себя ещё мучать?.. — Токио прикрыл глаза и медленно начал расти рать подушечками пальцев виски. Из своих рассуждений его вырвал хриплый прокуренный голос. — Не трогай его. Потом сам решит что с этим делать — парень зевнул и достал шоколадное молоко из холодильника. — Шуга, не смей мне указывать! Ты видишь что он… — резкая пощечина последнего жаром разошлась по припухшей щеке. — Я понял. — Умница — щелчок зажигалки и тлеющий кончик сигареты начал мелькать в темноте от одного человека к другому. Ви и Шуга медленно раскуривали табак, едкий дым которого расслаблял и одновременно раздражал чувствительные рецепторы, и обсуждали новый заказ.

***

22:30 Тэхен не спеша заходит в Белладжио и осматривает холл. Взгляд зацепился за новенького охранника. Ким поднёс руку ко рту. — Шуга, какого хера? — прошипел Ви. — Ты о чем? — цокнув, ответил старший. — Тут новенький охранник. Нет, он конечно чертовски красив и горяч, но о нем то мы ничего не знаем! — Сука. Подойди к нему ближе и спроси что-нибудь. Мне нужно знать его имя и фамилию. — И как ты это себе представляешь?! — Тэхен чуть повысил голос, а тот самый охранник быстрым шагом подошёл к нему уложил руку на спину. — С Вами все в порядке? Вам помощь не нужна? — мужчина вперился своими графитно-чёрными глазами в глаза цвета бистр. И Ким Тэхен безбожно залип на этого парня. На вид он был не старше 24 лет; удивительно крепкое тело, что чувствовалось через пиджак; иссиня-чёрные волосы, а на шее татуировка дракона, что слегка выглядывала из-под ворота рубашки. Несмотря на всю пафосность этого человека, пухлые розовые губки и глазки-пуговки наталкивали Кима на мысль о том, что этот парень похож на пугливого крольчонка. Ну не милашка ли? И конечно же бейдж, на котором красовалось «Чон Чонгук». Чёрным по белому. Мысленно ударяя себя по лбу, Тэхен мягко отстраняет руку парня со своей спины, нежно улыбаясь. — Нет, милашка, все в порядке. — в динамике послышался хриплый заливистый смех, сам «милашка» выгнул бровь в недоумении. Чонгук наклонился к кимовскому лицу и заглянул в глаза старшего, толкаясь юрким языком в свою щеку. — Милашка? — Чон ухмыльнулся — Думаю именно я скажу это, когда буду трахать тебя. Тэхен так и застыл на месте, провожая взглядом чужую крепкую спину.