Брачный контракт

Утром я проснулась совершенно разбитой. Пол ночи ворочалась, пытаясь уснуть, а вторую половину мне снились кошмары в исполнении Каренина. Да и ещё одежда...терпеть не могу спать в одежде! Но вариантов не было. И вообще разбудил меня даже не собственный будильник, а звенящий телефон на другом конце кровати. Каренин. Руки непроизвольно дернулись вниз по телу, ощупывая непривычную, но столь нужную ткань. Все на месте. Ну и глупости в голову с утра пораньше идут. Пока я тянулась за собственным телефоном, Каренин бросил едва слышное «доброе утро» и скрылся в ванной. Шесть утра. Изверг. Я так и осталась лежать под одеялом, старательно пытаясь уснуть и дать себе лишний час сна. Не вышло. Будущий муженек, к счастью, быстро оделся и свалил в рассвет, оставив меня одну. Ладно. Пора на разведку. Еще какое-то время поизображала из себя статую, убеждаясь в том, что в квартире стоит тишина. Из-за разбитого состояния идти на пробежку не было никакого желания, поэтому я отправилась на обследование территории. Каренин вчера, конечно, провел обзорную экскурсию, но в ее время меня по большей части потряхивало, так что некоторое время я потратила на разведку. На кухне обнаружился забитый под края холодильник, так что план нарисовался довольно быстро – позавтракать, собраться и отправиться в офис, разгребать дела. Но все как обычно пошло по одному причинному месту. Твою ж мать! Вот стою я, одетая, накрашенная, собранная. Даже пыхтя, нацепила босоножки, добрых пять минут застегивая их, и только прикоснувшись к ручке двери понимаю, что мне никто не отдал ключи от машины. Как и ключи от квартиры, которые не обнаружились на столике у двери. Пришлось доставать новый телефон и звонить Евгению. Правда на звонок никто не ответил, но в дверь постучали и уже через несколько секунд она открылась. - Доброе утро. - Кому как. Не знаешь где ключи от моей машины? - Видимо Максим Александрович Вам не сообщил? - Не сообщил что? - бросаю косой взгляд на телефон и раздраженно убираю его в сумку. - я опаздываю, где ключи? - Машину отогнали с утра в сервис. - Должны были в выходные! - Приказ Максима Александровича, - он пожимает плечами, - Машина ждёт внизу. Чертов. Гребанный. Каренин. - Ладно. Ключи от квартиры? - Я закрою и отдам Вам. Гребанный Мерседес! — Это что еще? – весьма хмурым взглядом провожаю протянутую папку, строя из себя святую оскорбленность необходимостью сидеть на пассажирском сиденье сзади - Не велено смотреть. Ну класс. В папке обнаружилась отредактированная версия брачного договора, конверт с банковской картой и карточка с приглашением на ужин-вечеринку в честь открытия какого-то ресторана. Каким-то чудом удаётся разминуться с Игорем, что заходит в офис минутой ранее, пока я, ворча, оглядываюсь по сторонам из окна машины. - Если нужно будет куда-то отвезти - звоните. Буду в течение пяти минут. - Лучше верни мне мою машину. Наверное, мне повезло. Хотя бы в том, что коллегия располагалась в офиснике и войти можно было не через отдельный вход, а через общий, не привлекая к себе внимания. Что ж. Пожалуй, я сохраню эту тайну до конца. Так и хочется увидеть лицо Каренина, когда он поймет, что… Какие глупости лезут тебе в голову, Ева. Глупые мысли и желание ему подгадить. Будем честны – Каренин козел, а я стерва. Сложно. Едва зашла в офис, сразу же окунулась в самый настоящий бедлам. Марш-бросок до кабинета затянулся на добрые полчаса и дверь я уже открывала с ноги, с трудом удерживая в руках четыре объемные папки. - Ненавижу четверги, - с шумом выгрузила папки на стол, опускаясь в кресло. - А обычно вторники. – Игорь крутанулся на кресле, отвлекаясь от работы. - Теперь ненавижу все дни, когда нельзя выпить. - Так в чем проблема? Пошли выпьем. - Сейчас утро. – горестно вздохнула, включая компьютер. - Ну вот, - рассмеялся, открывая верхний ящик стола и кидая притворно-грустный на покоящуюся там полупустую бутылку виски. - Алкаш. - Кто бы говорил. Как насчет пятницы? - Неплохая идея. Кого еще возьмем? - Можно Макса и Дениса. Кстати… Взмахиваю рукой, останавливая его и бросаю взгляд на мигающий стационарный телефон. Внутренний номер определяется еще до того, как раздается первый противный звонок. - Да, Олег Сергеевич? Сейчас подойду. Не особо тороплюсь, успеваю бегло проверить почту и, подхватив сотовый, выхожу из кабинета, направляясь в сторону кабинета начальника. Короткий стук и, не дожидаясь ответа, захожу во внутрь, здороваясь. - Присаживайся. Мажу взглядом по его лицу, рассчитывая варианты вызова. - Спасибо, что выручила в понедельник, - коротко улыбается и протягивает мне тонкую папку, - нам упал новый кейс. В Екатеринбурге. Не будет проблем? - Не должно быть, - не вру. Просто не знаю как буду договариваться с Карениным насчет командировок. Даю себе несколько минут на прочтение краткой справки, которую уже подготовил кто-то из помощников, и присвистываю. - Не хило, - только так можно охарактеризовать спор в арбитраже стоимостью почти в миллиард, - я одна? - А ты не справишься? – Олег улыбается одними глазами, - можешь брать кого хочешь, но и процент, соответственно, урежется. - Какой? - Десять. Присвистываю, усмехаясь. Не то, чтобы я нуждалась в деньгах, но какой дурак откажется от ста миллионов? - Когда заседание? - Через неделю. Мда. Неделя чертовски маленький срок, учитывая то, что у меня попросту нет свободного времени. Ладно, разберемся. - Снимешь с меня семинары до заседания? Иначе не успею. Суббота, понедельник и среда. Суббота в час, остальные с утра до половины двенадцатого. Он отвлекается на несколько секунд, всматриваясь в календарь на мониторе компьютера. - Могу забрать все, кроме субботней. Пересекаемся. - Спасибо. Я скину аудитории и задания. Остаток рабочего дня до обеда трачу на тщательное изучение нового кейса, скинув большую часть остальной работы на помощников. Всматриваюсь в схемы, черчу графики переводов денежных средств и особенно усердно проверяю сроки исковой давности и параллельно досконально изучаю всю сопутствующую информацию по процессу и сторонам. В районе обеда все-таки приходится отвлечься, предупреждая водителя о необходимости подогнать машину в течение десяти минут. Женя (язык не поворачивается назвать его Евгением) пунктуален. Передние стекла не тонированные, так что вижу, что он порывается выскочить из машины, и кривя лицо, сбавляю шаг. Лучше не скандалить с надзирателем в первый день. Но Каренин, конечно, та еще сука. Договорились же, что охрана по вечерам и в выходные, но нет, давайте отгоним мой любимый порш в сервис посреди недели! И чего пытается добиться? Бронированные двери и стекла сделать? Так они уже. Прослушку установить и gps подправить? Так я не дура – сразу же проверю машину. Тяжко. А дальше все по накатанной – мы заезжаем в торговый центр, а я тем временем успеваю прогуглить название открывающегося ресторана, чтобы определить откровенность и типаж платья, и не без радости узнаю, что ресторан открывает младшая сестра Даши. Полчаса ходьбы по магазинам с тенью за спиной, и наконец-таки блаженный уличный воздух и относительная тишина. И раздражение. А всего день прошёл. Даже половина. На заднем сиденье покоится два пакета. Новенькое платье и коробка с туфлями. Отсутствие машины, отсутствие обеда, тотальная загрузка, а теперь ещё вибрирующая без остановки сумка. И в завершении - нянька-охранник-водитель по имени Женя. - Останови машину. – мы едва успеваем отъехать от торгового центра. Выполняет приказ без проволочек, прижимаясь к обочине. - Дай паспорт, - тяну левую руку к нему, а правой уже открываю сумку и пытаюсь нащупать один из вибрирующих телефонов, попутно перенимая безропотно протянутый паспорт, - погуляй пару минут. И опять без возражений. Робот какой-то. Три из четырёх телефонов в сумке абсолютно одинаковые. Одна модель, один цвет, один чехол. Различаю их лишь по заставкам. На звонящем заснеженные горы и номер без названия контакта. И только телефон, врученный Карениным, отличается. Новая модель айфона в темно-синем цвете. - Ты когда-нибудь научишься решать проблемы днём сам? - зло вздыхаю, разворачивая паспорт охранника. Фоткался, очевидно, после армии. Бритый. Швецов Евгений Дмитриевич. Двадцать семь лет. Прописка Московская. Больше ничего интересного. Штампа нет, детей тоже. - Мне тут птичка нашептала, что заказ выполнен, - Лавандовский отвечает с задержкой, а я слышу на заднем плане бурление воды в кальяне при затяге, - и что она нашла что-то очень занятное. Птичка. И почему он дал ей такое прозвище? - Вытащи ее из Питера. Вырвусь на выходных. - Сделаю. Что-то ещё? - Швецов Евгений Дмитриевич. Найди мне всю информацию. Сейчас скину паспортные данные. Срочно. И купи мне три новых синих айфона. И четыре чехла. - отключаюсь и делаю фото, отправляя по мессенджеру, а после приоткрываю окно, - Садись. - Куда едем? - В Сити, - нетерпеливо постукиваю ногтями по экрану телефона, дожидаясь первого сообщения, что приходит через пару минут. А следом ещё десяток. - Сколько ты работаешь на Каренина? - Два года, - отвечает коротко, не отвлекаясь от дороги. - Сколько платит? - Двести пятьдесят в месяц. Хм. Недостаточно, чтобы купить его с потрохами. Прокололся ты, Каренин. - Я буду доплачивать тебе сверху ещё пятьсот. - дергается, на мгновение поворачивая на меня голову, - за молчание. - Я работаю на Максима Александровича, - отрезает четко и коротко, вновь обращая внимание на дорогу. - Миллион. - Евангелина Витальевна, - цедит сквозь зубы, сжимая руль. - Два. Или хочешь торговаться дальше? - Я не продаюсь. - Все в этом мире продаётся и покупается, - философски замечаю и не сводя с него взгляда, строчу сообщение Лавандовскому, - занятно. Говоришь, два года на него работаешь? - Да. - И что…не просил у Каренина денег на операцию для сестры, и он не предлагал? Идеальный способ купить чью-то жизнь. Да и расценки нынче на операции какие, - присвистываю, - пятнадцать миллионов вместе с реабилитацией. Да уж. Птичке хватило десяти минут, чтобы раскопать про моего надзирателя все, что нужно. - Я не нуждаюсь в подачках, Евангелина Витальевна. И жизнь не продаю, я работаю. - А я и не жизнь твою пытаюсь купить, а молчание, - улыбаюсь, дожидаясь пока он припаркует автомобиль, - видишь ли в чем дело, Женя. Мне этот брак, как и Каренину, никуда не упёрся. Ему нужна компания моего отца, мне - чтобы компания осталась в руках моей семьи. Это сделка. Долговечная, но шаткая. Дёргается. Прав был Тарас, когда говорил, что о фиктивности брака знают лишь некоторые. - Мне это знать ни к чему. - Ну почему же. – улыбаюсь, - Вопреки мнению, которое сложилось у тебя и однозначно сложилось у Каренина, я ноги перед мужиками не раздвигаю. Никогда. И видишь ли, очень люблю пользоваться тем, что меня считают тупоголовой шалавой, умеющей только бросаться деньгами и покорно стоять на коленях, делая качественный отсос. Матушка природа постаралась. И Каренин на этот образ попался в тот же самый миг, как меня увидел. А я…признаться честно, очень хочу дождаться того момента, когда он поймёт, что к чему. Потрясающее будет зрелище. - Я не понимаю о чем Вы, Евангелина Витальевна. - Это я о том, Женя, что Каренин даже не удосужился на мой паспорт взглянуть. Я не Разумовская, Женя. Нет, я, конечно, его дочь и наследница, но я не Разумовская, - демонстрирую ему адвокатское удостоверение в развороте. - У меня есть работа, клиенты и бизнес. И мне очень не хочется заставлять тебя выбегать из машины или отходить метров на десять каждый раз, когда мне кто-то звонит. А это случается постоянно. Именно поэтому я хочу купить твоё молчание. Полностью. Ничего из того, что ты услышишь от меня - фамилия, имя, прозвище, место или что-нибудь ещё не должно выйти за пределы и дойти до Каренина. Это основы этики и адвокатской тайны. И, само собой, Каренин не должен знать о том, что я имею деловые контакты с кем-либо. Так что, будем дальше торговаться или сойдёмся на прибавке в два миллиона рублей ежемесячно? - Евангелина Витальевна… - Ах да, забыла сказать. Операция твоей сестры уже оплачена и, - демонстрирую ему экран, - назначена на завтра. Считай, что я уже тебя купила, но…если ты откажешься счёт перевыставлять не буду. Считай, что это акт доброе воли. Подумай пока мне делают причёску.