Альтернативный конец 21 серии

Гет
NC-17
Завершён
19
автор
Размер:
5 страниц, 1 часть
Метки:
Описание:
При просмотре сериала я мечтала, чтобы эта сцена закончилась именно чем-то таким жарким, чтобы Сулейман поцеловал Хюррем прямо около этой двери, но, к сожалению, этого не произошло. К счастью, есть такая прекрасная вещь, как фанфики, где можно пофантазировать, поэтому я представляю вам свою версию этой сцены.
P.s. я еще не видела работ именно по этой сцене сериала. Заранее прошу прощения, если такое было, потому что фанфики по этому фэндому я не читала и тем более не писала уже почти 4 года😱
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
19 Нравится 2 Отзывы 1 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Рыжеволосая госпожа сидела в своих покоях на софе, задумчиво смотря в окно. По гарему ходили слухи, что сегодня ночью к Повелителю пойдет русская наложница Татьяна, которую совсем недавно привезли с Украины ему в подарок. Проходя по гарему часом ранее, Хюррем чувствовала на себе насмешки других наложниц, которые даже ни разу не были в покоях Повелителя, но так желали этого, выплескивая весь яд на бывшую конкурентку, и даже Махидевран не смогла пройти мимо и не сказать очередную колкость. Хюррем ждала Нигяр калфу, которую послала все разузнать, а пока, только убаюкав маленького Селима и наслаждаясь тишиной, вспоминала своё прибытие в это дворец. Нигяр калфа пришла спустя пять минут, и по её виду Хюррем сразу все поняла. - Госпожа, Татьяна готовится пойти к Повелителю, - проговорила Нигяр, и Хюррем тут же вскочила с софы. Она собиралась сорвать этот хальвет, но не собиралась повторять ошибку Махидевран, стараясь отсрочить совместную ночь Повелителя и этой русской рабыни Татьяны, тем самым ещё больше подогревая интерес Сулеймана к ней. Хюррем собиралась целиком отбить у него желание проводить ночь с этой и другими женщинами. Она подошла к огромному шкафу в своих покоях и открыла дверцу, приподнимая шелковые ткани, лежащие прямо перед ней, и доставая оттуда кинжал, который однажды она попросила купить Сюмбюля-агу на базаре. Рыжеволосая госпожа сняла чехол и осмотрела клинок в свете лучей ламп. Он был настолько острым, что боль от него сразу и не почувствуешь. Хюррем двинулась к выходу из своих покоев, в то время как испуганная Нигяр нехотя попыталась её остановить. - Госпожа, вы куда? - прокричала калфа вслед уходившей девушке и выбегая за ней. - Госпожа, не нужно! Хюррем молнией промчалась по коридорам дворца, остановившись, только достигнув Золотого Пути. Около покоев Повелителя как всегда дежурил Ибрагим ага. Хюррем подошла к нему, улыбаясь. - Ибрагим ага, мне необходимо встретиться с Повелителем, - сладко пролепетала Хюррем. Мужчина с уставшим лицом повернулся к ней, готовый начать читать свою мантру о том, что к Повелителю нельзя приходить просто так, и что госпоже стоило бы уйти. - Хюррем хатун, - Ибрагим будто бы специально выделил последнее слово, стараясь ещё больше задеть девушку, - Повелитель сегодня будет не один. Скажи мне, и я передам Султану твои слова. - Мне нужно встретиться с ним лично, - повторила Хюррем. - Но ладно, тогда приду завтра, - сказала она и слегка развернулась. Ибрагим ага сразу успокоился и отвернулся, делая шаг в сторону. Хюррем, не медля ни секунды, проскочила между ним и стеной в образовавшуюся щель, под крики Ибрагима, который безуспешно попытался докричаться до неё. Хюррем зашла в покои Повелителя. Он стоял к ней спиной, сложив руки позади в замок. Она услышала, как он вздохнул и обернулся к ней, замирая с выражением разочарования и непонимания на лице. Внутри Хюррем рухнуло все. Она знала, что он ждал тут вовсе не её, а эту рабыню Татьяну в извечном голубом платье, которое уже успело так надоесть госпоже. У неё сложилось ощущение, что ей просто забыли платье сменить перед хальветом. - Хюррем? - спросил Сулейман, удивленно приподнимая брови. Девушка слегка поклонилась со словами: "Повелитель", - а затем гордо подняла голову, приближаясь к султану. Она встала ровно напротив него на расстоянии полуметра, смело смотря ему в глаза. Хюррем встала на колени, целуя полы его одеяния. Она не видела его взгляда сейчас, но отчётливо понимала, что он бы не в состоянии понять той ошибки, которая сейчас происходила. Он не мог понять того, почему к нему пришла мать троих его детей, а не наложница, которую привезли ему в подарок, и которая понравилась ему. Хюррем снова поднялась на ноги и взглянула в его глаза, а затем быстро провела руку к своему боку и достала кинжал, снимая ножны и откидывая их подальше на пол. Она направила кинжал прямо на него, в область его груди, с ненавистью смотря на него, ничего не понимающего, и ожидая его реакции. Он явно был в шоке, но, как всегда, старался не показывать этого, принимая обычно холодное выражение лица. - Хочешь убить меня? - в том, как он произнес эту фразу, Хюррем услышала легкую усмешку, неуловимую обычному человеку, общавшемуся с султаном Сулейманом в первый или даже второй раз. Хюррем смотрела на него, и её глаза были наполнены ненавистью и в тоже время безграничной любовью к нему. Он же смотрел на неё свысока, зная, что она не сумела бы убить его или, тем более, причинить вред себе. Но как же он ошибался... Уголки её губ слегка дернулись в улыбке, и Хюррем перевернула кинжал в его сторону рукоятью, крепко хватая его за острое лезвие, через пару секунду ощущая жжение и липкое тепло в ладони. - Ты принимаешь у себя других женщин. Мое сердце разрывается, Сулейман, - процедила госпожа, выделяя отдельно каждое слово. Повелитель нахмурился, понимая к чему идет все это представление. Он не желал обсуждать это со своей наложницей, хоть и самой любимой из всех. - Сделай милость, - продолжила Хюррем, - убей меня. Убей. Сейчас. Сулейман опустил взгляд на её руку, в которой накапливалась кровь, потихоньку скатывающаяся по её нежной коже и капающая прямо на ковер. Он понимал, что ей больно сейчас, но также понимал то, что еще больнее ей было от его измен, но она не имела права вот так врываться в его покои и нарушать его покой. Мужчина снова поднял на неё свой суровый взгляд. - Что ты делаешь, Хюррем? Что все это значит? - с отвращением спросил Сулейман. - Я молчала, старалась не проявлять неуважения к тебя. Клевету и даже ссылку ради тебя терпела. Так почему ты такое допустил? - спросила она. - Ты читаешь мне стихи о любви, а принимаешь здесь других женщин. Объясни, что это за такая любовь? - она слегка помедлила. - Я молча умираю каждый день, стоя за этой дверью. Так возьми этот кинжал и закончи мои муки. По щекам Хюррем покатились уже не сдерживаемые слезы. Сулейман гневно смотрел смотрел то на неё, то на её руку. Обстановка явно накалялась, но ни один из них и не собирался давать хоть малейшую слабину. Сулейман схватил Хюррем за руку, причиняя ей боль, своим захватом, и забрал кинжал из её ладони, на что девушка зашипела от пронизывающей боли. Повелитель долго с отвращением смотрел на рану на её ладони, прежде чем яростно оттолкнуть ее от себя. - Как ты посмела высказать мне все это? Откуда эта дерзость в тебе? - негодующе спросил Сулейман. - Эта дерзость исходит о любви и моей преданности, - заявила Хюррем. - Я здесь, чтобы отдать тебе свою жизнь. Если нет любви, то и меня нет, Сулейман! - Кажется, ты не в себе, Хюррем. Не пытайся испытывать мое терпение, - ставя точку на этом разговоре, он хотел было отвернуться, но девушка буквально остановила его, продолжив говорить. - Сжалься надо мной, я тебя умоляю! Либо ты сам сейчас решишь мою судьбу, либо я сама подвергну себя ссылке! Мне надо услышать только одно твое слово... - Ты осознаешь, что говоришь, Хюррем? Что значит, подвергну себя ссылке? - спросил Сулейман и пошел в сторону своего стола, оставляя на нём нож. Он взял белый шелковый платок и, отдав его Хюррем, снова отошел к столу, поворачиваясь к ней спиной. Больше слушать ничего он не хотел. Сулейман стоял, рассматривая ее кровь на кинжале, пока Хюррем снова не заговорила, перевязывая свою руку и даже не смотря на него. - Ты знаешь, что на мою долю выпало немало страданий. На этот раз я уеду сама, - заявила она, завязывая узелок на ткани, и поднимая свой гордый взгляд. Сулейман повернулся к ней вполоборота. - Это очень тяжело, но гораздо тяжелее лишиться гордости. - Хюррем, берегись, - протянул Повелитель, угрожая. - Ты уже переступила опасную черту. Для меня позор даже то, что я позволяю себе слушать тебя. Уходи и займись детьми; оставь меня одного! - Одного? - усмехаясь, переспросила Хюррем. - Или в объятиях той рабыни, что тебе подготовила Валиде Султан? - Сулейман вновь обернулся к ней. - Мне все известно! Гюльнихаль, Махидевран... Даже Садыка, что с Хатидже уехала, была здесь. И сейчас за дверью ждет наложница! Сулейман резко сорвался с места, хватая её за руку и ведя к выходу из покоев. - Замолчи! - в порыве гнева прокричал Сулейман, прижимая Хюррем к поверхности двери. Больше он точно был не намерен терпеть выходки этой женщины. - Меня невозможно равнять с другими, - заявила она. В этом он с ней был согласен: таких непокорных женщин у него ещё не было. - Пусть Махидевран терпит, я не стану! Сулейман долго и пристально смотрел на неё, а в его глазах бушевал такой огонь, которого Хюррем никогда еще не видела. - Что ты решил? - неуверенно спросила госпожа, уже даже успев отчитать себя за то, что вообще сунулась сюда. Он попыталась уйти из покоев, чувствуя себя униженной, пока её окончательно не выгнали и не растоптали все её чувства. Но Сулейман резко схватил её за здоровую руку и снова прижал к двери. Хюррем попыталась отбиваться от него, когда почувствовала, как его губы грубо целуют её. Не то чтобы ей хотелось, но шла она сюда не для этого. - Нет, остановись! - сказала она, чувствуя, её по телу расплывалось знакомое тепло. Сулейман еще сильнее вжал её в поверхность двери, продолжая яростно целовать. Он знал, что ему не нужно её молчаливое согласие, чтобы его язык ворвался в её рот, поэтому без всякого разрешения, чувствуя только то, как точно также напористо она отвечала ему, мужчина целовал её, начиная расстегивать её корсет. Хюррем застонала, когда губы Повелителя нашли её самую чувствительную точку на шее. - Я не для этого сюда пришла, - прошептала госпожа. - Я знаю, - сказал Сулейман, поднимаясь к её уху и закусывая мочку, заставляя вновь простонать. - Я люблю тебя, - вновь прошептала Хюррем, - и ненавижу себя за то, что так сильно люблю тебя. На этот раз мужчина остановится, чтобы посмотреть в её глаза. - Я знаю, - Повелитель отпустил её, давая свободу действий, и Хюррем обняла его за шею, притягивая к себе, чтобы его губы вновь соприкоснулись с её. - Ты не представляешь, как мне больно от того, что сюда приходят другие. Я не могу делить тебя с ними. Я не смогу принять и понять этого никогда, - между горячими поцелуями и расстегиванием пуговиц на халате Повелителя, прошептала Хюррем. - Больше не будет других. Я люблю тебя, - заявил Сулейман, стягивая с девушки платье. Рыжеволосая госпожа не была до конца уверена в том, что в этих словах была хоть капля правды, но и в этот раз она решила довериться ему. Упав на ложе, девушка обхватила мужчину ногами, и он тут же ворвался в неё. Здесь не было места любви и нежности, как в их первый раз, который она никогда не забудет. Это был дикий, яростный секс, единственной целью которого было доказать, кто кому принадлежит. Жар внизу живота Хюррем распалялся еще сильнее, разливаясь и полностью наполняя её тело. Кожа Повелителя становилась сырой и скользкой от пота, а сам он громко стонал ей на ухо. Госпожа подавалась навстречу его движениям, царапая спину и оставляя небольшие укусы на его плече, заживляя их языком. Она застонала сильнее, когда темп, казавшийся уже до предела невозможным, стал еще быстрее. Все её мышцы напряглись, когда она приблизилась к той самой разрядке; её руки сжались вокруг шеи Сулеймана, и она, наконец, шагнула за край удовольствия. Она дрожала, когда вернулась к реальности, полностью истощенная, заметив, что лежала под покрывалом, а Повелитель прижимал её к себе и гладил по растрепавшимся волосам. Хюррем быстро отрубилась. Ночью она спала беспокойно, постоянно видя во снах то Махидевран, то Садыку, то Татьяну. Все они смеялись, глядя на неё, на то, какой же жалкой она была, после чего рыжеволосая госпожа просыпалась, долго смотрела на мирно спящего Повелителя, который обнимал её и прижимал к себе и думала, что опять поддалась своей слабости, ничего не сумев исправить. Под утро, проснувшись, но стараясь не подавать вида, Хюррем услышала, как Повелитель шепотом разговаривал с одним из Пашей своего Совета. Она слышала отрывки фраз по типу закон, гарем, распустить, жалование, выдать замуж, но собрать воедино те слова, которые были сказаны шепотом и разносились по огромным покоям, она не могла. Только когда Паша ушел, Хюррем показала то, что уже не спит, и Сулейман сел рядом с ней на кровать. - Ты давно проснулась? Все слышала? - улыбнулся Повелитель. - На самом деле нет. Я не смогла разобрать шепот. Случилось что-то серьезное? - спросила Хюррем. - Я принял решение распустить гарем. Указ будет подписан сегодня вечером, - сказал Повелитель, наблюдая за тем, как на лице Хюррем расцветает улыбка. Она тут же бросилась в его объятиях. - Это правда? Ты пойдешь против многовековых традиций, о которых всегда говорил мне? - спросила девушка, стараясь удостовериться в его словах. - Ты - госпожа моего сердца, Хюррем. И я не могу смотреть, как твое разрывается от боли. Поэтому да, это решение принято, и больше никто не посмеет его обсуждать. Хюррем обняла Повелителя, и он тут же, не желая больше терять ни минуты, поцеловал её. Они дарили друг другу всю ту нежность и любовь, время который подошло именно сейчас, делая это утро ещё прекраснее.
Примечания:
К сожалению, это совершенно не значит, что автор вернулся, но я и правда постараюсь радовать вас больше🙏❤
Сейчас у меня совсем нет времени на писательскую деятельность, но я все-таки стараюсь иногда черкнуть пару строк.
Как всегда жду отклика от вас в комментариях и щедрость в оценках😅😘

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Великолепный век"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты