разбиваясь о скалы

Лера уходит из зала в душ. Сергей опускает крышку ноутбука и оборачивается к Олегу. Он всегда смотрит на него украдкой, любуется широкой спиной, крепким задом, мускулистыми бедрами. Следит за каплями пота, сбегающими по лицу, и мечтает слизать одну кончиком языка. Проверяет во время тренировок, как парирует Лера его удары, и прячет улыбку — все-таки Олег умеет учить, как бы ни отнекивался. — Девочка готова выйти на улицы, — говорит Олег. — Что? — осекается он, наткнувшись на взгляд Сергея. — Ничего, — отвечает тот. — Подойди-ка. Олег, нахмурившись, делает к нему шаг. Сергей подманивает его, жестом просит наклониться, и Олег бездумно подчиняется ему — всегда сначала сделает, что пожелает Сергей, а потом засомневается, стоило ли; теперь, конечно, ясно — лучше бы он научился отказывать… Но сейчас Олег наклоняется, и Сергей кладет ладони ему на загривок и целует жесткие губы. Колется щетина на подбородке Олега. От него горько пахнет, и это будоражит сильнее любого афродизиака. — Не сейчас, — пытается отстраниться Олег, но Сергей крепче сцепляет пальцы на его шее. — Сейчас, — спорит он. Он уже почувствовал, он уже дотронулся — а значит, Олег нужен ему в сию же секунду. Нужны его крепкие ладони на бедрах, его укус на губах. Чтобы он усадил к себе на колени и сжимал задницу, пока Сергей торопливо вытаскивает его член из спортивных штанов. — Девочка… — напоминает Олег. — Уже совершеннолетняя, ничем мы ее не удивим. Ты больше на болтовню тратишь времени. Не сопротивляйся. Сергей, не отпуская Олега, встает с кресла, прижимается к нему всем телом. Футболка Олега мокрая от пота между лопатками. К груди Сергея прижимается кулон-клык. Олег шумно выдыхает. Его пальцы ложатся на талию, вбиваются, как поршни, в кожу, в мышцы, и Сергей упивается этим ощущением. Он поднимает голову. Хочет поцелуй. Хочет всего. Ему никогда не надоест изучать тело Олега, его реакции. Он знает его всю жизнь — и не знает одновременно, постоянно пытается выковырять из-под его панциря больше эмоций, больше неосторожных слов. Олег вдруг легко сдвигает его в сторону и наклоняется к ноутбуку. — Я же сказал — не сейчас, — недовольно говорит он, открывая ноутбук. Набирает пароль и разворачивает окно с камерами внешнего наблюдения. Сергей, скрестив руки на груди, пытается унять сердцебиение, засунуть свое желание подальше. Но все равно кладет ладонь на задницу Олега, стискивает твердую округлость. Пусть не делает вид, что не хочет. Лера, хоть и старается всегда побыстрее убраться из их логова, все равно собирается непозволительно долго. Шумит фен. Сергей отходит к окну. Гулко отдается в висках биение крови. Он может думать лишь об Олеге, он все еще ощущает его запах, хочет его губы — на своих. Ловит свое отражение на стекле — зрачки расширены, волосы растрепаны. Оттягивает ворот рубашки и расстегивает первые несколько пуговиц. — Я ушла, — звонко говорит Лера. Сергей, повернув голову, улыбается ей. Олег идет вместе с Лерой к двери. Словно нарочно медлит. Что-то тихонько втолковывает ей — теперь издалека не разобрать, что он говорит, голос его едва ли когда восстановится. И наконец защелкивается замок. Сергей оборачивается. Под светлыми брюками прекрасно видно, что он уже почти готов. Олег, спрятав руки в карманы, прислоняется к дверному косяку. — Ну и что это было? — спрашивает он. — Не мог подождать пятнадцать минут? — Хватит. Просто подойди ко мне и… — Сергей облизывает губы. — И что? — улыбается Олег. Ему так не хватало этой улыбки. Если бы его сдержанная нежность всегда была рядом, то жизнь бы сложилась по-другому. Эта скала нужна Сергею на всех уровнях: телесном, эмоциональном, — чтобы сдерживать волны его безрассудства. Сергей расстегивает оставшиеся пуговицы на рубашке. Почти физически ощущает, как скользит взгляд Олега крест-накрест по шраму. Олег идет к нему, берется за края футболки, но Сергей останавливает: — Нет. Оставь. Хочу так. Он тут же укоряет себя. Звучит, будто он не хочет видеть следы от пуль на теле Олега. А он всего лишь желает уткнуться носом в серую ткань его футболки, а потом — чтобы она касалась чувствительных сосков, чтобы тереться об одежду Олега перед тем, как прижаться к его горячей коже. Олег все же не удерживается — сглатывает. Выдает себя. Он делает последний шаг навстречу Сергею. Подцепляет пальцами за шлевки брюк и тянет к себе. — Хочешь, чтобы я тебя раздел? — тихо спрашивает он. Членом Сергей касается его бедра. — Да. Хочу быть перед тобой голым. Сергей смотрит в его темные глаза. Почти дрожит — так на него действует близость Олега, его спокойное лицо, уверенные движения. Олег проводит ладонями по его бедрам. Расстегивает пуговицу на брюках. Подцепляет язычок молнии. И все это — не отрывая взгляда от глаз. Движения его четкие, на лице не дрогнет ни один мускул. Сергей дотрагивается до него — ведет ладонями по твердому животу, по широкой груди. Обвивает руками шею. — Ты ведь тоже хочешь, Волч, — шепчет. — Хочешь меня раздеть. — Люблю твои наряды, но без одежды ты мне больше нравишься, — отвечает Олег, улыбаясь одними глазами, и Сергей наконец его целует. Олег расстегивает ширинку, тянет брюки вниз вместе с дорогущими трусами. Жесткие ладони ложатся на ягодицы, стискивают, и внизу живота скручивается пружина. Хочется повиснуть на его шее, пока он изучает изгибы и углы тела, отдаться его воле; и одновременно — прикусить, прижать, повалить на пол и сказать: сегодня я сверху. Все время рвет между двумя полюсами, между двумя противоположными желаниями, а Олег знай себе делает, что ему нужно — подхватывает под ягодицы, чтобы Сергей обвил его талию ногами. Так и в этот раз — Олег несет его, голого, к стене, где поменьше спортивных снарядов; до спальни слишком далеко. Шепчет: — Где твой коврик для йоги, когда так нужен? Сергей проводит языком по его шее, слизывая горький пот. — В прошлый раз ты забыл его в ванной… Его перемыкает: хочется снова, чтобы скользкие от мыла руки Олега вели по телу, между ног, и чтобы он вжимался крепким членом сзади; но у Олега другие планы — тихо говорит: — Давай ко мне на колени. Сергей с готовностью усаживается к нему на бедра, лицом к лицу; любит так еще с подросткового возраста, когда украдкой, когда наспех; сейчас садится, голый, разгоряченный, к обманчиво расслабленному, одетому Олегу. Тот проводит по ногам от колен вверх, по голому животу и груди. Сжимает соски и усмехается, когда Сергей прикусывает губу. Знает ведь наизусть, наперечет каждую реакцию, а все равно смотрит в лицо изучающе, словно проверяя. Сергей ерзает, пока Олег усаживается удобнее, прислоняясь к стене. Подбирается повыше. Трут по бедрам тренировочные штаны, задевает ткань самую нежную кожу. Олег кладет два пальца, указательный и средний, ему на губы. Сергей приоткрывает рот. Он хотел немного другого, но желание Олега важнее. Его пальцы скользят в рот, и Сергей облизывает их. Другая рука Олега мнет зад, грубо стискивает ягодицу, оттягивает в сторону. Сергей сжимает его через ткань спортивных штанов — горячий даже через одежду. Твердый. Прошлой ночью так медленно, медленно входил… Сергей обхватывает ртом его пальцы до костяшек. Знает, что будет дальше. Олег смотрит из-под полуприкрытых век, откинув голову назад. Вытаскивает пальцы. Сипло говорит: — Кончишь на пальцах? Если не буду трогать? Сергей сглатывает. — Попробую. Только ты тоже должен постараться. Он кладет ладони на плечи Олегу. Тот, не отрывая взгляда, заводит руку назад. Жесткие подушечки пальцев тычутся между ягодиц. Касаются сжатого отверстия. Надавливают — и без промедления сразу внутрь. Сергей выдыхает. Другую руку Олег держит на его талии. Спокойный. Лезет глубже, до костяшек. Насаживает полностью — и останавливается. Сергей дышит. Чуть опадает — пальцами он не любит, нет давящего ощущения близости. Но не притрагивается к себе. Олег же сказал, чтобы без прикосновений. А у него — очертания вставшего члена четкие под одеждой. Кайфует, проникая внутрь. Сергей точно знает. Видел, как меняется его лицо, как встает у него, когда он вставляет хоть один палец. Любит быть внутри. Внутри него. — Олег, — тихо, сбивчиво. — Можно хотя бы тебя… — Подрочи мне, — велит Олег. Сергей, облизывая одну ладонь, второй оттягивает резинку штанов. Обхватывает через трусы. Сейчас, дорогой. Подожди. Олег чуть двигает внутри него пальцами, оттягивает ягодицу свободной рукой. Сергей берет его член в кольцо пальцев, проводит вверх-вниз — и следит, как Олег, приоткрыв рот, втягивает воздух. Он сейчас начнет улетать. Сергей знает, как он любит, как ему нужно. Поэтому сам чуть меняет положение, чтобы его пальцы входили под нужным углом, чтобы долбили в нужную точку. Ерзает, устраиваясь удобнее. Не забывает провести еще пару раз вверх-вниз. Член Олега заставляет его рот наполняться слюной. Может, прямо так… Сухо, да, но встать с его колен и уйти за смазкой невозможно. Сергей борется с собой, скользит кулаком по твердому, ровному, оттягивает кожу с темной головки. Любит его член ощущать в ладони, во рту, в себе. Нет, пальцев — мало. — Олеж, — снова шепчет он, — растяни побольше… Он понимает. Усмехается едва заметно. Прищипывает ягодицу, отвечает: — Точно? Может, все-таки… — Нет, — перебивает Сергей. — Здесь. Сейчас. Олег его не жалеет. Втискивает четыре пальца, хотя распирает, хотя тяжело, но Сергей сам этого хочет. Прикусив губу, терпит. Сплевывает себе на ладонь и полирует член Олега. Надо больше слюны. Пока здесь так терпко, так тесно, надо ловить момент. Он наклоняется. Целует Олега — как упоительно он прикусывает нижнюю губу, как охотно пускает к себе в рот язык. Сергей прижимается к нему грудью. Чуть приподнимается на коленях, а Олег все проникает в него пальцами до самых костяшек. Отстранившись, шепчет: — Перевернись. Сергей, напоследок мазнув его губами по чуть колючей щеке, подчиняется. Садится к нему спиной. Смотрит вниз, на поджатые пальцы ног Олега. Тот, взяв его одной рукой за талию, тянет на себя. Приставляет головку между ягодиц. По спине проходит дрожь. Еще немного — и войдет. Уже надавливает. Сергей ладонями опирается на его колени. Глубоко вдыхает. Давай, Волк, давай уже… Головка большая, кажется больше пальцев. Давит. Тяжело проходит — но дальше проще. Сергей выдыхает. По позвоночнику скатывается капля пота. Олег за талию опускает его ниже. Дрожа всем телом, Сергей подчиняется. Садится на его член медленно, но не позволяя себе останавливаться. Насаживается до конца. Олег гладит его по спине и бедрам. — Ты сам хотел, — напоминает. — И сейчас хочу, — шепчет Сергей. Он чуть приподнимается, выпуская на сантиметр, не больше — и снова садится. Нужно привыкнуть, заново привыкнуть к распирающему чувству. Олег его не торопит. К яйцам прикасается ткань его спортивных штанов. Сергей чувствует его руку в своих волосах — положил ладонь на затылок и поглаживает пальцами. — Все еще кончить без прикосновений? — находит он в себе силы спросить. — Попробуй, — отвечает Олег. Сергей смахивает пот со лба. Для таких подвигов надо больше смазки. Чтобы хлюпало. А не так, спонтанно, насухую… и все же он старается. Закрывает глаза. Руки Олега скользят по его телу. Одной оттягивает сосок, второй — гладит бедро. Сергей понемногу приподнимается, ищет нужное положение. Изгибает поясницу — и наконец член Олега входит так, как нужно, до искр из глаз, до стона. Член уже не такой мягкий. Пытаясь сохранить это ощущение, Сергей плавно покачивается на нем, так, чтобы давило на простату, чтобы раз за разом разливалась по телу волна удовольствия. Взяв запястье Олега, он тянет его руку к шее — сожми, сделай хорошо. Пальцы Олега гладят кадык, скользят по горлу. Раньше он брал длинные волосы в кулак и тянул за них, теперь — проводит по коротким прядям и сразу касается спины между лопаток, талии. С его губ не слетает ни звука, ни стона, ни выдоха, он тихий, только руки касаются тела, каждый миг — по-новому, то ласково, то сожмут, стиснут кожу. Кончики пальцев подбираются к паху, к коротко стриженому лобку — снова отросла жесткая медная щетина. Сергей на миг задерживает дыхание. Олег задевает ребром ладони член. Стоит его попросить — и возьмет в руку. Но Сергей молчит. Хочет, чтобы Олег начал терять контроль. Сергей изгибается в пояснице — знает, как нравится Олегу смотреть на него. Тот кладет ладони на талию, насаживает на себя глубже, чем привык уже Сергей. Екает в груди. Олег толкается бедрами вверх, перехватывает инициативу. Хочет быстрее, рвано. А руки его все равно поглаживают нежно, словно живут отдельной жизнью. Сергей фиксируется на этих прикосновениях. Олег может запросто свернуть шею, отправить в нокаут, но до Сергея всегда дотрагивается с осторожностью, чтобы не причинить боль. Только если он сам не попросит. Он все же не выдерживает — шумно выдыхает сквозь зубы. Сергей уже может только подчиняться ему, его бешеному темпу, пытается сохранять равновесие. Долбит внутри на грани с болью, словно до самого горла, но одновременно поджимаются пальцы и скручивается тягуче внизу живота. Он хочет коснуться себя. Еще больше хочет, чтобы Олег весь содрогнулся, простонал, кончая в него. Сергей берет его за руку, и Олег стискивает его пальцы. Притянув к себе, Сергей целует его костяшки и прижимает его руку к щеке. Закрывает глаза. Олег обхватывает его за талию, дергает бедрами вверх еще пару раз, шумно выдыхает — для него все равно что стон; и прижимается к спине грудью, обхватив так крепко, что дышать невозможно. Застывает в сладкой судороге. Сергей не двигается, только чуть склоняет голову в сторону, чтобы прижаться носом к его ладони, чтобы чувствовать ее металлический запах, въевшийся от частых занятий со штангой. Не удерживается и проводит языком, самым кончиком — быстро, воровато. Олег осторожно вытаскивает член и шепчет тут же: — Иди сюда. Сергей проворно переворачивается в его объятиях, прижимается к груди. Олег сползает на пол, обнимает его всеми конечностями. Тычет губами в лицо, плечи, лезет пальцами между ягодиц. Он весь взмок, вся футболка в темных пятнах пота, блестит лицо, и Сергей не отказывает себе в удовольствии — проводит языком по горькому виску. Его трясет от нежности Олега, от его жажды прикосновений. Он каждый раз словно благодарит за короткую вспышку оргазма поцелуями, объятиями, всем своим огромным телом. Обхватывает член ладонью, и Сергей пытается не заскулить, но все равно получается жалобный звук — стоит уже до боли, очень надо, Волк, так надо… Олег переворачивает его на спину, на жесткий пол, нависает сверху. Целует, подложив ладонь под затылок, и ласкает, пока Сергей лезет руками ему под футболку. Всегда сжимает так, как нужно, словно это его прикосновения определили стиль дрочки, а не Сергей показал, как любит, еще много лет назад; всегда целует — в губы, скулы, горло. Сергей обнимает его за шею, всхлипывает, вскрикивает; не сдерживается, ему никогда не страшно отпустить контроль, заорать на всю комнату, отдаться моменту на полную. И Олег быстрее подводит его к краю, прижимаясь к губам.