Как все вмиг посерело

Джен
NC-17
Завершён
11
Пэйринг и персонажи:
Размер:
6 страниц, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
11 Нравится 7 Отзывы 1 В сборник Скачать

Не знаю

Настройки текста
Примечания:
Вдох. Я открываю глаза. Не знаю, реальность ли вокруг меня или нет. Белая комната, белые стены, белое небо и белый я. Не знаю я, выберусь ли когда-нибудь. А надо ли оно мне? Ради кого мне выбираться? Олега нет, он мертв. Я просто обманывал себя, просто закрывался от всего мира, думая, что он жив. Я ужасный человек, отвратительный. Я убивал тех людей, я сжигал их души. Я монстр, чудовище, все, что я заслуживаю, так это гнить здесь. Мне нет прощенья, я отвратительный человек. Что бы сказал Олег? Точно не похвалил бы за хорошую работу. Как я мог быть так глуп? Как я мог не заметить подмены? Зажмуриваюсь. И вновь открываю глаза. Со мной говорят врачи, но я не отвечаю. Кажется, я ни с кем не разговариваю. Кажется, я вообще не разговариваю. Или говорю. Может, я кричу во сне, а может, и нет. Я ничего не могу сказать точно, я не верю никому. Ни людям, ни тем более, себе. Как я могу верить себе, если я даже не знаю, что реально? Я реален, наверно, а все вокруг меня? Реально ли оно? Реально ли то белое небо, реален ли тот шум воды снаружи, реально ли все это? Врачи говорят, что я буйный. Что в меня пихают таблетки, чтобы успокоить. Может, это все птица? Она или он, скорее он, не важно. Он мне не нравится. Он убивал этих людей. Но он – это я, значит я убийца. Нет, нет, нет, я не могу быть убийцей, но вот он я и вот кровь на моих руках. Вряд ли я вижу свои руки. Кажется, я ничего не вижу, но глаза открыты. Ничего не помню, не могу сосредоточиться на деталях вокруг. Не могу описать помещение, лишь белые стены. Я не знаю где я. А может, и знаю, просто не хочу себе признаваться. Голова кипит, и так всегда. Когда я не сплю, я пытаюсь все это переварить. Все эти убийства, поджоги и смерть Олега. До сих пор не верю, но это так и это правда. Никто за мной не придет, да и я отсюда не уйду. У меня нет мотива, у меня ничего нет. Я так потерян, так одинок, ничего не знаю, никому не верю, неужели, я настолько жалок? Может, я на самом деле и не здесь, может, я где-то хожу и убиваю, пока мой разум в лице меня заперт в белой коробке. Он.. я не знаю, что о нем говорить, что о нем думать. Он говорит со мной, проникает в мысли. Не знаю, говорим ли мы в моей голове или это реальный диалог. Иногда я вижу, как он пытается выбраться, устраивает истерики, играет истеричку, но ему не верят, нам не верят. Нас знают. Он грезит о мести, о том, чтобы выбраться из этой клетки. А еще он хочет, чтобы я сдался. Но я так не могу. Не знаю почему, просто не могу. Мне нужен воздух, я не хочу умирать, не хочу погружаться в кошмары. Я хочу контролировать хотя бы себя, хоть, это и невозможно. Я хочу, чтобы это все закончилось. Хочу видеть реальность такой, какая она есть. Насколько хуевой она не была бы. Я не хочу бояться себя. Но так уж вышло, что вот он я, сижу здесь, а моя тень шелестит перьями. Галлюцинации, ненавижу их, а я постоянно им верю. Всегда. Помню, пару раз было, что среди ночи он открывал дверь, а из нее был свет, такой теплый, будто дома, а оттуда выходил Олег. Говорил, что надо собираться, идти, что он пришел за мной, что он заберет меня. А я начинал бежать, не веря ушам, глазам, мыслям. Нет, скажу по-другому. Я хотел верить в то, что это действительно был Олег, он не мог меня бросить, не мог просто взять и умереть. Оказывается, мог. Мои галлюцинации, мои мечты, они разбивались о скалы, когда я приближался ближе. Взгляд жёлтых глаз, белая кожа и рыжие волосы. Птица, снова мучает, снова хохочет. Я снова ведусь на это, пару раз точно было. Потом, все стало серым. Стены, окно, даже я. Такое серое и безжизненное. Неужели, это место настолько мрачное или я в край ебанулся? Моя голова, она так болит, как и все тело. Я как будто тону. Ничего не вижу, ничего не чувствую и ничего не слышу, чтобы потом резко очнуться и почувствовать боль. Не знаю, бьют ли меня здесь или это Птица все делает. Чтобы выпустили из клетки. Все так сложно, все необычно. Иногда, в мою голову прокрадываются воспоминания, но я не знаю, правдивы ли они. Как я получаю свидетельство о смерти, как я запихиваю его невероятно далеко и как я об этом забываю. Я вспомнил о том, как забыл о смерти своего единственного родного человека. Это ненормально, это ужасно. Это нормальная реакция на то, что ты остался совсем один. Ну, как один, у тебя все еще есть я. А я могу и обидеться, что ты так обо мне думаешь. Я же лучше хочу, для нас с тобой. Хочу, чтобы все было хорошо и по красоте. Именно поэтому, ты продолжаешь путать меня с реальностью? Будто, я заводная игрушка и ты заводишь до предела, вкидывая в пучину кошмаров. Разве, это не в твоем стиле? У каждого свои методы подавления агрессии, ненависти и скорби. И твой метод, это отыгрываться на мне? Не-е-т, ты что, ты просто, скажем так, забава, пока мы здесь тухнем. Жмурюсь. Шелест перьев, шепот, в голове ли это или нет? Ощущения реальные. Ощущения когтей на плечах, перьев на шее. Он реален, как я. Он реален. И я боюсь его. Боюсь, что сделаю еще хуже, чем есть сейчас. Может, вся моя жизнь сплошная ложь? Может, никакого Олега не существовало, и все это было мое воображение? А может, я придумал себе всю жизнь, пока умирал здесь? Я медленно угасаю, с каждым днем. Врачи не помогают, препараты тоже. Смысла жизни нет. А в чем он? Быть и помогать людям? Иметь много денег? Но кто поможет мне? Мне никто не может, не сможет помочь. Как? Чем? Это невозможно. Не знаю, какими препаратами меня пичкают, не знаю, от чего они. Они же должны помогать, да? Должны спасать меня от самого себя, но я не чувствую помощи? Была бы опасность, если бы это был настоящий человек. Который не во мне, от которого можно убежать, но этого сделать нельзя. Он здесь, со мной, всегда будет. Я не знаю, что из этого реальность, а что нет, я отрицаю все, но верю всему. Не хочу, не могу, ненавижу. Я не верю, не знаю. Я потерялся. В себе, в жизни, везде. Мои мысли, их так много, я не успеваю их думать. Думаю о том, что я совершил эти убийства, что я совершил больше убийств на самом деле и, кажется, мне это понравилось. Я монстр. Думаю об Олеге, я так скучаю по нему, но существовал ли он вообще? Он не мог, сбежал бы от меня. Но ведь мы, всю жизнь. Нет, нет, почему я не могу себе придумать галлюцинации, где все хорошо? В целом, я играл роль твоей галлюцинации, пока не пришел Гром и все не испортил. То есть, ты винишь в этом полицейского, который просто искал убийцу? Да, виню. Он испортил весь план. Он один из тех псин. Знаешь, в этом мире было бы все куда проще, если бы все делилось на черное и белое, если бы не было бы серого. С одной стороны, я монстр, я невообразимый уебок, но с другой, я убивал плохих людей. Мысли горят. Горят от нравственности, от себя, от воспоминаний и неопределенности. Я не знаю, я ничего не знаю. Меня просто кинули в яму, в бездну и я не знаю, что делать. Я так устал от всего этого, от постоянной боли. От себя и своей жизни. Я так устал и я не могу уйти. Сплю и вижу кошмары. Живу и вижу кошмары. Они везде, наяву, во сне. Я не могу убежать. Иногда, я задумываюсь о смерти, но она меня тоже пугает. Мог бы отдаться птице, но меня ждет боль, невероятная боль. Он чертовски любит выкидывать меня, когда больно. Я кукла, марионетка, безжизненный мешок костей. Я часто плачу, наверно. Кажется, по тому, насколько часто горят мои щеки, я могу сказать, что бьюсь в истериках слишком часто. Иногда молча утыкаюсь в себя. Иногда кричу и бьюсь в панике. Я задыхаюсь. Я не чувствую себя живым. Я мертв. Я хочу дышать. Какой смысл у этой жизни, если нет Олега? Кто мне поможет, если не он. А его нет, мне ничего не поможет. Я здесь навсегда. А если выберемся? Ты встанешь и пойдешь нести свое правосудие с местью, я знаю, что ты будешь делать, и я не хочу это видеть. Не хочу, чтобы ты нес нашими руками одну смерть. Нет, нет, я должен остаться здесь. Здесь, я хотя бы не опасен. Тебе внушили, что ты опасен. Вдолбили в твою маленькую и глупую головку, что ты ненормален. Соберись, мы должны выбраться, ты же хочешь на свободу? А смысл? Рядом со мной никого нет, ничего нет. Мой мир рухнул, а все из-за меня. Будто я построил его из песка. Пришел океан и снес песочный замок жизни к чертям. Если мы будем на свободе, то это не уберет боли, не поможет мне. Абсолютно никак. А представь, как сладка месть, как она прекрасна, как тебе будет легче. Почему мне должно стать легче, если я убью невинного человека? Это только твои мысли и твои желания. Я не хочу мстить, не хочу всего этого, это не мое. А чего ты тогда хочешь? Чтобы это все закончилось. Чтобы ты не играл со мной, чтобы ты ушел. Чтобы не было галлюцинаций, чтобы была пустота и тишина. Я устал от тебя, от себя и от жизни. Не хочу видеть кошмары, не хочу видеть ничего. Хочу быть с Олегом. А правосудие? Ты видишь, чтобы меня сейчас хоть как-то ебало правосудие? Кто мне помог? Скажи. Я помогал всем, старался сделать этот мир лучше, чтобы ничего не менялось, и приходил ты, чтобы сделать все хуже. Я просто хочу..я не знаю, чего я хочу Это так сложно, так странно. Простые же вопросы. Что я хочу? Чего я боюсь? Кому я верю? Но я не могу ответить, не знаю, почему. Не знаю, не знаю, везде одно не знаю. Возможно, я сплю, возможно, притворяюсь спящим. Эта серая жизнь так утекает. Сколько я здесь? Годы? Недели? Месяцы? Я не знаю. Не знаю, какое сегодня число, даже, какое время суток. Как можно говорить о том, чтобы знать себя и свой мозг? Черный ворон. Нет, я не вру, вот он. Стоит на полу и смотрит на меня. Кажется, их много. Что они здесь делают? Как попали? Они страшные. Больные, облезлые, сверлят своими глазками. Кровожадными. Неужели, они пришли за мной? Прогрызть, может, они заберут органы себе, съедят, отдадут птенцам. Интересно, есть ли у них птенцы? Вжимаюсь в стену и зажмуриваюсь. Смирительная рубашка, я не способен отбиваться, но может, это поможет мне? Они не посмеют меня грызть, я не Прометей. Хотя, вроде бы Прометея не клевали вороны, да и он был невиновен. Птицы не могут меня сгрызть. Они могут склевать. Это не лучше, вот совсем. А они приближаются. Их все больше. Черные пятна в белых стенах. Все ближе ко мне. А если спугнуть? Не выйдет, я же в смирительной рубашке. Может, они склюют меня до смерти? Может, это все закончится? Но будет больно. Очень больно. А куда больнее? Все тело ломит, голова разрывается, а душа горит. Не могу проронить ни слова. Они убьют меня и все наконец-то закончится. Я задыхаюсь, снова и снова. Может, ценность и ощущение жизни пропадет, если я вдруг вздохну? Нет, это не галлюцинации, они реальные. Я чувствую, как их маленькие и когтистые лапки задевают пол. Скряб, скряб или как этот звук называется? Не знаю, я не писатель. Они уже вокруг меня, я тону в воронах, в черной и густой массе живности. Они все страшные не, потому что вороны, а потому что возможно, дохлые. Такие побитые жизнью клювы, они бьются больно. Хотя, бьются ли птицы вообще? Они питаются падалью, отходами, мной. Он острый, если сильно воткнется, то прорвет рубашку и кожу, плоть, а дальше, дело за малым. Меня пугают мои мысли. Я думаю, как маньяк, как поехавший на голову убийца. Зажмуриваюсь, они пропадут, они нереальны, они не убьют меня. Но вот они, здесь, комната утопает в воронах, как и я. Потенциальная добыча, сижу здесь и жду, пока они испаряться, но этого не будет. Я чувствую, как меня кто-то клюнул. Не хочу, не хочу видеть свою смерть. Снова клюнули, теперь больнее, а я дернулся. Глупый, глупый Сережа, я не должен был. Они, наверно поняли, что я живой, но питаться мертвецами им тоже ничего не мешает. Клюют в руки, в шею и ноги, клюют везде. Вот, в ход пошли когти. Треск ткани, я чувствую, я свободен, но не могу пошевелиться. Могу открыть глаза, посмотреть на себя, но я не хочу, боюсь ужаснуться. У разрывающейся ткани такой приятный треск, когда ничего не видишь, начинаешь прямо ощущать, как рвется нить за нитью. Я не спасусь. Я даже не пытаюсь. Запахло кровью. Такой резкий запах, даже среди больных воронов. Они добрались до меня, клюют голую кожу, наверно, белую, как рубашка. Треск одежды был долгим, они разрывали и то, что было на мне под рубашкой. А было ли на мне что-нибудь? И что это было? Я не вижу, не знаю. Каждый новый удар клювом, царапина, все они отзываются в моей голове ярким пламенем. Будто, горит красная лампочка, говорит, что мне надо действовать. Это всего лишь птицы. Всего лишь больные и голодные птицы, что жаждут плоти и крови. Мне кажется, мой организм истощен, именно поэтому кожа рвется, как бумага. Если снять с меня кожу, то, что останется? Больно, я слышу крики, вороньи или мои? Чувствую теплоту крови, чувствую боль и то, что они выдирают мою кожу. Она не нежная и мягкая, жесткая, как у мертвеца. Я уже мертв? Так вот, почему я не дышу. Кровь идет, сердце бьется сильнее. Я слышу, слышу свое сердце, они и до него доберутся. Кожи не останется, они все съедят. Все заберут, кроме крови и костей. Не могу заставить себя открыть глаза, я не хочу видеть. Воронов много, они везде, кто-то выклевывает ухо. Боль не имеет делений, душевная, физическая или от воронов, я уже не знаю ничего. Знаю, что это больно, что она каждый раз вспыхивает в новом месте, везде, одна лишь боль, тут, там, только боль. А я не сопротивляюсь. Не могу пошевелиться, не хочу открывать глаз и я не дышу. Они раздирают мое тело, все. Их много, они, кажется, начнут рвать друг друга, столько много клювов и когтей. Везде, абсолютно. Они доберутся до плоти. Они не вампиры, воронам не нужна моя кровь, просто что-то красное. Им нужно мясо. Будут вырывать его клочками. Не вырезать, как хорошие хирурги, а нагло и беспардонно вырывать. Когтями, клювами, не важно чем. Разные куски, иногда, будут склевываться друг с другом. Никогда не видел, как дерутся птицы, никогда и не увижу. Почему я все еще в сознании? Они потрошат меня, добираются до органов, я медленно пустею, они заберут все, но почему я все еще в сознании? Сижу здесь и чувствую все это. Вдалеке слышится визг, похожий на мой, но здесь, просто трепет перьев и звуки из любого мясного магазина. Потрошили бы труп, в котором уже не было крови, но я, кровь во мне. Она теплая, она брызгает и она на их перьях и клювах. Когда вороны улетят, они будут все в крови. Она засохнет и запечется, останется навсегда с ними. Больно, блядски больно. Иногда, я теряю боль, чтобы она снова накатила с еще большей силой. Закусил бы губу, сжал бы зубы, но они добрались и туда. Мое лицо, мои щеки. Они итак были впалые, как у скелета, теперь и дырявые. Они роются в моих органах, прыгают по моим костям, ища более удобную позу для пожирания. Разбирают все, может, я ничего не вижу потому, что я уже ослеп? Потому что они могли выклевать мои глаза? Достать с корнем, выдрать их из мозга. Может, среди них есть и мертвые вороны, как я, они могли принести за собой живность. Когда они меня оставят, я могу быть полезным. Но почему, почему я все еще здесь, все еще чувствую холод и жар одновременно. Меня раздели, полностью, они прыгают по моим костям, это холодно, это больно. Они выдергивают все, что видят, не оставляют ничего. Сердце, печень, почки. Мое сердце не бьётся, они выдернули его, как компьютер из пучка проводов. За сердцем тянулись сосуды, они полопались, брызнули с новой силой. Как и артерия, вороны вспороли мне глотку, крики поодаль прекратились. Чувствую, что они выдрали все. Связки, язык, губы, ничего не осталось. Может, что-то по мелочи. Вороны изрядно порылись в моих мозгах. Пробили дыру, сделали лоботомию, но почему? Почему я сохраняю ясность мысли? Чтобы было больно, чтобы я все это чувствовал это. Почему я не умер? Сердца нет, мозги в кашу, но я жив. Они пытаются достать мозг, получается скверно. Любыми способами, достать эту склизкую хуйню. Больно. Больно. Больно. Больно. Я открываю глаза и ничего. Никаких ворон, ничего нет, я живой, я снова дышу. Я выбрался из этого кошмара. Это снова была иллюзия. Я так надеялся на смерть, так ждал ее, а птица снова плюнул в меня. Просто причинил боль, а я поверил. Впиваюсь ногтями в руки, кажется, до крови. Я не могу отпустить себя, мне надо чувствовать эту боль, чтобы быть живым. Связки болят, я снова кричал. Орал, словно меня резали, а не потрошили, чувство, что меня снова накачали препаратами. А может, и нет, может было достаточно просто разбудить. Взгляд ясный, я вижу вокруг себя серость и ничего больше. Я могу двигаться, но не хочу. Я не могу кричать, но это не беда. Зачем, зачем ты все это делаешь? Разве, ты не хотел, чтобы мы дружили или в этом роде? Чтобы мы жили в мире. Почему тебе так нравится смотреть за тем, как я страдаю, друг? Знаю, тебе здесь скучно, но разве тебе приносит это удовольствие? Закрываю глаза, снова картины того, как меня грызут. Вспышки боли, картины, которые рисовало воображение, открываю глаза и серость. Как я до такого докатился? Я всегда был немного странным. Но, вроде бы я был добрым, вроде бы, даже хотел помогать. Я вырос с Олегом. Я всегда стремился помогать. Делать мир лучше, социальная сеть была для этого. Он меня поддерживал, он меня любил, но он ушел, умер. А я этого даже не заметил. Закрылся в себе и возвел в своих мозгах стены. Слишком сильно утрировал понятие помощи. Я хотел сделать, как лучше, но мне плевали в лицо. Об меня вытирали ноги, в детском доме, когда я вырос, и ничего не поменялось. У меня были деньги и власть, но они не помогали, ничего не помогало. Я может, это и бросил, если бы Олег не ушел. Он ушел, и я должен был сконцентрироваться на чем-то. Ничего не получалось и ты начал убивать, сжигать их всех. Доброта тебе не помогла, и ты выжигал их всех, как чуму. Но если бы твой план сработал, приехала бы тогда армия и расчистила бы все, но появились бы вскоре такие же новые? История циклична, все наши действия были бесполезны. Мы убили этих людей, а убили, чтобы потом такие же пришли на их места. Все без толку, все бесполезно. Нужна была другая тактика. И что? И что тогда? Была бы у тебя другая тактика, ну и? будешь проклинать злого мента, что он не дал воплотить все твои планы? Будешь строить что-то новое, чтобы ему отомстить? Я так устал от всего этого. Устал от тебя, устал от этой жизни. Хочу пустоту. Пустоту мыслей, пустоту вокруг. Красочную и спокойную пустоту. Только я и Олег. Я уже не хочу никакого правосудия, ничего. Мне никто не помог, мне никто не поможет, так, разве я не могу закрыть тебя и все остальные проблемы на замок? Чтобы спокойно жить. Тебе это не поможет. Я знаю, мне ничего не поможет. Мы до сих пор не знаем, что после смерти. Может, меня там ждет новая жизнь? Нет, нет, только не это, если я умру, то я не хочу проходить этот кошмар заново. А могу ли я просто уйти? Вглубь себя. Может, я перестану чувствовать что-либо вообще, если абстрагируюсь от всего мира? У этого состояния есть название. Плевать, делай, что хочешь, я устал, я так больше не могу. Почему ты не можешь просто убить нас? Об стену или еще как-нибудь. Доигрался, я сломался, полностью, весь. Никто за мной не придет, никому я не нужен и никто мне не поможет, доволен? Почему ты молчишь? Я же знаю, ты где-то рядом. Просто убей меня. Я не хочу. Все вокруг такое серое, все вокруг безжизненное. Я живой труп, добей. Я устал, дай мне уйти в себя и заснуть вечным сном. Все останется тебе. Люди же умирают от того, что их организмы не выдерживают? Они были больны, а организм уставал бороться. Можно я уйду на покой? Закрою глаза, чтобы никто и ничего не мешал, не делал больно. Буду, как самая настоящая исходная личность, просто умою руки, пока ты творишь ебанину с моим телом. Я не могу, не могу. Да, я тряпка и да, я сдаюсь, но я больше так не могу, пожалуйста, пожалуйста, убей меня, закончи все это. Я просто хочу пустоты. Я устал визжать, устал молчать. Устал плакать и не чувствовать ничего. Я не могу нормально разбить голову в пюре, потому что стены мягкие. Не могу, не могу. Я не могу отсюда выбраться, никак. Не могу сбежать, не могу умереть, я в тупике. Я не хочу, не хочу, пожалуйста, пожалуйста, пусть все это закончится, я так устал от того, что мы натворили, от такого гнета мысли, я.. Раздвоение личности – это механизм защиты человека от травм. Он просто раскалывается. Диссоциация. Прекрасный термин, означающий механизм защиты, после травм. Нет такого диагноза, как раздвоение личности, есть диссоциативное расстройство идентичности, защита. Так и Сережа. Он просто не выдержал всего этого. Птица была и остается защитой, весьма нахальной, но защитой. А Разумовский не выдержал, не смог. Могу сказать, что его сердечко не выдержало, и он умер, но нет. С его телом все в порядке. Просто, теперь птица никуда не уходит. Просто Сережа перестал воспринимать весь этот мир. Ушел в себя, в тот уголок, куда ебанутой курице не достать. Ушел в себя, навсегда и больше не вернется. Сергей Разумовский живой и здоровый, относительно, документы говорят о том, что он жив, глаза говорят о том, что это он. Но сам Сережа, настоящий, исходный, он мертв уже давно. Втоптан в грязь и все. Что делать человеку, подверженному диссоциации, когда ситуация безвыходная? Уходить. Как бы противоречиво это не звучало. Смотреть на себя со стороны или, выпускать личностей. Уходить глубоко в себя и никогда не возвращаться.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Майор Гром / Игорь Гром / Майор Игорь Гром"

Ещё по фэндому "Майор Гром: Чумной Доктор"

© 2009-2022 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты