Боль меняет людей.

— Есть у демона душа, если демон плачет.

      Мне никогда не забыть того момента, когда им удалось обыграть меня в собственной игре. Я захлебнулся, не видимой человеческим глазом, морем крови, под названием «гордыня», заполнившим меня изнутри. Мне удалось осознать как прост этот мир и как бессмысленен тот, к которому я стремился всю свою жизнь. Всё это время я жил обманом. Но теперь пуст и обессилен, лежу, раскинув перепачканные собственной кровью руки в разные стороны.        Приоткрыв уставшие веки, я устремил свой взор на голубое небо, которое так долго, за всю свою демоническую жизнь, так и не успел рассмотреть. Объект моего внимания старался скрыться за верхушками колышущихся деревьев, забавно. На просторном голубом небе изредка проплывали белые воздушные массы, словно зазывающие побежать им в след. Вдыхая прохладный аромат леса, я в который раз болезненно вздымаю отбитую сильными ударами грудь. Воздух неприятно жгёт лёгкие вынуждая сплюнуть затекшую в них кровавую субстанцию.        Прижавшись к холодной земле я испытытал и грусть и счастье одновременно. Обдувающий со всех сторон сквозняк приятно развивал мои тёмные пряди волос, в то время как из израненного тела, струями сочилась алая кровь.        Я потерял все: своих демонов, гордость и… счастье? А было ли оно вообще? Невольно кашляю подступивший к горлу кровью. Мне удалось сбежать с поля боя выиграв пару минут мучительной жизни, но даже теперь я постепенно начинаю задумываться, могло ли всё быть иначе? Неужели это и называют искуплением? Чушь собачья...        Мое детское тельце медленно расставалось с грешной душой, что можно было с лёгкостью сказать по сводящему счёты с жизнью внешему виду. Теперь я многое понял, но всё равно страшусь понести наказание за то, что натворил за всё это время. Каждую клеточку плоти неожиданно пробило прожигающей волной дрожью. Растёкшаяся подо мной лужа красной жидкости, предательски покидала меня без шансов на восстановление. Раны не затянутся и я это знаю.        Сквозь шум колышущейся листвы и щебета птиц мне слышатся чьи-то похрамывающие шаги, пытающиеся прервать моё мучение. На краях моих ресниц по неволе сгущаются горькие фарфоровые слёзы, спустя какие-то несколько минут, бесследно скатившиеся по моей щеке.        Незнакомец, судя по звукам раненый, шёл в мою сторону опираясь на посторонний предмет. Жмурясь, с надеждой вспоминая яркие моменты жизни, я снова натыкаюсь на горы чужих трупов, которых убил собственными руками. Семья, родственники, знакомые, товарищи, прохожие, люди... Простите меня за то, что натворил. Я знаю, они стыдятся меня, прародителя демонов, которому с самого рождения проложена дорога в ад полная страданий.       Прислушавшись в последний раз, желаю услышать гул ветра, но заместо этого всем телом ощущаю знакомый голос своего лютого врага. Он кричит, со словами: «Здесь раненый ребёнок». Ничего не изменилось, какой же ты наивный дурак, Танджиро.       Будто слыша мои мольбы не подходить,ты поспешно приближаешься в мою сторону, бросаясь передо мной на колени. Скопившиеся в уголках глаз слёзы, выждав нужный момент, снова мелькнули на бледном лице, оставляя после себя солёные дорожки отчаяния. Еле слышно проскрипел зубами от вспыхнувшего гнева на самого себя, я с силой сжал кулак. Не смей мне сочувствовать, парень! Мои внутренние крики рвутся наружу, но никому их не удастся услышать. Я не слаб и не жалок, просто мир, который я стремился поставить на колени, дал мне отпор.        Мечник склонился над моим лицом, попутно проверяя своей израненой, но тёплой ладонью мой пульс. Сердце бешено бьётся грозясь вот вот лешить меня сознание. Почуяв мою скованность, ты аккуратно коснулся моего лба, словно утешая. Кожа его рук в ссадинах от сплошных упорных тренировок, ты все это время жил не только счастьем, но и ненавистью к тому что я создал.       Камадо, ты и здесь застал меня врасплох, так почему не убиваешь? Неужели не узнал?       Сознание помутняется, недавние расплывчевые черты лица мечника вновь пропали, перед глазами снова небо с каждой секундой темнеющее ещё больше, я погружаюсь в мрак. Ощущая, будто лечу в бездну, я попытался ухватиться за что-нибудь, но кругом пустота. Кроме меня и страха, который пронизывает всё тело, не осталось никого. Предположительно это и есть ад, хотя возможно и сон. Можно ли это назвать загробной жизнью?       Каменистая поверхность бездны стала стремительно приближаться создавая угнетающие сознание ощущения. Острые камни, на которые я должен был вот вот упасть, грозились проткнуть моё тело, заставив почувствовать невыносимую боль. В предчувствие шокового состояния, закусываю губу, сдерживая очередные унизительные мысли о том, что возможно всё могло бы быть иначе. Даже с таким раскладом, я вот вот разобьюсь и встану на пороге смерти. Любуйтесь, мечники, вот вот исполнится ваша мечта!