Мойка и касса

Цзян Чэн долго думал, и в итоге решил повышаться до менеджера смены. Вообще, эта должность называлась "менеджерка смены", но этот своенравный юноша использовал в речи маскулятивы. "Зарплата будет больше и буду сам всех гонять! - мечтательно думал он. - А ещё не буду стоять на мойке!" Вэй У Сянь заявил, что ему повышение не нужно. - Тьфу, ну и дурак! - скривился Цзян Чэн. - У меня есть любовь! - с улыбкой заявил Вэй У Сянь. - Спермой сыт не будешь, если что. - Шиди, как тебе не стыдно?! - возмутился Вэй У Сянь. - Чего стыдиться, если я прав? - Мы не... - Новая пицца! - прервал их беседу искусственный интеллект. На экране высветился новый заказ. Некто заказал странную пиццу - без всего, только с луком. - Долбонавт какой-то, - проворчала А-Цин, щедро посыпая пиццу луком и отправляя в печь. - Сто пудов мужик заказ делал, больше никто до такого не додумается! Через некоторое время некто с мужским ником написал гневный отзыв, что он просил без лука, а сделали точно наоборот - без всего, зато с луком. Отзыв красовался на главном экране на кухне. - Помню этого придурка, - злорадно усмехнулся Цзян Чэн. - Всё убрал, а лук оставил! Вот придурок! Курьерша Хадижа восхищалась Цзян Чэном. - Вах, вот это вьюноша, вот это характер, прям пэрсик! Муженюсь! В горячем цеху кипели воистину огненные страсти. Рабочие обсуждали странный выбор Вэй У Сяня, непрестанно перемывая ему и его избраннику кости. - Да Лань его приворожил, - поделилась соображениями Ло Цин Ян. - Окорм сделал или опой. Сто процентов приворот, иначе не могу объяснить эту дичь! - Или Вэй прочухал, что у Ланя деньги есть, вот и присосался! - ухмыльнулась А-Цин. - Фу, шлюхан! - А я всё же думаю, что это приворот, - сказала Фэй Лин. - А я думаю, что он дебил, - высказалась Сань Мин. - Вместо того, чтобы найти себе норм деваху, которых у нас полно в пиццерии, он связался с ёбнутым Ланем! Блин, У Сяню с его внешностью легко девушку найти! - Может, он увидит сущность Ланя, набьёт шишки и сбежит, вернётся на путь истинный? - предположила Фэй Лин. - Сто процентов так и будет, тем более, его же всегда женщины привлекали, - сказала Ло Цин Ян. - А если не вернётся на истинный путь, значит, он совсем конч, - подытожила А-Цин. Кассирша Сань Мин завывала какую-то песню про "сердце красавца", в танце намывая кассовую зону, когда из зоны раскатки, где танцевали другие работяги обоих полов, высунулся Вэй У Сянь. - Сделай мне латте с ванильным сиропом! - протараторил Вэй У Сянь. - А деньги? - спросила кассирша. - У меня есть связи! - отозвался тот, вприпрыжку ускакав обратно на кухню. - Полученные через постель, - вставила Ло Цин Ян, вынося из холодильника томаты. В этот момент на экране появился очередной отзыв: На кухне бардак, рабочие орут и пляшут вместо того, чтобы работать! - Ну а хули ещё делать, если заказов нет? - фыркнула А-Цин. - Бардак был, если бы у нас было грязно! - нахмурилась Ло Цин Ян, критически оглядывая сверкающую поверхность линии начинения. - Так-то она тоже сидит в пиццерии вместо того, чтобы работать... - тихо заметил Вэнь Нин, подметая пол в цеху. - Кстати, в пятницу у нас вечерней менеджеркой будет знаете кто? - ехидно спросила Сань Мин, попутно проверяя наполненность витрины. - Вернее, менеджером? - Мне уже стрёмно, - выпучила белые глаза А-Цин. - Цзян Чэн! - Он? - скривилась А-Цин. - Куда он лезет? Мойка - его удел! - Мальчику хочется больше денюжек и поиграть в руководительницу! - издевательски протянула Сань Мин. - Мальчик и пяти минут не продержится, особенно в пятницу! - хмыкнула Ло Цин Ян. - О да, он же пипец нервный! - подтвердила кассирша. - Это не нервы, а бешенство простаты, тестикулярия налицо! - заявила А-Цин. - Так сколько, думаете, он продержится? - спросила Сань Мин. - Пять минут? - Час, - буркнула Ло Цин Ян - Если будет бегать подзаряжаться на мойку энергией воды каждые полчаса, то три! - ухмыльнулась А-Цин. - Пф, ему и бегать будет некогда, пятница же, народ попрёт как ополоумевший! - ответила Ло Цин Ян. В первую же менеджерскую смену спустя три с половиной часа работы у Цзян Чэна случился нервный срыв. Количество заказов и неадекватных гостей оказалось запредельным, из-за чего хрупкая юношеская психика не выдержала. - Вот она - мужская сущность! - сказала Сань Мин, спокойно наблюдая с кассы за стенаниями и метаниями юноши по кухне и мойке. Грохот падающих лексанов, испуганный визг Не Хуай Сана и ругань Цзинь Цзы Сюаня словно подтвердили её слова. - Наглядный пример, что бывает, если поставить мужика на руководящую должность! - добавила Ло Цин Ян, с невозмутимым видом нарезая пиццы. Из персоналки, привлечённая криками и воплями, выглянула А-Цин. При виде происходящего выражение её лица из любопытного стало серьёзным, рука сама собой потянулась к телефону. - Алё, дурка? - набрала она номер. - Какое ещё оскорбление, тут человеку плохо! Вэй У Сянь с трудом, не без помощи Вэнь Цин, поймал Цзян Чэна и отвёл его в персоналку. А-Цин спряталась в шкафчик. В дверь постучала Фэй Лин. - Там... дурка приехала, - явно удивлённая таким поворотом объявила она. - Кто вызвал скорую? - спросила Ло Цин Ян. Дверца шкафчика открылась, являя собравшимся в маленьком помещении жующую лаваш А-Цин. - Я, - с набитым ртом отозвалась она. - Очень кстати, - сказала Вэнь Цин и поднялась с места, покидая помещение и отправляясь встречать врачинь. Взгляды собравшихся устремились на мелко трясущегося и глупо хихикающего Цзян Чэна, который при всем при этом не переставал лить слёзы. Вэй У Сянь тщетно пытался его успокоить. - Он что, сошёл с ума? - осторожно спросила Фэй Лин. - Нет, у него просто нервный срыв на фоне переутомления, - ответил Вэй У Сянь, не зная, плакать ему или смеяться, а то и вовсе делать и то и другое, как его несчастный шиди. - Так, выметайтесь, не мешайте специалистам работать! - заглянула в персоналку Вэнь Цин, за которой маячили суровые женщины в медицинской форме. - Ну всё ясно, на мальчика взвалили работу не по силам, вот он и сорвался! - сказала одна врачиня другой. - Зажену ему надо, тогда и тащить всё непосильное не придётся! - кивнула её коллега. В итоге Цзян Чэна отправили его на больничный. На неделю. На большее он упрямо не соглашался, ровно как не соглашался и на госпитализацию, решительно подписав отказ. - Мне нужны деньги, мне надо оплачивать жильё, я не имею права не работать! - заявил он. "Как же обычные люди, не заклинатели, выживают во всём этом? - в который раз поражался Цзян Чэн. - Неужели они так и живут всю жизнь?!" А ещё злило, что он так облажался в свою же первую менеджерскую смену, и вместо него осталась Вэнь Цин. - Да ладно тебе, шиди, всякое бывает, - говорил ему Вэй У Сянь, вернувшись со смены. - Тут все всё понимают. Они и забудут вскоре! - Угу, конечно, забудут они... - ворчал Цзян Чэн, отвернувшись к стене и с головой накрывшись одеялом. - В конце концов, у тебя это была первая самостоятельная смена, да ещё и вечерняя и в пятницу, тут многие бы сломались! - попытался успокоить его Вэй У Сянь. - Ты не первый, ты не последний! - Я не ломался. Просто люди неадекватные. - Шиди, ты скучный и слишком много ворчишь. Тебе бы отвлечься, развлечься... Усталость, нервы, несдержанный характер и ещё что-то непонятное, каким-то образом связанные с этими словами в сознании Цзян Чэна, слились воедино в безумный водоворот и, подобно грому и молнии, с яростью вырвались наружу. - Ах, а с Ланем, значит, тебе весело?! - воскликнул Цзян Чэн, сбрасывая с себя одеяло и вскакивая с кровати. - Со смехом шатает твою кукуху? Оно и видно, все мозги выдолбил, что теперь там пусто! Взгляд Вэй У Сяня помрачнел, а вместе с ним словно потемнело и в самом помещении. Он долго терпел тяжёлый характер человека, которого привык считать братом, поддерживал, утешал, но даже у самых терпеливых и жизнерадостных есть предел, когда терпеть уже невозможно. - Тебе никто ничего не долбит, однако, там тоже ничего нет! - парировал он. - Да ты охренел совсем?! В тот же вечер Вэй У Сянь собрал немногочисленные пожитки и переехал к любовнику. После его ухода Цзян Чэн ощутил пустоту и неведомое никогда раньше чувство одиночества. А заодно мрачно подумал, что ему придется как-то брать себя в руки, одолевать свой тестеричный характер("Достали смешки про тестикулярное бешенство!"), искупать свой позор на смене, чтобы ему в принципе позволили быть менеджером. и, если всё получится, брать больше менеджерских смен, чтобы больше получать и теперь уж в одиночку оплачивать комнату. "То есть, придётся в полной мере оправдать девиз нашего почившего ордена - "Превзойти себя"! Какой отстой!" Единственное, что радовало, это новая книга, "Пленники гарема" - история о двух придурочных братьях, которые попали в гарем к могущественной султанше и всеми силами пытались откосить от постельной повинности, в том числе нанося уродский макияж в стиле "призрак висельника". Сама султанша просекла, что к чему, и веселилась, наблюдая вместе со всем гаремом за их нелепыми попытками быть страшненькими и за такими же дурацкими попытками побега...

***

Пусть Вэй У Сянь и твердил что-то про любовь со странным Ланем, но не всё было у них гладко. Вернее, ничего у них гладко не было, а совсем наоборот. Через какое-то время у Вэй У Сяня резко испортилось зрение, и он стал носить очки. На линзы у него, как оказалось, аллергия. - Это что ж у вас происходит, в каком стрессе ты находишься, что аж зрение упало? - ужаснулся Вэнь Нин, роняя совок при виде коллеги в очках. - Шиди, я отойду, у меня очко выпадает! - обратился к стоящему у менеджерского стола Цзян Чэну Вэй У Сянь, держась за дужку очков. Цзян Чэн, которому к тому времени удалось себя реабилитировать в качестве менеджера, осоловело уставился на него оторвавшись от экрана компьютера. - Ты охренел?! - выпалил он. - А ёбырь твой не охренел?! - В смысле? - не понял Вэй У Сянь. - У меня линза из очков выпадает, я не так выразился! - Что, ёбырь твой сломал? - язвительно спросил Цзян Чэн. - Ничего подобного! - возразил Вэй У Сянь. - Ах да, достаточно того, что он тебе в зенки кончал, раз ты теперь нихуя не видишь. Кроме хуя, ага. Зашибись любовь! - Шиди, как ты можешь такое говорить?! - возмутился Вэй У Сянь. - Это всё гнусная клевета! А ещё грубость. - Легко, потому что это правда, и ты знаешь это! - Я... - Иди уже, вправляй своё очко, сам решишь, какое именно! - махнул рукой Цзян Чэн, отсылая приемного брата прочь. "Вот не было печали, решил связаться с Ланем! Зачем?! - негодовал он, параллельно пытаясь вчитываться в сообщение от Вэнь Цин. - Можно подумать, легко жил, зачем всё и без того усложнять? Тем более, что оправа и линзы стоят недешево..." Помимо возникших проблем со здоровьем у Вэй У Сяня, со стороны Лань Ван Цзы присутствовала ревность. - Ты почему называешь эту стажёрку "зайка моя"? - недовольно хмурился Лань Ван Цзы, когда они с Вэй У Сянем нарезали овощи. - А как мне ещё называть этого ребёнка? - отозвался Вэй У Сянь, нарезая перец. - Она же похожа на зайку! - Ты всех стажёров называешь зайками, - ответил Лань Ван Цзы, скидывая нарезанный лук в лексан. - Вот именно, я всех так называю, для меня все зайки. - Её ты называешь чаще! - с недовольным видом возразил Лань Ван Цзы. Тут уже пришёл черёд Вэй У Сяня хмуриться. - Может, потому что Фэй Лин - конкретно моя стажёрка, а я - её инструктор и провожу её обучение? - Мгм. Вэй У Сянь пристально посмотрел на него, поправив очки. - Лань Чжань, ну это несерьёзно. Такое чувство, что ты меня ко всем ревнуешь, даже к малышке Лин, шиди и Вэнь Нину! Неужели ты настолько неуверен в себе, что решил меня абьюзить и изводить ревностью? Ну хочешь, я тебя буду тоже зайкой называть? Зайка моя, я твой зайчик! - Дурдом! - закатывал глаза Цзян Чэн, стоя за компом буквально в двух шагах от них и слыша каждое слово. - Устраивайте петушиные и заячьи разборки в другом месте, не на работе! - повысил он голос и вернулся к составлению графика сотрудниц. - И где эти курьерши, пиццы простаивают! - Вай, пэрсик, нэ кипятись, я здесь! - появилась тучная курьерша с монобровью. - Хадижа, забирай пиццы и чеши быстрей! - раздражённо выпалил Цзян Чэн. - Заказ опаздывает на пятнадцать минут! На заднем плане вполголоса продолжали бубнить Вэй У Сянь и Лань Ван Цзы. "А ещё говорят, в однополых отношениях тишь да гладь! - подумал он. - Да нифига, такое же дерьмо, как и в разнополых! Нафиг эти отношения, только геморрой один. В случае Вэй У Сяня - так во всех смыслах! Пф, можно подумать, у него есть деньги, чтобы потом лечиться. Будет потом подгузники носить, зашибись, блять! Нафиг так усложнять жизнь?! Лучше бы уж с курьершей сошёлся, его же всегда женщины привлекали, что потом-то случилось? И надо напомнить ему, чтобы быстрее обучал свою "зайку", если хочет получить премию!" Сама "зайка" Фэй Лин и не думала ни о каких отношениях. У неё были проблемы намного важнее. Как ей наказать виновных в гибели дедушки и бабушки? Виновные находятся слишком высоко, ей никак не подобраться. Помочь ей некому, как и поддержать. Родители после похорон тронулись умом, старшая сестра, не выдержав напряжения, сбежала из дома и присоединилась к оппозиции, которая выступала за расформирование так называемых "великих орденов". Может, ей ступить на так называемый тёмный путь? Тем более, это только в этой стране он так называется, а там, откуда родом её предки, это норма. Но только как и с чего начать? Ведь ей всё равно так высоко не добраться. Только если идти в политику, но это займёт многие годы, и не факт, что она сумеет получить соответствующее образование, как и войти в нужные круги. Нужны деньги, которых у неё нет. Оппозиция, деньги, тёмный путь... Ничего не понятно, будущее во тьме, и ничего хорошего она не видит. Ещё и обеденная пицца остывает. Только руководство клана Вэнь радовалось жизни. - Как это замечательно! - говорила одна из женщин средних лет на очередном собрании клана. - Всё идёт по плану - все детишки заклинательских семей у нас! - Ага, работают все в одной пиццерии, - хмыкнула её заместительница. - Во славу рода Вэнь! - восторженно заявила ответственная за финансы ордена. - Пусть все видят нашу доброту! Мы ж им дали работу! Несомненно, эта пиццерия прославит нас и вознесет наш род до небес! - Типа "пиццы божественные, что вы возноситесь в небеса"? - Хм, отличный лозунг! - Можно и так. Во всяком случае, выручка говорит сама за себя. Как и расширение сети. А ещё больше радовались простые люди, которые были далеки от заклинательского социума с его интригами и просто наслаждались вкусной пиццей в окружении близких.