Часть 1
8 мая 2021 г., 01:38
Вот что получает Чонгук за то, что дружит с Тэхёном.
Честно говоря, он сам в этом виноват. Чонгук должен был хорошенько всё обдумать, прежде чем напиваться в компании Тэхёна на свой день рождения, а затем начинать разговор об их секретах. То, о чём Тэхён собирался рассказать, не было такой уж большой тайной, ведь он не умел держать язык за зубами. А вот Чонгук, напротив, обычно мало что говорил, но, по какой-то непостижимой для него причине, подумал, что рассказать Тэхёну тот единственный секрет, который он держал в себе целую вечность, было бы потрясающей идеей. И секрет этот заключался в том, что Чонгук не чувствовал себя уверенно в постели.
Он не был девственником, а те несколько человек, с которыми Чонгук спал, никогда ни на что не жаловались. Тем не менее, во время секса он думал только о том, всё ли делает правильно и наслаждаются ли партнеры его (довольно стандартными) движениями.
Друг Чонгука расценил его слова как идею для запоздалого подарка ко дню рождения.
Тэхён довольно экстравагантен и богат – даже чертовски богат – но также и щедр до такой степени, что не задумываясь сорит деньгами. Иногда это очень мило, потому что Тэхён просто хочет поделиться своим богатством со всеми вокруг, оставляя огромные чаевые направо и налево, жертвуя во всевозможные благотворительные фонды, которые только можно найти, и без повода осыпая свою семью и друзей подарками. Люди, обычно, не жалуются.
Однако, ко всему прочему, у Тэхёна ещё и нестандартное мышление, поэтому он решает подарить Чонгуку секс.
Чонгук знает, что у Тэхёна есть кто-то, с кем он встречается. Таинственный Юнги, которого тот никогда не брал с собой на тусовки их маленькой компании друзей. Поначалу все смеялись над ним, говоря, что невидимый любовник – не повод для хвастовства, но вскоре Тэхён начал появляться с засосами и царапинами на спине, которые он с гордостью демонстрировал при каждом удобном случае.
Он никогда не показывал своим друзьям фотографии Юнги – которые, как Тэхён утверждал, сделал сам – говоря, что тот принадлежит только ему и он не хочет делиться ни с кем даже фотографиями, потому что стоит друзьям увидеть Юнги, как они сразу же в него влюбятся.
Но, как оказалось, для Чонгука Тэхён готов был сделать исключение.
Теоретически, Чонгук мог отказаться, но а) как бы странно это ни звучало, это всё ещё был подарок, и б) он достаточно хорошо знал Тэхёна, чтобы понять, что отказ ничего не изменит.
Тэхён будет просто ныть и умолять, а если это не сработает, он обманом заставит Чонгука пойти с ним. Сдаться и уступить было лучшим решением, которое сэкономило бы им обоим и время, и энергию.
Другой причиной, по которой Чонгук так быстро согласился, было старое доброе любопытство. Но он готов отрицать это до посинения.
***
– Не могу поверить, что ты ведёшь меня к проститутке, – шипит Чонгук, когда они с Тэхёном оказываются перед многоквартирным домом, где должны встретиться с Юнги. Тэхён разворачивается на каблуках и свирепо смотрит в ответ. – Извини? Юнги – высококлассный эскорт-работник! – Без разницы, – недовольно бормочет Чонгук, но Тэхён цокает и хватает его под руку, ведя к двери. – О, поверь мне, разница есть. Ты и твои будущие партнёры будете посылать мне подарочные корзины до скончания веков. Дело не в том, что у Чонгука какие-то проблемы с секс-работниками. Он уважает их так же, как уважал бы любого другого человека, потому что знает, что это их выбор и всё такое. Дело скорее в том, что этот конкретный секс-работник чертовски хорошо знаком с членом его лучшего друга, и Чонгук не уверен, как он относится к тому, что его, скорее всего, будут сравнивать с Тэхёном. Он всё ещё думает об этом, когда Тэхён стучит в дверь пентхауса, подпрыгивая на месте. Через несколько секунд дверь открывается, и на пороге появляется невысокий мужчина, одетый во что-то, похожее на шёлковый халат. – Привет, красавчик, – мурлычет Тэхён. – Привет, Тэ, – отвечает Юнги. Его голос приятный, глубокий и хриплый, и Чонгук, наконец, перестает беззвучно кричать в своей голове, пытаясь лучше рассмотреть человека перед собой. И вау. Вау. Окей. У Чонгука во рту пересыхает, поэтому он сглатывает, всё ещё не в силах оторвать взгляд от стоящего напротив человека. Юнги был одним из самых… нет, черт возьми, он был самым красивым мужчиной, которого Чонгук когда-либо видел. Маленький носик пуговкой, очень мягкие на вид губы, а его глаза... они узкие и, кажется, сияют, когда Чонгук смотрит в них. – Привет, входите, – Юнги отступает на шаг, пропуская их внутрь. Как только мужчина закрывает за ними дверь, Чонгук начинает оглядываться, стараясь делать это незаметно. Он понятия не имеет, что ожидал увидеть, но замечает, что квартира Юнги очень чистая и со вкусом обставлена. Он не видит никаких семейных фотографий или сувениров, которые Юнги мог бы коллекционировать во время своих путешествий (если он вообще путешествует). Квартира не кажется слишком большой, но и не выглядит крошечной, и хотя Чонгук абсолютно ничего не понимает в дизайне интерьера, мебель выглядит современной и дорогой. – Проходи, не стесняйся, – говорит Юнги, указывая, кажется, в сторону своей гостиной. Тэхён заходит внутрь, как будто он хозяин этого места, и оставляет быстрый поцелуй на щеке Юнги, проходя мимо него. Юнги закатывает глаза, когда замечает на себе взгляд Чонгука, однако всё равно не может скрыть десневую улыбку, которая появляется от такого нежного жеста Тэхёна. Юнги следует за Чонгуком, когда тот входит в гостиную и садится на диван рядом с Тэхёном. Недолго думая, Юнги выбирает кресло по другую сторону от кофейного столика. – Итак, во-первых, меня зовут Юнги, – объявляет он, протягивая руку Чонгуку. – Приятно познакомиться. – О! – Чонгук быстро вытирает ладонь о джинсы и пожимает руку в ответ. – Д-да, я Чонгук, мне тоже приятно познакомиться. – Ух ты, какой стесняшка, а? – смеётся Юнги. – Никогда бы не подумал, что у Тэхёна вообще есть застенчивые друзья. – Чонгук особенный, не берём его в расчёт, – говорит Тэхён и получает тычок локтём от Чонгука прямо в рёбра. – Не волнуйся, а то я тоже начинаю нервничать, – улыбается Юнги, поворачиваясь к Чонгуку. – Хочешь чего-нибудь? Выпить? Принять душ? – Я, э-э, я вообще-то уже принял душ, – бормочет Чонгук, его глаза расширены от беспокойства. – Ничего страшного? – Боже, он такой милашка, – мурлычет Юнги и весело смотрит на Тэхёна. – Где такой мерзавец как ты, нашёл такого драгоценного малыша, как он? Тэхён усмехается, скрещивая руки на груди. – Как грубо. Я тоже могу быть милым. Когда захочу, – добавляет он с самодовольной ухмылкой. Юнги фыркает: – Это случается не так уж и часто. В любом случае, нам, наверное, следует поговорить о том, как пройдёт сегодняшний вечер. – Может… Тэ может остаться? – спрашивает Чонгук, изо всех сил пытаясь преодолеть смущение. Они с Тэхёном уже говорили об этом ранее, поэтому тот не удивлен его просьбой. Юнги, напротив, несколько раз моргает и хмурится, склоняя голову. – Уверен? Я не хочу, чтобы тебе было некомфортно. Чонгук кивает, и Юнги отвечает ему тем же. – Хорошо, давай начнем с чего-нибудь попроще. Есть что-то, что я должен знать? Какие-нибудь особые кинки, жёсткие ограничения, что-нибудь в этом роде? – Я… я не знаю. – У Куки не так уж много опыта, и он был бы рад твоей помощи в выяснении того, что ему нравится, а что нет. Поэтому мы здесь. – Окей, отлично, я определённо могу работать с этим. Просто обязательно дай мне знать, если я сделаю что-то, что тебе не понравится, и я исправлюсь. – Интересно, может ли вообще не нравится то, что ты делаешь, – бормочет Тэхён, перегнувшись через подлокотник, чтобы потереться головой о руку Юнги, как огромный кот. Юнги фыркает, пренебрежительно взмахивая рукой, но затем всё же проводит пальцами по волосам Тэхёна, слегка массируя кожу головы. Чем дольше Чонгук наблюдает за ними, тем сильнее он понимает, что это ужасная идея. Юнги не похож на человека, который его осудит, но в глубине души Чонгук чувствует, что есть что-то неправильное в том, чтобы спать с ним, особенно, когда он ясно видит, какая химия между Юнги и Тэхёном. Внезапно Чонгуку в голову приходит идея, и прежде чем он успевает её обдумать, слова сами вылетают у него изо рта: – Как вы думаете… Вместо… Может быть… Блять. Юнги вскидывает брови, посылая ему ободряющую улыбку: – Просто скажи как есть, сладкий. Чонгук делает глубокий вдох. Чёрт возьми, ему ничего не остаётся, кроме как прямо задать вопрос. – Могу я посмотреть на вас с Тэ? Тэхён и Юнги переглядываются, а затем снова смотрят на него. Чонгук чувствует их взгляды, но он слишком напуган, чтобы поднять голову, предпочитая смотреть на свои колени. – Ты действительно этого хочешь? Я имею в виду, я готов, но… – Юнги замолкает. – Э-э, мог бы ты... дать нам секунду? – спрашивает Тэхён, и краем глаза Чонгук видит, как Юнги встаёт с кресла. – Конечно. Поговорите и приходите, когда разберётесь. Я буду в спальне. Чонгук ждёт, когда Юнги закроет за собой дверь, а затем подскакивает на диване, поворачиваясь к Тэхёну и закусывая нижнюю губу. – Это странно? – спрашивает он, прежде чем сделать глубокий вдох. – О Боже, неужели я сделал что-то, что повлияет на нашу дружбу? Я не хотел... – Эй. Эй, посмотри на меня, – Тэхён обхватывает лицо Чонгука ладонями, заставляя его посмотреть себе в глаза. – Ты мой лучший друг, и на этой планете нет ничего, что могло бы повлиять на наши отношения. К тому же, – добавляет он с широкой улыбкой. – Я всегда рад потрахаться, ты же меня знаешь. Чонгук издает тихий смешок, и Тэхён отпускает его лицо, чтобы похлопать по плечу. – Просто… эта встреча должна была стать твоим подарком. Ты уверен, что хочешь отсидеться? – Да, я… не знаю, мне нравится наблюдать... – Ах ты, маленький извращенец! – хихикает Тэхён, взъерошивая волосы Чонгука. Тот в ответ бьёт его по руке. – Господи, я когда-нибудь тебя убью, клянусь. В ответ Тэхён поднимает руки в защитном жесте. На самом деле, в глубине души Чонгук благодарен старшему за то, что тот свёл всё к шутке. Это делает ситуацию намного проще. Тэхён вскакивает с дивана, берёт Чонгука за руку и ведёт его в спальню. Когда они заходят в комнату, Юнги сразу же кидает на них взгляд. – Что ж, вижу, вы пришли к согласию, – говорит он, играя с поясом своего халата. – Куки, ты можешь сесть вон там, – Юнги указывает на диван рядом с кроватью, и Чонгук послушно садится, устраиваясь поудобнее и задаваясь вопросом, для чего именно Юнги нужен диван в спальне. Мужчина развязывает халат и позволяет тонкой ткани соскользнуть с его тела на пол. Чонгук никогда не видел, чтобы настроение Тэхёна менялось так быстро. Из кокетливого и улыбчивого парня он превращается в дрожащего безумца с широко раскрытыми глазами, ровно за те несколько секунд, которые требуются Юнги, чтобы перешагнуть через халат, лежащий у него под ногами. – Вот блять, – выдыхает Тэхён, и, честно говоря, Чонгук разделяет его мнение. Юнги выглядит просто неземным. Пастельно-розовые кружевные трусики на нём прекрасно сочетаются с черным поясом с подвязками и ажурными чулками, придавая его ногам восхитительный вид. Чонгук никогда бы не подумал, что у него может быть кинк на женское нижнее бельё. Он обычно относился к нему как к преграде на пути к удовольствию, но, увидев Юнги таким, он полностью меняет своё мнение. – Тебе там комфортно? – спрашивает Юнги, проводя пальцем по чокеру на своей шее. – Уверен, что не хочешь выпить? – Н-нет, спасибо, – говорит Чонгук, презирая себя за то, что его голос звучит так тихо и неуверенно. Юнги кивает и переключает своё внимание на Тэхёна, посылая ему жгучий взгляд. – Хочешь снять это с меня? – шепчет он, оттягивая и отпуская один из ремешков подвязки. Тэхён бросается к нему, спотыкаясь о собственные ноги. Он останавливается перед Юнги, но не прикасается к нему руками, словно боится, что от этого чары развеются и мужчина исчезнет. Вместо этого он наклоняется вперёд, намереваясь получить поцелуй, но Юнги, очевидно, хочет подразнить Тэхёна. – Не так быстро, – он останавливает Тэхёна, прикладывая палец к его губам. – Для начала раздень меня. Юнги опускается спиной на кровать и приподнимается на локтях. Тэхён подходит к нему так близко, что его колени упираются в матрас. Он осторожно приподнимает левую ногу Юнги, целует лодыжку, поднимается поцелуями выше, касаясь губами голени, а затем и колена. Когда Тэхён приближается к краю чулка, Юнги упирается ногой ему в грудь и позволяет расстегнуть зажимы ремешка, соединяющие подвязку с чулком. Руки трясутся, пока он расстёгивает зажимы на другой ноге. Тэхён облизывает губы и наконец медленно стягивает чулки. Он обхватывает торс Юнги руками, опирается коленями о край кровати и опускает голову, чтобы зацепить резинку трусиков зубами. Юнги хихикает и приподнимает бёдра, помогая ему их снять. Пока Тэхён полностью раздевает Юнги, проходит, кажется, вечность. К этому моменту джинсы Чонгука уже болезненно давят на пульсирующую эрекцию, а дыхание тяжелеет. Он не может вспомнить, когда в последний раз был так сильно возбуждён, и от осознания того, что это только начало, Чонгука прошибает дрожь. Юнги выглядит невероятно: его кожа словно светится в приглушённом свете, а твёрдый розовый член зажат между молочно-белыми бёдрами. – А теперь раздевайся, – приказывает Юнги, когда Тэхён кладёт чулки, трусики и пояс с подвязками на тумбочку и смотрит на него, ожидая указаний. Тэхён чуть ли не ломает себе спину, в спешке избавляясь от одежды, и даже не пытаясь скрыть своё нетерпение. Чонгук, честно говоря, благодарен ему за эту спешку, потому что он почти уверен, что начни Тэхён дразнить Юнги, он бы не выдержал. Он видел Тэхёна обнажённым и полуголым бесчисленное количество раз. Тэхён из тех парней, которые не видят ничего плохого в том, чтобы открыть дверь в одном полотенце, обернутом вокруг бёдер, или спать голым и забыть одеться даже через несколько часов после пробуждения. Но Чонгук никогда по-настоящему не рассматривал более интимные части тела Тэхёна; они ни разу не мерялись членами, да и вообще, Чонгуку не хотелось получить клеймо извращенца из-за того, что Тэхён поймает его за подглядыванием. Но сейчас... Сейчас всё совсем по другому. Чонгук позволяет своему взгляду скользнуть по ключицам Тэхёна, его загорелой груди и животу, вниз к бёдрам, а затем ниже и ниже. Если честно, член Тэхёна впечатляет. Он не слишком большой, но и не маленький, он идеальный, толстый и красивый. Член уже твердый, и Чонгук может видеть, как капля предэякулята стекает вниз. О Боже. – Хороший мальчик, – мурлычет Юнги, и Чонгук, к своему собственному удивлению, чувствует, как его член дёргается от этих слов. Блять, блять, блять, мысль о том, что мужчина говорит это ему, а не Тэхёну, заставляет воздух со свистом покинуть его лёгкие. Наконец Юнги позволяет Тэхёну поцеловать себя, и когда их губы соприкасаются, Чонгук чуть ли не стонет, хотя они ничего ещё не сделали. Он заворожённо смотрит, как Тэхён просовывает свой язык в рот Юнги, а затем пальцами путается в его волосах. Юнги стонет в поцелуй, вцепившись в Тэхёна, как в спасательный круг. Тэхён наклоняется к нему, стараясь быть как можно ближе, и Чонгук восхищается тому, как красиво его кожа контрастирует с кожей Юнги. Младший не знает, сколько времени проходит, прежде чем Юнги отстраняется, облизывает губы, словно пытаясь насладиться вкусом Тэхёна, и поворачивается к нему. – Что нам для тебя сделать? – Ч-что? – ошарашенно спрашивает Чонгук. Он откашливается, чтобы прочистить горло, поскольку его голос звучит чертовски разбито, и это смущает. – Это же для тебя, верно? – бормочет Юнги, проводя пальцами по волосам Тэхёна. – Итак, скажи мне, есть ли что-нибудь конкретное, что ты хочешь увидеть? Чонгук качает головой, боясь, что голос его вновь подведёт. – Ладно, – Юнги вновь переключает своё внимание на Тэхёна и склоняется ближе к нему, обхватив пальцами его подбородок. Юнги шепчет, касаясь губами губ Тэхёна, но делает это достаточно громко, чтобы и Чонгук услышал его. – Ты меня трахнешь? Покажешь Куки как это делается? – Д-да, – произносит на выдохе Тэхён. – Я сделаю это, сделаю. – Ты сможешь сделать так, чтобы я почувствовал себя хорошо, дорогой? Будешь трахать меня, пока я не начну кричать твоё имя так громко, что все поймут, кто именно делает это? – Чёрт, я… да, Юнги. На губах Юнги медленно появляется ухмылка: – Тогда чего же ты ждёшь? Тэхён рычит, прижимаясь губами к губам Юнги, и наклоняется вперёд, заставляя его вновь опуститься на кровать. Мужчина раздвигает ноги, чтобы Тэхён мог поместиться между ними, и вскидывает бёдра, прижимаясь ближе. Тэхён сыплет проклятиями, двигая бёдрами в ответ и прижимаясь своим членом к члену Юнги. Он, кажется, даже не помнит, что Чонгук находится в комнате, или, может быть, ему просто всё равно. Он полностью сосредоточен на Юнги, и, честно говоря, Чонгук не смеет его винить. Ведь он и сам не может перестать смотреть на то, как тело Юнги реагирует на каждое прикосновение, а его лицо искажается от удовольствия, когда Тэхён начинает целовать его шею и вслепую тянется к тумбочке, открывая ящик, чтобы взять бутылочку смазки. Тэхён выпрямляется, щедро выливая смазку на ладонь и согревая её. Юнги наблюдает за ним, прикрыв веки и обхватив ногами бёдра Тэхёна, в то время как одна из его рук плавно спускается вниз по животу к члену. Он гладит себя медленно, почти лениво, и Тэхён, должно быть, замечает это, потому что он резко вдыхает и вскидывает бёдра. – Блять, какого чёрта – скулит он, а Юнги усмехается, свободной рукой хватая Тэхёна за запястье и направляя его руку вниз. – Не отвлекайся. Младший ёрзает на краю дивана, наклоняясь вперёд, чтобы лучше видеть длинный палец Тэхёна, кружащий вокруг ануса Юнги. Член Чонгука уже настолько твёрдый, что это просто чудо какое-то, что он ещё не кончил прямо в штаны. – Чёрт, Юнги, – выдыхает Тэхён, когда тот начинает крутить бёдрами, пытаясь самостоятельно насадиться на палец. Понятно, что ему это нравится – он жаждет быть заполненным и растянутым – и одна только мысль об этом настолько горяча, что Чонгук облизывает губы, задаваясь вопросом, заметит ли кто-нибудь, если он расстегнёт джинсы и начнёт дрочить. Всё его тело горит, и ему просто не терпится протянуть руку и прикоснуться к Юнги. Он хочет быть тем, кто заставит его извиваться и задыхаться. – Прекрати дразниться и введи в меня уже свои пальцы, или клянусь Богом… ох, блять. Позвоночник Юнги выгибается, когда Тэхён, наконец, сжаливается над ним, медленно вводя палец внутрь. Юнги цепляется руками за простыни и так сильно прикусывает губу, что Чонгук удивляется, как из неё не идёт кровь. – Какой нетерпеливый, – говорит Тэхён, не сдерживая довольную улыбку, в ответ на которую Юнги закатывает глаза. – Щенок, – рычит мужчина, но Тэхён лишь усмехается и ускоряет темп. Чонгук широко раскрытыми глазами наблюдает, как Тэхён двигает пальцем в Юнги. Тело Юнги покрывается потом, а его хватка вокруг члена ослабевает. Он беззвучно открывает рот, когда Тэхён добавляет ещё один палец, чтобы затем согнуть их, касаясь простаты Юнги. Чонгука завораживает, что он может угадать, когда Тэхён попадает точно по простате, потому что Юнги мечется на кровати и умоляет о большем. Он пытается вспомнить, когда в последний раз был с кем-то, кто был настолько же открытым как и Юнги; пытается вспомнить ощущение сжимающихся вокруг пальцев мышц. – Трахни меня, Тэ, давай, – почти скулит Юнги, отчаянно цепляясь за руку Тэхёна. – Я смогу тебя принять, ты же знаешь. Тэхён вытаскивает пальцы (Чонгук, очевидно, был слишком занят, наблюдая за лицом Юнги, потому что он явно пропустил, когда Тэхён добавил третий) и целует его снова – жадно и грубо. Сама мысль о том, что Чонгук будет наблюдать за тем, как Тэхён и Юнги занимаются сексом, заставляет его кровь вскипеть от желания. Однако, внезапное осознание, что они собираются продолжить без него, застаёт Чонгука врасплох. И прежде чем младший понимает, что собирается сказать, слова уже вылетают из его рта: – П-подождите! Тэхён отстраняется, и они с Юнги в замешательстве смотрят на Чонгука. – Могу я… Вы не будете возражать, если я... Юнги улыбается, а в его взгляде читается понимание – он уже догадался, что хочет сказать Чонгук. Он хватает Тэхёна за волосы, запрокидывает его голову и начинает прокладывать дорожку из поцелуев на его шее, не сводя при этом взгляда с Чонгука. Тэхён стонет и прикрывает глаза, его руки, которыми он опирается по бокам от Юнги, дрожат, и Чонгук чуть не начинает хныкать, потому что он тоже хочет оказаться на его месте. – В чём дело, Куки? – растягивая слова спрашивает Юнги. Он склоняет голову и ухмыляется. – Мы двигаемся слишком быстро для тебя? Или, может быть, тебе что-нибудь нужно? Как по щелчку пальцев Тэхён выходит из транса и переводит взгляд на Чонгука. Его щёки, шея и грудь пылают, а сам он всё ещё продолжает прижимать Юнги к кровати. – Может быть, ты хочешь увидеть что-то ещё, а может быть... – Юнги замолкает, его улыбка становится шире. – Может быть, ты всё-таки хочешь присоединиться к нам? Чонгук так сильно наклоняется вперёд, что чуть ли не падает на колени. У него кружится голова, а разум кристально чист, поэтому единственное, что он говорит, это: – Пожалуйста. – О Боже, – шепчет Тэхён, глядя на Чонгука широко раскрытыми глазами, в то время как Юнги путается пальцами в его волосах, слегка царапая ногтями кожу головы. – У тебя такой красивый голос, – мурлычет Юнги. – Попросишь нас ещё разок? И у Чонгука либо не осталось ни капли стыда, либо он просто очень, очень сильно хочет, чтобы Юнги снова улыбнулся ему, поэтому он придвигается ещё ближе к краю дивана и хнычет: – Пожалуйста, пожалуйста, можно мне присоединиться к вам? Пожалуйста? Юнги прикрывает глаза, как будто от такой мольбы Чонгука у него закружилась голова. Однако он быстро берёт себя в руки и похлопывает Тэхёна по щеке, привлекая его внимание. – Как ты думаешь, Тэ? Мы позволим ему, а? Сначала Тэхён, кажется, не понимает, что от него хочет Юнги. Он открывает рот, как будто хочет задать вопрос, и переводит взгляд с него на Чонгука, а затем обратно. Тэхён слегка качает головой, словно пытаясь проснуться, а затем всё же говорит: – Я думаю… да. Мы позволим. Юнги улыбается как кот, наевшийся сметаны, и тянется к Чонгуку, который со скоростью света забирается на кровать. Младший даже не знает, что нужно делать, но Юнги помогает ему. Он вылезает из-под Тэхёна и встает на колени, расстегивая рубашку Чонгука и заглядывая ему в глаза, чтобы убедиться, что всё в порядке. Как только Юнги заканчивает с пуговицами, Чонгук снимает рубашку и небрежно бросает её на пол. И прежде чем он успевает что-либо сделать, Юнги вздыхает, а его рука прикасается к груди Чонгука. Он нежно проводит кончиками пальцев по коже, заставляя Чонгука дрожать. – Ох, детка, ты великолепен, – выдыхает Юнги, и Чонгук не может сдержать рвущийся наружу всхлип. Юнги быстро улавливает его реакцию. – Тебе нравится это? Когда тебя называют деткой? Когда тебе говорят, какой ты хороший? – Чёрт, Гук, – выдыхает Тэхён. Чонгук, возможно, воспринял бы его слова за удивление или неприязнь от только что вскрывшейся информации, но Тэхён не выглядит так, будто испытывает отвращение. На самом деле, его тёмный взгляд и протянутая к молнии на джинсах Чонгука рука говорят об обратном. Чонгук стягивает джинсы вместе с носками и смотрит на Юнги из-под ресниц, внезапно смутившись. – Можно я… можно я тебя поцелую? – Ох, мой малыш, – вздыхает Юнги. – Конечно, можно. Ты можешь делать всё, что захочешь, – бормочет он, нежно обхватывая лицо Чонгука ладонями. Мужчина наклоняется вперед, целуя его, и Чонгук тает. Губы Юнги такие же мягкие, какими кажутся, нежные и податливые под его губами. Юнги позволяет ему контролировать поцелуй, задавать темп и интенсивность, пока сам он подчиняется, поглаживая щёки Чонгука подушечками больших пальцев. Чонгук углубляет поцелуй, и Юнги немедленно отвечает, открывая рот, чтобы позволить языку Чонгука проскользнуть внутрь. Юнги на вкус как что-то сладкое, что-то, что Чонгук не может распознать, но это всё равно заставляет его всхлипывать. Он отстраняется только тогда, когда чувствует еле уловимое прикосновение чуть выше резинки своих боксеров. Ему даже не нужно слышать вопрос Тэхёна, потому что всё прекрасно читается в его взгляде. – Всё хорошо? – шепчет Тэхён, но вместо ответа Чонгук обнимает его за шею и целует, притягивая ближе. Сейчас не время думать или анализировать – он будет беспокоиться о последствиях позже, когда не будет находиться в двух секундах от того, чтобы кончить, так и не притронувшись к себе. Старший отлично целуется. Чонгук мгновенно переключается с нежных, почти покорных поцелуев Юнги на Тэхёна, бесстыдно вылизывающего его рот и сплетающего их языки, что заставляет Чонгука с трудом сдерживать стоны. Когда Тэхён отстраняется, Юнги тут же начинает оставлять лёгкие поцелуи на губах Чонгука. – Как… как мы это сделаем? – спрашивает Чонгук между поцелуями. – Трахни меня, детка, я хочу почувствовать тебя внутри, – бормочет Юнги ему в губы, и, Боже, Чонгук не смог бы отказаться, даже если бы захотел. А он действительно, действительно не хочет. – Презервативы? – спрашивает он задыхаясь и снимая боксеры. Юнги кивает Тэхёну, который достает презерватив из ящика тумбочки и бросает его Чонгуку. – Подожди, дай мне, – говорит Юнги, хватая квадратик с колен. Он вскрывает упаковку и, глядя Чонгуку прямо в глаза, кладёт презерватив в рот. Прежде чем Чонгук успевает среагировать, Юнги наклоняется и обхватывает руками основание его члена. Он опускает голову, и внезапно головка члена Чонгука оказывается у него между губ. Удивленный и немного смущённый Чонгук смотрит на Тэхёна, который произносит "высококлассный", подмигивая, и… Блять. Используя свои губы Юнги раскатывает презерватив вниз по всей длине, пока его нос не утыкается в лобок Чонгука. Из горла Чонгука вырывается высокий стон. Он ничего не может с собой поделать – то, как просто Юнги насадился на его член, не давясь и не задыхаясь, достаточно для того, чтобы пальцы на ногах поджались. Юнги выпрямляется с игривым блеском в глазах, встаёт на четвереньки, и будь Чонгук проклят, если это не самое прекрасное зрелище, которое он когда-либо видел. Младший становится на колени позади Юнги, в то время как Тэхён перекатывается и садится спиной к изголовью кровати. Юнги оглядывается через плечо, шепча слова ободрения, которые Чонгук не может расслышать из-за стука собственного сердца в ушах. Одной рукой он хватает Юнги за бёдра, чтобы тот не двигался, а другой придерживает основание своего члена, пристраиваясь. Он медленно толкается внутрь, готовый остановиться, если Юнги попросит, но, судя по его стону и тому, как мужчина подаётся бёдрами назад, Чонгуку не стоит ни о чём беспокоиться. Он, наконец, входит полностью и его бёдра прижимаются вплотную к заднице Юнги, который чувствует себя в данный момент так, будто оказался в Раю. Жар и узость почти невыносимы, и Чонгуку приходится стиснуть зубы, чтобы не начать втрахивать Юнги в матрас, как того требует его тело. – Ах, детка, мне очень нравится тебя чувствовать, твой член так приятно заполняет меня… – говорит Юнги низким голосом, и Чонгук крепче сжимает его талию, наклоняясь вперёд и отчаянно пытаясь не дать ему вскинуть бёдра. Он делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, прежде чем на пробу начать вращать бёдрами, проверяя реакцию Юнги. Чонгук чувствует с какой силой он сжимается вокруг его члена – как будто Юнги не хочет отпускать его, словно он пиздецки нуждается в этом. – Не переживай, он любит грубо, – произносит Тэхён. Чонгук почти успел забыть о своём лучшем друге, и теперь он поднимает взгляд, чтобы увидеть его сидящим с раздвинутыми ногами и медленно надрачивающим свой член перед лицом Юнги. Чонгук никогда бы не подумал, что увидев Тэхёна таким открытым и трогающим себя, у него закружится голова от желания. Когда Чонгук в своей голове совмещает открывшийся перед ним вид с мысленным образом Тэхёна, склонившего Юнги над кофейным столиком и вытрахивающего из него всё живое, то понимает, что этого достаточно, чтобы сойти с ума. – Слава Богу, – смеётся Чонгук и начинает медленно, но уверенно двигаться. Он не хочет кончить слишком быстро – это было бы очень неловко – но держать себя в руках становится всё труднее, особенно когда Юнги опускается на локти, ещё сильнее прогибаясь в пояснице. Проникновение под новым углом ощущается гораздо лучше, поэтому Чонгук откидывает голову назад и чертыхается. Услышав, насколько разбито звучит Юнги, Чонгук становится увереннее, поэтому он выходит из него и потирается членом о сжавшееся колечко мышц. – Ч-что… – выдыхает Юнги оглядываясь. Его лицо покрыто потом, щёки розовые, а глаза прикрыты. Он выглядит как сам грех, и в этот момент Чонгук влюблён. – Я хочу увидеть, как сильно ты нуждаешься во мне, – неожиданно для себя произносит Чонгук. – Давай, трахни себя моим членом. Из горла Юнги вырывается стон, высокий и надломленный, и он начинает раскачиваться вперёд и назад на коленях, объезжая его член. Чонгук понятия не имеет, сколько времени проходит, прежде чем Юнги снова оборачивается и, смотря прямо на него, хнычет: – Пожалуйста, пожалуйста, Гук, мне нужно… жёстче. На этот раз Чонгук не колеблется. Он начинает двигаться так, как ему хотелось с самого начала, толкаясь в Юнги изо всех сил, буквально натягивая его на себя. Он видит, как капельки пота стекают по его лицу и падают на спину Юнги, который сжимает простыни до побелевших костяшек. – Иди с-сюда, – внезапно шепчет Юнги, и Чонгук в замешательстве смотрит на него, останавливаясь. Он уже открывает рот, чтобы спросить о том, что случилось, но тут Юнги добавляет: –Тэ, иди сюда. Тэхён замирает, его ладонь всё ещё сжимает член. Он выглядит так, словно его только что поймали за тем, что он не должен был делать, и странная мысль проносится в голове Чонгука: нужно ли Тэхёну разрешение Юнги, чтобы прикоснуться к себе? Его накажут – Чонгук судорожно сглатывает – если он ослушается приказа мужчины? – Ты же не… ах... не думал, что я оставлю тебя в таком состоянии? – судорожно выдыхает Юнги, притягивая Тэхёна ближе к себе за бёдра. Не теряя времени, он бьёт его по руке и обхватывает пальцами член. Тэхён шипит, когда Юнги мажет языком от основания члена к головке, слизывая предэякулят. Чонгук понимает, что он застыл, слишком увлечённый просмотром шоу, устроенным перед ним, только когда Юнги, наконец, поворачивается к нему. – Давай, сладкий, заставь меня подавиться красивым членом Тэ, – мурлычет он и возвращается к Тэхёну, беря член в рот. Тэхён хватает Юнги за волосы. – Господи, Юнги, – стонет он. Юнги улыбается, не отрываясь от своего занятия, медленно двигая головой вверх и вниз. Чонгук снова начинает трахать его, но никак не может решить, хочет ли он смотреть, как его член входит и выходит из Юнги, или наблюдать за выражением чистого удовольствия на лице Тэхёна, в то время как Юнги извивается на его члене. Он ощущается так чертовски хорошо, что вскоре Чонгук теряет всякий контроль, который у него ещё оставался, и вдалбливается в Юнги с такой силой, что насаживает его глубже на член Тэхёна. Юнги не сопротивляется – его тело принимает их идеально, как будто оно было создано специально для этого. Он продолжает подаваться назад на Чонгука, пытаясь заставить того вгонять свой член всё глубже и глубже. Тэхён кончает первым, предупреждающе рычит и надавливает на затылок Юнги, удерживая того на месте и наполняя спермой его рот. Когда Тэхён его отпускает, резко откидываясь на подушки и переводя дыхание, Юнги кладет голову ему на колени. Теперь Чонгук видит его профиль – распухших и блестящих от слюны и спермы Тэхёна губ достаточно, чтобы довести до края и его. Белые фейерверки вспыхивают у Чонгука под веками, когда он вгоняет свой член в Юнги как можно глубже, изливаясь в презерватив, в то время как Юнги сжимается вокруг него, доводя до оргазма. Чонгук чувствует дрожь в коленях, когда выходит из Юнги и снимает презерватив со своего медленно опадающего члена. Он завязывает его, чтобы небрежно бросить на пол. Ноги Юнги подкашиваются, он падает на матрас, но продолжает двигать бёдрами, и тогда Чонгук понимает, что мужчина всё ещё не кончил. – Пожалуйста, можно я… – он замолкает, пытаясь дотянуться до Юнги. Тот смотрит на него через плечо со слишком уж довольной улыбкой. – Малыш, ты можешь делать со мной всё, что захочешь. Чонгук с легкостью переворачивает его маленькое тело и устраивается между бёдер. Вблизи член Юнги ещё красивее, он дёргается под губами Чонгука, когда тот целует головку. Юнги стонет, запрокидывая голову. Его чокер натягивается на кадыке, и Чонгук делает глубокий вдох, пытаясь сосредоточиться. Не то чтобы у него никогда не было во рту члена. Был, один или два раза, но минеты всегда были частью прелюдии, а сейчас… сейчас он хочет заставить Юнги кончить настолько сильно, чтобы тот увидел перед глазами звёзды. Он знает, что ни за что в жизни не сможет повторить то, что устроил Юнги до этого, но будь он проклят, если не выложится на полную. Чонгук облизывает губы и открывает рот, медленно опускаясь на член Юнги. Он чувствует вкус предэякулята и понятия не имеет почему, но ему даже нравится – это настолько вкусно, что он немедленно начинает лизать каждый дюйм кожи, до которого только может дотянуться. Юнги проводит пальцами по волосам Чонгука, но не пытается схватить. От этого мягкого и успокаивающего жеста у Чонгука закатываются глаза, а потом Юнги мурлычет: – Замечательно, ты так хорошо справляешься, детка. Чонгук скулит, пытаясь пропустить член глубже в горло, и Юнги вознаграждает его, царапая ногтями кожу головы. Его бёдра дрожат и Чонгук прижимает их руками к кровати, сглатывая с членом во рту и двигая головой вверх и вниз. – Блядство, – произносит на выдохе Юнги. – Вот так, малыш, великолепно. Чонгук уверен, что если бы это было физически возможно, то сейчас бы у него снова встал. Но в данный момент речь идёт не о нём, а о том, чтобы быть хорошим мальчиком и доставить удовольствие Юнги, поэтому он начинает сосать и ласкать языком головку, отчаянно пытаясь сделать Юнги настолько приятно, насколько это вообще возможно. – Чёрт, я так близко, – шепчет Юнги. – Могу я кончить тебе в глотку, детка? Ты сможешь принять это для меня? Чонгук отчаянно кивает, отказываясь отрываться от члена Юнги даже на секунду. Мужчина отпускает себя и с громким стоном толкается в рот Чонгука, вскидывая бёдра. Чонгук жадно и с удовольствием всё проглатывает, а затем отрывается с влажным чмоком, когда Юнги хватает его за запястье. Воздух в спальне тяжёлый, пахнет сексом, а все трое потные и липкие, но сердце Чонгука всё ещё бешено колотится, когда Юнги сворачивается рядом. Тэхён тоже присоединяется к ним, ворочаясь на кровати и прижимаясь грудью к спине Юнги, обвивая руками его талию. – Что ж, – начинает Тэхён. – Научился ли ты сегодня чему-нибудь новому, Куки? Чонгук мычит и прикрывает глаза. Его конечности онемели и покалывают, а сам он всё ещё находится в состоянии лёгкой эйфории, и ему так хорошо, что он начинает посмеиваться себе под нос. – Да, думаю научился. – Знаешь, – говорит Тэхён и его голос звучит лениво и немного хрипло. – Я могу научить тебя доводить Юнги до оргазма, только лишь играясь с его сосками. Смех застревает у Чонгука в горле, и он распахивает глаза, уставившись в потолок. Вот же блять. Сегодня он точно не будет спать.
