Франция, и с чем её едят

Сегодня невероятно солнечный день. Ветер шепчет в волосах французские мелодии, а ты стоишь на невысоком мостике и восторженно глазеешь на уток. - Господи, Чонгук, ты только посмотри на них! Мы долго скитались по утреннему Парижу, рассматривая людей и витрины магазинов, пока не набрели на небольшой, тихий парк вдалеке от центральной площади. Минут двадцать (или даже больше) были потрачены на разговор с пожилой парой, встреченной по пути. Вернее, говорил только ты, потому что, увы, я на французском не разговариваю. Они рассказали тебе о своей пекарне, куда мы теперь просто обязаны заглянуть. Вообще, ты любишь людей. Особенно незнакомцев. Их ты просто обожаешь. Твоя странная тяга знать о них всё, при этом не сказав о самом себе ничего, немного пугает даже меня, а мы состоим в отношениях ни много ни мало шесть лет. А ещё ты любишь птиц. И продолжаешь с ними сюсюкаться. Я подхожу сзади и обнимаю за талию, даже через пальто чувствуя тепло твоей спины. - Они такие милые! Давай заведём себе уток, когда приедем. Я тихо прыскаю тебе в плечо. - Во-первых, мы много времени проводим в университете, а во-вторых, ты, кажется, забыл про нашего кота. - Кстати! - разворачиваешься ко мне лицом, - Нужно узнать, как он там. Вдруг что-то случилось. Ты знал, что твои глаза светятся? Не отражают солнце, а именно светятся. Изнутри. Это очень красиво, тебе стоит чаще всматриваться в зеркало. - Нас нет в Корее всего три дня, и, если бы что-нибудь произошло, Чимин сразу бы позвонил. Но, если хочешь, мы можем позвонить ему сами, просто в Сеуле уже около шести вечера, значит, он на работе и вряд ли ответит. Ты, к моему мимолётному разочарованию, выпутываешь из объятий, но тут же берёшь меня под руку и тянешь к вагончику с мороженым.

***

У тебя шоколадное, у меня ванильное. До жути сладкое и холодное. Мы сидим на скамейке всё в том же парке, и я пытаюсь доказать тебе, что "Начало" лучше, чем "Остров проклятых". Но ты упёртый, как баран (и красивый, как павлин). В конце концов мы просто приходим к выводу, что Леонардо Ди Каприо очень хорош. Возможно, что один из самых хороших. Тут я позволяю себе немного драматичного актёрства. Свободная рука прижата к груди, а на лице выражение притворного возмущения. Ты заинтересовано ждёшь представления. Я тебе его дарю. - Неужели ты считаешь, что какой-то актёришко даже лучше, чем я? Ехидно улыбаешься, всем своим видом требуя продолжения. - Допустим тебе дадут выбор. Я или он. Ну что? Он или я? Ты этого ждал, ты это получил. Всё молчишь, а я продлеваю эту бессмысленную трагикомедию. - Всё с тобой понятно, изменщик, - доедаю свой рожок и встаю со скамейки. Ты хватаешь за руку и, мягко улыбаясь, опускаешь меня и наш театральный занавес. - Ну, не Леонардо же в тайне подрабатывал, а потом купил билет в страну моей мечты, спасал от расистских насмешек и ждал полчаса, пока я наговорюсь с прохожими. ... У тебя губы вкуса шоколада, а глаза всё также светятся.