Восточный квинтет

В кафе Фортескью за столиком сидела часть семейства Уизли: Фред, Джордж, Рон и Джинни и обсуждали очень важные вопросы. — Джин, пора тебе женить уже Поттера на себе, — сказал Фред, ему завтра семнадцать исполняется, в самый раз уложить его в кровать, а утром Рончик подошлет к вам нашего папочку идеалиста, Гарри ему не откажет. А то когда помрет от авады Волди, его денежки мимо нас проплывут. — Может еще хоть полгода подождем? Вроде еще не совсем пора, — заныла Джинни. Поттер ей совсем не нравился, и вряд ли что-то из себя в постели изобразит, а в Хогвартсе у нее был налажен целый бизнес. Девственность она берегла, иначе магия может и не принять брак, но в минете и анальном сексе молодым людям не отказывала, но только за приличное вознаграждение. — Знаем мы твои подождем, — сказал Джордж, уже каждый слизеринский член в твоей ж@@е побывал? То что они тебе платят это гроши по сравнению с состоянием Поттеров. — Ты трахаешься со слизеринцами??? — искренне удивился Рон. — Наш братик как всегда не в курсе, — заржали близнецы, — дома сегодня отсоси ему малышка Джин-Джин, и сама трахни его, а то так и помрет девственником. — Я виноват, что хожу как нищий оборвыш и никто мне в Хоге не дает, — разозлился Рон, — да и некогда мне, только и делаю, что бегаю за этим придурком постоянно с Герми. — А ей то что не вдул? У нее сиськи знатные, тебе Джин-Джин не чета, ты уж прости, твоя нулёвочка в шестнадцать лет вызывает грусть и сочувствие, — прогундосил притворно жалостливым голосом Джордж. — Не в сиськах дело! — разозлилась Джинни. — Ты это Поттеру будешь рассказывать в первую брачную ночь, — поиздевался Джордж, — если сиськи одну с другой сдвинуть их можно не хуже киски трахать. — Откуда вы все это знаете? У вас даже девушек постоянных нет! — возмутился наглой по его мнению лжи Рон. — Наш братик и тут не в курсе, — тут уже засмеялась Джинни, — они же вечерами после работы в магловских ночных клубах снимают телку одну на двоих подольют ей зелье доверия в коктейль она и идет с ними, а потом конфундус и пялят её то по очереди, а то разом у себя над магазином в квартире, ну а дальше обливейт и на следующий день новую. Так они сидели и веселились, что они говорили было не слышно за заглушающими чарами, но живость общения и яркая внешность обращала на себя внимание многих. Через три столика от них сидели два господина восточной внешности. Их звали Муайяд ад-Дин Ибн-аль-’Альками и Ахмад Абу Абдуллах аль-Мустасим. Друг к другу они обращались как Муаледдин и Ахмад. — Уважаемый, — обратился к Флореану Фортескью Ахмад, — что за огненные цветы жизни сидят вон за тем столиком? — А это Уизли, двое старшие братья близнецы Фредерик и Джордж, а еще их младшие брат Рональд и сестра Джиневра, — сказал Фортескью, а потом добавил понизив голос, — они из семьи предателей крови. — Спасибо, — сказал Ахмад, и дал мороженщику золотой за информацию. Гости заговорили на арабском: — Если близнецы и две сестры, то было бы идеально, — загадочно сказал Муаледдин, — а получается женщина только одна. — Что твоя почтенная тётушка Бахрам-шах ибн Масуд не жива? — спросил Ахмад. — Да жива, в принципе если представить этого парня с грудью, то может и ничего получится, — ответил Муаледдин — А так вообще они тебе все нравятся хотя бы? — уточнил Ахмад — После того как мы уже шесть лет ищем мне в квинтет четверых супругов одной крови, мне уже кто угодно понравится, эти не хуже других, рыжие — это интересно, голубоглазые — это красиво, а остальное тетка сделает, как я попрошу, тут ты прав — сказал Муаледдин, — и хорошо, что они из предателей крови, надо найти главу их рода и выкупить их с отречением. Возьму их чистыми и безродными, без родовых проклятий и надоедливых родственников. Спроси у хозяина этого шалмана, знает ли он, кто глава их рода? — Уважаемый, —снова обратился к Флореану Фортескью Ахмад, — а вы случайно не знаете кто глава рода Уизли? — Знаю, это Мюриэль Уизли, почтенная дама в летах, — сказал Фортескью. — Может быть вы и адрес её знаете? —спросил Ахмад и демонстративно отсчитал пять золотых. — Она живет в Уизли-холл, это в Суонси, местечко Лланасамлет, — ответил Фортескью и монеты перекочевали к нему в карман. — Большое спасибо, вы нас очень помогли, Уважаемый, — сказал Ахмад, и добавил по арабски, — пошли просватаем тебя Хабиби у сайиды Мюриэль, только в отель сначала зайдем, принарядимся. Муаледдин и Ахмат жили в отеле Гранд на Ривер-драйв и трансгрессировали прямо в холл отеля. Там они попросили портье раздобыть им координаты для трансгрессии по адресу Уизли-холла и поднялись в свои номера. Через полчаса у ворот особняка Уизли стояли два настоящих арабских принца по внешнему виду. Белоснежные кандуры (рубахи с воротником стойкой), поверх которых надеты тоже белые, но покрытые золотой вышивкой бишты (распашные халаты), белые же гутры (платки) на голове, удерживаемые шнурами свитыми из тонких золотых нитей. На руках были перстни с такими большими драгоценными камнями, которые обычно хранят только в сейфах. Когда эльф проводил их в гостиную к Мюриэль, ей показалось, что в гости зашли два Алладина из сказки. — Уважаемая госпожа Уизли, меня зовут Ахмад Абу Абдуллах аль-Мустасим, чтобы вам было удобнее, можете обращаться ко мне просто Ахмат. А это мой друг и господин Муайяд ад-Дин Ибн-аль-’Альками, наследник Эмира Хинбиша. К нему можете обращаться как Принц Муаледдин. Нас привело к вам важное дело. Мюриэль никогда восточных волшебников в глаза не видела, а уж тем более принцев, но она постаралась как можно более уважительно спросить: — Какое же дело? — Мы холим сделать брачное предложение четырем членам вашего рода: Фредерику, Джорджу, Рональду и Джиневре. Мы понимаем, что потеря сразу четырех членов рода это непросто. Но мы готовы компенсировать выплатой виры в размере пятидесяти тысяч галеонов за каждого, но при соблюдении некоторых условий. Двести тысяч галеонов! Да Мюриеэль и десяти в руках никогда разом не держала, так как жила на небольшую ренту, она мысленно уже согласилась, тем более, что именно эти дети Молли были изрядными мерзавцами и звание предатели крови полностью оправдывали. — Какие условия? — уточнила мадам Уизли. — Вы заключаете властью главы рода от их имени брачный контракт. Все они входят в род мужа младшими супругами, после заключения контракта, но до проведения ритуала, вы их отсекаете от рода, чтобы они вошли в брак чистыми и безродными. — А если они не захотят? Магия не примет брака под империо или зельями — усомнилась Мюриэль. — Не волнуйтесь, они скажут да, — уверил Мюриель Ахмад. — А какая жизнь у них будет в браке? — на всякий случай осведомилась мадам Уизли, чтобы потом не получить случайно откат от магии, если этих паршивцев там убьют. — Прекрасная жизнь, — уверил Мюриель Ахмад, — у принца больше нет супругов, по заветам рода каждый наследник должен жениться на четверых родичах, двое из которых должны быть мужчинами-близнецами. Ваши родичи войдут в квинтет наследника, будут жить во дворце, со слугами полностью беззаботной жизнью. — Позовите их завтра сюда к часам двум, а мы с вами встретимся пораньше на час, чтобы подготовить контракт и передать вам деньги.

***

Когда вечером в Нору прилетела сова от Мюриэль, пригласившая к себе четверых детей Уизли. Молли обрадовалась: наверное старая карга завещание составляет. Она тут же сообщила Фреду и Джорджу, чтобы они были в час дня дома, аккуратно одетые. Джинни и Рону тоже сказала подготовиться к визиту. Когда на следующий день время подходило к двум все четверо молодых Уизли аппарировали к Уизли-холлу. Эльф проводил их в гостиную и сказал всем сесть на достаточно длинный диван. — Что-то я не помню у Мюриэль такого дивана, сказала Джинни. И это было последнее, что она сказала, и что услышали её братья. Их оглушили ступефаями и каждому на голову одели полотняный мешок. Ахмад, который руководил безмолвными слугами, которые все это проделали сказал Мюриэль: — Нужно подождать немного до ритуала брака, а пока подписываем контракт и вы отсекаете их от рода. Мюриэль и принц Муаледдин подписали два экземпляра контракта — один на английском для главы рода Уизли, и второй на арабском для принца. Затем Мюриэль спустилась в родовой зал и на камне рода отсекла Джиневру Молли, Рональда Билиуса, Фредерика Гидеона и Джорджа Фабиана от рода Уизли. Ахмад сразу заметил, что обряд завершен, так как призрачные печати с женихов и невесты исчезли. Как раз вернулась Мюриэль и спросила что дальше? — От вас ничего просто смотрите, — сказал Ахмад. Слуги сняли с голов брачующихся мешки, и повязали каждому на шею ленту с длинным концом, другой конец который дали в руку принца, после чего фините сняли с них ступефаи, но женихи и невесты, под влиянием лент-артефактов находились в каком-то трансе и потому не возмущались происходящим. Ахмад открыл принесённую с собой толстую книгу и начал читать слова ритуала на арабском языке. Когда он останавливался, видимо задавая вопрос, все Уизли дружно отвечали: Да. И так пять раз. После последнего согласия, ленты вокруг их шей преобразовались в золотые колье-ошейники с подвеской спереди, на которой был какой-то арабский вензель, а длинные ленты в руке принца заискрились и обвились вокруг его руки четырьмя золотыми браслетами. — Ритуал завершен. Спасибо уважаемая Мюриэль, вот, как и обещали, вира роду, — слуги внесли четыре мешка с чарами незримого расширения, — в каждом по пятьдесят тысяч, можете проверить заклинанием счета. — Ну что вы я вам верю, — сказала Мюриэль. Мы еще воспользуемся минут десять вашим гостеприимством если вы не возражаете? Нам нужна комната, где бы мы переодели супругов принца — сказал Ахмад. — Я вас покину, спокойно переодевайте их тут. На всякий случай прощайте! — сказала Мюриэль и ушла вглубь дома. Слуги раздели догола всех четверых супругов, обернули каждого в простыню и удерживали их стоя. — Идем сразу к тётушке Бахрам-шах, времени нет — сказал Ахмад, достав веревку, над которой поколдовал обернул ею всех стоящих в гостиной слуг, держащих тела Уизли, взялся на неё сам и положил на нее руку принца. Портал активировался и все они исчезли из Англии.

***

Бахрам-шах была женщиной-ученым, а еще и волшебницей. Её конек — вечная трансфигурация человеческого тела. Дело почти во всем мире незаконное, но только не на востоке. Когда у нее во дворе появился её горячо любимый племянник, а слуги несли за ним четыре свертка из которых торчали рыжие головы она сказала радостно: — Ты наконец нашел! Как я рада! Что-то хочешь подправить своим мутхирам? — Там есть парни-близнецы, до девушка одна, четвертый тоже парень. Я их толком-то еще и не видел. Нужно посмотреть. — Несите их в лабораторию и кладите голыми на столы, — сказала слугам принца Бахрам-шах, — Азир Аба! Сделай каждому укол паралезии и приведи в сознание. Принц Муаледдин сначала остановился около Рона Уизли, который глупо хлопал глазами — это был единственный орган, который оставался подвижным при наличии в теле паралезии. — Он девственник, — сообщила Бахрам-шах. — Могу сделать из него отличную лалу для тебя. Грудь побольше? — Да, не маленькую, но крепкую и с большими сосками. Губы сочные, ягодицы покруглее, руки поменьше и потоньше. Никакой растительности кроме волос, бровей и ресниц. Волосы удлини до талии. Женское лоно небольшое и упругое, с кругом Венеры. естественно девственница. И простату из ануса не убирай. — Да ты затейник, — хохотнула Бахрам-шах. — Размер ноши тоже уменьши, а длину оставь. — Хорошие ноги, ровные, стройные. При новой круглой попе будет настоящей гурией. — В общем, чтобы лала была идеальной! — Давай близнецов посмотрим. О, ребята активны в сексе, но анально — девственники. — А мне это и нужно, их мужские достоинства мне не интересны, уменьши их минимума, чтобы в туалете только могли справляться. Ягодицы нарасти покруглее обоим. Языки сделай длиннее и жестче для римминга и трансформируй глотки для глубокого минета. — Тогда они станут немыми — связки пострадают. — Мычать и стонать смогут? — Да, это останется. — Больше мне и не нужно. Ты думаешь я собираюсь с ними разговаривать? Я буду их трахать, а еще их обучат работе телохранителей, чтобы они были всегда при лале — речь и там и там не нужна. — А, дорогой мой, это бракованная девочка, она попкой вертелась не на одном члене. Формально — девственница, но анально — шлюшка. — Печально, я думал у меня будет две лалы. Тогда проведи обряд полного очищения от чужой магии, которую могла насобирать от других партнеров во время секса и проверь, чтобы все было в порядке для деторождения. Будет носящей дочерей, поэтому здесь важнее здоровье: кости таза раздвинь пошире, чтобы малютки выходили легко, грудь сделай хорошо приспособленной под молоко — пусть сама дочек выкармливает, нет ничего лучше для малышек, чем молоко матери. Как быстро все они будут готовы? — Завтра вечером сможешь всех забрать. Никто из бывших детей Уизли не понимал, что происходит: куда отдала их тетя Мюриэль? Почему какие-то восточные люди смотрят на них голых, щупают и что-то обсуждают и записывают? После того, как ушел красивый молодой человек их снова погрузили в сон, а когда они проснулись… Рон открыл глаза и понял, что он находился уже в другом месте. Он лежал на настоящем царском ложе, судя по его размерам и роскоши отделки и качества тканей. Все тело немного странно ощущалось и это было неудивительно! При беглом осмотре себя он обнаружил наличие большой груди и отсутствие члена!!! Он стал бабой!!!!! Как только он зашевелился в дверь вбежали несколько девушек и важно зашел один мужчина в возрасте, с большими усами. Девушки выстроились в два ряда по обеим сторонам кровати, на которой лежал Рон, а мужчина стал в его ногах и сказал: — Приветствую прекрасную Лалу, супругу принца Муайяд ад-Дина Ибн-аль-’Альками, наследника Эмира Хинбиша! При этих словах все девушки упали на колени и уткнулись лицами в пол. В дверь вошли еще одна служанка с подносом, на котором стоял золотой кувшин и хрустальный кубок. Она поставила все это на столик рядом с кроватью и наполнив кубок протянула его Рону. И это было весьма кстати, так как он очень хотел пить, поэтому осушил его одним гладком и знаком попросил повторить. Девушка посмотрела на усатого, тот кивнул, поле чего Рону был выдан еще один кубок, выпив который он ощутил себя каким-то лёгким и полностью счастливым. Он вышел замуж за принца, это так здорово! Ну и что что стал бабой, зато будет теперь жить в богатстве и довольстве. Мысли текли медленно и вязко, и он лишь едва обращал внимание на то, что его раздевали, мыли, причесывали…

***

Близнецы проснулись на одной кровати в большой красивой комнате восточного вида. В кресле дремал плечистый мужик, в сапогах, шароварах и халате с абсолютно лысой головой. Почувствовав движение в комнате он открыл глаза и сказал близнецам на английском языке с приличным акцентом: — Мне поручили рассказать вам о вашем положении. Ваш род передал вас для супружества с принцем Муайядом ад-Дином Ибн-аль-’Альками, наследником Эмира Хинбиша. Посмотрите друг на друга — у каждого на шее колье супруга принца. Ваша обязанность — доставлять удовольствие принцу так, как он захочет и охранять его супругу — этому вас будут учить. Ваши тела были изменены по пожеланиям вашего старшего мужа. Последствием одного из изменений была утрата речи. Учитесь общаться жестами. Предупреждаю — любое неповиновение приказам принца будет причинять вам существенную боль. Сбежать не получится — любой выход из гарема — мгновенная смерть: колье просто оторвет вам головы. Сейчас к вам придут слуги и подготовят вас к визиту вашего старшего мужа. Помните о боли и смерти. Восток — не Англия. У нас не ищут тела выброшенных из дворца без головы в мешках. После этих слов лысый хлопнул в ладоши и к ним зашли четверо юношей лет четырнадцати-пятнадцати, которые повели Джорджа и Фреда в купальню, где те с ужасом обнаружили у себя мужские детородные органы размера младенцев, во рту оказались языки длиннее раза полтора, чем были раньше, а еще у них появились длинные волосы на голове, практически женские округлые попы, полные губы на лице и большие соски на безволосой груди. Бежать не было никакого смысла — в таком виде вернуться домой было просто невозможно. Слуги их мыли и чем-то натирали, расчесывали и заплетали в косы волосы, а затем голых их уложили обратно в постель и велели ждать супруга, которым оказался тот самый молодой мужик, который их осматривал в какой-то клинике. — Не бойтесь, — сказал он на английском, почти без акцента. — Вы здесь не рабы, не наложники — вы мои супруги. Все будут относится к вам уважительно, если вы будете мне хорошими мужьями. Сегодня мы только консумируем брак, а потом вас будут учить тому, что вы должны будете уметь. Так что в следующий раз я навещу вас еще не скоро, у вас будет время привыкнуть к своей роли. Сегодня вам будет немного больно, так как обычай требует от супругов принца кровавого подтверждения девственности, но вас тут же вылечат. Принц хлопнул в ладоши и в комнату вошли шестеро почтенного вида восточных мужей и наложница из одежды на которой были только полупрозрачные шаровары. Мужчины расселись на длинном диване. Наложница раздела принца и, опустившись на колени, стала ему энергично отсасывать. Принц, когда счел, что готов к сексу с супругом прошептал несколько фраз на своем языке, после чего Фред вырубился, а на Джорджа напало оцепенение, а его ноги согнулись в коленях и разъехались в стороны. Одним движением мужчина оказался сверху на своем молодом супруге. Задрав его ноги себе на плечи он резко вошел в его анус и встретил там — ого! — девственную перегородочку. Бахрам-шах нужно будет отдельно поблагодарить! Принц усилил давление и порвал целку в попе Джорджа в глазах, которого плескался ужас от боли и непонимания того, что происходит. Как он, твою мать, мог иметь в заду девственную плеву??? Но когда принц приступил к супружескому долгу, с первого же движения по телу близнеца прокатилась волна жгучего удовольствия, которая повторялась при каждой фрикции. Боль отошла куда-то на задний план и хотелось только одного — чтобы этот трах никогда не кончался. Джордж хрипел и стонал, подмахивал попой, стараясь насадиться на член супруга как можно глубже. Глаза его закатились и все тело вздрагивало: кольцо Венеры, это вам не один хилый бугорок простаты, а удовольствие от любого движения в анусе в чистом виде, которое не дано испытать от анального секса тому, кому его не вживляли. Ноги Джорджа задрожали, а хрипы и стоны перешли в крик — принц задвигался быстрее и его супруг прогнувшись в спине, как тренированный акробат кончил сотрясаясь в судорогах, заливаемый изнутри спермой принца. Когда семяизвержение прекратилось, старший супруг слез с него и жестом пригласил свидетелей для осмотра. Те подтвердили девственную кровь на простыне и сперму вытекающую из растраханного ануса новоявленного супруга. Брак был консумирован и подтвержден. Принц выпил бокал бодрящего вина и снова отдался в руки наложницы, чтобы повторить процедуру со вторым близнецом от начал и до конца, по завершению чего у принца стало уже два подтвержденных супруга. От комнаты близнецов принц направился в хамам, а потом вздремнул. Вечером должен был состояться пир, где будут вывешены две первые простыни и представлены два первых супруга, а после он пойдет ублажать свою лалу, которую потом тоже отдадут в учение. И это было к лучшему, так как у него накопилось много дел, требующих присутствия в разных местах.

***

Джинни пришла в себя в странной комнате — она сама лежала на кровати, а рядом стояла конструкция, напоминающая кресло у женского целителя, рядом с которым сидели и разговаривали две женщины средних лет. Когда они заметили, что девушка очнулась позвали еще какого-то лысого мужика, который обратился к ней на английском: — Вам была оказана великая честь стать вместе с вашими родичами супругами принца Муайяда ад-Дина Ибн-аль-’Альками, наследника Эмира Хинбиша. Но вы частично оказались нечисты, потому лалой принца стать не можете, но и выйти из союза — тоже. Магический брак — это на всю жизнь. Поэтому принц принял решение о том, что вы станете матерью-матерей: будете рожать для семьи принца девочек, которые потом станут ценными бриллиантами для династических браков. Поэтому ваша задача быть здоровой и рожать здоровых детей. Джинни все эти слова возмутили, она раскраснелась как помидор и собралась орать, но, увы, голоса у нее не было. А тетки ее обездвижили и перетащили чем-то вроде мобиликорпуса на целительское кресло, и стали вводить какие-то уколы в руку и зеленую густую жидкость из огромного шприца прямо в вагину, после чего, заткнули ее аккуратно толстым, но коротким тампоном, чтобы не повредить девственную плеву и удалились. Джинни могла только думать и хлопать глазами, которые сверкали яростью от мыслей в ее голове. На вечернем пиру близнецы сидели у ног принца на специальных подушках с тампонами с обезболивающим зельем в анусах. Они были весьма специфично одеты. Ноги были босы, но на каждой из лодыжек было по три золотых браслета — подарок о принца за консумацию, как объяснила одна из служанок, которая говорила по английски. Далее от лодыжек до талии тело было закрыто атласными шароварами. Торсы были обнаженными, намазанными масляными благовониями. И все гости завидовали принцу, который имел супругов с такой снежно-белой кожей, которая бывает только у рыжих. Волосы были собраны в высокие хвосты, а над ушами в волосах были закреплены заколки-защипы, которые удерживали на лице плотные вуали, оставившие открытыми только лоб и глаза — по традиции никто кроме принца и гаремных слуг не имел права видеть лица его супругов. Молодые мужья принца до сих пор пребывали в послеоргазменном состоянии, которое было продлено специальным напитком счастья, тем же, что пил Рон. Они с вожделением смотрели на бог секса, что подарил им небывалое наслаждение. А он сидел наверху и периодически, разговаривая с другими пирующими, запускал свои руки в волосы то одного, то другого близнеца, отчего те млели от счастья, а все присутствующие смотрели на них с пониманием — все мужчины аль-’Альками отличались завидным темпераментом и знатным размером чресел, немудрено, что после консумации брака супруги принца пребывали где-то в райских кущах.

***

Рон весь день парил в облаках, еще трижды прикладываясь к волшебному напитку и заметил, что он не один в своей постели, когда какой-то мужик прилег рядом и стал ласкать его грудь отчего у того между ног вдруг стало приятно покалывать. Затем мужчина лег сверху и стал целовать Рона засовывая свой язык ему в рот, вылизывая внутри каждое местечко. И это было очень приятно, Рон даже застонал, как ему было хорошо. А мужчина стал целовать и сосать его шею, потом ухо, потом спустился к его новым грудям и стал работать над сосками ртом, а сами груди мять и гладить руками. Тут Рон совсем расклеился и стал охать, ахать, и даже вскрикивать, когда его, видимо супруг, прикусывал соски зубами. Коленом муж раздвинул его ноги, и продолжая ласки груди одной рукой, потеребил что-то такое у него между ног, что Рона пробила молния резкого удовольствия. И тут он услышал шепот прямо в ухо: — Обними меня за талию своими ножками моя прекрасная лала. Сопротивляться было невозможно, Рон так и поступил и вдруг почувствовал, что в его новое женское лоно входит супружеский член весьма крупного размера и тут резко стало больно. Рон попытался отпрянуть, но снова услышал шепот: — Тише, тише, уже все, ты теперь моя настоящая супруга, наслаждайся. И муж стал двигаться внутри, совершая резкие размашистые толчки, и с каждым от пяток до затылка тела Рона по нему пробегали искры чего-то такого безумно приятного. что хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Мир раскачивался даря удовольствие и Рон стал раскачиваться вместе с ним, подмахивая своему мужу, крепко обнимая его своими длинными ногами и вцепившись руками за плечи, чтобы тот, его не оставлял и не прекращал этого волшебного движения. Принц был счастлив: его лала была прекрасна. Хотя это был первый в ее жизни секс она отдавалась ему как опытная куртизанка, со страстью в прозрачных голубых глазах, разметав по подушкам свои огненные волосы. Она вздыхала, стонала и кричала. А когда достигла пика удовольствия, то билась в оргазме, так, что сотрясала его самого. А потом прошептала: — Я люблю тебя, мой принц. Эти слова так вдохновили Муаледдина, что быстро продемонстрировав кровь и лоно супруги, с вытекающей спермой свидетелям консумации и отдав им простыню, он снова вернулся на ложе его страстной лалы и стал опять ее любить. Еще трижды он наполнял ее своим семенем, под волшебные звуки любви, что издавала его супруга. Принц надеялся, что лала сегодня понесет его наследника, потому что зачатый в брачную ночь принц всегда самый магически сильный и красивый из детей аль-’Альками. Он назвал свою лалу Ронна, по старому имени. Завтра к Ронне придет учитель и будет интересно вечером попробовать, что она успеет освоить и заодно лишить девственности ее попку, потому, что все дырочки лалы принадлежат только ему.

***

С утренним стояком принц отправился на последнюю консультацию. Будущая мать-матерей была подготовлена к зачатию первой принцессы еще вчера и ждала его с разведенными ногами в специальном кресле. Она была сестрой его внешне прекрасной лалы и потому очень похожа на его, следствием чего стало каменное отвердение уже стоящего члена, который он сразу вогнал внутрь на всю длину разрывая преграду и устремляясь прямо к матке, чтобы все его войны достигли желанной цели, когда они изольются внутри этого лона. Для того, чтобы кончить ему понадобилось совсем немного. Целительницы, которые наблюдали за процессом подтвердили консумацию и тут же заткнули влагалище супруги принца тампоном вымоченным в зелье плодородия, модифицированным на рождение девочек, а стойки, на которых находились ноги жены принца подняли на максимальную высоту, чтобы и таз ее поднялся, обеспечив наклон стока спермы в сторону матки. Гаремные целительницы знали свое дело — не первый год они руководят управляемым зачатием. Они могли гарантировать, что завтра заклинание покажет наступление беременности. Джинни от процесса не получила никакого удовольствия, так как все еже была обездвижена. Вместо этого она испытала боль от лишения девственности и траха ее маленькой киски без возбуждения огромным членом старшего супруга, который почти сразу кончил, залив в нее сперму и молча ушел, ни сказал ей ни одного слова ни до, ни после консумации, а тетки говорили друг с другом только по арабски.

***

Утром близнецов разбудили служанки, которые помогли им помыться, одеться и принесли завтрак. Когда молодые мужья принца закончили трапезничать их отвели в покои Абу-л-Аббаса ибн Халликана, высокого и крупного мужчины, который был назначен их учителем любовных утех. В комнате стояли большие пуфы, на которых сидели молоденькие девушки, к которым были пристегнуты спереди мужские члены. — Меня зовут Абу-л-Аббас ибн Халликан, я мастер постельных игр и буду обучать вас как доставлять принцу удовольствие. Поскольку никто не имеет права проникающе касаться ваших тех ни чем: ни рукой, ни языком, то ассистировать мне будут наложницы с дилдо-полной копией члена принца. Сядьте на эти пуфы и широко откройте рты — сейчас вы узнаете, что такое глубокий минет, поймете, почему для его исполнения вы лишились голосов и научитесь правильно его делать. При любом сопротивлении моим распоряжениям или лени в обучении мне разрешено вас наказывать плетью, так что в ваших интересах стараться от души. Целый час несчастные близнецы заглатывали, создавали вибрации, сосали, втягивали и лизали. Качество учитель оценил пока только на удовлетворительно, но за старание поощрил. — Принц пока вы не обучитесь не будет вас брать в постель, поэтому попросил меня если вы будите хорошо учиться сделать вам приятное. Я евнух, как и все мужчины гарема, потому не нанесу вам оскорбления трахнув. После этих слов, учитель разделся и показал близнецам, что у него отсутствуют яйца, а член постоянно твердый из-за протеза внедренного внутрь, который по размерам и форме соответствовал члену принца. — У меня нет эрекции, нет семени и я не испытываю оргазм. По сути я тоже дилдо, только живое. Раньше я поощрял сексом скучающих наложниц и наложников гарема, а теперь в распоряжении супругов принца. Близнецы попробовали показать, что им не нужно никакого поощрения, на что Абу-л-Аббас угрожающе указал им на плеть. — Ваши дырки должны быть мягкими и разработанными. Думаете принцу приятно пробиваться через ваши еще тугие мышцы? Это довольно болезненно. Так что легли и радуемся. В процессе близнецы поняли, что зря отказывались. Каждый из них снова испытал крышесносные ощущения и бурный оргазм. Абу-л-Аббас объяснил им, что волей принца им вживили некий артефакт из плоти, который и придает сексу такую остроту. — Он мог бы этого не делать, и просто так брать вас не заботясь о ваших ощущениях, но он щедр и добр. Эта операция делается единицам, это секрет этой семьи, поскольку изобрела ее родная тетя принца, а ей не важны деньги, просто научный интерес. Сейчас перейдем к риммингу. Его будете тренировать друг на друге. В ходе обучения каждый из близнецов испытал еще по три оргазма, после чего ноги отказались их держать и слуги отнесли их в кровать на руках и они забылись сном обнимая друг друга. Следующей пришла пора учиться Ронне, которой было запрещено покидать ее покои, состоящие из спальни, купальни и небольшого садика. Абу-л-Аббас пришел к ней в сопровождении молодого обнаженного наложника, которого уложил на скамью в саду и стал рассказывать о наиболее чувствительных местечках на теле у мужчин. Потом, по просьбе принца, он рассказал лале об анальном сексе и попросил принять целительниц, которые ее приготовят к нему. Ронна покраснела, смущаясь, чему Абу-л-Аббас умилился, так как в гареме никто никогда не краснел. Целительницы смазали анус Ронны чем-то скользким, а потом что-то вставили туда, от чего она испугалась и дернулась, пришлось хлопнуть ее по попке и велеть лежать. — Это специальный волшебный расширитель с зельем расслабления мышц. Когда вечером после пира, на котором ты сегодня обязана присутствовать, вы отправитесь с принцем в постель, твоя попка будет готова принять его член безболезненно для тебя. — А если этого не сделать? — Поверь, это будет так мучительно, что лучше не пробовать. На пир Ронна вышла почти в таком же наряде, как вчера близнецы, только у нее еще был маленький лифчик из золотых цепочек, который скорее привлекал внимание к груди супруги принца, чем скрывал ее. Для лалы принца поставили скамеечку справа от места где сидел он сам. Она была жесткая, поэтому Ронна сначала старалась сидеть ровно, а потом все время двигалась — расширитель в анусе скользил внутри и создавал странно-возбуждающее ощущение. У половины гостей начало вставать, когда прекрасное белоснежное тело лалы стало двигаться из стороны в сторону, колыхаясь грудью, по которой скользили распущенные волосы огненного цвета. Заметив это, принц поспешил удалиться с пира вместе со своей лалой, чтобы продолжить вчерашнюю ночь нынешней.