Река

      Просыпаться от кошмаров для Се Ляня вошло в привычку. Почти каждую ночь, несмотря на успокоительные, ему снился Безликий, его жуткая маска или тёмный холодный подвал. Почти каждую ночь он пил кофе тайком от Хуа Чэна. Почти каждый раз он уходил в парк и часами стоял у реки, глядя в тёмную воду, не решаясь сделать шаг вперёд.       Этой ночью пошёл снег. Белые хлопья кружили не переставая, засыпая крыши машин и промёрзшие асфальтные дорожки. Се Лянь прижался бледными пальцами к холодному стеклу.       Однажды Хуа Чэн сказал Мин И, что кровь красиво смотрится на снегу… с эстетической точки зрения, разумеется…       «О чём я опять думаю?!» — вздрогнул Се Лянь, глянув в окно. Снова река. Уже заледеневшая по краям, но русло всё ещё течет, не замёрзло.       Последний шанс…       Парню начало казаться, будто река нарочно заманивает его к себе по ночам, чтобы рано или поздно он утопился. И вот Се Лянь снова надевает куртку, снова, спускаясь, считает ступени, бежит по хрустящему свежевыпавшему снегу вперемешку с посеревшей листвой и останавливается около уже знакомого берега.

***

      Хуа Чэн просыпается посреди ночи от холода. Приоткрыв глаз, он понимает, что Се Ляня рядом нет. Обойдя весь дом, Хуа Чэн не нашёл его, зато нашёл причину холода в спальне — открытое окно. Курточки и ботинок Се Ляня в прихожей не было.       «Только не говорите мне, что его опять похитили и он выбежал через окно, — испугался Хуа Чэн. — Пусть он уйдет туда, куда он обычно уходит по ночам, пожалуйста.»       Он закрывает окно на кухне и замечает вдали реку. Почему-то парню кажется, что его гэгэ именно там и что нужно срочно бежать к нему. Интуиция это или шестое чувство — Хуа Чэн не знает, но хватает пальто и бежит в парк.

***

      «Какая яркая луна, — улыбается Се Лянь и тянет руки вверх, смотря на ночное небо, — бывает же: и снег, и луна одновременно.» В лунном свете падающий снег кажется особенней, таинственней. Снежинки кружатся и падают в чёрную воду, пропадая навсегда. «Лодки тонут в чёрных водах» — любимая присказка Хэ Сюаня подходила сейчас как никогда. Интересно, что они с Ши Цинсюанем будут делать, если Се Лянь утонет? Наверное, ничего. А может, Цинсюань немного поплачет, но быстро забудет? Да какая разница, тогда уже будет всё равно.       «Мой дорогой Сяньлэ… — словно проклятие проносится в голове —… Я не хочу, чтобы Сяньлэ убегал. Ведь однажды он уже ускользнул от меня…» Опять картинками всплывают воспоминания о подвале. Се Лянь судорожно оглядывает запястья, проверяя отсутствие тёмно-красных следов от наручников, но в лунном свете он не может понять: настоящие ли пятна на руках или это его воображение?       »…Сяньлэ и Уюн не расстанутся вовек…»       — Чёрт! Неужели он зовёт меня с того света?!.. Он уже умер! Умер! — вскрикивает Се Лянь, хватаясь за голову, неосознанно наступая на едва окрепший с краю лёд. Воспоминания накатывают одно за другим. Длинная белая одежда, разделённая на две части маска, нависшее над ним тело, окровавленные осколки, снотворное, подвал, наручники, сломанная маска, безумные чёрные глаза и уродливые шрамы…       Се Лянь смотрит на своё отражение в тёмной воде. «Смотрят в воду два идиота, » — думает он. Призрак самого себя: длинная белая куртка, чёрные растрёпанные волосы, покрасневшие глаза и синяки под ними от недосыпания. Кого-то напоминает…        Се Лянь теперь даже выглядит, как он!       — Я хочу, чтобы это всё закончилось, — тихо говорит себе парень, прикрывая глаза, — чтобы мне перестали снится кошмары! Я хочу вернуться обратно! Хочу как раньше!       Се Лянь молча рассматривает отражение, стоя на краю льда. Слабый и беспомощный — ни жить, ни умереть нормально не может!..       — Гэгэ?.. — слышится сзади из-за деревьев, — гэгэ!       — С-Сань Лан? — от неожиданности Се Лянь резко оборачивается, тонкий лёд под ним ломается и парень, не успев вскрикнуть, проваливается в тёмную воду.       — Гэгэ! — Хуа Чэн бросается к реке, но Се Лянь уже скрылся под водой…       Вокруг него удушающая темнота… Ноги сводит от холода. Он чувствует, как теряет тепло, как река забирает его, словно желанный подарок… В ушах шумит… Луна. Под водой она выглядит больше… Там, наверху, кажется, кричит Сань Лан. Кажется, зовёт его… Удача или гнёт то, что он хочет спасти его? Наверное, Се Ляню и правда не суждено нормально умереть…       Тишину парка разрывает громкий всплеск. Парень ненадолго выныривает, судорожно вдыхая воздух, и быстро начинает проваливаться обратно. Но глубоко он не погружается: рядом с ним ныряет что-то ярко-красное и, хватая его под руки, тащит наверх, а дальше резкий вдох и Се Лянь уже сидит на берегу.       — Гэгэ, скорее, пойдем домой! Ты замёрзнешь. — Хуа Чэн держит его за руки, но встать Се Лянь не может — ноги все ещё сводят судороги. Сань Лан быстро берёт его на руки и чуть ли не бежит домой.

***

      Они ввалились в квартиру, мокрые, замёрзшие и напуганные. Хуа Чэн усадил Се Ляня на диван, снимая с него сырую одежду, побежал ставить чайник, по пути хватая полотенца, вытирая одним из них голову, остальные принеся Се Ляню. Тот неуклюже вытер свои волосы.       — Гэгэ, ну вот зачем ты туда ходил? — спрашивал Хуа Чэн, разминая ему ноги.       — Н-не знаю, — Се Лянь растерянно выглянул из-под полотенца. — З-захотелось…       — Захотелось? Гэгэ, ты давно ходишь туда и не знаешь зачем?! Скажи мне правду, пожалуйста, — тихо попросил парень. — Я на самом деле волнуюсь.       — Я… — Се Лянь сомневается, но всё-таки переступает через себя. — Я хотел… утонуть.       — Н-но почему? — удивлённо спросил Хуа Чэн. — Это из-за меня?       — Н-нет, конечно!.. Из-за Безликого. Из-за кошмаров. Из-за реки… Я точно не знаю. Я просто смотрю в окно, вижу реку и мне срочно надо туда идти, а когда я прихожу… С-Сань Лан, я п-правда хочу жить! Но я всё ещё не могу забыть. Мне страшно, понимаешь?       Хуа Чэн сел рядом и крепко обнял Се Ляня.       — Понимаю, — он осторожно поцеловал его, гладя волосы. — Знаю всю ту боль, что внутри тебя. Гэгэ, я пойду за тобой, умрёшь ты — умру и я, без тебя мне не зачем жить. Но надо ли оно тебе? Всё будет хорошо: давай уедем или хотя бы сменим квартиру, м? Тебе осталось учиться меньше года, потом ты найдёшь самую классную в мире работу. Не надо умирать, гэгэ, подумай о своих родителях! Что бы стало с госпожой Мин и твоим отцом? Ты о них подумал? Они же бы расстреляли меня! А как же Цинсюань и Мин И? О них ты тоже не думал? Гэгэ, всё наладится, мы справимся. Безликого больше нет и не будет…       — Река… — тихо всхлипывал Се Лянь, уткнувшись в плечо Сань Лану. — Она зовёт, понимаешь?..       «Понимаю, — думал Хуа Чэн, — сам там чуть не утонул…»       На кухне закипел чайник.

***

      — Значит так, — сказал Хуа Чэн, разливая кипяток по кружкам, — теперь, когда тебе снятся кошмары, ты, вместо того, чтобы втихаря пить кофе, будишь меня!       — Сань Лан, ты бы переоделся, — напомнил Се Лянь, — у тебя с одежды вода капает.       — Пустяки, переживу.              — Ты уверен насчёт переезда?       — Только если ты хочешь. Мы можем не уезжать далеко. Соседние дома, недалеко от Мин И и Цинсюаня, но чтобы окна на реку не выходили, как вариант?       — Тогда завтра поищем?       — Мгм. Я сам хочу съехать отсюда.       — Почему?       — Долгая история, — отмахнулся Хуа Чэн.       — Сань Лан, а всё-таки…       — Долгая. История. — он неосторожно чмокнул Се Ляня в щёку.— Я переодеваться. Не засиживайся долго.       И не смотри в окно.