***
Сахароза в этот момент все еще сидела в ванной, задыхаясь от подступившего острого комка к горлу. Выкашляв, казалось, последнее, она вышла из комнаты. На ее лице виднелась усталость и измученность от этих пыток. Ее милое личико, которое на днях сверкало и блестело румянцем на щечках, стало бледными и отливало зеленцой, под глазами образовались еле видные синяки, которые девушка тщетно пыталась замазать косметическими средствами, но их все равно было видно. Собравшись с силами, Сахароза встала и дошла до кухонного стола, места, где все началось. Взяв блокнот и севши за стол, облакотившись головой об руку, девушка принялась дочитывать итоги эксперимента.***
Альбедо все еще сидел на уютном диване, который был спрятан под занавесом от снега. Он думал о ней, он думал, как можно ей помочь, он видел ее мучения. Улетев в недры своего разума, парень услышал хруст снега под чьими-то ногами. Альбедо встал и пошел встречать гостя. — Сахароза... Ты... Ты зачем пришла сюда? Я же просил, чтобы ты отдыхала. Что-то случилось? — Я-я... Нет, ничего не... — и тут ее взгляд упал на колбочку с лепестком, книги немного упали и открыли такое странное для нее зрелище, тема была резко сменена, — Зачем Вы храните эти лепкстки у себя? — Я хотел бы их изучить, помочь тебе с твоей болезнью, я же вижу как ты страдаешь, и как ты страдала ранее. Для Сахарозы это был удар прямо в самое сердце, она была то ли слишком наивная, то ли слишком одурманена его словами, в которых нашла заботу. Приступ начался снова. Она упала на землю и стала выкашливать цветки. Чашелистники были самыми болезненными, они были твердыми и острыми по-сравнению с теми же лепесточками, они рвали горло в кровь заставляя откашливать и ее. Цветы, кровь смешалось все. Альбедо увидев такое не очень приятное зрелище, не почувствовал к ней того отторжения, что ждала девушка. Парень лишь поднял ее перебросив ее руку через свою шею и плечо и приобняв за талию, он отнес ее на диван, в тот момент, когда приступ более менее утих. Сахароза откинулась на спинку и полной грудью вздохнула свежий воздух, которого как кстати не хватало. Она боялась сказать другу, что им надо перестать общаться на некоторое время для ее же блага. Альбедо мысленно понял, что ей нужно одиночество на время и сделал первый шаг. — Послушай... В прошлый раз ты была одна несколько дней, все прошло, стоит ли снова нам немного отдалиться друг от друга, чтобы все стало как прежде? — Я думаю... — она замялась на своем ответе, — да. — Хорошо, если это будет тебе во благо, то давай перестанем общаться на время. Альбедо довел девушку до ее дома и обещал, что ничего не будет делать с цветами, пока на сто процентов не удостоверится, что последствия не будут плачевными. Сахароза же сидела за столом и читала сборник химических опытов с иллюстрациями, дабы отвлечься от нехороших чувств. Прошел месяц, влюбленность более менее утихала, и приступы почти ушли, они были, но не такие долгие и болезненные. Альбедо почти нашел лекарство, оно состояло индентично тем же лепесткам, но со свойствами останавливать действие. Ему на миг показалось, что он изобрел препарат от всех болезней в мире, что это чудо может излечить от всего. Но как он ошибался... Противоположное действие цветка, и любой ее части могло вести к необратимым последствиям, о которых, к сожалению Алхимик не знал . Сахароза сидела уже за рабочим столом и писала какие-то бумаги, она изучала образцы своего откашливания. все цветы их составляющие полностью были схожи с обычными цветами, с теми, что растут в Долине Ветров, на Мысе Веры, и в других местах. Это полностью флора естественного происхождения. Но что-то в ней все же было не то. Это были не настоящие свойства цветов. Опасные для человечества. Яд в завуалированном виде. И все же о подробностях знала лишь Сахароза, и всей душой верила, что Альбедо не будет пытаться что-то сделать с ними, он обещал ей, пока провожал до дома в последний раз в этом спокойном, пока что, мире.