Нежность на кончиках пальцев

Солнце понемногу приближается к горизонту, раскрашивая воздух над цветущим лугом своими медовыми лучами. В руках у Венти лира, а в голове стихи. Хочется запеть, но, похоже, Сяо слишком увлечен звуком тишины. Венти подходит к другу и садится рядом, наблюдая за якшей, который продолжает щуриться, глядя на закатное небо. — Ерунда, — строптиво заявляет бард, — Я и покрасивее видал... — Небо? — тихим голосом спрашивает Сяо, поворачивая лицо к своему собеседнику. Венти прикрывает глаза и произносит, задумчиво улыбаясь светящему в лицо солнцу: — Янтарь... Ответ барда рождает в голове Сяо лишь ещё несколько новых вопросов. Теперь, кажется, ему стало намного интереснее узнать оазвернутый ответ, но он продолжает молча рассматривать ласкающий лицо Барбатоса лучик заходящего солнца. — Небо янтарное, — объясняет Венти, — Напоминает цвет твоих глаз... но ни один закат не способен затмить тебя красотой... Смутившись неожиданному комплименту, адепт резко отворачивается от барда, заливаясь персиковым румянцем. — Тебя всегда так смущают комплименты? — Венти, не отводя глаз от заката, улавливает изменение в лице Сяо и начинает звонко хихикать, прикрывая рот рукой. — Я их не так часто слышу, — про себя бормочет адепт, но его слова оказываются услышанными. — Хах, мне стоит написать в твою честь балладу! — просияв озорной улыбкой, торжественно восклицает архонт. — Я не достоин твоих баллад... — тянет адепт, упираясь лбом в свою ладонь, словно у него болит голова. — Ты для меня дороже всех моих стихов и даже лиры... — Не стоит, — уверенно прерывает его Сяо, падая спиной на зелёный шелк ещё теплой травы. — А чего? — сквозь мягкую улыбку произносит бард, — Может я сумел бы рассказать тебе правду в своих стихах... Венти ложится рядом с Сяо, поворачиваясь на бок и без смущения разглядывая Сяо, жадно заключая в своей памяти каждую клеточку его тела... Всё, от изумрудных волос, пахнущих морем, до кончиков его длинных красивых пальцев. Бард давно уже испытывает к другу интерес, не похожий на дружеский. Он, возможно, даже назвал бы это влюбленностью, если бы, вообще, думал о названии этого чувства. Он не думал о таких мелочах, понимал лишь, что ему хорошо и уютно рядом с адептом... его не пугает гнетущая аура вокруг охотника на демонов, не пугает его ярость и даже груз его кармического долга. Он с радостью бы разделил всю его боль, лишь бы иметь возможность касаться его лица невесомыми поцелуями, лишь бы иметь возможность держать его за руку и ощущать его тихое теплое дыхание на своей коже. Хочется признаться... невыносимо больно держать эти чувства в себе... но это невозможно... невозможно лишь по той причине, что Венти навсегда потеряет Сяо, потеряет ту крохотную толику внимания, которую Сяо уделяет ему как другу... а сам адепт, должно быть, и за друга Венти не считает... так, просто нарушитель покоя, бесцеремонно врывающийся на его территорию... А может... хотелось бы... — Кто же я для тебя? — неосознанно произносит бард свой вопрос вслух и слегка краснеет, осознав ситуацию, но ему проще сделать вид, что это был намеренный вопрос, нежели прятать румяные щеки и бегающий взгляд вспотевшими ладонями, показывая оппоненту свою уязвимость. — Ты хочешь знать? — Сяо поворачивает голову на Венти, проникая своим глубоким взглядом в самую душу архонта. Сердце начинает бешено биться, словно желая пробить дыру в груди и вырваться наружу... Сейчас Сяо скажет, что Венти ему надоел своей назойливостью или что-то ещё, что заставит его чувствовать себя ничтожным... Он не хочет знать, не хочет слышать... Если правда такая, то лучше, если она останется за пределами мира слов. Венти жмурит глаза и встряхивает косичками, помотав головой из стороны в сторону. — Уже стемнело... — еле слышно шепчет Венти, пробежавшись взглядом по темно-синему небу. Архонт поднимается с травы и принимает сидячее положение, готовясь подняться с земли, но холодные пальцы неожиданно касаются руки барда и ложатся поверх, не позволяя осуществить задуманное действие. — Ты говоришь о своих чувствах в музыке и песнях... — Сяо приподнимается с травы и оказывается на одном уровне с Венти. — Я так не умею... — Это не единственный способ показать свои чувства, Сяо, — Барбатос одаривает друга самой теплой улыбкой, которую только сумел вытренировать за пару тысяч лет — Просто следуй велению сердца. — Ты хочешь знать? — Сяо повторяет свой вопрос. — Зависит от того, хочешь ли ты мне сказать... Подумав немного, Сяо приближается к Венти, шепча ему в ухо: — Не боишься? — Сяо говорит шепотом, заставляя тело Венти дрожать осиновым листочком на ветру, но Венти знает...понимает, что не от страха... — Я полностью тебе доверяю... — слегка дрожащим голосом говорит архонт, закрывая глаза и ожидая слов. Тишина. Лишь лёгкое прикосновение к губам, которое кажется ночной грезой, визуализированной до физических ощущений фантазией. Ещё одно касание. По телу барда проходится лёгкая дрожь, заставляя живот наполниться порханием большекрылых бабочек. Неожиданно... Так неожиданно, что Венти на мгновение отстраняется, заставляя Сяо испуганно отпрыгнуть, распахнув глаза и заливаясь краской. — Нет, прошу, — с томным мурчанием шепчет Венти и приближается к адепту, нависая над ним и касаясь его щеки нежным прикосновением пальцев, — Если это и есть твои чувства ко мне, позволь мне слушать о них вечно. Слова барда наполняют Сяо решительностью, и он снова тянется за поцелуем. Венти кладет руки на плечи адепта, симметрично проводя пальцами вниз по рукам и задерживаясь на лежащих на земле кистях рук, пока Сяо робко и неумело поглаживает языком пухлые губы барда. Венти берет инициативу на себя и, перекинув одну ногу через тело адепта, оказывается сверху. Его руки гладят плечи, а язык нагло врывается в рот Сяо, лишая обоих возможности дышать. Нежные пальцы пробираются к волосам, запутываясь в них. Венти заваливает адепта на траву, продолжая ласкать и целовать, пока охотник на демонов думает, куда деть свои руки и как избавиться от неловкой тяжести в штанах. Барбатос целует страстно, отрываясь от губ адепта лишь для того, чтобы напиться свежим воздухом, а руки Сяо неумело поглаживает талию архонта, пытаясь проникнуть под корсет. Венти отрывается от губ и спускается поцелуями ниже, оставляя влажные следы на шее и мускулистых руках охотника на демонов. Пальцами он прокрадывается под слой одежды, и проводит вверх по торсу поднимая обтягивающую майку и обнажая сильное тело. В это же время со спины архонта спадает корсет, заставляя почувствовать свободу и ночную прохладу. Губы Сяо касаются шеи Венти. Влажно целуя нежную кожу, адепт делает то, что помешала сделать с ним партнеру его облегающая тело одежда. Он спускается поцелуями все ниже. С шеи Венти слетает бант, а затем и постепенно сползает блузка, открывая адепту все больше неизведанных территорий. Из Венти вырывается негромкий сладкий стон, когда Сяо добирается до груди, касаясь робкими поцелуями затвердевших сосков. Венти выгибается на Сяо, придвигаясь ближе к нему и проходясь ягодицами по восставшей плоти, но Сяо продолжает его целовать, приподнимая хрупкое тело в воздух и укладывая его на приятно прохладную траву. Добравшись до линии шорт, Сяо слегка спускает их, оставляя небольшие засосы на тазовой части тела барда. Венти томно дышит, откинув голову назад и держась одной рукой за волосы защитника якши, который целует через колготки выпирающую плоть. Одно резкое движение оставляет архонта абсолютно обнаженным, что сильно смущает, но возбуждает ещё сильнее. Язык Сяо проходится по всей длине члена, заставляя Венти вздрогнуть и вскрикнуть от накрывающего с головой желания. Сяо мягко целует фаллос, поглаживая бедра, проходится языком по узору на голени и возвращается к губам Венти и уверенно шепчет в поцелуй: — Вот такие мои чувства к тебе. Венти прерывает поцелуй, заглядывая в резко распахнутые жёлтые глаза и нежно улыбаясь. — Я научу тебя, — сладко поет на ушко возлюбленному архонт, — Заодно познакомлю и со своими чувствами. Венти снова оказывается сверху, усаживается на твердый член адепта и начинает медленными движениями проходиться по нему мягкими ягодицами, заставляя Сяо постанывать. Венти срывает с адепта одежду, талантливо проходясь по напряжённым мускулам, словно тело адепта — лира, каждая струна и звук которой знакомы барду наизусть. Венти оставляет на шее засос, а потом спускается вниз по животу, спуская с тела адепта штаны и открывая перед собой вид на его большой стоящий колом член. Венти потирается щекой о половой орган, затем обводит языком головку, слегка дразня щекочущими движениями языка. Венти приоткрывает губы и погружает половой орган Сяо во влажное тепло своего рта. Сяо тяжело и громко вздыхает. Бард начинает медленно двигаться, постепенно ускоряя темп и заставляя тяжёлое дыхание партнёра превратиться в негромкое рычание. Адепт закрывает глаза, полностью отдаваясь ощущениям, пока тот, кому он поклонялся и о ком мечтал много лет, доставляет его прямиком к вратам рая одним движением своего языка. В ночной тишине проносится приглушённый стон, когда белая жидкость вливается в Венти и наполняет его рот, стекая с приоткрытых губ. Сглатывая сперму, архонт проводит рукой по подбородку, стирая остатки Сяо с своего лица. — А это — мои чувства, — шепчет Венти, подбираясь к ушку тяжело дышащего Сяо, укладываясь рядом с ним на траву. Бард ласково проводит изящными пальчиками по щеке дрожащего адепта и нежно касается губами кончика его носа.