Замолчи

. Есть слова - словно раны, слова - словно суд,- С ними в плен не сдаются и в плен не берут.

Холодная. В последнее время она слишком холодная, замкнутая, будто чужая. Вечно веселая девушка, сейчас превратилась в загнанное в угол животное. Ранение которому, нанёс самый близкий и любимый человек. Вечерняя пробежка стала самой любимой частью дня. Лёгкий ветер, тишина. Наушники чаще всего просто висят на плечах, а одеваются лишь при возможной встрече со знакомыми. Тогда и шаги становятся быстрее, да и глаза смотрят строго вперёд. Пот течёт по коже, вызывая отвращение. Такое сильное, что хочется содрать её к чёртовой бабушке. Но горячий душ поможет. На улице довольно таки темно, солнце зашло за горизонт, а люди потихоньку прячутся в своих домах, кутаются в тёплых пледах или в объятия любимого человека. Пора домой. Ноги подрагивают когда та поднимается по ступеням, кажется, перестаралась. Руки тоже ходуном ходят, в голове тишина. Открыв дверь шагает. - Ма, па, я дома! Стаскивает кроссовки придерживаясь за стену. Ветровка. Поправив напульсник хмурится. Слишком много одежды и обуви. - У нас гости? Живот скрутило. "нужно выпить таблетки. срочно" Еда. Кажется, кое-кто запек курицу и... Картошку. Входит в гостиную. - О... - Милая, ты дома! Женщина с короткой стрижкой радостно улыбается глядя на дочь, чуть ли не прыгает на диване. - Забыла сказать, у нас же сегодня Реджина в гостях! И Робин, вот. А, о, Роланд в комнате Генри. Ты голодна? - Нет. Избежав взгляда карих глаз, которые как-то Странно пробежались по телу девушки, та поднимается наверх. В комнату. Быстрее. Захлопнула за собой дверь, прижалась к деревянной поверхности спиной, дышит ровно, умеренно. Вдох, выдох. Стащив спортивный топ и штаны стоит в ванной комнате, рассматривает себя, досконально, придирчиво. мало. слабо. Выдохнув прикрывает глаза. Залазит в душ. В голове всплывают воспоминания. Руки согнуты в локтях безвольно лежат на мятых простынях. В открытое окно дует слабый майский ветерок. - Это было... Круто. Миллс стоит у стены, держится о неё рукой натягивая туфли на стройные ноги. - Да уж. Приподняв голову наблюдает за королевой, прикрыв нагое тело одеялом. - Всё хорошо? Женщина фыркает, хмурится, молчит. - Реджина? - Нет, всё Не хорошо! Приподнимает тело на локтях, щурится от лучей солнца. - Что такое? Всё же, вроде было хорошо... Застегнув молнию на платье, поворачивается. - Да. Ты была, не так плоха как я думала... Но твоё тело. Карие глаза бегут по одеялу вверх вниз, осматривает. Брезгливо повела носом. - А что не так? Женщина грациозно подходит к зеркалу. Осматривает себя, поправляет макияж. - Думаешь мне было приятно слушать, то как ты пыхтишь надо мной? Девушка сжимает руками простынь. - Выглядела ты точно так, будто тебе было "Приятно". - Глупая... Какая ты глупая, маленькая девочка. Она говорила много. Много плохих, ужасных вещей, которые запросто перефразировала как... Как шутку. Самым ужасным был момент, когда она сказала что ей стоит похудеть. И заняться собой. Занялась. Плотно. Стоя под струями воды держит глаза закрытыми. Глотает. Таблетки. С тела течёт вода, ноги скользят по ванному кафелю. Таблетки в пачке из-под витамин, удобно. Выйдя из комнаты, смотрит в забитый шкаф. В итоге натягивает мешковатую серую толстовку и шорты по колени. Носки. Грудь, маленькая. Намного меньше чем Тогда. Это и хорошо, с одной стороны. В комнату влетает мальчик, вынуждая поднять тяжёлый синий взгляд. - Генри. Сколько раз я просила тебя Стучать? - О, да... Прости. Подросток остановился, растерянно захлопал густыми ресницами. - Забей. Что хотел? - Мама. Зовёт кушать. - Эмма? - Ну да... Спускаясь по ступеням, перебирает пути отхода. - Ну наконец-то! Садись, кушать будем. - Я не голодна, попью сока и... Коротковолосая женщина дуется, от чего выглядит довольно уморительно. - Ты питаешься одним этим самым соком! - Я, Не, голодна. Её усадили за стол буквально силой. Угрожая не выпускать из дома месяц. Никаких гуляк, спортзала и пробежек, это уж слишком. Сложив руки на коленях смотрит на свою порцию так, будто это невиданный ранее зверь, готовый оторвать ей голову прямо сейчас. - Ешь, очень вкусно! Реджина запекла курицу и картошку... Салатик... Есть не хочется, но и истерики со стороны матери, мягко говоря, надоели. Накалывает на вилку кусочек мяса, придерживая то ножем. Слушая диалоги взрослых, она думает об одном, как бы не вырвать. Она знает, эта женщина готовит превосходно, и наслаждение на лицах за столом сидящих тому подтверждение, но. Но она не может. Каждый кусок застряёт в горле. Будто ест железные опилки, или болты да гайки. Глотает. Приступ рвоты. Ужасно. Раза три она его подавляла. Звяканье приборов привлекло внимание гостей. - Я... Всё. Тарелка полная. Пара кусочков курицы отщипнуты и съедены парочка кусочков картошки. Салат не тронут. - Но ты ничего не съела. Генри хмурится, смотрит то на блондинку, то на полную тарелку. - Я... Извините. Быстрыми шагами идёт обратно. Кое как добегает к туалету. Её рвёт. Хочется выплюнуть желудок. - Нет... Нет-нет-нет... Слишком много... Я... Тактичное покашливание заставляет дернуться. - Реджина. Тебя Стучать видимо не учили? Женщина хмурится. Видно, хочет что-то сказать, но молчит. - Пошли. Не идёт сразу. Чистить зубы, смотрит в зеркало, думает, но не идёт. - Долго мне тебя ждать?! Нет. Брюнетка сидит в кресле. Нога на ногу, смотрит внимательно так. - Ешь. Кивает головой в сторону стола, где и стоит недоеденная порция. - Не хочу... - Если эти глупые Чарминги не понимают в чём дело, потому что ты им врешь, не думай что я не заметила. Кивает головой сама себе, поднимает руку. В ней таблетки. - Что это? - Витамины. Слишком быстро. - То есть, я могу сейчас выпить парочку, и... Открывает баночку, высыпает на руку. - Нет! - Спрашиваю ещё раз. Что, это, за таблетки? Выжидающе смотрит. Синие глаза до краёв заполнены слезами. - Фуросемид. Карие глаза опускаются, пытается вспомнить. Зрачки резко делают кульбит, расширяясь а после быстро становясь точками - Худеем значит, да? Нога начинает дёргается. - Спорт. Полдня проводишь в зале. Ночные и утренние пробежки. Ест меньше. Замолчав зыркнула на девушку. - Сядь на кровать. Непонятно как, но они на полу. Буквально борется. Кареглазая давит весом сверху. Держит в руках тарелку. - Открой рот! Открой! Девушка рыдает. Паника, истерика. - Реджи, хватит... Ха... Пожалуйста я не могу. - Пока ты не съешь ещё... Восемь ложек я не успокоюсь! Выхватив тарелку отползает назад. - Ладно... Ладно, хорошо! Не отводя взгляда, засовывает в рот кусочек картошки. В карих глазах слёзы. - Впервые вижу как ты плачешь. - Я не плачу. Ешь. На восьмом подъёме руки, пальцы дико трясутся. - Я не могу... Хватит... - Ешь! Завалившись на бок рвёт. Это слишком. - Я ведь... Просто хотела тебе понравиться. Взмах руки и ничего нет. - Удобно... Сев обратно оборачивается спиной о кровать. - Думала ... Если смогу добиться чего-то... Такого... То ... Тебе не будет противно и... Открыв рот глотает воздух, со всхлипом поджимает колени к груди. - Думала... Что если я... Похудею... Смогу тебе понравится... Хах... Я... Была уверена что могу стать лучше... Не буду ужасной... Обхватив голову руками качается, и говорит, говорит. - Не буду противной... Смогу понравится... Понравится... Не буду ужасной... - Успокойся. Говорит спокойно. - Успокойся! - Я не смогла... Ещё немного... Подожди... - Я говорю успокойся! Девушка дёргается вперёд, отталкивая тарелку, что с звоном переворачивается на пол, наваливается. Жмётся. - Я скоро буду лучше! Я... Буду достойна, пожалуйста, умоляю... Подожди... Я... Удвою тренировки... Смогу стать сильнее и... Худее... Я со... Аккуратные руки вздымаются вверх. Обхватывают шею подростка. Принимают к себе. - Дура... Я, я не это имела ввиду. Не это! Не хотела, чтоб ты делала с собой... Такое. - Но... Ты же говорила что... - Я испугалась! Руки прижимают ближе. Королева плачет. - Испугалась что могу быть... Доброй к кому-то. Всё что у меня было, это гнев. И власть. В ней нет места чему-то... Светлому. А ты... Ты такая светлая, что... Твой свет ослепил меня, на мгновение. Понимаешь? Уткнувшись в шею возлюбленной кивает. Рука кареглазой гладит спину, другая, волосы. - Ты должна понять... Я не считала тебя... Ужасной, ладно? Не считала и не считаю. Но, то что ты делаешь, и говоришь... Мы это исправим, Хорошо? - Мугу. - Ты же... Позволишь мне... Помочь? - Да, но... Нечему помогать. - Боже, девочка. Ты даже не видишь проблемы. Она плачет. Королева рыдает держа в руках этого ребёнка. Ребёнка, который так крепко засел в голове, что жить без него дальше, попросту невозможно. Как наркотик. Она плачет и держит, когда в комнату входят. Когда кричать и пытаются поднять. Плачет когда тельце жалось ближе ища помощи, и лишь крепче держала обещая дать ей всё на свете. Они будут плакать вместе